Золотая рыбка

- Если во время вечеринки хоть что-то пойдет не так – дай мне знать немедленно, ты слышишь? - Хорошо-хорошо, - поспешила с ответом Орихиме. Гримджоу привез ее к дому Ичиго, но они никак не могли расстаться. – Не беспокойся, я уверена, что ничего не случится. Это же дом Курасаки! Ее вера в Ичиго была по-прежнему безоговорочной. Это продолжало раздражать Джагерджака, но здесь он был бессилен. - Прошу, не делай такое лицо, - моментально заметив перемену в настроении парня, Иноуэ коснулась указательным пальцем грозной складки на его лбу. - Если ты передумаешь сейчас, в самый последний момент, то я обижусь. Я не шучу. Синеволосый перехватил ее руку за запястье и притянул к себе, заполучив в объятия. После того, как Эспада вступила в открытую конфронтацию с Готеем – вот уже несколько месяцев – Орихиме была вынуждена оставаться под их защитой. Для нее это означало практически полное отсутствие свободы и привычного круга общения. Для него – абсолютную осведомленность обо всех ее перемещениях. И он настолько привык к этому, что отпустить Рыжую на свободу, даже если она продлиться всего пару часов, оказалось невероятно сложной задачей. Но он не мог позволить себе лишить ее семьи. Теперь Гримджоу действительно знал, как важны были для нее все эти старые связи и, казалось бы, совершенно незначительные мелочи. - Конечно, не передумаю. Просто предостерегаю. Не хочу, чтобы ты сразу влипла в историю. - Там не будет Готея и всех тех, кто может причинить нам зло. День рождения Юдзу и Карин – это просто семейный праздник. - Я знаю. Рыжеволосая заглянула в его глаза и тихо проговорила: - Спасибо. - За что? - За то, что я смогу увидеть сестер Куросаки в такой важный день, а так же Тацуки, Рэнджи, Ичиго. Я очень скучаю по ним. - Ничего, потерпи еще немного. Я обещаю, что эта игра в прятки скоро закончится… И ты дашь мне свой ответ. Орихиме кивнула, в ее взгляде промелькнула грусть, но она быстро вернула себе прежнее приподнятое настроение: - Ну, так я пойду? А ты не будешь потом злиться и ревновать? Джагерджак уже ревновал ее, но ей совсем необязательно было знать о его главной слабости. - Иди. Иначе еще пара таких вопросов и я начну сомневаться в правильности своего решения. Девушка ослепительно улыбнулась, встала на цыпочки и, едва дотягиваясь, нежно прикоснулась губами к его щеке. В такие моменты сердце Гримджоу замирало от счастья и ему казалось, что он живет только ради этого. ********* Иноуэ переступила порог дома Куросаки самой первой из гостей. Да что там. Чтобы вдоволь поболтать с его обитателями она приехала на два часа раньше положенного. Юдзу, открывшая ей дверь, радостно повисла на ее шее и долго не отпускала от себя. - Карин! Братик! Идите сюда! Орихиме приехала! Наконец-то, она приехала! Рыжеволосая почувствовала себя счастливой и чуть-чуть смущенной. Она не ожидала такого теплого приема, не думала, что ей будут здесь так рады. Вдоволь пообнимавшись с младшей из сестер Куросаки, девушка попала в более сдержанные объятия Карин. - Мы давно тебя не видели, - отметила брюнетка. – Хорошо, что ты все же смогла приехать. - Как же я могла такое пропустить? - расчувствовалась Иноуэ. – Восемнадцать лет исполняется раз в жизни. Вы стали такими взрослыми! И такими хорошенькими! - Ну да, конечно, - скептично отозвалась старшая Куросаки. – Нечто подобное ты говоришь каждый год. - Карин, какая ты грубая, - одернула сестру Юдзу. На что та лишь неопределенно пожала плечами. - Хорошо, - постаралась поправить себя Орихиме. – Не только взрослыми, но и умными, самостоятельными, хозяйственными… - И невоспитанными, - донеслось до девушек из глубины коридора. – Поверь мне, они остались такими же мелкими и вредными попрошайками, как и раньше. К ним приблизился Ичиго. Пока его сестры придумывали достойный ответ на его ядовитые замечания, Орихиме попала в его объятия. - Привет, Принцесса, добро пожаловать, - ласково проговорил парень только для Иноуэ, а в следующее предложения добавил всю свою неприязнь: – Все же он отпустил тебя. Иноуэ не успела ничего ответить, поскольку сестры буквально оттащили ее от Ичиго и спрятали за своими спинами. - Братик, ты злой! – рассердилась Юдзу, уперев руки в бока. – Поэтому Орихиме пойдет с нами! Она – наша гостья, а не твоя! Понятно? - Вообще-то, кто из нас мелкий и глупый еще стоит подумать, - следом припечатала уязвленная Карин. – Что бы вы с отцом делали без нас с Юдзу? Уже давно пустились бы по миру! Короткая перепалка, завязавшаяся на глазах Иноуэ, была больше забавной, чем серьезной. Ичиго осторожно поддразнивал сестер, а они отчаянно сопротивлялись. В этом доме все было как обычно и это грело душу. Победив в словесной битве, Карин и Юдзу препроводили Орихиме к себе в комнату и уже там продолжили болтать. Впрочем, болтать – это громко сказано, поскольку говорила в основном Иноуэ, едва успевая отвечать на бесконечный поток