Золотая рыбка

18.34. То, что он чувствовал на протяжении всего дня, невозможно было назвать тревогой. Скорее некое неудобство, которое давало о себе знать. Но оно развеялось, как только Шаулун переступил порог кабинета с донесением о странном поведении некоторых членов Готея. По мере того, как Кауфан говорил, все обретало смысл и становилось на свои места. Сегодня враг нанесет свой удар. Это могло показаться странным, но Шифферу осознание этой неизбежности принесло успокоение. - Улькиорра? - подчиненный все еще ожидал приказов. - В первую очередь сообщите обо всем Айзену. И пусть наши люди готовятся к столкновениям независимо от того, когда появится отец. - А что с остальными? – поинтересовался Кауфан. – Собрать Эспаду? - Нет. Пусть Гранц сейчас же поднимется ко мне из своего лабораторного бункера – мы обсудим происходящее. В комнате повисло молчание. Решив, что на этом распоряжения закончились, Кауфан кивнул и собрался уходить. - Но всем этим пусть займется кто-нибудь другой, - добавил Улькиорра, - А для тебя у меня есть отдельное поручение - разыщи Джагерджака. - Зачем? - Сейчас с ним должна быть девушка – Орихиме Иноуэ. Пригласи их посетить особняк. Если брат откажется, то сообщи ему, что с этой минуты будешь отвечать лишь за ее сохранность. Чтобы она ни делала – ты лично отвечаешь за ее жизнь, пока я не отдам других приказов. - Я должен буду разыскать ее, если Грим будет один? - И привезти сюда, в особняк. Шаулун угрюмо кивнул, с трудом переваривая столь необычный для себя приказ. - Но если девушка не пожелает ехать - мне применить силу? Шиффер смерил подчиненного взглядом, заставившим того пожалеть о своем вопросе: - Это должно быть очень вежливое предложение от моего имени. Если понадобится, то сообщи ей о подозрительном поведении Готея и добавь, что я срочно хочу поговорить с ней… Но имей в виду, что я не для запугиваний тебя отправил. - Я все понял, - с едва заметным раздражением ответил Кауфан, – и все сделаю. Проследив взглядом за подчиненным, Улькиорра принялся ожидать прихода Гранца. 19.41. - Если бы не ты, то человечество стало бы на шаг ближе к победе над раком, - пафосно заявил Заэль, ворвавшись в кабинет Улькиорры и устраиваясь в удобном кресле. – Надеюсь, это что-то не менее значительное! - Сегодня Готей объявит нам войну, - коротко проговорил Шиффер, не удостоив брата взглядом. Он был уверен, что слова произведут нужное впечатление и не ошибся. - Серьезно? - Или мы им, - протянул в ответ Улькиорра. – Что предлагаешь сделать, пока этого не случилось? Заэль быстрым движением поправил очки на переносице. - Пожалуй, надо найти отца и собрать Эспаду. - С первым я все уладил, - кивнул брюнет. – А со вторым… - Решил, что теперь каждый за себя? – догадался Гранц по многозначительному молчанию Улькиорры. – Если Готею удастся кого-нибудь убить – это, как в прошлый раз, послужит оправданием для любых наших действий. С другой стороны – Готей тоже получит преимущество. - Это просто заставит нас бороться еще яростней, - добавил Шиффер. - И как далеко ты пойдешь? – хладнокровно уточнил Заэль, следуя логике брата. – Хочешь, чтобы это был кто-то определенно?.. Слышал, что у тебя с Гримджоу появились некие разногласия… Шиффер смерил собеседника предупреждающим взглядом: - Я не хочу ничьей смерти. - Ладно-ладно, - Гранц не посмел окончить свою мысль, если у нее было окончание. - Тогда, как на счет того, чтобы сейчас заручиться поддержкой? - Чьей? - Ну, например, Клан Шихоин Йоруичи и господин Урахара?.. - Йоруичи – кошка, гуляющая сама по себе, - быстро возразил Шиффер. – А Кискэ ее преданный пес. Они не пойдут против Готея. - Ну и что? – передернул худыми плечами Заэль. – Зато они весьма разумные люди, для которых соблюдение договоренностей не