Не всё то золото...

Комната была просторной и светлой, отчего мне было неловко, так как ни разу не то чтобы не видел таких, но ночевать, да и просто долго в них находиться, мне не приходилось. В остальном же она была совершенно обыкновенной: проснувшись из-за громких птиц-малюток, развернувших бурный спор на крыше, я убрал аккуратно свернутый футон в стенную нишу. Несколько долгих минут я просто разглядывал стены, украшенные полотнами с мастерски выписанными на них цветами, свитками и прочими мелочами. И не боялись же, что украду что-нибудь. Мне чего-то не хватало и я долго не мог понять причину этого беспокойства - память будто отрезало. И лишь спустя несколько томительных минут размышлений осознал: я сижу. Сам. И встал сам. И постель, свернул постель тоже самостоятельно. А ещё меня наполняла какая-то странная легкость, обволакивая меня мягким одеялом. Черт возьми, только промучившись долгое время я понял, как это воистину чудесно, если ничего не болит. И знаю, кого стоит за это благодарить. Сглотнув, резким порывистым движением вытер вспотевшие ладони об юкату, в которую был одет и растянулся на жестком полу, растянувшись во весь свой небольшой рост. Сенсей не мог ничего сделать. Мы… Он испробовал все, раз решился воспользоваться помощью ненавистной деревни. Ну ,как воспользоваться… использовать. Но сделать подобное с Сенджу Хаширамой - не так-то просто и учитель не строил никаких иллюзий, не позволяя заниматься этим и мне. Никто не говорил, что будет просто. Вот лежу тут, не делая ничего, а по-хорошему надо бы бежать, хотя и не хочется совсем. Может, в окно? Или рискнуть и пройтись по дому, разыскать свои вещи? Полностью поглощённый собственными мыслями, я не заметил как стал снова медленно погружаться в сон, но странный шум вдруг вырвал меня из дрёмы. Доносился тот из соседней комнаты: стены додзё были достаточно тонкими, потому слышимость была хороша. Или не очень. Это с какой стороны смотреть. Прислушавшись, разобрал два голоса. Один был смутно знакомым, а другой… детским? На ниве великолепного самочувствия я поддался мимолетному порыву и припал к стенке ухом, изо всех сил вслушиваясь. - Ха-ха, дедуля, ты не умеешь играть! Две тысячи рё! - звонко рассмеялась девочка и, судя по то отдаляющемуся, то приближающемуся топоту, забегала по комнате. - Ты снова проиграл! - Ну-ну, Цу-тян, ты так меня совсем разоришь, - ответил уже знакомый мне голос. Хаширама? Эта девочка - его внучка?! Я конечно понимаю, что у всех нормальных людей есть семьи, но он выглядел так молодо… Послышался шорох одежды и раздались легкие неторопливые шаги босых ног по дереву. Звон чашек и через некоторое время шелест раздвижной двери. Холодок заструился по моей спине и я резко отпрянул от сёдзе - кажется, приближались к моей комнате. Запаниковав, я начал шарить глазами по комнате. Надо было уходить раньше, а не лежать тут... ничего не делая! С таким же шорохом приоткрылась дверь и я увидел фигуру Хокаге, частично скрытую тенями. Шинигами, что же мне делать? Что говорить? Как вести себя? Продолжить быть дураком? Неплохой вариант, но что, если меня уже раскрыли? Меж тем я осознал, что выгляжу сейчас полным идиотом, а глава деревни уже некоторое время стоит неподвижно и терпеливо смотрит на меня. - Вижу, ты уже успел привести всё в порядок? - мягко начал он после некоторой неловкой паузы, кивнув на плохо прикрытую, как я сейчас заметил, нишу. - Я заставил тебя ждать, но ты прости меня, дела никогда не ждут своей очереди, - Хаширама улыбнулся. - Ч-что вы, нет-нет, всё в порядке, это я должен просить прощения, - я торопливо упал на колени, будто мне подрубили ноги, и склонился в поклоне, разглядывая