вопросов, обрушившийся на нее. Где она живет и что делает? С кем общается и как к ней относятся? Не притесняют и не обижают ли ее там? И, наконец, любит ли ее Гримджоу и счастлива ли она с ним?.. К счастью, приблизительно через час в дом Куросаки пожаловали Тацуки и Рэнджи. Внимание девочек переключилось на них. Затем на праздник стали собираться остальные гости – близкие подруги и друзья сестер Куросаки. В доме стало весело и шумно. Молодые люди постарше уединились на открытой террасе во внутреннем дворе. Ичиго принялся что-то обсуждать с Рэнджи, а Орихиме подсела ближе к Тацуки. Не видевшие друг друга несколько месяцев и столь же долгое время, а может и гораздо больше, не разговаривавшие по душам, девушки некоторое время не могли найти нужных слов. Наконец, Арисава вздохнула и взяла руки рыжеволосой в свои. - Давно мы так не сидели, правда? – взгляд Тацуки невольно задержался на тоненьком колечке на изящном пальчике подруги. - Теперь-то ты расскажешь, что с тобой происходит? Орихиме раскаивалась перед Арисавой за то, что последние полгода невероятно отдалили их друг от друга. И она хотела все рассказать, но многое из того, что знала, уже не было только ее тайной. - Я влюбилась, - сообщила Иноуэ так, словно это могло стать хоть для кого-то открытием. – И я очень счастлива. - Это хорошо, - улыбнулась брюнетка. – Я рада за тебя. Но, знаешь ли, я все еще немного обижена за то, что такие важные события в твоей жизни – прошли мимо меня! Я требую подробностей. Надеюсь, Джагерджак не смеет обижать тебя, иначе он будет иметь дело со мной! И что значит это кольцо? Ты помолвлена? Давай, давай, выкладывай свои тайны, а я поделюсь важными новостями с тобой. Последние слова Тацуки произнесла тише, заговорщицки, как в старые добрые времена. Благодаря этому рыжеволосая сбросила с себя груз неловкости, пододвинулась ближе и тоже понизила голос, рассказывая о своей теперешней жизни. По сути Орихиме пришлось повторить почти все, что она поведала сестрам Куросаки немногим ранее. Исключение составляло лишь реакция Тацуки, которая понимала и разбиралась в хитросплетенных отношениях Эспады, Готея и других группировок гораздо лучше девочек. Но какие бы серьезные темы они не затрагивали, в конце концов, беседа привела их к обсуждению самого животрепещущего – к обсуждению чувств. - Гримджоу, да и все в особняке, так оберегают меня, относятся ко мне с такой добротой. Порой мне кажется, что я не достойна этого. - Что за глупости ты выдумываешь? – недовольно фыркнула Тацуки. – Конечно, они должны тебя оберегать, ведь из-за них ты оказалась вмешена в эту вражду! А Гримджоу вообще должен на руках тебя носить! Где еще он найдет девушку, способную дарить столько мира и теплоты? Я не устану тебе повторять, Орихиме, - хватит скромничать! Иноуэ попыталась сказать что-то в свое оправдание, но подруга не позволила ей этого, резко переменив тему: - Ладно, хватит об этом. Я хочу знать про кольцо! - Про кольцо? – переспросила рыжеволосая и хоть в ее голос примешалась печаль, она любовно погладила обсуждаемое украшение. – Я приняла его в знак того, что дам Гримджоу ответ. Когда все закончится. - Так, значит, он сделал тебе предложение? – изумленно воскликнула Арисава. – И как давно? - Тише, Тацуки, тише, - рыжеволосая покосилась на Ичиго и Ренджи, которые были увлечены своим разговором и, кажется, ничего не могли услышать. – Это произошло несколько дней назад. Еще никто об этом не знает. И я не хочу, чтобы кто-нибудь знал… У нас все получается так стремительно, что мне становится страшно… - Надеюсь, что ты ему сказала о своих опасениях? - Да, сказала. Наверно поэтому Гримджоу согласился подождать. - Похоже, ты изменила его в лучшую сторону, - довольно протянула слова брюнетка. - Честно, я не так хорошо знаю Джагерджака, но терпение и такт явно не его сильные стороны. Подозреваю, что он на самом деле влюблен не меньше твоего. А поскольку подобные вещи для тебя не пустой звук, он хочет привязать тебя к себе еще крепче. - Если бы я знала, что это на самом деле так, то стала бы еще счастливей. - Куда уж счастливей? – спросила Арисава, касаясь волос подруги. – Ты и так вся светишься. Орихиме смущенно порозовела и, обхватив свое лицо ладонями, взволнованно переспросила: - Что? Я совсем глупо выгляжу, да? Брюнетка тихонько засмеялась, а через минуту захихикала и сама Иноуэ. Их смех привлек внимание Ичиго и Рэнджи. Парни опасливо покосились на девушек и переглянулись. - Ладно, ладно, - отсмеявшись выговорила Арисава. – Это мы не про вас. Честно. - Да? – с недоверием переспросил Абарай, переводя подозрительный взгляд с любимой на Орихиме и обратно. - Впрочем, мне все равно, если это ты. Рэнджи давно не видел свою девушку такой веселой и беззаботной. Хоть Тацуки никогда не беспокоила его подобными разговорами, он часто замечал, как она переживает за Иноуэ. Молодые люди обменялись красноречивым