Золотая рыбка

Гримджоу до последнего не хотел соглашаться с планом Шаулуна. Но доводы друга были весьма убедительными, а предложение разделится, чтобы вывести Иноуэ из-под удара, казалось правильным решением в сложившейся ситуации. Что и говорить, синеволосый сам понимал, если девушка будет рядом, то подвергнется большой опасности, а этого он допустить не мог. Оставив Рыжую на попечение Шаулуна, Джагерджак вернулся в город, оттягивая внимание Готея на себя. За то, что эти ублюдки не просто испортили его встречу с любимой девушкой, а еще и посмели причинить ей боль, синеволосый не ведал пощады. Расправившись со всеми преследователями не без помощи Эдрада Лионеса – своего начальника охраны, Гримджоу спешил обратно. Он не мог думать ни о чем, кроме как о сохранности Орихиме и подозревал, что этот мерзкий страх отступит, когда девушка окажется в его объятиях целой и невредимой. А до этого момента оставалось уповать на то, что Готей не станет распылять силы на кого-то вроде нее. - Странно, не находишь? – взялся рассуждать Лионес, когда парни были в нескольких десятках километров от загородного поселка, где намечалась встреча с Шаулуном и Орихиме. – Если подумать, то нас преследовали лишь люди Кучики, так? Причем не просто наемники и люди со стороны, а готеевцы. Я видел метки. Они были у всех. Я пытался выудить из них хоть каплю информации, но ответом мне было лишь упорное молчание. Джагерджак, сидящий на переднем пассажирском, не ответил ни на один вопрос друга. Но словоохотливый Лионес не собирался затыкаться, совершенно не опасаясь его гнева и угрюмости. - И все же насчет остальных… Мог ли Шаулун ошибаться, как думаешь?.. Если бы там были головорезы Кенпачи или люди из клана Фонг, то мы бы так быстро не отделались. С другой стороны, если Шаулун все-таки не ошибся, то… - … нападения готовились не только на меня, - с мрачной уверенностью произнес синеволосый. – Я не удивлюсь, если все мы подверглись атаке. Так что меньше трепа и… И просто гони, мать твою!.. Перемена в голосе Гримджоу на последнем предложении заставила Лионеса неприятно поежиться, и с опасением посмотреть в его сторону. Вдалеке справа над лесом в ночное небо клубами поднимался дым. И вряд ли он был от костра припозднившихся туристов... Воздержавшись от каких-либо комментариев, Эдрад выполнил приказ. Достигнув дороги, ведущей в поселок, парни бросили машину. Дальше нужно было следовать как можно тише, не привлекая лишнего внимания. Проверив оружие, они решили разделиться. Лионес направился в обход по тропе, огибающей населенный пункт, чтобы подойти к дому с черного входа, а Гримджоу направился по главной дороге. Гонимый отчаянными размышлениями, синеволосый преодолел довольно приличное расстояние до своего дома за считанные минуты. Навязчивая идея о том, что своей волей он отправил Орихиме навстречу смерти, не желала оставлять его и сводила с ума. На подъездной дорожке перед домом были припаркованы несколько машин: серебристая ауди Шаулуна, черный ленд ровер охраны и неприметная шевроле. Ни рядом, ни внутри машин никого не было. Это предоставило Гримджоу возможность беспрепятственно подобраться к воротам и заглянуть внутрь. Двор был сносно освещен пламенем догорающего здания, что позволило заметить троих готеевцев. Позабыв о всякой осторожности, они стояли на лужайке и совершенно не следили за входом. Воспользовавшись этим, Джагерджак подошел ближе. Он не мог взять в толк, что привлекло их внимание, пока не расслышал слова: - Ну же, малышка… Смотри, я безоружен… Ты же не станешь стрелять в меня, правда? Переместив взгляд туда, куда смотрел говоривший готеевец, Гримджоу увидел Орихиме. Девушка была загнана в угол, но продолжала сопротивляться грубой и жестокой силе всеми доступными методами. Сейчас она направляла на своих врагов пистолет, и пока никто из них не желал проверить на своей шкуре ее решимость. От увиденного с плеч Гримджоу свалилась гора, а образовавшуюся эмоциональную пустоту мгновенно заполнила ярость. - Конечно, девушка стрелять не станет…- бросил Джагерджак в спины готеевцам, стремительно приближаясь к ним. – Потому что я, блядь, порву вас прежде! Пока парни оборачивались и соображали о кардинальном изменении в расстановке сил, синеволосый уже был рядом с ближайшим из противников. Схватив парня за волосы, Гримджоу приложил его лицом к своему колену. После чего перехватил готеевца за шею и, неестественно заведя его правую руку за спину, сломал ее в плече, а точнее с плечом вместе. По округе разнесся