пустой звук. И поскольку Готей намерен их нарушить, то Йоруичи не останется в стороне. Потом, не сбрасывай со счетов, Куросаки, шайку бешеных Мечей и Экзекуцию. Они молоды: где-то мечтательны, где-то амбициозны, но скажи – разве мы не были такими прежде? Шиффер некоторое время размышлял над словами брата, а затем медленно проговорил: - Куросаки и Шихоин. Остальные слишком неуправляемы. Прикажу пригласить их завтра на деловой обед. Розововолосый удовлетворенно улыбнулся решению брата. Несомненно, ему льстил тот факт, что Улькиорра решил с ним посоветоваться. - Составишь мне компанию за чашкой чая? – предложил брюнет и улыбка Заэля стала еще шире. Улькиорра потянулся к телефону, чтобы приказать слугам подать чай, но его намерения нарушил звонок мобильного. - Возьмешь? – спросил Заэль, удивившись секундному замешательству Шиффера. – Кто это – отец? - Нет, Тия, - коротко бросил брат и принял вызов. – Да? От переполнившего его любопытства Гранц подался вперед, прилагая все свои силы, чтобы разгадать послание сестры. Но все было тщетно. Халибел он услышать не мог, а по скудным репликам Улькиорры невозможно было понять важность разговора и его причастность к происходящим событиям. Наконец отдав последние указание вернуться в особняк, Шиффер завершил разговор. - Что? – не выдержал Заэль. – Что-то произошло? - Апаччи убита. Тия скоро будет здесь. - Как Эмилу… – тихо начал говорить Гранц, но осекся и быстро взял себя в руки. О мертвых они подумают позже – сейчас нужно думать о живых. – Что будем делать? - Свяжись с Уноханой. Пусть срочно пришлет сюда кого-нибудь. И пусть будет готова к любым неожиданностям этим вечером. 20.53. - … если бы она только не пошла к нашей чертовой машине первой… если бы только… - Тогда погибла бы ты, Тия, - Улькиорра жестко оборвал причитания сестры. – Эмилу выполнила свой долг и осуществила свою мечту – спасла тебя от смерти. Холодность изумрудного взгляда спокойно встретила возмущенную яркую зелень глаз сестры и без лишних слов немного остудила их. Халибел откинулась на спинку кресла и, закрыв лицо свободной правой рукой, подавленно проговорила: - Да, пожалуй, ты прав. Прости. Разговор оборвался. Врач, присланный Уноханой в особняк, продолжал бинтовать израненную руку Халибел. Наблюдая за его действиями девушка лишь мрачно усмехалась. Вывихнутое плечо, синяки и царапины – вот ее ничтожная плата за спасение, в то время как Апаччи расплатилась своей жизнью… - Улькиорра, а что с остальными? – тихо спросила блондинка, чтобы отвлечься от осознания своей потери. – Кто-нибудь еще подвергся атаке? Шиффер и Гранц переглянулись, последний утвердительно кивнул. - Вероятно все, кроме нас с Заэлем. Сунуться в особняк им не хватило смелости. Халибел вздрогнула, словно неумелые действия врача неожиданно причинили ей боль, и приковала к брюнету требовательный взгляд, который подкрепила словами: - Погиб кто-нибудь еще? - Успокойся Тия и возьми себя в руки, - подал голос Гранц и подошел ближе. – Никто не погиб. Девушка бросила на розововолосого злой взгляд и вернула его к Шифферу. Она хотела услышать ответ именно от брюнета. И не просто «да» или «нет», а что-то более существенное. - Но это только пока? Ты еще ничего не знаешь наверняка, так? - Да, так, - медленно ответил Улькиорра, за непроницаемым взглядом которого невозможно было разобрать каких-либо эмоций и переживаний. – Старк в больнице Уноханы в тяжелом состоянии. От Гримджоу пока никаких вестей. А Нноитора, очертя голову, бросился на помощь к Нэлиэл. Так что о нашем положении суди сама. - Нэл? – в волнении переспросила блондинка. – А она-то здесь при чем? Она даже не часть семьи! - Видимо Готей считает иначе, - в голосе Улькиорры проскользнуло едва заметное раздражение. Халибел