причудливый рисунок древесных волокон. Мелькнула и тут же ускользнула насмешливая мысль: так распинаюсь потому что не хочу спровоцировать его, показать себя с хорошей стороны, или… Что “или” - думать не хотелось. От этих мыслей накрывало некое отвращение. Сенсей бы не простил, точно. - Не нужно, малыш. Кэйджи-кун, да? - я кивнул. В комнату зашла, предварительно остановившись для поклона, девушка. Поставив на незамеченный мной ранее низенький столик поднос, на котором исходил паром небольшой чайничек в окружение таких же миниатюрных чашечек, молча ушла. Сенджу сел за стол, приглашающе кивнув мне. Я весь прямо стал неловок, а тело задеревенело. Неуклюже усевшись на татами, я поднял взгляд на Шодай Хокаге. - С-спасибо вам, Хаширама-сама. Бог Шиноби снова улыбнулся и принялся разливать чай. Мои руки задрожали, отчего я раздраженно стиснул зубы, усилием воли пытаясь успокоиться. Принял чашку уже твердо. Как там? Одной обхватить, другой придерживать… Мысли стремительно покидали мою голову. Я боялся. - Так случилось, что наши судьбы пересеклись, и я склонен считать, что это было предопределено уже давно, - Сенджу замолчал, пригубив чай и внимательно всмотрелся в поверхность напитка, блестящую в лучах света. Сказать, что эти паузы между фразами нервировали меня, напряжённого как струну - не сказать ничего. То ли насмехаясь, то ли просто не обращая на мои неудобства внимания, манеру вести разговор Хаширама менять не спешил. - Твой случай действительно интересен, - наконец заговрил он. - Чёрные нити. Я недоуменно моргнул. Хаширама довольно прищурился, кивнув чему-то своему. И что сейчас было? - Не стану утомлять бесполезными для тебя подробностями, - довольно резко закруглился шиноби, снова берясь за чайничек и улыбаясь. - Однако, стоит сказать, что чем бы в тебя не попали - это было ужасно и толкнуло тебя на самую грань. Жизнь - настоящее чудо, не так ли? Одеревеневший язык спелся с разумом. Пришлось кивнуть и опустить голову ещё ниже. Сенджу мягко рассмеялся. - Как сказал бы мой брат: налетит ветер - и бамбук зашумит, умчится ветер - и бамбук смолкнет, - недоуменно моргнув, я глупо уставился на Шодай Хокаге, чем снова вызвал его веселье. - Мичико-чан тебе вчера приглянулась, да? Не спорь, не спорь, я все заметил! Она хотела тебя увидеть сегодня, но так как днем занята, придёт вечером. Ты же не сбежишь к этому времени? Я кивнул, снова опустив взгляд. Сенджу ещё немного посидел со мной, ни о чем не расспрашивая и говоря лишь о далеких и абсолютно безразличных как для меня, так и для него вещах, после чего, сказав, что я могу спокойно выходить в сад, но предупредив, чтобы я не бродил по дому, ушел. Лишь напоследок он сказал что-то, имеющее хоть какую-либо ценность: - Через пару дней мне придется оставить дом и повседневные дела, но до этого я пока подержу тебя здесь и буду приглядывать, наблюдая за восстановлением. Едва оставшись один, я в приступе бессильной злобы пнул стол, отчего оставшийся там поднос с грохотом и звоном перевернулся, отчего я дернулся. Это место для меня - тюрьма. Да, уютная, совсем не холодная, но… клетка. Хокаге сказал, что моя чакросистема очень развита и я стану неплохим ремесленником или даже ниндзя, если как следует потружусь. О том, чтобы уйти он не речи не вел. Потому что добрый, отчего не выкидывал меня? Или потому что решил загрести… в качестве платы? Неслышно зашла та же девушка, что принесла поднос, и присела, собирая глиняные осколки. Мне на какое-то мгновение стало перед ней стыдно и на негнущихся ногах я проследовал к выходу. Оказавшись в длинному просторном коридоре, я наугад выбрал направление и быстрым шагом, стараясь не топать, направился вперед.