нечеловеческий вопль и оборвался. Приподняв безвольное тело за шиворот, синеволосый швырнул его на второго готеевца. Не ожидая такой атаки, тот потерял равновесие и плюхнулся на землю. Тем временем Джагерджак метнулся к последней цели. Этот парнишка был порасторопней и посообразительней, но все же недостаточно для уровня Гримджоу. Выбив из его руки, появившийся там нож, синеволосый угостил его мощным апперкотом по туловищу. Противник сложился пополам, открываясь для удара по позвоночнику, который последовал незамедлительно. Упавшего себе под ноги парня Джагерджак отпинал не стесняясь. Убедившись, что противник если ни при смерти, то уж точно без сознания, синеволосый обернулся к первым двоим. Готеевец, получивший удар в лицо, мертвым грузом придавил второго, в панике пытающегося выбраться из возникшей западни. Неумолимо приблизившись к ним Гримджоу оттолкнул бессознательное тело со своего пути и навис над единственным оставшимся в сознании парнем. - На кого ты работаешь, мразь? На лице готеевца застыл неподдельный ужас, который не позволял ему не только говорить, но и думать. Чтобы запустить мыслительные процессы своего пленника, Джагерджак поставил ногу на его грудь и немного надавил. - Попытка вторая. На счет «пять» я раздавлю твою грудную клетку. Сломанные ребра вонзятся в плоть и легкие, доставляя немыслимые страдания, а затем ты подохнешь, захлебнувшись собственной кровью. Отвечай! На. Кого. Ты. Работаешь? - На Кучики! – завопил перепуганный насмерть паренек. – На него! Только не убивайте! Не убивайте меня! Гримджоу присел рядом с готеевцем и приблизив к нему свое лицо проговорил: - Тогда передай этому выблядку, что он - следующий! Выговорив это Джагерджак вырубил парня прямым ударом. Удовлетворенно осмотрев поверженные тела своих врагов, синеволосый перевел взгляд на Иноуэ. Девушка продолжала сидеть на прежнем месте и направляла пистолет в пустоту. Пребывая в сознании лишь физически, она, к счастью, осталась безучастна к произошедшей кровавой расправе. - Рыжая?.. – Гримджоу сделал шаг в ее сторону. Девушка не отреагировала, поэтому он продолжил говорить и осторожно приближаться к ней: - Орихиме, ты меня слышишь?.. Будь хорошей девочкой, опусти оружие… Когда между молодыми людьми оставалось около пяти-семи шагов Иноуэ, движимая не более чем рефлексами и инстинктом самосохранения, обернулась к нему, продолжая наставлять оружие. Это заставило Джагерджака застыть на месте. - Полегче, дорогая, полегче!.. Этого всего лишь я – Гримджоу… Разве ты меня не узнаешь? Рыжеволосая смотрела на него довольно долго, прежде чем его слова и присутствие возымели свое действие и ее остекленевший взгляд стали наполнять крупицы сознания. – Вот так, хорошо… Это всего лишь я... А теперь просто опусти пистолет… Орихиме вздрогнула и, разжав пальцы, выронила оружие. Ее потерянный взор остановился на синеволосом и она потянулась к нему, беззвучно двигая губами. Молниеносно преодолев расстояние, разделяющее их, Гримджоу упал перед ней на колени и крепко обнял. Каждая клеточка его существа тянулась и стремилась к ней так, словно Иноуэ могла сейчас же исчезнуть, а он пытался впитать в себя как можно больше ее тепла. - Грим… - задыхаясь от волнения и слез, пыталась выговорить девушка. – Я так испугалась… так испугалась… не отсылай меня больше… я хочу быть с тобой!.. - Больше я не сделаю такой глупости, Рыжая, - пообещал Джагерджак, признавая свое безрассудство и легкомысленность. Знал бы он, что все настолько серьезно, то наступил бы на горло своей ревности и отправил бы девушку в особняк, как и предлагал Шиффер. – С тобой все хорошо? Ты не ранена? Где-нибудь болит? Девушка покачала головой и еще крепче прижалась к его груди. - Прости меня, малыш… Я виноват, что втянул тебя в это. Сейчас был самый подходящий момент для извинений. Если слова не смогли передать всех его страхов и сожалений, зато они были искренними и шли от самого сердца. - Гримджоу? – синеволосый вздрогнул от звука собственного имени и заметил угрюмого Лионеса, остановившегося рядом. – Поздравляю, из вас вышла замечательная мишень! - Не ворчи. Мы уже одни. - Их было трое? – Эдрад присмотрелся к телам, лежащим на земле неподалеку, и подошел поближе. - О, а этот еще вполне жив… - Этого оставь, - приказал Джагерджак, заметив, что рука друга потянулась к оружию. Лионес зло пробубнил себе что-то под нос и прошел дальше. Рядом с телом Макото он задержался дольше: присел на корточки, провел рукой по лицу, закрывая глаза умершего, а потом