пораженно застыла на своем месте, более ни о чем не спрашивая. Осознание происходящей или лучше сказать – повторяющейся? – катастрофы ужасало. Апаччи и Нэл… Если еще и сестры не станет сегодня, то… Нет, нужно гнать от себя мрачные мысли! Нэлиэл не погибнет. Только не сегодня!.. - Думаю, что Джируга найдет ее, - высказал свое предположение Заэль, стараясь поддержать Тию. – Если потребуется, он вытащит Нэл из самых глубин ада. Улькиорра промолчал. Он тоже искренне не хотел потерять Одершванк. Но жизнь постоянно напоминает им, что далеко не все зависит от их желаний. Брюнет серьезно опасался того, что стремясь вытащить Нэлиэл из «глубин ада» Нноитора и сам может там сгинуть, совершив что-нибудь необдуманное и безрассудное. Циничный рассудок Шиффера с большей охотой вернул бы в особняк одного Джиругу, нежели безвозвратно потерял бы их обоих. Прерывая воцарившуюся тяжелую атмосферу, на столе завибрировал мобильный телефон. Шиффер в гробовом молчании подошел к нему, взглянул на дисплей и, отвернувшись от брата и сестры, принял вызов от Уноханы. - Слушаю. - Улькиорра, я только что из операционной, - женщина на секунду запнулась. – К нам привезли Нэл. - Кто привез? - Нноитора. Циничная часть Шиффера возликовала от того, что такая важная боевая единица, каковой был Джируга, уцелела. - Как она? – спросил брюнет, уже предчувствуя, что интонация, с которой Ретцу сообщила о сестре, не обещает ничего хорошего. - Я не знаю как, но она была все еще жива, когда Нноитора ее привез… Ее приняла лучшая бригада скорой помощи, необходимые операции делали лучшие врачи… Мы сделали все, что в наших силах. Я сделала все, что могу, понимаешь? Но… - Да, понимаю. Какие у нее шансы? - Она на волосок от смерти, - честно призналась Унохана. Шиффер несколько минут обдумывал ее слова. - А как он? - Никак, - женщина тяжело вздохнула. - Ранен? - Не знаю, Улькиорра, не знаю. Нноитора не дает себя осматривать. Он в таком состоянии, что даже я лишний раз не хочу к нему подходить. Боюсь даже представить, что будет, если Нэлиэл умрет... Поэтому лучше бы тебе его забрать отсюда или хотя бы поговорить с ним. - Я приеду, как только освобожусь. Делайте все, что можете… - Улькиорра сделал небольшую паузу, словно собирался с силами для следующего предложения. – А если она умрет до моего приезда, то не вздумайте сообщать об этом ему. Я сам скажу. - Хорошо, думаю, так будет лучше, - с грустью в голосе согласилась Ретцу. – Буду тебя ждать. - Да, до встречи. Брюнет отложил телефон, размышляя о том, что предполагать потерю Нэлиэл было гораздо легче, чем принять это на самом деле. Да, она уже не входила в семью. Да, они виделись всего пару раз после ее долгого исчезновения. Но их связывали узы, которые были гораздо крепче, чем любые условности и статусы. - Улькиорра? Ты о Нэлиэл говорил? Что с ней? – вопросы сестры бесцеремонно ворвались в его мысли. - Мне жаль, Тия. Она в критическом состоянии, - не поворачиваясь, ответил Шиффер. - Что с Нноиторой? – этот вопрос последовал уже от Гранца. - С ним все в порядке… Хотя бы в физическом плане. - Боги, почему именно Нэл? - засуетилась Тия. – Где она? Я сейчас же поеду к ней! - Нет, ты останешься здесь, - приказал Шиффер, но затем голос его немного смягчился. – Во всяком случае, до тех пор, пока сюда не приедет отец. Девушка угрюмо затихла. Она понимала, что спорить с железной решимостью Улькиорры не имеет смысла. Он контролировал то, на что мог влиять и не обращал внимания на то, что вне его власти. 