Привет, я - Смерть. Ну, твоя Смерть...

Темное небо, усыпанное звездами, величественно возвышалось над городом. Стрелка на часах уже давно перевалила за полночь, а Джон все никак не мог заснуть, ворочаясь в теплой постели. Сон, казалось, не желал к нему приходить, а сумбурные мысли то и дело кружились в голове, мешая заснуть. Воспоминания, обрывки фраз, туманные планы на не менее туманное будущее – о чем он только ни думал, лежа в своей кровати, пока время неспешно шло дальше. Чаще всего его мысли возвращались к жаркому Афганистану и кровопролитной войне, через которую он прошел. И из которой едва смог выбраться живым. Лондон, вечно туманный город, который никогда не спит, первое время казался ему настоящим раем на Земле, но лишь первое время… Небольшая военная пенсия не позволяла жить где-то в центре города, и уж тем более не позволяя жить в квартире получше, поэтому отставной военный врач жил далеко не в самом респектабельном районе и в крошечной однокомнатной квартире, в которой даже горячая вода была настоящей роскошью. Впрочем, Джон не привык жаловаться – он был рад уже тому, что смог выжить и ускользнуть от цепких пальцев Смерти, а жилищные условия – это лишь временные трудности. Он был талантливым врачом и в свое время смог помочь многим людям, буквально вытащив их с того света, поэтому он был уверен, что сможет устроиться в какую-нибудь местную больницу. А там, того и гляди, встанет на ноги, найдет жилье получше, остепенится… И на такой умиротворенной ноте Джон уже было почувствовал, как проваливается в сон, как неожиданно до его слуха донесся тихий хлопок. Сон проворно сбежал, заставив Джона чертыхнуться, а хлопок заставил его замереть и прислушаться. В крошечной квартире было тихо, но лишь несколько секунд, пока не раздалось чье-то недовольное фырканье. Затем этот кто-то открыл дверцу холодильника, снова фыркнул и закрыл ее. – Хоть бы кофе нашелся, но нет. И как он тут живет? Джон почти бесшумно выскользнул из постели и направился к столу, в шкафчике которого хранил свой «Браунинг». Кем бы ни был этот вломившийся в квартиру незнакомец, он совершенно зря вломился именно сюда. Приоткрыв дверь спальни, Джон медленно и тихо двигался в сторону источника звуков, который отрывал шкафики и фыркал, попутно что-то бубня себе под нос. Наконец, Джон дошел до кухни и, резко распахнув дверь, прицелился в незнакомца, стоящего к нему спиной и шарящего в его шкафах. – Вы кто? И какого черта тут делаете? Незнакомец лениво обернулся, поглядел на пистолет и, почти презрительно фыркнув, снова продолжил что-то искать. Джон даже приоткрыл рот в немом удивлении. Вот так, в наглую, этот тип шарит в его шкафах! Да еще и плевать хотел на оружие, которым целятся в него же. – Эй, я вообще-то и полицию могу вызвать! Мужчину не волновало даже это – он сосредоточенно искал что-то, то вытягиваясь во весь рост, чтобы проверить верхние полки, то наклоняясь к самым нижним. Джон, чувствуя на себе всю нелепость ситуации, сел за стол, положил на столешницу свой пистолет и принялся наблюдать за манипуляциями этого, мягко говоря, психа. – Если ищете деньги, то не найдете. Еды тоже нет. – Совсем? – неожиданно спросил незнакомец, наконец удостоив Джона ответом. – Совсем. – И как можно жить в таких условиях? Джон лишь картинно развел руками, начиная находить в этой ситуации что-то забавное. Он никогда не имел дела со взломщиками или ворами, но этот кадр оказался каким-то совсем уж странным, даже по его, Джона, меркам. Незнакомец, прищурившись, открыл еще одну полочку и, не найдя ничего, кроме слоя пыли, примирительно вздохнул. – И все-таки, кто вы такой и как сюда попали? – Ах, точно, совсем забыл, – мужчина поправил свой черный пиджак и ворот белой рубашки. – Привет, я – Смерть. Ну, твоя Смерть, если быть более точным, хотя даже это утверждение не является абсолютно точным. Смерть по определению не может быть чьей-то. Но, учитывая сложившиеся обстоятельства, сейчас я именно твоя Смерть. Джон вопросительно изогнул бровь. Странный мужчина, вломившийся в его квартиру посреди ночи, что-то ищет в пустых шкафчиках и зовет себя Смертью. Его Смертью. Моргнув, бывший военный всерьез задумался о том, чтобы вызвать бригаду санитаров и полицию для этого взломщика. – Ну, хорошо, Смерть, как ты сюда попал? – Достаточно было этого захотеть. Если ты думаешь, что я взломал твою дверь, а я уверен, ты уже подумал об этом, то ошибаешься. Мне не нужны двери, чтобы попасть куда-то. Джон закрыл лицо руками. Либо он выжил из ума, либо этот мужчина. Либо он просто не спал так долго, что начал видеть эти странные галлюцинации… Когда он снова посмотрел на незнакомца, то перед ним стоял тот же сероглазый брюнет, но уже в черном, как смоль, балахоне, развевающемся и словно тающем в воздухе. – Теперь я тебя