по-дружески потрепал по плечу и проговорил: - Ну уж прости, что так вышло… Отдохни там хорошенько, а я улажу здесь все. И был бы Джагерджак проклят, если бы не услышал в голосе Эдрада горечи. Поэтому единственное, что он мог сделать – это отвести взгляд и позволить им простится. Тем более, если бы не Макото и другие, то, возможно, не держал бы он Орихиме в своих объятиях и не говорил бы с ней. - Ну, так куда теперь? – Лионес вновь остановился рядом. – Пожалуй, нам всем сейчас нужно отдохнуть. - Едем в «убежище», - ответил синеволосый. – За ночь все уляжется, а утром отправимся в особняк. - Хорошо, я заведу машину. Похоже, госпожа единственная, кто чудом уцелел… - Шаулун… - встрепенувшись, словно вспомнив что-то чрезвычайно важное, тихо выговорила Иноуэ. - Что? – переспросил Лионес. – Где он? Девушка неопределенно махнула рукой в сторону лужайки по другую сторону от каменной дорожки и быстро заговорила, проглатывая слова: - Он там… Он был жив! Шаулун оттащил меня от дома, но нас отбросило взрывной волной. Я не смогла привести его в чувства, но он точно жив! - Хорошо, мы поняли. Успокойся, - проговорил синеволосый, в то время как Эдрад, не утруждая себя выслушиванием ее рассказа, уже разыскивал Кауфана. - Ну как, он жив, Гримджоу? – взмолилась Иноуэ, словно тот мог хоть как-то повлиять на произошедшие события: – Пожалуйста, скажи мне, что он жив! - Эдрад, что там? – повелительно окликнул друга Джагерджак. - Все нормально. Жить будет, наверно. - Слава богам! – отозвалась Орихиме. – Как я рада!.. - Ладно, малыш. Нам нужно уходить – оставаться здесь может быть опасно. Поднявшись на ноги, парень потянул ослабевшую девушку следом за собой и вывел к машинам. Через несколько минут из ворот вышел Лионес, поддерживая едва пришедшего в себя Шаулуна, и привалил того к боку ленд ровера. - Возьмем эти машины? - Да и убираемся отсюда, - кивнул Гримджоу, помогая девушке сесть в ауди. *** *** *** Машина медленно сбавила скорость и остановилась. Орихиме открыла глаза и, выпрямившись на сидении, пыталась всмотреться в непроглядную темноту за окном. - Мы уже приехали? - Да, это здесь, - ответил синеволосый и заключил ее в объятия. - Ой… – беспомощно выдохнула девушка, совершенно не понимая как реагировать на его внезапный порыв. – Грим… джоу?.. Что случилось?.. - Уже ничего... Не вырывайся от меня хотя бы пару минут, - попросил он. Девушка озадачено застыла. Она чувствовала, что без повода так крепко не прижимают к себе и не бросаются такими просьбами. Впрочем, поводом был, пожалуй, весь прошедший вечер. - Со мной все в порядке, - проговорила Иноуэ, позволив себе немного расслабится в его руках. - Уверена, что все хорошо? – переспросил парень, не очень-то доверяя ее словам. Девушка не хотела скрывать от него свои истинные чувства. Но проблема заключалась в том, что она пока не могла осознать всего случившегося. Их встреча, которая незаметно превратилась во что-то жестокое, мрачное и беспросветное не укладывалась в рамки ее истерзанного сознания. - Конечно же нет, - чистосердечно призналась Орихиме, сцепляя руки в замок и ощущая на кончиках пальцев неприятную стянутость от чужой крови. – Но сейчас мне достаточно того, что мы живы. Ты и я. А с остальным, думаю, как-нибудь разберемся?.. - Да, - отозвался Джагерджак. Его объятие стало нежнее. – Знаешь, дом пустовал всю зиму, поэтому нам придется мириться с некоторыми неудобствами... Останешься пока здесь, а я все проверю и вернусь за тобой, хорошо? Мрачное чувство дежавю шевельнулось в ее сознании, и сердце моментально сковал страх. Иноуэ задержала руки Гримджоу на своей талии, когда он уже готов был ее отпустить. Девушку не пугали трудности или неудобства. Она согласна была мириться с ними, вплоть до того, чтобы провести ночь так как сейчас – сидя в машине. Но только не отпускать парня проверять очередной дом. - Нет, подожди!.. А ты… Ты уверен, что здесь безопасно? - Уверен. Иначе это место не было бы «убежищем». - Но… - Я обещаю – больше никаких глупостей, особенно если речь идет о твоей безопасности, - проговорил Джагерджак, запечатлев на ее шее несколько поцелуев. От этого ее протесты и размышления превратились в вязкую бессмысленную кашу. – Подожди меня здесь. А когда приедет Лионес, передай ему, чтобы шел ко мне. Раздав указания, Гримджоу оставил Орихиме одну на растерзание чувствам вины, беспомощности и стыда. Он теперь не только знал о ее слабости к нему, но и умело этим воспользовался. Наверно, она должна была злиться, но не могла. Проведя