22.27. Прибыв в особняк, Айзен вызвал к себе Шиффера для доклада по сложившемуся положению. Улькиорра был готов к сложному разговору, был готов к неудовольствию, к болезненным упрекам, но отец выслушал его спокойно. Даже равнодушно. - Несомненно, Гримджоу спровоцировал действия Готея, - рассудил Айзен. - Но согласись, что рано или поздно ваши интересы схлестнулись бы вновь. - Наверняка, - осторожно подтвердил брюнет. - А раз так, то у тебя уже есть план дальнейших действий или должен будет появиться в самое ближайшее время. Поскольку я намерен больше не вмешиваться в дела Эспады. Шиффер бросил на отца красноречивый взгляд: - То есть я продолжаю управлять ситуацией? И до какого момента? - Ни до какого, - холодно бросил Айзен. – Выплывешь – молодец и Эспада твоя. Пойдешь ко дну… Значит, я впустую потратил на вас двадцать лет своей жизни и это больше не стоит моего внимания. Слова отца удивили и задели молодого человека, но он мгновенно справился с собой и согласно кивнул: - Никакого вмешательства с твоей стороны – нам это подходит. - Никакой помощи и никаких советов, - добавил Соскэ, усмехаясь. – Никакой оглядки на мой авторитет и мои связи. Один на один с Готеем. И твои решения будут только твоими. Думаешь, справишься? Брюнет задумчиво обвел взглядом кабинет отца. - Из чистого любопытства... – продолжал наседать Айзен.– Что собираешься делать? Парень неопределенно пожал плечами, оставляя за собой право не отвечать, но все же произнес: - Поеду в больницу. - Хм… Разочаровываешь меня с первых же шагов. А вот на это Шиффер уже не отреагировал и без привычного разрешения отца вышел за дверь. Не смотря на то, что ему часто приходилось принимать сложные решения, он лишь сейчас ощутил, какая неимоверная ответственность легла на его плечи. Ведь раньше все важные решения в той или иной степени принимались с оглядкой на мнение Айзена. Он был их последней инстанцией. Теперь все станет сложнее, но Улькиорра в себе не сомневался. 23.18. Унохана провела Халибел и Шиффера к блоку реанимации, который занимал два верхних этажа большого комплекса первой городской больницы. Стерильные коридоры, высококвалифицированные врачи и медсестры, проверяющие аппараты жизнедеятельности, подключенные к пациентам… И одно мрачное пятно у одной из палат. - Вот он, - тихо произнесла Ретцу. – Он здесь с тех самых пор как Нэлиэл перевели сюда, и не желает уходить. - Идите, - попросил брюнет, оценив ситуацию. – Оставьте нас на некоторое время. Женщины удалились без возражений, а Улькиорра приблизился к брату. Нноитора недвижимо сидел на полу, прислонившись спиной к стене, и изучал невидящим взглядом потолок. На его лице застыло выражение отрешенности, если не сказать отчаяния. А неряшливость облика делала его пугающе мрачным. Чего только стоила когда-то белоснежная рубашка, выкрашенная теперь в замысловатый, темно-багровый, кровавый узор. - Ну и что? – поинтересовался Шиффер, когда брат даже не взглянул в его сторону. – Так и будешь сидеть здесь, и наводить ужас на персонал, который пытается спасти ее? - Я не мешаю делать им свою работу, - бесцветным голосом ответил Джируга. – Убирайся. Я хочу побыть здесь один. - А я хочу знать – кто это был, - спокойно возразил Шиффер. – Обычные наемники? Джируга продолжал отстранено молчать. - Давай, соберись, Нноитора. Нам нужно поговорить, и мы оба знаем, что без ответов я не уйду. Кто напал на тебя и на Нэлиэл? - Это были люди Кенпачи, - нехотя ответил одноглазый, выдержав долгую паузу. - Зараки знает о твоей привязанности? – искренне удивился Улькиорра, но ответа не последовало, и он продолжил размышлять вслух: - Ясно, они знали, что достать тебя не смогут. А вот подмять под себя через Нэл – вполне возможно… Думаю, приказа устранять ее не было. Но что-то пошло не так или Нэлиэл догадалась о происходящем. Дала отпор, начала сопротивление, не желая быть помехой для… - Довольно, - Нноитора резко оборвал умозаключения брата. В его голосе проскользнуло раздражение. – Заткнись! - Этим он хотел причинить