Один в один. Семейные ценности

КЭРИ: - Мне нужно позвонить Белатрисе! – возмущаюсь я, когда мама берёт меня под локоть и буквально тащит к лифту, Гамбол следует за нами по пятам. – Она ведь не знает, что я поехала в Лос-Анджелес. Боже, да она же с ума сойдёт, решит, что со мной что-нибудь случилось! Я вырываюсь из цепкой хватки матери и резко разворачиваюсь на каблуках, уперев руки в боки. Гамбол едва заметно ухмыляется, словно находит что-то ужасное смешное в таком моём поведении, я награждаю его холодным взглядом, точно таким же, каким и мою мать. Резкая перемена в характере немного пугает меня саму, но сейчас совсем не время корчить из себя кисейную барышню, пора уже и мне побыть сильной. Для разнообразия. - Где сейчас Белатриса? Ты давно с ней виделась? – Гамбол старается не выдавать свою нервозность, но любой дурак смог бы заметить, что он переминается с пятки на носок, а его руки трясутся мелкой дрожью. Почему этого парня так волнует моя сестра? Почему Белатриса так нервничала, когда рассказывала нам с Домиником о нём? Тогда, в Палм-Спрингсе, который сейчас казался мне таким далёким и невероятно жарким приключением, я не придала этому значения, но здесь? Здесь всё, что угодно, могло оказаться правдой. Скандальное прошлое моей матери – почему бы и нет? Роман Белатрисы с этим доктором-секси – ещё один возможный исход событий. - Я виделась с ней пару часов назад, а после – сбежала прямо из-под её носа, - огрызнулась я. – Если я не позвоню ей сию же минуту, она поднимет всю калифорнийскую полицию на уши. Могу я предотвратить непоправимое, или же перед этим мне придётся выслушать невероятную историю о твоих юношеских похождениях? Я вперила твёрдый взгляд в мою мать, осознавая, что немного перегнула палку. Обычно светлое и спокойное лицо мамы сейчас исказилось от… от боли? Может, от злости? Я не знала. На секунду мне захотелось извиниться, сказать, что я вовсе не это имела в виду, но был ли в этом смысл, ведь я говорила именно то, что думала. Я презирала мою мать в данный момент. Я не могла принять её такой. Не сейчас. Возможно, Белатриса смогла, но я никогда не говорила, что могу быть такой же великодушной и понимающей, как она. Она была сильной. Я же всегда оставалась самой собой. Не дождавшись разрешения с чьей-либо стороны на звонок, я достала мобильный и стала набирать номер сестры. Пальцы дрожали, и я два раза попадала на чужие номера, но в третий раз мне таки удалось соединиться с Белатрисой. - Осознала всю мелочность своего поступка и теперь просишь забрать тебя с другого конца города? – холодно осведомилась обиженная сестра, но я её за это не винила. Я набрала в грудь побольше воздуха и выпалила на одном дыхании: - Всё, что ты мне говорила, оказалось правдой. Мне правда очень жаль за то, как я повела себя там, в кафе. - Почему ты решила, что я рассказала тебе правду? – настороженно спросила Белатриса, всё ещё явно не горя желанием прощать меня. – Как ты узнала? - Ну, я встретила маму и доктора-секси вместе в Лос-Анджелесе. Это многое объясняет, - добавила я. Гамбол, всё это время стоявший рядом со мной, услышав своё новое прозвище, удивлённо на меня воззрился. Я сделала вид, что не заметила его ошарашенного лица, и сконцентрировалась на хриплом голосе сестры. Несмотря на то, что прошло совсем не много времени с моего отъезда, я была ужасно рада тому, что мы разговариваем. Она подняла трубку, и это уже много для меня значило. - Каким ветром тебя занесло в Лос-Анджелес, Кэри? – требовательно спросила Белатриса, резко забыв о том, что обижалась на меня – теперь её голос был не холодным, как прежде, а озабоченным и взволнованным. – Что ты делаешь там посреди ночи? С тобой всё хорошо? Я стёрла пот со лба. - Да-да, я в полном порядке, - заверила я сестру. – Я просто хотела доказать тебе, что ты не права. Всё вышло совсем наоборот. Ты нужна мне сейчас, Трисс. Можешь приехать? Пару секунд на том конце трубки стояла звенящая пустотой тишина. - Ты там вместе с мамой? – сухо спросила Трисса. Я кивнула, поздно сообразив, что сестра не может видеть моих движений. - Да, - подтвердила я, мельком бросив взгляд на ссутулившуюся фигурку матери. - И с вами Гавриил, - это не было вопросом, скорее констатацией факта. - Да, - осторожно согласилась я, гадая, какая реакция за этим последует. Сестра замолкла. Я могла только догадываться, какие мысли в данный момент мелькают в её голове, какие образы услужливо воскрешает память. Белатриса колебалась. Впервые за всю свою жизнь она решала, как поступить, взвешивала все «за» и «против». Наверное, причины были донельзя серьёзные. Почему-то я не могла поверить, что этими самыми причинами выступали глубокие и эпичные проблемы в отношениях с тридцатидвухлетним мужчиной. - Ладно, - после долгого молчания отозвалась Белатриса. – Я скоро буду. БЕЛАТРИСА: - Нет, я поеду с тобой, - настаивал Доминик, не давая мне выйти из номера мотеля. Я нахмурилась. Парню вовсе не зачем было уезжать посреди ночи вместе со мной, ведь он, несмотря на всю свою доброту и понимание, не являлся частью нашей семьи. Конечно, он был племянником Маршала, но сейчас речь шла вовсе не о нашем отчиме. Моя мать была там, вместе с Кэри в Лос-Анджелесе, и я не могла просто оставаться здесь. Я должна была знать правду о ней, тем более, что она наверняка созрела для того, чтобы рассказать её нам. Тот факт, что она приехала к Гамболу спустя шестнадцать лет после своего отъезда, значил многое. Я не знала – позвонил ли он ей из-за того, что встретил меня, или же они постоянно поддерживали связь, а при встрече мужчина просто врал мне. Я не знала. Я знала только то, что Кэри была там, и она нуждалась в моём присутствии. Это было достаточно весомой причиной, чтобы приехать. С кем я там столкнусь – проблема последняя. Я на пальцах объяснила Гамболу, что думаю о его словах и чувствах. Он не станет трогать меня, не в присутствии матери. Она всё еще слишком много для него значит. - Нет, ты останешься тут, - твёрдо произнесла я, отпихивая парня в сторону. – Доминик, это не твоё дело. Правда, не твоё. Доминик не терял энтузиазма. - Там Кэри, - бодро произнес он, следуя за мной по пятам, когда я вышла в вестибюль. Я медленно кивнула. - Да, там Кэри, и, когда она позвонила, то не сказала взять тебя с собой. Парень поднял указательный палец. - Она просто не подумала, что я могу быть полезен, - тем же невозмутимым тоном сообщил он. - А ты можешь? – настороженно спросила я. - Конечно, - Доминик протянул руку, чтобы забрать у меня чемодан, когда мы подошли к лестнице, - я могу.