взглядом, который мог рассказать об их чувствах друг к другу больше множества слов. А затем каждый из них вернулся к своему собеседнику. - Ладно, теперь твоя очередь говорить, - Иноуэ поспешила воспользоваться паузой и отвести от себя обсуждение. – Это правда, что ты хочешь завершить борцовскую карьеру? - Правда, - беззаботно согласилась Арисава, ни в ее голосе, ни во взгляде невозможно было обнаружить раскаяния или сожаления. – Я достаточно сил отдала спорту. Через пару лет я уже буду стара для выступлений. Иноуэ не могла так запросто поверить в ее слова. Большой спорт – был настоящей страстью Арисавы, а до встречи с Рэнджи и самой большой любовью. - Есть какая-то причина? – взволновалась рыжеволосая. – У тебя что - проблемы со здоровьем? Расскажи мне! Я сделаю все, чтобы помочь тебе. - Значит, не веришь, что я могу все бросить? – удивленно и чуть обиженно уточнила брюнетка. - Нет, но… - Это обдуманное решение, Орихиме. Я давно подумывала оставить спорт. Да что я говорю, ты и сама знаешь о моем намерении. - Да, но, - вновь неуверенно начала Иноуэ, – это были лишь перспективы. Теперь же ты серьезна, Тацуки. Ты уверена, что хочешь этого? - Да, - твердо заключила девушка. – Впрочем, кое-что заставило меня быстрее принять это решение и с этим ты не сможешь мне помочь. Только тише, ладно? У меня тоже есть один секрет. Рыжеволосая покорно кивнула и подруги склонились друг к другу еще ближе. - Я беременна. У нас с Рэном будет ребенок. Иноуэ потребовалось несколько секунд, чтобы обдумать полученную информацию и отбросить мрачные предчувствия. - Правда?! Это… это так здорово! – рыжеволосая не смогла сдержать радостного возгласа и крепко обняла Тацуки. – Это такая радость! Парни во второй раз недоуменно обратили внимание на шумных девушек, но те больше не обращали внимание на них, полностью поглощенные своими секретными переговорами. - Какой срок? - Почти полтора месяца. Мы слегка забыли о предосторожностях. Орихиме вспомнила о том, как они с Гримджоу тоже забыли обо всем на свете. Однако у них ничего не получилось и порой это вызывало у девушки горькие чувства. - Тацуки, надеюсь, ты позволишь мне нянчить и баловать его? - спросила Иноуэ с серьезным видом. – Знаешь, совсем недавно я поняла, что тоже хочу ребенка. - Конечно, позволю, только до этого еще далеко, - усмехнулась Арисава. – А что по поводу тебя – откуда это обречение в голосе? Джагерджак против детей? - Нет, похоже, нет. В самый первый раз мы тоже забыли о предосторожностях. Я тогда жутко испугалась, а он… Он сказал, что не видит в этом проблемы, - Иноуэ улыбнулась, вспоминая тот разговор. - Ну, раз так, то все в твоих руках, дорогая. Выходи за него и нарожай кучу детишек. Я верю, что ты станешь самой лучшей женой и матерью. - Спасибо, Тацуки, - Орихиме вновь потянулась обнимать подругу. – Родители всегда лучшие для своих детей и ты тоже будешь лучшей матерью. Я знаю. И Рэн, я уверенна, будет счастлив этой новости. Кстати, когда ты сообщишь ему? - Скоро у нас годовщина – мы четыре года вместе. Я решила, что скажу ему тогда, - девушка бросила долгий взгляд на своего любимого мужчину. – Наверно, я с ума от волнения сойду, пока выговорю это признание. - Зато потом, когда увидишь его радость, все пройдет, - поспешила успокоить опасения подруги рыжеволосая. – Рэн смотрит на тебя с такой нежностью, а уж когда вас будет связывать малыш, то и подавно. Поверь мне – тебе не о чем волноваться. Тацуки кивнула, позволив себя уговорить. Улыбнулась. Иноуэ хотела еще что-то сказать, но открывшаяся в дом дверь привлекла ее внимание. Музыка стала громче, так же как громче стал смех и гул шумной вечеринки. На пороге стояла Карин. На ее лице застыло обеспокоенное выражение. Она подошла прямо к Ичиго и, склонившись, что-то коротко проговорила. Парень кивнул и без объяснений покинул друзей. - Что случилось? – первым этот вопрос задал Рэнджи, опередив девушек. - К брату приехала Кучики, - с неохотой ответила Карин. Это имя мрачной кляксой расползлось по лицам. Когда-то Рукия была их близкой подругой, родным человеком. Но время разделило их дружбу. А теперь и не только время. Какие грехи совершила эта миниатюрная брюнетка? Какое зло? Орихиме была уверенна, что никакого, - она просто жила, как могла. Но при ее имени в воспоминаниях восстали кровавые картины из рассказа Нэлиэл. А что еще страшней – собственные воспоминания Иноуэ. Погоня. Скрежет металла. Пожарище. Умирающий на ее руках человек… Тошнота подкатилась к горлу. - Орихиме! – вскинулась Арисава, оказываясь рядом. - Нет, ничего, - рыжеволосая прогнала незваный приступ и вымученно улыбнулась. – Прости. Я просто вспомнила кое-что… неприятное. Немного недоумевающий взгляд, которым обменялись Абараи, Тацуки и Карин, не прошел незамеченным для Иноуэ. Но там не было места осуждению или презрению и за это девушка была благодарна друзьям. - Ладно, надеюсь, он не застрянет