тебе страдания и заставить совершать импульсивные, необдуманные поступки, - безжалостно продолжил Шиффер, просто констатируя факты, в надежде заставить Джиругу трезво оценивать происходящие события. – Если сейчас ты не прекратишь себя жалеть и пойдешь у Зараки на поводу, то ты – проиграл. Ничто не спасет тебя от жалкой смерти, а жертва Нэлиэл станет бессмысленной. - Нэл – не жертва, - процедил Нноитора. – И она НЕ умрет. - И тем меньше у тебя причин неосмотрительно лезть в пасть ко льву. На этот раз Джируга молчал очень долго, но Улькиорра чувствовал, что брат не мог не ответить. - Ты властолюбивый ублюдок, Шиффер. Почти такой же, как Айзен. Тебе наплевать на меня, на нее, на любого из нас... В твоей власти остановить меня и без этого разговора. Просто сейчас я нужен тебе, чтобы выполнять приказы, не так ли? – Нноитора сделал небольшую паузу, но Улькиорра не стал переубеждать брата в его выводах и хранил молчание. – Хорошо, я согласен. Но Кенпачи - мой. И мне плевать какие у тебя на него планы. - Мой единственный план – раздавить Готей раз и навсегда, - решительно отчеканил Шиффер. – Ты со мной? - Да. Братья немного помолчали. - Знаешь, мы с Тией привезли вещи. Подумали, что ты все же захочешь привести себя в порядок. - Позже, - бросил Нноитора. – И сделай, наконец, так, чтобы меня больше никто не беспокоил. - Хорошо. Но ты нужен мне уже завтра утром. В особняке. Одноглазый неопределенно мотнул головой. - В нормальном состоянии, - добавил Улькиорра и удостоился свирепого взгляда Джируги и ядовитых слов: - Да понял я, понял! Может, уже исчезнешь? Добившись своего Шиффер оставил Нноитору в одиночестве. Но при этом он не почувствовал ни удовлетворения, ни успокоения. Ему самому требовалось некоторое время, чтобы осмыслить происходящее и продумать следующие шаги. 00.23. - Так и знала, что найду тебя именно здесь, - Унохана приблизилась практически бесшумно и встала рядом, сунув руки в карманы белого халата. – Сколько тебя знаю – ты всегда любил забираться повыше. И смотреть на всех свысока. - Здесь хороший вид, - расслабленно ответил Улькиорра, не оборачиваясь. Он услышал ее, когда Ретцу только поднялась на крышу, и ждал, что она подойдет. – Это помогает думать. - Ты какой-то не такой, - осторожно обронила женщина. – Что-то случилось? - Да уж, случилось, - неприятно усмехнулся парень, бросив на Ретцу короткий взгляд. С Уноханой он мог быть самим собой – не было смысла увиливать. Она всегда с подозрительной точностью чувствовала его состояние. И с материнским покровительством пыталась прийти на помощь. Отчего-то это не уязвляло, а растапливало ту холодность, которой он себя окружал. Благодаря этому еще с малых лет Унохана завоевала доверие и почти сыновью привязанность Шиффера. - Нет-нет, помимо всего этого. Что-то серьезное, я права? - Айзен оставил нас без своей поддержки, - ответил Улькиорра. Ретцу выдержала паузу, а затем кивнула и медленно произнесла: - Я верю, что вы справитесь… Что ты справишься. Это не стоит твоего беспокойства, правда? - Стоит. Наоборот стоит, - возразил брюнет. – Ведь это не главное… Я не знаю, зачем МНЕ это нужно. И начинаю сомневаться – нужно ли вообще? - В каком смысле?.. – опешила Унохана. – Ты же хотел занять его место… Хотел защищать семью. По-настоящему защищать. Разве нет? - Этого желания оказалось недостаточно… Нужно что-то еще… Что-то для себя, как… - тихо заговорил Шиффер и осекся. – У Заэля есть его наука, исследования, открытия, у Нноиторы есть Нэлиэл, у Старка – Лилинет, у Гримджоу… Да, лишь у меня ничего нет. - Будет. Обязательно будет. Ты встретишь свою достойную девушку, - воодушевленно заговорила женщина, но уловив тяжелый вздох и отчаянный взгляд своего подопечного, озадаченно уточнила: - Или она уже