убедил? – спросил он, усмехнувшись. – Кажется, я совсем спятил… – О, брось. Ты, наоборот, слишком спокойно меня воспринимаешь. Обычно люди кричат, просят о прощении и утверждают, что не делали ничего плохого. А ты, вот, даже пристрелить меня хотел. – Я думал, что ты вор! – Ну, я забираю жизни, но это совершенно законно. – Бог мой… Я выжил из ума, – протянул Джон, снова закрыв лицо руками. – Это просто дурной сон. Сейчас я досчитаю до трех, и ты исчезнешь. Раз… Два… Три… – Помогло? – осведомился Смерть, заставив Ватсона чертыхнуться и потянуться к пистолету. – Ты чего это удумал? – Пока не знаю. Застрелюсь сам или пристрелю тебя. – Выстрелишь в меня – я накручу тебе дополнительные часы агонии, – с легкой улыбкой проинформировал брюнет. – А если застрелюсь? – Попадешь прямиком в ад, как и все самоубийцы. Хотя, должен сказать, твое время еще не пришло. Так что… не думаю, что ты захочешь на тот свет раньше назначенного срока. Джон отложил попытку спустить курок и с долей любопытства посмотрел на Смерть. Высокий сероглазый брюнет с целой копной кудряшек, в старом и местами дырявом черном балахоне – обычно Смерть представлялась ему просто своеобразной сущностью, если даже не просто фактором, а тут, на тебе, довольно красивый мужчина с весьма странным характером. – Если… мое время не пришло, то почему ты здесь? – Мне стало скучно. – Что, прости? – Ску-ка, – протянул Смерть, плюхнувшись на деревянный стул. – Каждый день только и делаешь, что забираешь жизни тех, чье время уже пришло. За несколько веков это надоедает. Становится скучно. – И поэтому ты пришел ко мне? – Да. С тобой не так скучно. Ты забавный, для смертного. – Вот спасибо… – Не за что. Смерть смотрел на него, улыбаясь уголками губ и лениво покачивая ногой. Джон все еще подумывал о том, чтобы вызвать бригаду санитаров. Ведь так не бывает! Смерть не может вот так просто сидеть на стуле в небольшой, местами обшарпанной кухне, и так спокойно сообщать, что его, Джона, время еще не пришло. И вообще это все казалось слишком уж странным. Так не бывает, просто-напросто не бывает… – Ну, я же здесь, – отозвался брюнет, поджав губы. – Значит, все-таки бывает. – Я просто сошел с ума. – Это маловероятно. Конечно, психосоматика и ночные кошмары довольно скверный подарок после войны, но до сумасшествия не доводит. Вот был у меня один псих… – Стой, – прервал его Джон, подняв руку. – Откуда ты знаешь? – Я за тобой гоняюсь уже несколько лет. Поэтому знаю о твоих сеансах к психотерапевту. Кстати, она ничем не поможет – дело не в том, что ты не можешь адаптироваться к мирной жизни. Дело в тебе. – Так ты еще и психотерапевт у нас? – Не без этого, – отозвался Смерть, самодовольно улыбнувшись. – Это не война не отпускает тебя, Джон. Это ты не можешь расстаться с ней, – он указал взглядом на лежащий «Браунинг». – Ты зря тратишь свои деньги. – Возможно, – тихо ответил Джон, поглядывая на Смерть. – Теперь-то это не важно, да? Мне явно осталось совсем немного, раз ты здесь. – Часы, дни, недели… Я не могу ответить на этот вопрос, Джон. Иначе, зная точное время и место смерти, ты сможешь избежать ее. – А это не в твоих интересах. – Вроде того. – Тогда зачем ты здесь? – Ну, считай я хочу сделать тебе небольшой подарок, – Смерть поднялся со стула, и балахон начал превращаться в черный костюм. – Я могу показать тебе, что тебя ждет, когда придет время. – Мне обязательно это знать? – Это лучше, чем прозябать оставшееся время в этой квартирке. Правда, это может быть опасно… – Запугиваешь? – О, нет, что ты! Пытаюсь втянуть. Тебе ведь именно этого и не хватает – опасности, адреналина. Я могу тебе его дать. – За мою душу, разумеется. – За все нужно платить. Итак, ты готов пойти со мной? – Смерть протянул Джону свою белоснежную худую руку. Джон несколько секунд раздумывал о нормальности этого предложения. Но Смерть был прав – ему действительно не хватало чувства опасности, не хватало этого жгучего адреналина в крови. Вот только называть Смерть Смертью ему не шибко нравилось. – Прежде чем мы отправимся бог знает куда… У тебя есть другие имена? Смерть вскинул брови, затем нахмурился, обдумывая вопрос, после чего ответил: – Можешь звать меня Шерлок. Был у меня один парень… – Давай без подробностей, – перебил его Джон, усмехнувшись. – Шерлок, значит? Хорошо, я Джон. – Я знаю. – Я просто представился, из вежливости, – Шерлок, кажется, решительно ни черта не понял. – Забудь. Думаю, мне нужно будет одеться. – В этом нет нужды, – Шерлок щелкнул длинными пальцами, и на Джоне уже красовалась черная мантия. – Теперь готов? – Да, думаю, да. Шерлок снова протянул свою руку, и Джон, чуть помедлив, протянул свою, чувствуя мертвенный холод фарфоровой кожи. И он не имел ни малейшего понятия, насколько сильно изменил свою жизнь, дав согласие самой Смерти…

*****