там... – проговорила старшая Куросаки, стараясь развеять тяжелую атмосферу, и растерянно потопталась на своем месте. – Юдзу приготовила какой-то особенный торт и хотела, чтобы мы попробовали его все вместе. - Будем надеяться, - откликнулся Абарай. Больше никто не проронил ни слова. Карин устало опустилась на место, что несколько минут назад занимал брат. Уход Ичиго безнадежно нарушил атмосферу праздника. И быстро возвращаться к друзьям он не собирался. Или не мог. - Да, сколько можно? Неужели она не знает, какой сегодня день? – первой ожидания не выдержала Карин. – Что она опять хочет от брата? Рэнджи? Красноволосый не собирался отвечать и неопределенно пожал плечами. Иноуэ же начала обеспокоенно обдумывать причины визита нежданной гостьи. Неужели Готей через Кучики оказывает давление на людей Куросаки? Или это просто собственная инициатива Рукии? В тягостно-угрюмую атмосферу, царившую на террасе, ворвалась вторая сестра Куросаки. - Карин, куда ты запропастилась, а? Решила окончательно меня бросить? Нет уж, этого не будет! Пошли! - Да-да, - обреченно ответила сестра. - И вообще, пойдемте все, - энергичная блондинка не собиралась останавливаться на достигнутом. - Я там кое-что приготовила. Давайте, Орихиме, Тацуки, Рэнджи! Ой… А где братик? Куда исчез? Желая сохранить праздничное настроение хотя бы у одной из именинниц, Орихиме быстро взяла себя в руки и ответила: - Никуда он не исчезал. Веди остальных, а я позову Ичиго и мы к вам присоединимся, хорошо? - Хорошо! – кивнула Юдзу и, взяв Карин под руку, потащила обратно в дом. Воспользовавшись этим, к Орихиме подошел Абараи. - Я позову его, а ты ступай с Тацуки и сестрами. Девушка окинула его внимательным взглядом. Она могла быть упрямой, а теперь и подавно. Рыжеволосая чувствовала все чаще, как частички упрямства и силы Эспады перетекают в ее существо. Сейчас она хотела знать, в чем дело и не собиралась отступать. - Все нормально. Я сама. А тебе как раз больше подходит роль сопровождения Тацуки. Тебе нужно лучше оберегать ее. До этого невозмутимый, Рэнджи растерялся. Беспомощность так ярко проступила на его лице, что это становилось забавным. - Иди, она тебя ждет. Действительно, Арисава остановилась у входа в дом и смотрела на них. - Ладно, постарайся все уладить без драки, - попросил парень и направился к своей девушке. Когда все ушли, Орихиме вздохнула и отправилась на поиски Куросаки. Вообще-то у нее был только один вариант, где она могла его разыскать – это полу библиотека, полу кабинет Ишшина. Он находился в другой части дома: за столовой и за шумным залом, где собрались все гости. И оказалась права. Еще за несколько метров из-за приоткрытой двери до рыжеволосой доносился голос Ичиго: -… райся услышать меня. Ру, я сказал, что согласен поддержать тебя, но не позволю использовать Орихиме. Это мое последнее слово. - Это ты не хочешь понять! – в голосе девушки звучали почти истеричные нотки. – Ты должен помочь мне спасти брата иначе. Меня она слушать не станет, но если попросишь ты, то это другое дело! Одна просьба. Всего одна! От твоей драгоценной Иноуэ ничего не убудет. Это мы сейчас на грани жизни и смерти, а не Эспада! По всей видимости разговор не получался не смотря на доброжелательность и терпение Куросаки, с которым он обращался с гостьей. Орихиме могла затаиться и узнать все, о чем они говорили. Но это, во-первых, было мерзко. Во-вторых, у нее было мало времени. И, в-третьих, она не желала слышать о себе и Эспаде отвратительные вещи. Поэтому, не позволив им произнести больше ни слова, Иноуэ постучала в дверь и заглянула внутрь. - Здравствуй Рукия. Прости, что помешала. Ичиго, мы тебя заждались. Юдзу что-то приготовила и собирает всех. Приходи в зал, хорошо? - Да, сейчас буду, - кивнул парень. Рукия прожигала Куросаки взглядом, но он больше не добавил ни звука. Иноуэ собралась уходить. - Орихиме, постой! – Кучики не выдержала и сама окликнула рыжеволосую. – Подожди! Ты ведь слышала, о чем мы говорили? - Рукия, - Ичиго одернул брюнетку недовольным голосом. – Прекрати! Но девушка проигнорировала его слова и приблизилась к Иноуэ. - Слышала, ведь так? Ответь мне. Врать нужды не было. Орихиме полностью прошла в кабинет и, плотно прикрыв за собой дверь, кивнула: - Да, твои последние слова я слышала. - Хорошо, я подозревала, что ты приедешь сюда. Я хочу просить тебя о помощи. Помоги мне спасти брата. Он единственный, кто у меня остался! Ничто не могло передать всю глубину боли, как последние, произнесенные Рукией слова. Иноуэ понимала цену этих слов, но… Была бессильна что-либо сделать. - Нет, не говори сейчас, - возразила Кучики, прочитав ответ во взгляде своей бывшей подруги. – Просто попытайся… Я готова на все, что угодно! Я сделаю все, что ты скажешь! Орихиме взяла себя в руки и упрямо проговорила: - Прости, Рукия. Здесь от меня ничего не зависит. - Не верю, - Кучики покачала головой. – Не