***

Кормить меня сегодня явно не собирались. Сорвав мясистый листик какого-то диковинного растения, я принялся его разжевывать. Сделал все как учил сенсей, тщательно осмотрел, обнюхал… вроде как не ядовитый… вот только я таких растений нигде не видел, что настораживает. Ну и ладно, я же всего одну штуку. Морщась от горечи, побрел дальше. Сад как сад, красивый и бесполезный. Хоть бы одну яблоню тут посадили. Ведь не могли же они рассаживать одни кусты да неплодовые деревья? Вот в поисках яблони или сливы я и бродил по дорожкам, иногда сходя с них. На ногах болтались немного великоватые мне дзори, что я обнаружил у выхода, чуть в стороне. Надеюсь их хозяин, если такой внезапно объявится, не будет искать свою обувь слишком тщательно. Было облачно, но совсем не душно, так что, дождя не должно быть. Вокруг переговаривались птицы, кто-то шуршал в кустах, пару раз я отгонял от себя любопытных насекомых, что обычно живут в кронах деревьев, но отчего-то заинтересовались моей светлой юкатой. Вообще, я не так уж плохо устроился, и если бы не связанная с учителем неопределенность, нависшая надо мной грозовой тучей, то я бы, наверное, был доволен сложившимися обстоятельствами. Я как-то совсем не задумывался раньше, кто для меня господин Какудзу, насколько зависим я от него не в физическом плане, а в плане… чувств? Обессилено упав под ближайшее дерево, подтянулся и облокотился о его ствол. Раньше было некогда рассуждать и раздумывать, после ритуала появилось время, но пропало желание. Да и о чём мне думать? Неужели о том, кем всё же мне приходится Какузу? Касательно первого, я, казалось, давно уже всё для себя решил. Он - мой наставник, ни больше ни меньше. Пример для подражания. Может, пугающий, но только иногда. А то что убийца… хочется верить, что я уже не наивен. О том, кем я прихожусь ему? Тут мне намного сложней ответить. Обыкновенный раб? Конечно же, нет. Ниндзя на побегушках? Возможно, но зачем? Да и вообще, стал бы он спасать меня, таскать на себе целых две недели, да и к тому же нести прямо к своему злейшему врагу в таком случае? Сенсей скрытен во всем, понять его - невозможно. Хаширама с его непонятными речами - ему подстать. Хм, они прямо как две стороны монеты. Разные, но суть… Или я не прав? В любом случае, ни тот, ни другой не дают мне чувствовать себя спокойно. Послышался легкий свист. Я недоуменно вскинул голову и огляделся. Ничего. Ну, разве что облаков стало больше, но причем тут..? - Мне интересно: ты прикидываешься тупым или действительно такой? - донёсся до моего слуха до боли знакомый хриплый голос. От неожиданности я подскочил. Из-за росшего напротив и немного слева клена вышел тот, кого меньше всего ожидал увидеть я здесь. - Красноречивая реакция. Неужели моё появление не входило в твои планы? Решил стать одним из листьев? - съязвил он, глухо рассмеявшись, видя, что этим ещё больше ввел меня в замешательство. - Это было неожиданно! - уязвленно воскликнул я и тут же понизил голос, так как мне показалось преступным кричать… в таких обстоятельствах. - Очень неожиданно. Это же сад Сенджу! - Хочешь скрыться от врага - спрячься у него дома, - подняв указательный палец, произнёс сенсей. - Ты здоров? Тебя допрашивали? Легенду какую-то придумывал? - Ещё нет, не придумывал, - покачал головой, осознавая, какой я дурак. Это чаепитие на меня так повлияло, да! Такое количество вопросов создавало впечатление, что учитель волновался за меня… хотелось в это верить. - Мне мало что рассказали о лечении, но вроде все прошло хорошо. Хаширама-са… - честно приготовившись выложить всё, я внезапно осекся под яростным взглядом Какузу. Тот быстро взял себя в руки, но все же, резко сократив дистанцию, прошипел мне в лицо: - Только попробуй договорить то, что собирался! - Прошу прощения, сенсей, - торопливо вставил я, пока нукенин не разозлился совсем. Но тот, на удивление, уже остыл, что заставило меня задуматься: уж только или из-за имени он так разгневался? - Мне нужна твоя помощь в одном деле, - спокойно произнёс Какузу. - Когда ты сможешь покинуть это место? - Шодай сказал, что будет держать меня тут ещё пару дней, пока сам здесь. Но потом, видимо, он куда-то направится. - Собирается покинуть деревню? - задумчиво произнес Какузу, сложив руки на груди. - Зачем? Какова его цель? И куда он идёт? Шинигами подери, кажется я знаю, к чему он ведет… Нет-нет-нет, я не хочу в этом участвовать, всё-таки Сенджу… он Сенджу Хаширама, тот, кто вылечил меня, тот, кто был добр ко мне, хоть и немного подозрителен в отношении моей “истории”. Это... неправильно. Так не должно быть. - Нет, я ничего об этом не знаю. Мне он ничего не говорил, а подслушать не было возможности, - как можно более честно ответил я. Странно, но на душе скреблись мерзкие кошки с острыми грязными когтями, из-за которых царапины всегда воспалялись. Такова цена, да? - Хорошо, нам это весьма на руку. Эксгумация - процесс, после которого остается множество следов. Но что такое обыкновенные следы, если драгоценный Хокаге не сказал, что надо разобраться со святотатством? - я совсем сник, но слова учителя прозвучали как гром посреди ясного неба. Волна облегчения захлестнула меня. Они не собираются… Что? - Эксгу-... эксгурмация? - недоуменно переспросил я, усиленно пытаясь вспомнить, не слышал ли где-то это слово раньше. - Забудь. Объясню позже, - отмахнулся сенсей, который, похоже, просто высказывал свои мысли вслух и не собирался особо их обсуждать. - Через три дня я буду ждать тебя у ворот, на закате. Вряд ли ты запомнил дорогу, поэтому просто иди по второй слева от резиденции дороге. А теперь тебе пора, тебя уже наверняка ищут. - Да, хорошо, - торопливо отряхнув юкату, я развернулся в сторону дома, но был остановлен рукой сенсея. Встретив своим немигающим взглядом мой вопросительный, он молча вложил в мою ладонь что-то округлое и то ли неуловимым прыжком, то ли с помощью какой-то техники (здесь, под носом у Хокаге?), исчез из поля зрения. Посмотрев на свою руку, я, к своему удивлению, понял, что на ладони лежит крупная спелая слива. Расплывшись в глупой улыбке, почувствовал как какое-то странное непонятное мне тепло разливается внутри. Удивляясь странному дару учителя, молча двинулся назад. Возвращаться хотелось меньше всего.

