Сказка, в которую никто не поверит

Дружная атмосфера в студии мгновенно сменилась на отвращение к моему «персонажу». – Что, Гарольд? Красивые слова закончились? – ведущая перевела насмешливый взгляд на меня. От страха по всему телу поползла дрожь, напоминающая болезненный озноб. Гарри, заметив это, провёл ладонью по моей коленке, словно его поглаживание могло снять напряжение, возникшее в зале и перед экранами тысяч телевизоров. Элеанор испуганно смотрела на ведущую, которая то и дело сверлила меня ожесточённым взглядом. Луи оторвался от спинки дивана, обеспокоившись накалившейся ситуацией. На цветном широком экране, позади стола Урсулы, высветились фотографии документа, подтверждающего фальшивую личность Дэстини Хоуп. Поднявшийся в зале гул обманутых людей отозвался нарастающей тревогой. Что может быть хуже разъярённых фанатов? Они затопчут меня, не оставив живого места, если Гарри будет продолжать играть в молчанку. – Буквально на днях к нам в студию поступил анонимный звонок от человека честного, порядочного… – Урсула подмигнула мне. – Не буду кидаться бессмысленными словами и перейду сразу к вопросу: Гарри, ты заключил контракт с Джейн, чтобы скрыть ото всех гомосексуальную любовь к Луи? Может, это нервы дали о себе знать, но реакцию нашего квартета на вопрос Урсулы так никто до конца не разгадал. Мы все одновременно рассмеялись. От истерического смеха у Луи катились слёзы. Элеанор спрятала своё лицо руками, продолжая хохотать. Гарри ехидно улыбался в лицо ведущей. Ну а я стёрла улыбку, как только Стайлс решился ответить. – Сначала мы действительно заключили контракт, но чем дольше нам доводилось проводить вместе время, тем яснее осознавали любовь друг к другу. Сейчас у нас реальные отношения… Урсула перебила его: – Гарольд, Гарольд. Врём до последнего? Тебе бы только сказки сказывать, да боюсь, в них не будут верить. – Урсула поднялась, продемонстрировав нам длинное неуклюжее жёлтое платье. – Точно как в эту. – Послушайте, сказанное мной – правда, – отчаянно оправдывался Гарри, но веры в его слова не возникало даже у наших друзей. Кому было выгодно разоблачать нас? Кто знал о контракте? Лу, Майк? Вопросы лихорадочно переплетались в голове, обобщая мысли в одно незамысловатое предложение: «Мы в заднице». Урсула металась из стороны в сторону, выкидывая в зал обидные догадки по поводу наших отношений. Публика жадно глотала лживые слова ведущей. Я не смогла терпеть столь обжигающего давления и, вскочив с кожаного дивана, направилась к выходу из студии. Сзади послышался победный голос ведущей: – На ваших глазах Джейн Ригби нарушила один из пунктов контракта! Что ты сделаешь с ней за это, Гарольд? Я побежала по длинному, наполненному служащими коридору, наконец отделавшись от обвиняющих реплик Урсулы. У двери, ведущей на улицу, меня подрезал Уилл – менеджер группы. Он без колебаний принял меня в объятия, успокаивающе поглаживая по голове: – Я не знал. Спустя пару минут подтянулись остальные герои телешоу. Я отстранилась от доброго дяди Уилла, не поднимая взгляда на ребят. Гарри попытался обнять меня, но я отошла назад. В глубине души я обвиняла его в случившемся, хоть и не желала признавать этого. – Вот что мы сделаем, – раздался лидерский тон Уилла. – Быстро, насколько это возможно, проходим к машине. Не оборачиваемся, не реагируем на выкрики папарацци. Запомните, их цель – показать вас в плохом свете. Ни за что не подыгрывайте им. Это понятно? Все мы безмолвно согласились. Путь оказался мучительно долгим. Охранники отважно защищали наши жизни. Как и предсказывал Уилл, папарацци встретили нас враждебно. Вспышки фотоаппаратов ослепляли глаза, и я пожалела, что не взяла тёмных очков. Тогда Гарри пожертвовал своим зрением, отдав мне собственные очки. Мы добрались до чёрного грузовика. В салоне было тесно и жарко. Гарри сидел вплотную ко мне, Элунор напротив нас. Уилл устроился около водителя. – Сколько раз я должен буду извиниться, прежде чем ты меня простишь? – спросил Гарри, касаясь губами моего горячего лба. Я не отреагировала, увлёкшись внутренним монологом. *** В особняке «мамочки Энн» нас встретили криками возмущённые друзья: «Всё это время вы нас обманывали?!» Дальше пошли неприятные разговоры. В адресованные нам обвинения изредка вмешивался Луи, но его защита едва ли помогала. Я, подражая зомби, поплелась в комнату, где отключилась на несколько часов. Посреди ночи проснулась от нехватки воздуха в лёгких. На мгновение я решила, что умираю, но, вспомнились слова доктора: «Такое иногда будет случаться», и мне удалось восстановить ритм дыхания самостоятельно. К двери подошли две пары ног. По шёпоту я определила голоса Луи и Гарри. – Твой прокол войдёт в историю, – прошептал Луи, и его шаги удалились. Гарри тихо вошёл в спальню, застав меня сидящей на кровати. – У нас всё хорошо? – осторожно спросил он, закрывая за собой дверь. – Всё хорошо. – Есть желание обсудить сегодняшний день? – робко спросил он. – Схожу за соком. Поднявшись с кровати, я прошла мимо Гарольда и вышла за дверь. Стук захлопнувшейся двери разлучил нас на неделю.