есть? - Это уже не важно... Я знал, что буду одинок. Только не думал, что будет так паршиво. - Как это не важно? Почему не важно? – возмутилась Ретцу и замерла от поразившей ее догадки. – Она из Готея? - Конечно, нет, - презрительно фыркнул Улькиорра и двинулся к входу в здание. - Тогда что? – серьезно спросила женщина, последовав за брюнетом. Его подавленное состояние, которое он не стал от нее скрывать, не на шутку ее обеспокоило. Она потянулась к нему и остановила за рукав рубашки. – Пожалуйста, не уходи от ответа! - Она влюблена в другого, - равнодушно объяснил парень, сумевший взять себя в руки за столь короткое время. – И этот «другой» – мой брат. - Как? Кто?! - Ты познакомишься с ней. Она обязательно придет навестить Нэлиэл, - мимолетная улыбка скользнула по его губам при воспоминании об Орихиме. - А сейчас мне пора возвращаться в особняк. Оставляю большую часть своей семьи твоим заботам, Ретцу. Пусть переночуют здесь, а утром я пришлю машину за Тией и Лилинет… За Нноиторой, вероятно, приедет Тэсла. Сменив тему, Улькиорра дал понять, что больше не намерен говорить о сердечных делах и женщина решила не настаивать. Достаточно уже было того, что он открылся ей и, возможно, ему стало от этого легче. Но все же она не отказала себе в привилегии ласково приобнять парня за плечи. - Иди и не беспокойся. Я позабочусь о них. Шиффер кивнул и уверенно зашагал прочь. ********* Прошедшая ночь была одной из самых мучительных в его жизни. Улькиорра так и не смог отдохнуть. Его сильно тревожило отсутствие вестей от Гримджоу и Шаулуна. Но поделать с этим он ничего не мог, поэтому провел эту бесконечно-бессонную ночь в своем кабинете, а с самого утра принялся за работу. Это отвлекало от тягостных мыслей. Ему нужно было встретиться или переговорить со многими людьми. Проверить старые связи и заручиться новыми. Кому-то намекнуть о долге, а на кого-то безжалостно надавить… Его работу внезапно нарушил старый Барраган, учтиво постучавшись в дверь. - Господин Улькиорра, охрана сообщила, что вернулся господин Джагерджак. Все мысли о делах были отброшены, но внешне Улькиорра остался невозмутим: - Хорошо. Попроси его, чтобы он немедленно поднялся ко мне. Барраган чинно поклонился и как назло медленно выплыл за дверь. Брюнет нетерпеливо считал секунды до того момента, когда сможет остаться в одиночестве и перебраться к окну, которое выходило на широкий двор и подъездную дорожку. Конечно, Шиффер не мог задать дворецкому самый волнующий его вопрос. Но он был уверен, что сможет увидеть ответ своими собственными глазами. Если Шаулун не привез Орихиме еще вчера вечером, значит, она была вместе с Джагерджаком. А брат не станет подвергать ее лишней опасности и, скорее всего, привезет сюда, в особняк. Прильнув к окну, Шиффер успел увидеть достаточно. Джагерджак помог Орихиме выбраться из машины и крепко сжимая ее руку повел в дом. Судя по всему, девушка была не в большом восторге от происходящего, но она была здесь. Жива и, по всей видимости, невредима. Этого было вполне достаточно, чтобы успокоить его разрывающееся от мрачных предчувствий сердце. Когда Джагерджак соизволил подняться к нему в кабинет, Шиффер уже успел включиться в работу и даже вел переговоры по поводу предстоящей встречи с Шихоин Йоруичи. Подав брату знак немного подождать, Улькиорра спокойно закончил разговор. - Я рад, что с тобой все в порядке, - проговорил брюнет и не удержался от слегка поучительного тона: – Но в следующий раз, прошу объявлять о своем местонахождении немного раньше. Я беспокоился. - Взаимно. Искренне, - без обиняков ответил Гримджоу. – Введешь меня в курс дел? - Сначала ты, - парировал зеленоглазый, словно это была игра в мяч. Джагерджак без утайки рассказал о своих злоключениях. На