***

- Обу-сама, к вам посетитель, - посреди кабинета возник коленопреклонённый силуэт человека в глухой маске, закрывающей лицо. Старик тяжело поднялся из-за стола и подошел к окну, заложив руки за спину. - Кангэн-сама, - чуть помедлив доложил АНБУ, повернув голову в сторону главы деревни. - Я уже понял. Кто кроме него захочет навестить меня в такое время? Позови. Дверь с негромким скрипом открылась и в комнате тут же оказался оказался молодой мужчина в неизменном темно-синем кимоно из отливающей на свету матовым ткани. Сложив ладонь правой с тыльной стороны левой, он поднял руки на уровень груди и слегка согнулся в пояснице, обозначая в меру уважительный поклон. Послышался звук закрывающийся двери, отрезавший тихий гул, доносящийся из коридора. - Обу-сама, - Кангэн выпрямился и проследовал к неудобной высоты скамье посреди кабинета. Присев, он совершенно по-простецки вытянул ноги и откинулся на чуть согнутые в локтях руки. - Мы обсудили уже всё, что только можно обсудить, Старейшина-сан, - с легкой насмешливой улыбкой глава деревни вернулся за свой стол, держа в руках стопку тонких полупрозрачных листов. - Вижу, вы вернули хороший настрой, - Кангэн улыбнулся кончиками губ. - Но мне неизвестно, что помогло вам это сделать. - Великолепные новости, Кангэн-сан, они словно глоток яблочного отвара в холодный вечер. - Я наслышан о том, как вы любите этот напиток, - протянул мужчина, видя, что собеседник не торопится продолжить рассказ. Глава деревни вальяжно откинулся на спинку кресла и, положив руки на подлокотники, с видимым удовольствием протянул: - Мы можем прекратить растрату людей, как ты яро желал, и сохранить лицо. Кангэн неуловимо преобразился - легкомысленная поза мгновенно превратилась в напряженную, взгляд стал цепким. - Война! - воскликнул старик, подскочив в кресле. - Деревня Скрытого Водопада останется в стороне от очередной грызни Великой Пятёрки, затаится, выждет, а потом… потом, на руинах, что они оставят после себя, мы выстроим своё величие! - Это… неожиданно, - ответил старейшина, старательно удерживая бесстрастное выражение лица. Старый ополоумевший козел! Его словно хорошенько огрели по затылку, как в далеком детстве за особо пакостную проделку. В голове было пусто и гулко. Война - страшна, но она всегда помогает объединить людей, кроме того, шанс исправить финансовое положение не только своё но и деревни, укрепить свои позиции. А ещё первая жертва войны - правда, как любили поговаривать учителя много лет назад. Но у него теперь связаны руки! Мужчина чуть прикрыл глаза, пытаясь успокоить поднявшуюся внутри бурю негодования. - Хороший стратегический ход, - холодно произнес он, слегка кивнув. - Вне всяких сомнений то, что эта идея принадлежала вам, Обу-сама. Не заметивший эмоциональной вспышки Кангэна старик расплылся в улыбке, его обычно аккуратная окладистая борода как-то особо встопорщилась, что показалось единственному зрителю особо неприятным и мерзким. - Она пришла ко мне в голову на днях: я созерцал мой прекрасный сад - и внезапно мой разум словно пронзило. На мгновение ему показалось, что над ним издеваются. Но лишь на мгновение. Это всё было в стиле слегка ненормального главы деревни. Немного непопулярно, зато пожнем мы настоящий урожай, - старик упал на чуть сбившиеся шкуры кресла, разливая отвар по небольшим кружкам - он решил угостить и посетителя в честь своего великолепного настроения. О, да, ты пожнешь. Сполна.