верю, слышишь!? - Рукия, прекрати, - попытался еще раз спокойно урезонить свою гостью Куросаки. – Я сделаю все, что в моих силах. - Все твои действия бесполезны, - надменно обронила брюнетка. – Ты же знаешь, кто подбирается к моему брату? Ты знаешь, кто пытается свести с ним счеты? Так скажи. Скажи это Орихиме! Скажи ей, что это он! Этот синеволосый выро… Кучики успела опомниться, хотя суть ее слов была предельно ясна. - Нет нужды говорить мне об этом, - с холодом в голосе ответила Иноуэ. – Я знаю, что это Гримджоу. - Ты?.. Ты знаешь? – опешила Рукия, отчаяние в ее глазах сменилось гневом, а затем неприкрытой ненавистью. – Тогда почему ничего не делаешь?! Ты знаешь, каково это, когда кто-то планомерно уничтожает твоих друзей одного за другим? Когда пытается отнять кого-то самого близкого? - Так, довольно, - решительно вмешался в неприятный разговор Ичиго. - Рукия, думаю, что тебе пора уходить. Брюнетка злобно зыркнула на парня и попятилась. - Вы оба заодно! В кого вы превратились? Как вы можете просто наблюдать за тем, как убивают других людей? - Не думай, что ты единственная, кто теряет друзей и близких, - Иноуэ была больно задета несправедливыми обвинениями. - Да что ты можешь знать? Клан Фонг почти разгромлен, а Сой серьезно ранена. Глава семьи Кенпачи был недавно убит в собственном поместье. А это значит, что следующий и последний на очереди – мой брат! За что нас убивают? Мы никого не трогаем! Рыжеволосая отступила от Кучики. По всей видимости, Рукию не допускали до правды или же она отчаянно не хотела ее принимать. В любом случае, это вызывало лишь жалость. Орихиме не собиралась сейчас что-то доказывать своей давней подруге, так же как и не собиралась вступать с ней в спор. - Ичиго, я пойду, а ты подходи, как освободишься. Я придумаю что-нибудь для Юдзу. - Конечно, проваливай! – бросила Рукия в спину рыжеволосой. – Тебе не нужно дрожать от страха, не нужно унижаться перед другими! Ты отлично устроилась – вовремя залезла в постель к одному из них, чтобы обеспечить себе безбедное и спокойное существование! Не думала, что ты сможешь жить и спать с таким ублюдком! По глупости или нарочно, но Рукия всегда умела причинять боль одними словами. И сейчас и раньше, когда их связывала дружба. Просто Орихиме молчала, принуждая себя скрывать страдание за учтивой или милой улыбкой. А Кучики… Кучики, пожалуй, так и ни разу ничего не поняла. В такие моменты, Орихиме всегда мечтала это сделать – поднять руку и с хлестким шлепком опустить ее. Так, чтобы остался след, так чтобы брюнетка хоть раз подумала о своих словах и поступках. Жаль, что это удалось сделать только сейчас. Совершенно такого не ожидавшая, Кучики ошарашено отступила, держась за щеку. - Ты не имеешь права говорить так со мной, Рукия. Прошло так много времени, а ты осталась прежней. Ты видишь только своего брата. Замечаешь только свои страдания. Говоришь, что я ничего не знаю, но похоже это ты ничего не знаешь. Но я не злюсь – мне просто тебя жаль. Хочешь, я расскажу тебе часть своей правды? Люди твоего брата напали на нас с Гримджоу и пытались убить. На моих руках умер человек, а другой чуть не погиб, спасая меня. На мою подругу напали люди Кенпачи и она две недели балансировала на грани жизни и смерти! И сейчас, возможно, в этот самый момент, гибнут другие люди! Рукия присмирела, не понимая как реагировать и как отвечать на этот душевный взрыв Орихиме. Даже Куросаки был по меньшей мере шокирован и застыл на своем месте. - Знаешь, я не оправдываю Эспаду, я не оправдываю действия Улькиорры, хотя с его точки зрения он лишь хочет защитить свою семью. А еще я не собираюсь спокойно, как раньше, выслушивать все, что ты говоришь! Боже, хотя бы раз в жизни не следуй всем указаниям своего брата так слепо. Не принимай его за святого. Безгрешных в этом мире нет! Закончив отповедь, Орихиме перевела свой взгляд на Ичиго и вышла из комнаты. После столь неприятной встречи для нее самой было загадкой, как ей удалось провести остаток вечера в прежнем расположении духа. Как получалось беззаботно улыбаться Юдзу, неся какую-то беспросветную чушь про занятость Ичиго, когда на душе было паршиво? Откуда взялись силы выслушивать извинения Куросаки, когда их должна была приносить Кучики? И, наконец, каким чудом ей удалось если не обмануть, то хотя бы притупить маниакальную бдительность Гримджоу, когда ей пришлось рассказывать, как она провела свое время? Столько гадостей, как в этот вечер Орихиме еще не приходилось слышать ни от кого. Она подозревала, что это станет для нее проблемой. ********* Сон не шел. Орихиме лежала в теплой постели, закутанная в объятия Гримджоу, но сна не было. Как не было в ее душе спокойствия и умиротворения. Со времени дня рождения сестер Куросаки прошло чуть больше недели, но те слова Кучики до сих пор крутились в голове, отдаваясь тупой болью в затылке. Да, нужно было поспать. Бессонница никому