моментах, которые касались Орихиме, Улькиорра испытывал непреодолимое желание жестоко отчитать брата. Но всякий раз удерживался от едких комментариев, подозревая, что Гримджоу было и так весьма нелегко. Кроме этого, неприятной оказалась новость о том, что Шаулун был серьезно ранен и отправлен сегодня утром в больницу к Унохане. - ... я хотел поблагодарить тебя, - вдруг произнес синеволосый, - за то, что предупредил нас и приставил к Орихиме Кауфана. - Не стоит, - быстро отозвался Шиффер. - Это я делал для себя. Взгляды братьев скрестились. - Это не все. Я привез Рыжую сюда. Решил, что она поживет здесь некоторое время. - А не боишься? - злорадно уточнил брюнет, в то время как все его существо заполнила боль. - Ведь она будет так близко ко мне... Джагерджак помрачнел, в его глазах зажглась ярость, но ответ прозвучал спокойно и уверенно: - Тот, кто способен так ее оберегать, никогда не причинит ей зла. Или я не позволю. С первым утверждением Улькиорра не мог поспорить, со вторым - не хотел. И помолчав несколько минут, вынес свой приговор: - Ты повзрослел. Это весьма кстати, особенно сейчас... Теперь, пожалуй, самое время рассказать тебе все, что ты пропустил... Брюнет в общих чертах обрисовал хронологию событий прошедшего дня. Узнав о Нэлиэл, Гримджоу пребывал в такой ярости, что Шиффер начал подумывать как образумить еще одного брата. Но, к счастью, вмешательства не потребовалось. После затянувшейся встречи с Джагерджаком, Улькиорру ожидал разговор с Айзеном, который закончился отъездом отца из особняка. За это время из больницы вернулись Тия и Лилинет, затем, как и обещал, приехал Нноитора. К полудню действующая часть Эспады собралась в кабинете Улькиорры для получения первых указаний и обсуждения вариантов дальнейшего развития событий. Собранность и единодушие ее членов по некоторым вопросам не могло не радовать зеленоглазого. Гранц почти не язвил и умудрялся не выставлять на показ свое зазнайство. Тия спокойней воспринимала, имеющие место быть, планы мести и давала весьма конструктивные комментарии по их возможному претворению в жизнь. Самая юная Эспада - Лилинет - не отставала от умудренной опытом сестры и отбросив свою несдержанность, предлагала немало стоящих идей. Даже Нноитора и Гримджоу старались вести себя друг с другом как можно более корректно. Наблюдая за этим, Улькиорра все больше убеждался в том, что они не просто выстоят против Готея, а, наконец-то, нанесут им сокрушительное поражение. Последним штрихом, подкрепившим его уверенность, стала сцена, свидетелем которой он стал уже после их собрания. Время, требующееся на подготовку и подачу автомобиля, Шиффер поводил на первом этаже в просторном холле особняка. Он был занят размышлениями о предстоящей встречи с Шихоин и Кискэ. И случайно уловил звуки приближающихся голосов. - ... не стану. Не хочу, чтобы из-за наших разногласий эти готеевские твари оказались сильней, - этот голос принадлежал Гримджоу. - А то, что произошло с Нэлиэл осталось не отомщенным. - Но так, как было раньше больше не будет никогда, Джагерджак, - с терпимым количеством презрения отозвался Нноитора, останавливаясь посередине холла. - Никогда не будет. - Как прежде - никогда, - серьезно подтвердил синеволосый. - Но достаточно, чтобы доверять друг другу... - И не прикончить, - подхватил мысль брюнет. - Враг моего врага - мой друг. - Временная мера. - Вынужденная, но необходимая в данном случае. - Сойдемся на этом, Нноитора, - кивнул Джагерджак. - Боюсь, на большее меня не хватит. - Взаимно, - усмехнувшись, согласился Джируга, наверняка удержавшись от какой-нибудь гадости. И хоть братья, после этого короткого разговора разошлись в разные стороны, Улькиорра, так ими и не замеченный, решил, что повзрослел не только Гримджоу.