Школа безумия Джокера

Прием у мэра города был в самом разгаре, когда Силас Харт с супругой соизволили прибыть. Как обычно, Мари - очередная спутница жизни Силаса - была расфуфырена, и их пара была самой комичной среди всех гостей. Это со смехом признавал абсолютно каждый человек в городе, в отличие от самого Харта. Верный пес, он же шестерка, он же Томас Мейн, шел позади с какой-то довольно непримечательной девушкой. В отличие от своего хозяина, Мейсон выбирал себе спутниц не по признаку, что девушка украшает бриллианты, а бриллианты украшают девушку. Томасу всегда было приятно видеть результаты своей любви и заботы, цены, которую он смог заплатить, чтобы донести себя через прекрасное к массам. Но в отличие от предыдущих вечеров, сегодня он не был расположен к развлечениям. Напялив на лицо подобострастную улыбку, он также выдерживал паузы в общении, как и его хозяин, чтобы все поняли, какой он важный человек. От Кезли все еще вестей никаких не было, и Томас начал нервничать. Сегодня вечером, еще до отъезда на бал, тот должен был ему отзвониться, но… молчание… Кезли Фрин, в отличие от своего друга, не танцевал и не пил шампанское. Его никто не развлекал, как это было обычно, сегодня развлекал он. Негры притащили его в подвал, в тот самый, куда перетаскивали оружие. Было темно, он не мог дотянуться до лица, но чувствовал, что оно покрыто мелкими порезами. Небритая щетина очень раздражала кожу, а от этих порезов вообще пошел зуд по всему лицу. Его посадили на стул и связали сзади руки. Боль в плече от огнестрельного ранения все сильнее и сильнее поражала болью его мозг. Особенно ту часть, которая отвечает за панику и страх. Самые гадкие и мерзкие мысли толпились у него в голове, он думал, что его собираются расчленить, заживо похоронить, повесить и отослать Тому. Когда он, лежа на асфальте, увидел приближавшегося клоуна, его охватило паническое чувство страха, ему казалось, что это конец. Нет, жизнь не пробежала у него перед глазами, зато пролетела бита, которая его и вырубила. Он ждал, что вот-вот сейчас кто-то войдет, но никто не приходил. Довольно долго, настолько, что он привык к боли и начал засыпать. Через несколько часов дверь открылась, и вошел он. Тот самый Джокер. Он был не один, за ним вбежали те самые ребята, которые и вырубили его вчера. Или сегодня… он потерял счет времени. Руки затекли, и Кезли чувствовал, что на запястьях образовались кровоточащие ссадины от веревок. Парни, включив фонари, ретировались за дверь, оставив его наедине с Клоуном. Джокер обошел его несколько раз и присел перед ним на корточки. - Здравствуй, я не представился, времени не было, - Джокер. А теперь ты назови мне свое имя… Голос его был очень ласков, что-то тут было не так, и Фрин это отлично понимал. - Кезли. Кезли Фрин. - Отлично, Кезли… - Джокер выпрямился и достал из кармана мобильный телефон Фрина. – А теперь, Кезли, ты сделаешь один звонок своему другу, Томасу Мейсону, и скажешь, что с тобой все нормально, ты в Черном квартале, окей? Кезли с ужасом смотрел на телефон, он совершенно не понимал, при чем здесь Том, но сердце стучало так, что перебивало даже эти мысли. - Кезли, ты потеешь, и очень потеешь в тех местах, которые отвечают за страх, - Джокер обошел его со спины и нагнулся к уху. - Я могу устроить так, что ты сам задохнешься от своей же вони в этой комнате, если не позвонишь. У меня есть масса приборов, чтобы оставить тебя инвалидом навсегда. Кезли чувствовал, что готов упасть в обморок. Запах плесени еще больше дурманил, вызывая головокружение. Голос Джокера отдавался эхом в голове и мягко обволакивал череп изнутри. Кезли резко заморгал и уронил голову на грудь. Джокер обошел его, встал, набирая номер, и поднес трубку к голове Кезли. Том и вправду поверил, ведь Фрин старался говорить очень убедительно.