в одиночестве еще какое-то время, девушка услышала звук приближающейся машины и вышла на свежий воздух. Ленд ровер Лионеса ослепил ее светом фар и затормозил рядом. - О, госпожа, - облегченно проговорил мужчина, выбираясь из салона автомобиля и не позволяя ей произнести ни слова. – Может, хоть вы поговорите с этим ослом?! У меня от его брюзжания уже уши отвалились! Побудьте моей спасительницей! Девушка перевела взгляд на истерзанное страданиями бледное лицо Шаулуна. Брюнет сидел на пассажирском сидении с закрытыми глазами. - Конечно, я побуду с ним, - с готовностью согласилась Иноуэ. – А вы идите к Гримджоу - он просил вас прийти. - Да, уже иду! И, госпожа… - мужчина придержал дверь и указал на место, которое сам только что покинул. - Вы бы сели в машину... Холодно здесь. - А?.. Да, хорошо, спасибо, - пробормотала Иноуэ. Лионес кивнул и зашагал к воротам дома. Как только он скрылся из виду оживился Шаулун и, открыв дверь со своей стороны, попытался выбраться наружу. Орихиме в панике метнулась к нему, обежав автомобиль вокруг. И едва успела удержать мужчину на месте, преградив дорогу. - Подождите, пожалуйста! Вам лучше не двигаться! Брюнет прошелся по ней раздраженным взглядом. Она почувствовала, что будь у него силы - он оттолкнул бы ее в сторону, но сейчас в его распоряжении были только слова: - С дороги, госпожа. - Вам лучше остаться здесь, - предупредила Иноуэ. На ее веку уже были гордые и придирчивые пациенты. А так же брюнеты с более убийственными взглядами, нежели взгляд Шаулуна. – Я присмотрю за вами. - Мне не нужна сиделка. Лучше идите по своим делам! - Но я обещала присмотреть за вами – теперь это мое дело, - вежливо, но настойчиво объяснила девушка. Брюнет разочарованно цыкнул. – Впрочем, я тоже не хочу здесь сидеть. Вот, обопритесь на мою руку, и я провожу вас. - Что, потащите меня, госпожа? Не смотря на его неприкрытую грубость и сарказм, девушка даже не подумала отступить. - Вам хорошо досталось из-за того, что вы защищали меня. У меня нет ни влияния, ни денег, поэтому побыть с вами и помочь – это все, что я могу сделать. - Что ж, - усмехнулся мужчина, показывая всем своим видом, что ему не оставили выбора и захлопнул перед ее носом дверь. Девушка облегченно вздохнула. Хотя бы так, но она заставила его оставаться на месте. Стук в боковое стекло заставил Орихиме вздрогнуть. Подняв голову, она встретилась с раздраженным взглядом Шаулуна и его немым жестом, указывающим на соседнее место. Поспешив сделать так, как он приказал, она получила от него выговор: - Как глупо избежать взрыва, но слечь с банальной простудой! Хорошо же вы цените усилия других! - Простите, - пробормотала Иноуэ, украдкой бросив на Шаулуна взгляд. Он выглядел очень измученным и опять прикрыл глаза, словно так было легче переносить страдания. Потянувшись к нему, она дотронулась до его лба тыльной стороной ладони. - Что такое? – ворчливо спросил брюнет. - Ничего, - Орихиме отдернула руку. - Нужно доставить вас в больницу как можно скорее. - Это плохая идея, госпожа, - немного смягчил свой тон Шаулун, и его обращение уже не звучало презрительно. – Если вы не заметили, то на нас открыта охота. - Ну, смогли же мы добраться сюда, значит, и до больницы добрались бы! А вдруг… - Было бы неплохо, - пренебрежительно отозвался брюнет. – Одной проблемой станет меньше, не правда ли? Ей понадобилось несколько минут, чтобы понять смысл сказанного. Его слова возмутили и разозлили рыжеволосую. - Да! Да как вы можете? И кто из нас более неблагодарен вы или я? Господин Лионес так обрадовался тому, что вы живы. И Гримджоу. И я. Поэтому даже думать об этом не смейте, слышите? С вами все будет хорошо, ясно? Я не позволю вам умереть! Шаулун с интересом и удивлением выслушал девушку и вымученно улыбнувшись, ответил: - Знаете, если мой ангел-хранитель столь же настойчив и упрям, как и вы, госпожа Иноуэ, то со мной точно все будет хорошо. - Ну вот, а говорили, что сиделка вам не нужна. Кому бы еще вы наговорили столько гадостей? - До вас с этим неплохо справлялся Лионес, - заметил брюнет. – А вот и он – легок на помине. Действительно, Эдрад появился у ворот и начал возится с тем, чтобы открыть их. Быстро с этим расправившись, мужчина направился к машинам. Следом со двора вышел Гримджоу. - Идите, госпожа, - поторопил девушку Шаулун. – Будет лучше, если вы не станете растрачивать свое время на меня. - Будет лучше, если вы не забудете о том, что мы с вами обсуждали, - беззлобно передернула Иноуэ его слова и выскочила из