еще не приносила пользы. Но Орихиме чувствовала, что долгожданный сон не снизойдет на нее. Во всяком случае, не сейчас. Осторожно перевернувшись на бок, девушка попыталась освободится от рук Джагерджака. - Ты куда? – одновременно сонно и раздраженно пробурчал синеволосый, слегка придерживая ее рядом с собой. – Рыжая, хватит бродить. - Прости-прости, - Иноуэ ласково поцеловала его в щеку. – Я на минуту. Спи. Тихонько накинув на плечи халат, она вышла из спальни. Рассвет девушка встретила в библиотеке с любимой книгой в руках. Она помнила ее почти наизусть, только не помнила ничего из того, что прочитала за прошедшую ночь. Утро прошло как во сне. Гримджоу уехал раньше обычного, так что они даже не увиделись. Впрочем, Орихиме поймала себя на мысли, что ничуть не сожалеет об этом. Днем в особняк пожаловала Лилинет и приглашала пообедать, но Иноуэ благополучно открестилась от этой затеи. К несчастью, почти следом за сестрой домой вернулся Улькиорра и рыжеволосой все же пришлось составить им компанию за обеденным столом. К счастью, Лили спасала их всех от молчаливого поглощения пищи, затеяв какой-то незначительный разговор. Гораздо позже звонила Нэлиэл, узнать и рассказать последние новости. Иноуэ уж было хотела поделиться с ней своими мрачными терзаниями, но подруга таким счастливым и удовлетворенным голосом поведала про свои отношения с Нноиторой, что у нее язык не повернулся сделать это. Они немного поболтали, после чего рыжеволосая осталась, наконец-то, одна. Измучившись своим состоянием, Орихиме скрылась ото всех в их с Гримджоу комнате и прилегла отдохнуть. Легкое забытье, окутавшее девушку, прерывалось тревожными бессвязными видениями. Звуки открывающейся и закрывающейся двери сошли за продолжение дремы. Но когда кто-то прилег рядом Иноуэ забеспокоилась. - Это я, Рыжая, - нежный, почти невесомый шепот на самое ухо и касание теплых губ. - Ты… - девушка заметно расслабилась, даже придвинулась ближе. – Гримджоу, который час? - Почти шесть. - Ты же не собирался возвращаться сегодня, - все еще сонным голосом пролепетала Орихиме. - А теперь собрался, - Гримджоу медленно провел пальцами по ее волосам, щеке, аккуратно взял за подбородок. – Я решил пригласить тебя куда-нибудь. Но не буду против провести с тобой вечер здесь. В спальне, - добавил он, чтобы у девушки не оставалось иллюзий по поводу его намерений. И лишь затем поцеловал. Орихиме ответила, позволила углубить поцелуй, но как только почувствовала опасную решимость Гримджоу перейти к более серьезным действиям, отстранилась. - Гримджоу, прости… Давай не сегодня. Я не очень хорошо себя чувствую, - маленькая ложь удалась на славу. Впрочем, это была не совсем ложь. - Хорошо, - странно, но Джагерджак согласился на такое условие без боя. – Может, мне попросить Унохану приехать? В его голосе звучало волнение и еще что-то. Что-то невысказанное, но Иноуэ знала, он не станет молчать. - Нет не нужно. Я здорова. Лучше просто побудь со мной вот так, - рыжеволосая положила руки на его плечи, предлагая ему обнять себя покрепче. Гримджоу не заставил ее предлагать дважды. - Твое присутствие лучше всяких лекарств. - Какие сладкие слова, Рыжая, - удовлетворенно прокомментировал синеволосый. – Но это тебе не поможет… Теперь, когда ты уже никуда от меня не денешься, объясни, что с тобой происходит? Девушка ждала этого вопроса и знала, что ответить, но все же предпочла, чтобы он никогда не прозвучал. - У меня нет настроения... По собственной глупости я услышала много жестоких обвинений. И хоть я знаю, что большая часть из них просто нелепа, я не могу выкинуть их из головы. - Я чувствовал, что нельзя было отпускать тебя к Куросаки, - Джагерджак начинал злиться. - Это он наговорил тебе что-то неприятное? А может, что-то сделал? Дай мне лишь малейший повод, и я навсегда избавлю его от привычки портить тебе жизнь! - Нет, это не Ичиго. Дело не в нем, любимый. Совсем не в нем, - из ее груди вырвался тяжелый горестный вздох. – Дело во мне. - И что с тобой не так? – насторожился Гримджоу. Иноуэ приподнялась на локте, а затем села рядом, поджав под себя ноги. - Можно, я спрошу тебя о чем-то странном? Джагерджак переместил голову на ее колени. - Странном? По-моему ты уже спрашиваешь. Поэтому не тяни с дальнейшими вопросами. - Хорошо, - кивнула Рыжая, но в ее взгляде не было ни капли уверенности, она смотрела на него печальными глазами. – Скажи, я сильно изменилась с тех пор, как мы встретились впервые? Кажется Гримджоу был готов к подобным странностям, поэтому ответил почти без раздумий. - Не особо. - И все же, - похоже, девушку такой ответ совершенно не удовлетворил. – Может, я стала хуже? Злей или равнодушней? - Кто тебе это сказал? – нахмурился Джагерджак, на что Иноуэ лишь упрямо покачала головой, не собираясь раскрывать имена, и продолжала молчаливо ждать его ответа. – Ты не стала хуже, Рыжая. И никогда не станешь. - Если