Приоритеты меняются с возрастом

Сначала мы с ним не поладили. Когда мне было четырнадцать, они с отцом первый раз приехали к нам. Утром я почти всегда пропадала в библиотеке, жуя что-нибудь на ходу. Придворные пару раз пытались сообщить, что это не подобающее поведение для сестры короля, а вот брат никогда не пытался сделать из меня леди. Всегда это слово у меня произносится с неким презрением, знаете, такие, которые постоянно шепчутся меж стеллажей о симпатичных стражниках. До жути надоели. Я читаю у восточного окна, в самой глуби королевской библиотеки Гондора. Солнце совсем недавно поднялось над землей, и его золотистый свет кое-как пробивается сквозь низкие дождевые облака. В немного пожелтевшей траве путаются первые опавшие листья. Август подходит к концу и, в этих краях совсем скоро вступит в свои права осень. Косой солнечный луч падает на страницу, а в его свете видно, как медленно кружатся пылинки. Библиотека во дворце воистину потрясающая: огромный зал, заставленный лабиринтом стеллажей до потолка, на которых теснятся книги, рукописи, карты. Это место полюбилось мне сразу, ведь раньше ничего подобного я не видела. История королевства – это довольно захватывающе, если тебя никто не перебивает. Из-за ближнего стеллажа раздается приглушенный томный вздох. О, Эру, они снова здесь. Я зажимаю палец меж страниц и, поднявшись с кресла, иду вдоль стеллажа, держа книгу в руке. Слова становятся отчетливее. Обойдя его, вижу трех придворных девушек, сидящих ко мне спиной и, прикрывшись миниатюрными ладошками, что-то яро обсуждающих. Я присела на рядом стоящий столик, но те меня не замечали, увлекшись беседой. - И как можно быть такими сплетницами. Ойкнув, одна из них вскочила, а вслед за ней другие. - Ах, Вы разве не слышали? – они заговорщически переглянулись между собой, словно собираясь выдать мне страшную тайну. – Сегодня здесь должен объявиться сам король Лихолесья с молодым царевичем Леголасом. Ваш брат устраивает торжественный прием. Она снова восторженно ахнула, а ее речь продолжила другая. - Вы видели его хоть раз? Пшеничные волосы, а глаза, как самая чистая небесная лазурь в летний день. - А его руки, ах, - подхватила третья, - Наверняка такие нежные и сильные… - Да, наверняка он немало орков этими руками положил, - я усмехнулась, глядя на их удивившиеся лица. – Что, вы об этом не думали? Так идите, поразмышляйте на досуге и не мешайте мне тут своими вздохами. Мне было четырнадцать, и подобная ерунда меня ничуть не интересовала. Мне было четырнадцать, и куда интереснее было вскочить на Хазуфела, и мчаться вниз с холма, навстречу ветру под веселый лай пса. Мне было четырнадцать, и я собирала волосы на затылке и просила свободных стражников обучать меня фехтованию на полигоне, до изнеможения. Мне было четырнадцать, и я ни разу не надела платье, потому что это не для меня. Мне было четырнадцать, когда я познакомилась с Леголасом. Он был внешне старше меня, а о возрасте мне вообще, думаю, стоит умолчать. После брака Арагорна и Арвен, многие пересмотрели свои взгляды на союз двух рас. Владыка Трандуил посчитал, что сестра государя Гондора довольно неплохая кандидатура для своего сына. Арагорн был с ним согласен. Только нас никто не спросил. Уже стемнело, основное веселье проходило во дворце, я же лежала на скамейке в саду, разглядывая бескрайнее звездное полотно. Тучи еще в обед разогнал западный ветер. В легкие осторожно пробирался густой запах трав, а я думала о принце. Он красив, безусловно, приятен в общении и обходителен, но вот замуж совсем не хотелось. Пусть брат и сказал, что случится это только через несколько лет, но мне было четырнадцать, какие к черту мысли о свадьбе. Бред, этот мир сошел с ума. Под скамейкой копошился Ромир, что-то вынюхивая в траве. Подложив одну руку под голову, а другую пристроив на животе, мне вдруг захотелось петь. Какими-то особыми талантами я не обладала, но голос был приятный. Что ни вечер, то мне, молодцу, Ненавистен княжий терем, И кручина, злее половца, Грязный пол шагами мерит. Это была одна из любимых песен стражников, которую они пели, порой, сидя ночью у костра, вглядываясь во мрак за стенами. Завихрился над осиною Жгучий дым истлевшим стягом; Я тоску свою звериную, Заливаю пенной брагой. А я иногда сидела с ними, если дежурил знакомый караул, и подпевала. Был волчонок, станет волк, Ветер, кровь и серебро... Последние слова унеслись с потоком ветра в сияющую ночь. Кто-то присел на подлокотник у моей головы. - Поешь ты красиво, но жениться я не хочу. - Я тоже не хочу, - разговаривать, не глядя куда проще. - Жениться? – усмехнулся Леголас. Я лишь фыркнула. - Приятно было познакомиться, мне пора. – Я поднялась с лавочки. – Ромир. Пес тенью выскользнул из-под скамейки и, довольно виляя хвостом, направился за мной по тропинке, растворяясь в ночи.