салона, опять меняясь местами с Лионесом. Пока Эдрад усаживался за руль, Шаулун проследил за тем, как Орихиме поспешила к Джагерджаку. Парень нетерпеливо обнял ее, накидывая на плечи какую-то кофту, а затем отправил в дом. - Как поживают твои мрачные размышления? – спросил Эдрад, заводя автомобиль и отвлекая брюнета от наблюдений. – Все еще злишься и собираешься на тот свет? Шаулун не ответил, но еще немного подумав, изрек: - Знаешь, эта маленькая женщина весьма забавна. Лионес раскатисто рассмеялся. - Так значит, она пришлась тебе по вкусу? Так я и думал!.. Жаль, конечно, но, похоже, девчонка в скором времени станет моей госпожой. - Слишком много болтовни, идиот, - раздраженно прошипел брюнет, понимая, что сказал лишнее. – Давай, веди уже – это получается у тебя лучше!.. От этого заявления Лионес рассмеялся еще громче: - Ну-ну, без истерик. Я тоже очень тебя люблю. *** После того, как раненного Шаулуна уложили отдыхать, остальные тоже разошлись по своим комнатам. Дом потемнел и замер. Ночь вступила в свои права, обязанная принести долгожданный отдых смертельно уставшим за день людям. Однако Орихиме добраться до кровати удалось не сразу. Перед этим она не менее часа провела в ванной, сначала смывая грязь, кровь и копоть с себя, а потом проделывая то же самое со своей напрочь изгаженной одеждой. Когда же она добралась до постели, укуталась и согрелась, то спать уже не хотела. Осталось только ворочаться с боку на бок, пытаясь думать о чем-то хорошем, чтобы привлечь сон. Постепенно ее мысли свелись к Гримджоу. Иноуэ вспомнила их первое знакомство, то время, когда он решил, что она станет его врачом и когда потребовал встречаться с ним. Наверно во всем этом было мало хорошего, но эти воспоминания, как и он сам стали много для нее значить. Так много, что она уже не сможет от этого отказаться. Осознав, что поспать этой ночью ей, скорее всего не удастся, девушка сползла с кровати. Накинув на плечи халат, который доходил ей до середины голени, она прошлепала по комнате и вышла в коридор. Без труда сориентировавшись в доме, Орихиме добралась до кухни. Глаза привыкли к темноте настолько, что, не включая свет, она обнаружила на полке стакан и наполнила его водой из фильтра. Утолив жажду, девушка собралась идти назад, подумывая заглянуть в комнату к Шаулуну. Но не пришлось. Неяркий свет мягко расползся во все уголки небольшого помещения. И вместе с ним прозвучал голос: - Рыжая? Какого черта ты бродишь по дому в такой час? Девушке не было нужды убеждаться в том, что позади нее в дверях кухни стоял Гримджоу. - Просто мне захотелось пить, - возразила она и, аккуратно ополоснув стакан, поставила его на место. – Все, уже иду к себе. - Нет, погоди, - синеволосый поравнялся с ней и придержал за руку, показывая, что отпускать ее не намерен. – Раз уж ты не спишь, то может, поговорим? Иноуэ колебалась несколько секунд. Ночные разговоры между молодыми людьми, тем более так начинающиеся, с большей вероятностью приводят к близости, нежели к решению каких-то важных вопросов. Но разве она не хотела быть с ним? Разве его действия, граничащие с наглостью, были ей неприятны? - Хорошо, давай поговорим. Только если речь о сегодняшнем, мне пока нечего сказать… - Нет, о другом, - ответил синеволосый и, подхватив девушку на руки, осторожно усадил на столешницу за ее спиной. Предупреждая возражения, он объяснил: – Я хочу тебя видеть. Еще протесты? Орихиме могла позволить себе усомнится в его словах, но их глаза теперь действительно были на одном уровне, и она решила оставить все как есть. - Так о чем речь? - Ты уже знаешь, что утром мы поедем в особняк к Шифферу, - девушка кивнула, подтверждая его слова. - Я все обдумал и хочу, чтобы некоторое время ты пожила там. - Чтобы я… пожила в особняке? – растерялась девушка, осмысливая его предложение. – Но… зачем? Думаешь теперь я стану мишенью Готея? - Послушай, - Джагерджак взял ее озадаченное лицо в свои ладони. – Я просто не хочу, чтобы ты пострадала. Они видели, что я защищал тебя. Для них ничего не стоит воспользоваться этим. А в особняке ты будешь в безопасности. Я все решил и… - Нет, подожди, - в еще большем замешательстве возразила Орихиме и, взяв его руки в свои, отвела их от своего лица. – Подожди… ты хочешь, чтобы я жила там? Но как долго? И вообще… это же дом Улькиорры… и твоего отца… и твоей семьи… Я не могу жить там просто так! - А как можешь? – переспросил Джагерджак, поставив ее в тупик своим вопросом. – Нужно какое-то особое обстоятельство? Или достаточно