так, то… - тут она сделала неприлично долгую паузу, отвела взгляд, словно сильно сомневалась в том, что делает. – Можно я попрошу тебя кое о чем? - И мне это точно не понравиться, - усмехнулся синеволосый, совершенно не представляя о чем она может попросить, но предчувствуя неприятное. - Да, тебе это очень не понравиться, - серьезно и сосредоточенно подтвердила Орихиме. – Но я обещаю, что больше никогда не попрошу о чем-то подобном. Это – единственный раз. И… - девушка заглянула ему в глаза. – И если ты хотя бы пообещаешь подумать – пусть это будет моим свадебным подарком от тебя. - Это, что ультиматум, дорогая? Или откровенный шантаж? – осведомился Гримджоу. Теперь уже и ему это совершенно не нравилось. – Если я не соглашусь, то ты не выйдешь за меня? - Нет, конечно, нет, - запротестовала девушка, нервно теребя его волосы. – Просто мне станет легче. Я буду знать, что хотя бы пыталась... - Пыталась – что? Я слушаю. На Орихиме накатила настоящая паника, она слышала, как в ушах перепуганной совой ухает сердце. Она не просто волновалась, она откровенно боялась его реакции. - Гримджоу, - рыжеволосая не могла смотреть на него. – Ты мог бы сохранить жизнь Бьякуи Кучики? Джагерджак поднялся с ее колен и ответил категоричным тоном, с каждой секундой становящимся все мрачней и мрачней: - Нет. И больше никогда, слышишь, никогда не говори со мной о чем-то подобном! - Я… - Рыжая потянулась вслед за ним, пытаясь выговорить хоть несколько слов в свое оправдание. – Гримджоу, я… Синеволосый бросил на нее яростный взгляд и, склонившись над ее маленькой фигуркой, прорычал: - Если не хочешь быть со мной, то так и скажи! И не нужно ничего придумывать! Орихиме знала, что он будет зол на нее, но не думала, что настолько. И все же, она упрямо, хоть и дрожащим голосом произнесла: - Это никак не связано. Джагерджак отвернулся, ничего не ответив. Орихиме подкралась ближе, прильнула к его спине и прижалась щекой к его плечу. Последнее, чего она сейчас хотела – это ссорится с ним. - Это никак не связано, Гримджоу. Пожалуйста, не говори таких слов. Решительно разомкнув ее руки, синеволосый поднялся с постели. - Прекрасно, не буду. Ты – святая, а я всего лишь убийца. Но я такой. Если ты не смиришься с этим, то я тебя не держу! Это были его последние слова, при которых он даже не посмотрел в ее сторону. Громко хлопнувшая дверь служила доказательством того, что Джагерджак оставил ее одну. ******* - Госпожа позволите? - по библиотеке разнесся тихий стук и приятный девичий голос. Орихиме сидела спиной ко входу, забравшись на диван с ногами и смотрела в окна, поэтому не видела, кто вошел, но она узнала горничную по голосу. - Да, конечно, Хиномори, проходи. Послышались легкие шаги, звяканье посуды на передвижном столике. - Ах, госпожа, вы так ничего и не съели! - с досадой всплеснула руками девушка. - Ни вчера, ни утром, ни сейчас! А я сделала все так, как вы любите... - Прости, Хиномори, но я, действительно, не голодна, - Иноуэ пришлось вымученно улыбнуться. - Может что-то случилось, госпожа? Может мне приготовить что-то другое? Если господин Улькиорра узнает, что вы отказываетесь есть, то он будет мной недоволен. - Все хорошо, ничего не будет. Не волнуйся, - предприняв попытку успокоить горничную, рыжеволосая опять вернулась к созерцанию пространства за окном. Хиномори убрала со стола, но все же не могла позволить себе уйти. Сначала гостья в этом доме, а теперь - полноправная обитательница, Орихиме очень нравилась всей прислуге. Всегда жизнерадостная и отзывчивая девушка одним своим присутствием оживляла огромный особняк. Поэтому мрачное и отрешенное состояние, которое опустилось на нее со вчерашнего вечера, не могло остаться незамеченным. - Простите мне мою бестактность, госпожа, но... Чем бы ни было вызвано ваше печальное состояние, все обязательно образуется. Поверьте мне. - Конечно, все будет хорошо, - тихо проговорила Иноуэ. - Спасибо, Хиномори... Но оставь меня, пожалуйста. Я хочу побыть одна. - Да, уходи, - внезапно прозвучавший приказ заставил вздрогнуть обеих девушек. - Оставь нас наедине. - Сию минуту, господин Гримджоу, - после секундной заминки воскликнула горничная и засуетилась. Пока Хиномори все еще была в библиотеке, Орихиме хотелось схватить девушку за руку и не отпускать от себя, словно это могло облегчить ее участь. Когда дверь за горничной захлопнулась рыжеволосая боялась лишний раз шевельнутся. Ее душило чувство вины. И она опасалась, что Гримджоу пришел лишь за тем, чтобы сказать, что между ними все кончено. До вчерашнего дня, в чем бы ни состояли их разногласия, все решалось за несколько часов. А вчера он просто ушел. Это Иноуэ восприняла как личную катастрофу. Она бы забрала все свои слова назад, но это было невозможно. Не выдержав напряжения, Орихиме склонила голову на скрещенные руки и зажмурилась. Тем временем Джагерджак подошел ближе. Вплотную. - Вот, - услышала