того, что я беспокоюсь о твоей сохранности? Иноуэ хотела вновь возразить, но, утопая в его взгляде, не нашла нужных слов. Да и видела, что спорить с ним бесполезно - он уже все решил. Помедлив с ответом, вздохнула: – Нет, думаю я поживу там... Немного. - Вот и хорошо, - с явным облегчением откликнулся Гримджоу и, притянув девушку к себе, поцеловал в лоб. – Воевать с тобой сегодня было бы для меня невыносимо. Теплота его объятий, неподдельная искренность слов коснулись самого сердца Орихиме. Переоценить значимость этого момента было просто невозможно. Девушка впервые ощутила, что значит быть важной и нужной для любимого человека. Не заменой для кого-то, не гостьей на чужом празднике, а самой собой. - Спасибо, - пробормотала Иноуэ, обнимая Гримджоу и прижимаясь щекой к его плечу. Чувство совершенного счастья было таким необъятным и непривычным, что у нее не хватало слов выразить его. – Спасибо, что появился в моей жизни… Спасибо, что изменил ее. - Эй-эй… - синеволосый заглянул в ее лицо и, не удержавшись, провел пальцами по щеке, подцепил прядь шелковистых волос и заправил за ухо. – Не думаю, что я заслужил все эти благодарности. Суета и страхи внешнего мира быстро ушли на второй план. Главным оставались нежные прикосновения Гримджоу, заставляющее ее сердце замирать в груди. Настойчивое желание принадлежать ему больше не пугало Иноуэ, а казалось закономерным продолжением их отношений и способом выразить любовь, что копилась в ее существе. Без лишних разговоров девушка потянулась к нему и коснулась его губ поцелуем. - Но это так. Я хочу быть с тобой, Гримджоу. - А ты хорошо подумала? Теперь? - Да, - улыбнулась Орихиме и вновь подалась к нему. Джагерджак решительно остановил ее порыв, взяв за плечи. - Нет, Рыжая. Еще один поцелуй и я больше не отпущу тебя. Ты будешь принадлежать только мне. Орихиме было странно видеть его таким напряженным. Это, конечно, лишний раз подтверждало серьезность его слов и намерений, но неужели он думает, что нечто подобное может ее остановить? - Я хочу быть с тобой, и мое желание не изменится. Могу я поцеловать тебя? Гримджоу ничего не ответил, но переместил руки на ее талию, удерживая рядом с собой. Орихиме, обрадованная его немым согласием сблизила лица. - Я действительно не отпущу тебя, не смотря ни на что, - в последний раз со всей серьезностью попытался предупредить ее Гримджоу. - Я не боюсь быть с тобой, а боюсь остаться без тебя. Просто знай, что я очень тебя... Последнее слово было украдено с ее губ поцелуем. Нежно. Ласково. Невесомо. - В спальню, - то ли приказал, то ли спросил Джагерджак, но, не дожидаясь ее ответа, крепко взял за ладонь и потянул следом за собой. Когда дверь за ее спиной захлопнулась, девушка поняла, что он привел ее к себе. В комнате царил полумрак от света ночника, расположенного рядом с креслом. Кровать была застелена. - Ты даже не ложился, - заметила девушка с мягким укором. - Конечно, - подтвердил Гримджоу, заключив ее в объятия, прижимая спиной к своей груди. – Как я мог спать, когда ты была так близко? Девушка улыбнулась и нежно провела кончиками пальцев по его рукам: - Как великодушно с твоей стороны мучится в одиночестве. И так глупо собираться отослать меня обратно к себе. - Я пообещал, что дам тебе время и не хотел нарушать слово, - синеволосый понизил голос, и осторожно, но настойчиво подтолкнул ее к кровати. – Пока ты не вздумала соблазнять меня. Орихиме прошла вперед, подгоняемая его настойчивостью и собственным желанием. Когда ее колени уперлись в край кровати, девушка потянулась к поясу халата, намереваясь избавится от него. Под ним было еще достаточно одежды – футболка, которая сегодня выполняла роль ночной рубашки и нижнее белье. - Позволь мне, - прошептал Гримджоу, накрывая ее руки своими. Он по-прежнему стоял за ее спиной и мог полностью ее контролировать, опутывая своими объятиями. Справившись с узлом пояса, синеволосый распахнул полы халата и погладил девушку по талии и бедрам, а затем, забравшись под футболку, повел ладонями вверх, касаясь разгоряченной кожи. - Гримджоу… - выдохнула Орихиме, чувствуя, что сойдет с ума от одних его прикосновений. - Тш-ш-ш-ш… - утешительно прошипел он, щекоча дыханием и целуя ее шею. – Расслабься, малыш. Иноуэ склонила голову набок и зажмурилась, блаженствуя. Халат соскользнул с ее плеч, опускаясь к их ногам. Почувствовав это, девушка залезла на кровать, вынужденно разрывая их объятия. Но едва успела обернуться к Гримджоу лицом, как вновь оказалась в его руках. - Не сбежишь, Рыжая. Ты моя. Его властный взгляд проникал в самую душу и должен был пугать своей безумной решимостью, но Орихиме могла чувствовать лишь безграничную нежность к этому сильному человеку. - Даже не пытаюсь, - едва слышно ответила она и сконцентрировала свое внимание на непослушных пуговицах его рубашки, которые не позволяли коснуться его тела. К ее удовольствию синеволосый не стал церемониться с собственным раздеванием. Нетерпеливо рванув рубашку за край, он мигом освободился от этой детали гардероба. Орихиме осторожно, еще не вполне уверенно провела ладонями по его груди и плечам, очерчивая рельефы мышц. Ее пальчики коснулись едва заметных теперь шрамов на его плече. «Это – те, благодаря которым все началось» - вспомнила Иноуэ и содрогнулась от циничности своей мысли. - Не думай о них, - синеволосый перехватил ее взгляд и мягко опрокинул на спину, нависая над ней. – Сейчас я единственный, о ком ты должна думать. А потом он ее поцеловал... Орихиме забыла о необъятно огромном мире за окном этой комнаты – ее собственный мир уменьшился до одного человека. Требовательного, ненасытного, эгоистичного, жестокого… И единственного, кто мог сделать ее счастливой. Девушка не придала значения тому, как быстро и куда исчезла их одежда. Намного важней было смотреть в его наполненные страстью глаза, намного интересней изучать его тело и намного желанней дарить бесчисленные поцелуи и ласки, которые не оставались без ответа. Измученная чувственными пытками его губ и рук, Иноуэ провела ладонью по его груди и животу, дотронулась до восставшей плоти и приласкала. Гримджоу мгновенно перехватил ее кисть и, сплетая их пальцы, вжал в подушку над их головами. - Не провоцируй, дорогая. Орихиме провела свободной рукой по его щеке, очертила контур нижней губы и, пьянея от возбуждения, попросила: - Сейчас… Возьми меня... Гримджоу словно ждал этого момента, когда девушка будет готова к близости с ним. Удобней устроившись между ее разведенных бедер, парень подался вперед и вошел в нее. С губ Орихиме сорвался стон, приглушенный его нежным поцелуем. Немного помедлив, синеволосый продолжил движения. Девушка, захваченная страстью, подавалась ему навстречу, помогая и требуя проникать в себя с каждым разом все глубже и быстрее. Ее сладострастные вздохи заполнили спальню. В порыве чувств парень ласкал языком ее ушко, шепча непристойности и слова любви. Разрядка их первого соития наступила быстро. По телу Орихиме прошла судорога, непроизвольно сжимая его член внутри себя. Это заставило его потерять остатки самоконтроля и несколько мощных толчков привели Гримджоу к наивысшей точке блаженства в объятиях любимой. Спустя какое-то время в состоянии умиротворенности и удовлетворенности молодые люди лежали друг у друга в объятиях, наслаждаясь близостью, которая их соединила. Они не проронили ни слова, поскольку все было сказано их прикосновениями. Гримджоу гладил Орихиме по спутанным волосам, касаясь их губами, и время от времени переходя с легкими поцелуями на ее плечо и предплечье. Девушка же как малое дитя развлекалась с его второй рукой: переплетала их пальцы, нежно поглаживала и щекотала, рисуя пальчиками непонятные узоры. Ее ребячество не было ему противно. Наоборот, по его телу разливалось тепло, а в последние несколько минут приятное томление концентрировалось в паху. Джагерджак прижал свою девушку еще ближе и проговорил: - Рыжая, я хочу второй раунд. Орихиме потянулась в его руках: - А может быть спать? - Не-а. И не надейся… *** Иноуэ открыла сначала один глаз, затем второй и осмотрелась. Она лежала посередине кровати, заботливо закутанная в одеяло. За окном было светло, в душе шумела вода, а ночник в углу спальни по-прежнему горел... Вчера они с Гримджоу были настолько поглощены друг другом, что совсем о нем позабыли. Ворох воспоминаний о прошедшей ночи обрушился на девушку. Одновременно глупо улыбаясь и заливаясь стыдливым румянцем, Орихиме укрылась одеялом с головой, перебирая в памяти восхитительные моменты их близости. После чего-то столь прекрасного возвращаться в реальный и опасный мир, с которым ей пришлось столкнуться вчера лицом к лицу, совершенно не хотелось. Да и вынырнуть из счастливых воспоминаний было не просто. Девушка до сих пор чувствовала его поцелуи на своих губах и соприкосновения их разгоряченных тел. Ее нежность и его страсть, сплетающиеся в обоюдном порыве, растворяющиеся друг в друге, возносили их на вершины удовольствия… На горизонте ее безбрежного счастья внезапно появились