она. Синеволосый пристроил рядом что-то шуршащее, объемное и увесистое, а сам склонился к ней, уперев руки по обеим сторонам от ее плеч. – Вчера я погорячился... Давай мириться, Рыжая. Девушка не ожидала от него чего-то подобного. Напряжение, сковавшее ее по рукам и ногам, отступило. Открыв глаза, она обнаружила около себя огромный букет красных роз. Они были настолько прекрасны, что Иноуэ дотронулась до одного цветка и осторожно погладила его. - Это… Это мне? - Тебе, конечно, - усмехнулся Гримджоу, поцеловав девушку в волосы, и добавил тише: - Мои извинения. Принято? - Тебе не за что извиняться, - девушка покачала головой и бросила не него взгляд. – Совершенно не за что! Это я виновата! Поэтому, прости меня. - Отлично, будем считать, это нашим примирением, малыш, - подытожил синеволосый, присаживаясь рядом. Перехватив свою девушку за талию, он ловко усадил ее к себе на колени. – А по поводу твоей просьбы… - Можешь ничего не говорить, - прошептала Орихиме. Хоть он сейчас упомянул об этом достаточно легко и запросто, она не хотела, чтобы из-за пары неосторожно брошенных слов они опять поссорились. – Мне ничего не нужно. - Неправильно, - возразил Джагерджак. – Мне нравится идея со свадебным подарком… Расскажи мне, чего ты хочешь. Только ты и только для себя. Я сделаю это, чего бы мне это ни стоило. - У меня есть одна просьба, - прошептала рыжеволосая, крепко обнимая его за плечи. – Но твоего гнева на эту просьбу я точно не переживу, поэтому, давай перенесем наш разговор? Джагерджак вздохнул, в его голосе проскользнуло раздражение: - Это опять связано с Готеем? - Нет. - Тогда говори, Рыжая, - раздражение сменилось нетерпением. – Не испытывай меня. Девушка еще немного потянула время, набираясь смелости и, наконец, выдохнула: - Дитя. Я хочу от тебя ребенка. Молчание Джагерджака показалось ей вечностью, хотя не прошло и десятка секунд с того момента, как она озвучила свое желание. Волнуясь от этого еще сильней, Орихиме принялась оправдываться: - Помнишь, ты сказал однажды, что был бы рад этому. Но если это было лишь, чтобы успокоить меня тогда или ты передумал, то… Гримджоу слегка оттолкнул ее от себя и в несколько мгновений уложил на диван, нависая сверху. - Отлично, - хищно улыбнулся он, в его взгляде откровенно читалось желание. – Мы можем приступить к этому прямо здесь и сейчас, дорогая. Или же для начала поужинаем где-нибудь? Сердце Орихиме застучало, как бешенное, щеки залил румянец, в горле пересохло. Девушка до сих пор не могла привыкнуть к его откровенности в этих вопросах. А иногда даже подозревала, что он специально смущает ее, чтобы вдоволь насладиться ее реакцией. - По-поужинаем, - едва владея своим телом и голосом, выговорила рыжеволосая. ********* Телефонный звонок, прозвучавший посередине теплого дня в конце мая, отвлек Орихиме от обсуждения с Тацуки благоприятных имен для детей. В последнее время разговоры подруг, так или иначе, но всегда касались темы малышей. Это нравилось обеим. - Кто это, опять Джагерджак? – возмутилась Арисава. – Ты у меня в безопасности, - так и скажи ему! Или лучше дай я сама с ним поговорю. - Нет, - растерялась девушка. – Неизвестный номер. Я отвечу. - Хорошо, болтай. Я пойду поставлю чайник и сделаю еще бутербродов. Брюнетка скрылась в дверях кухни, а рыжеволосая приняла звонок: - Алло, Иноуэ слушает. - Здравствуй, Орихиме… Если ты узнала меня, то, пожалуйста, прошу, не бросай трубку. - Эм… извините, но… - Это Рукия... Кучики Рукия. Иноуэ несколько мгновений всерьез подумывала над тем, чтобы сбросить вызов, но не решилась. - Зачем ты звонишь? - Я… Орихиме, мы, наверно, никогда с тобой не встретимся лично, поэтому я решила позвонить. Я понимаю, что ты не хотела бы больше слышать ни моего голоса, ни имени, но я должна кое-что сказать тебе, - девушка говорила быстро, сбивчиво, словно действительно боялась, что Иноуэ бросит трубку. – То, что я сказала тебе в последнюю нашу встречу – все это бред. Я была в отчаянии, на грани, в ужасе. Я прошу прощения за все, что наговорила. Я искренне раскаиваюсь в своем поведении и в своих словах. И не только тогда, но и всегда. Особенно если это касалось нашей дружбы и Куросаки... Я не прошу простить меня, но если сможешь, хотя бы не держи на меня зла... И еще… Есть кое-что, за что я буду твоей вечной должницей. Это мой брат. Он жив. И я чувствую, что это благодаря тебе… Несмотря на все мои жестокие слова. Это твоя последняя дань нашей дружбе. Я сохраню это. Навсегда. - Извинения приняты, - ответила Орихиме. – А по поводу Бьякуи… Я здесь ни при чем. - Хорошо, пусть так, - в голосе бывшей подруги чувствовалась какое-то благоговейное смирение и благодарность, чего никогда не было прежде. – Спасибо, что выслушала меня. Я больше никогда не посмею тебя потревожить... Прощай, Орихиме. - Прощай,Рукия. ********* Через неделю после этого звонка Готей прекратил свое существование.