грозовые тучи и стремительно омрачали его. Орихиме и подумать не могла, что пожалеет о своем выборе так скоро. Но только сейчас, не опьяненная близостью Гримджоу, она осознала, какую ошибку совершила вчера. Постепенно погружаясь в отчаяние, Иноуэ услышала, как воду в ванной перекрыли. Это заставило ее запаниковать больше прежнего и сжаться в комок под одеялом. Дверь в спальню отворилась, и Гримджоу тихо прошел по комнате. Девушка слышала, что он остановился и, судя по шуршанию одежды, неторопливо одевался. Это время Орихиме употребила на попытки успокоиться и притвориться спящей. Второе явно получалось лучше, чем первое, поэтому она желала, чтобы Гримджоу просто оставил ее одну. Сейчас так было бы лучше и легче, даже если потом – гораздо горше и тяжелее. Но у Джагерджака на этот счет были совсем другие планы. Иноуэ почувствовала, как под его весом прогнулся матрас, и он навис над ней, осторожно потянув за край одеяла. Дальше притворяться не было смысла, поэтому девушка, как улитка еще глубже уползла в свое укрытие, оставляя на подушке лишь свои волосы. - И как давно ты не спишь? – спросил синеволосый, временно оставляя попытки увидеть ее. - Я пробудилась, когда ты был в душе, - глухо ответила она и, желая быстрее остаться в одиночестве, сменила тему: - Который час? Нам уже пора ехать? - Начало девятого, - ответил синеволосый, обнимая Орихиме вместе с одеялом. Не получив от нее отклика, Гримджоу моментально заподозрил неладное. Да и сложно было не заподозрить, когда после столь страстной ночи любимая девушка не желает его видеть. – Но мы и с места не сдвинемся, пока ты будешь продолжать от меня прятаться. Что случилось? К этому моменту запас воздуха под одеялом исчерпал себя, поэтому Иноуэ пришлось выбраться из своего укрытия. Разговора было не избежать. Вчера они оба потеряли головы, но она должна была подумать об этом с самого начала, а не теперь. Конечно, есть надежда, что все обойдется, но ничто не могло уменьшить ее вины. - Гримджоу, этой ночью… мы были близки и… - И? – требовательно переспросил он. – Уже пожалела об этом? Не в силах вынести его обвиняющего взгляда Орихиме попыталась отстраниться, но это привело к тому, что Джагерджак притянул ее ближе к себе. Их соприкоснувшиеся тела почувствовали тепло друг друга сквозь ткань одеяла. Это возбуждало девушку против воли. Она закрыла глаза, чтобы не показать произведенный им эффект и сразу перешла к делу. - Мы не предохранялись, Гримджоу. И дети. После этого обычно появляются дети, - раскаяние хоть немного остудило ее неуместное желание. – Возможно уже поздно, но я могу принять таблетки. Они… - А ну-ка, притормози, - синеволосый прервал ее слова и сам замолчал на несколько секунд. – Во- первых, никаких таблеток. Ты ничего не будешь пить без моего согласия или ведома... - Но это я виновата, - продолжала казнить себя Орихиме, практически не обращая внимания на то, что он не был зол или расстроен от такой новости. – Я не подумала об этом, а должна была. Я должна была об этом позаботиться. И теперь… Гримджоу накрыл ее губы поцелуем. Усыпив ее страдания своей близостью, и получив в ответ ее удивленный взгляд, парень объяснил: - Здесь нет никакой проблемы, Рыжая. Прекрати оправдываться. - Что? - Я не против, если после сегодняшнего ты родишь мне несносного мальчишку, ну, или милую девочку… Клянусь, что я не пожалею об этом. От подобных легкомысленных речей Орихиме захотела его побить, но в его глазах не было и намека на шутку. Словно он уже давно все для себя решил. - Ты… ты это серьезно? – спросила она, совершенно сбитая с толку, боясь поверить в то, что слышит. - Совершенно серьезно. Поэтому ты должна пообещать мне – никаких таблеток. - Хорошо, - осторожно проговорила она и несмело улыбнулась. – Если ты не против ребенка, то я… я тоже. - Как-то совсем не уверено, - удивился Джагерджак и нежно провел губами по ее щеке. – Ну, а если я был бы против, то ты пила бы эти чертовы таблетки? Паника и страх перед его мнением отступили. Орихиме несколько минут размышляла об случившемся спокойно. Если они зачали сегодня ребенка на самом деле... Смогла бы она убить в себе новую жизнь? - Нет, - наконец уверенно проговорила Иноуэ и счастье, окутавшее ее, стало вдруг еще необъятней. – Я никогда не смогу сделать чего-то подобного. Джагерджак крепче обнял девушку. - Вот поэтому я люблю тебя, малыш. Очень сильно люблю… - Гримджоу выдержал паузу, давая понять ей значимость своих слов. - Ну, а теперь собирайся. Мы должны добраться до особняка.