***

Снова переодевшись в лохмотья, я вместе со своими ребятами пошел по адресам, которые они ночью по моей просьбе узнали в Черном квартале. Это были адреса главных наркоторговцев, не всех, но четверых, для начала было вполне достаточно. Я пропустил вперед своих парней, шел сзади и думал. Я могу одновременно думать о многих вещах, но все они обычно имеют связующее звено. Эти будущие трупы очень удачно подвернулись мне, я должен сказать Джексону последнее спасибо, за то что привел меня в бойцовский клуб. Одновременно очень хочется прочувствовать нутром ту внимательность и… м-м-м... порядочность действий, с которыми они подыскали мне необходимых тузов. Я уже и забыл, что значит получать от кого-то что-то с искренними намерениями. Было раннее утро, так что засветиться мы не боялись. Никто из наркоторговцев не проживал непосредственно в Черном квартале. Это было опасно: наркоманы могли убить за дозу вас или ваших отпрысков. Минуя несколько кварталов, мы остановились у первого дома. Я просмотрел адреса и направил туда своих парней. Но этот... я оставил себе. Я знал этого парня, мы с ним часто сталкивались… взглядами на жизнь, постоянно, в те моменты, когда моего друга хотели посадить на иглу. Дом был трехэтажным, совершенно новым. В таких располагались хорошие квартиры. Подняв с дороги камень поувесистее, я сломал замок на люке пожарной лестницы, подняться по ней и выбить стекло не составляло никакого труда. Я оказался в типичной гостиной с камином, создается ощущение, что это все представление людей о роскоши, - камин. Он вылетел в трусах и с монтировкой. Одного выстрела было достаточно, чтобы мужик упал и больше не встал. Я заглянул в спальню – там никого не оказалось. Я обыскал весь дом, но так и никого не нашел. Выйдя на улицу, я довольно долго ждал, пока приедут мои ребята. Как я им и сказал, они угнали внушительные тачки, одну для нас, другую для этих. Перевезя трупы в квартал Рокквил, мы выбили дверь одного из закрытых кафе и взяли стулья. Перевезя трупы в местную школу, мы вошли в спортивный зал и так их там и оставили, предварительно примотав скотчем к стульям. Было 7 утра, и пора было возвращаться домой, где меня ждал еще один кусок мяса.

***

Солнце уже давно встало, а Мейсон все еще не мог прийти в себя после вчерашнего вечера. Красные глаза и помятая рожа - вот что его преследовало с самого утра. Забрав свою машину с мойки, он возвращался домой. Его девушка уехала раньше, он сам отправил ее домой, не вытерпев ее капризов. Вдруг увесистый камень сорвал его правое боковое зеркало, заставив дернуться на сидении и пребольно стукнуться темечком о крышу машины. Оглянувшись назад, через салон он увидел несколько черных, которые стояли у остановки и громко выкрикивали ругательства в его адрес. Остановившись, он несколько раз вдохнул и выдохнул, прежде чем выйти из машины и выпустить в них всю свою обойму пистолета. Ему было плевать - это были негры не из Черного квартала, а значит можно было понять и простить. Усевшись в машину, он передумал и рванул домой к Силасу Харту. Человек в полной темноте начинает медленно и верно сходить с ума. Джокер это прекрасно знал, когда оставлял Фрина одного в подвале. Детские страхи так парализовали разум и волю, что увидев Джокера, Фрин затрясся и начал раскачиваться на стуле. Джокер наблюдал за ним со слегка запрокинутой головой. Насмотревшись до момента, когда конвульсии мужчины опрокинули его вместе со стулом набок, Джокер дернул плечами и прошел вовнутрь. Парни быстро подняли мужчину в искомое положение, хотя тому было все равно, рук он уже не чувствовал. Открыв банку пива, Джокер поднес ее ко рту Кезли. Тот жадными глотками ее осушил. Пока он пил, Джокер смотрел на него с опущенной головой. Задумавшись, Клоун не среагировал вовремя, и парень зашелся кашлем. Последний сделал рывок в сторону, и пиво пролилось на Джокера. Джек этому нисколько не смутился. Отбросив банку, он терпеливо подождал, пока парень придет в себя. В свете фонарей Джокер выглядел как что-то нереальное, поднявшееся из глубин и питавшееся кровью. Взгляд Фрина был настолько же красноречив, как если бы он это произнес вслух. Джокер ухмыльнулся и как в прошлый раз присел на корточки. Полы пальто попали в лужу пива, которая образовалась на полу, но Джокер не обратил на это внимание. Посмотрев в обезумевшие глаза жертвы, Джокер протянул руку и потрепал его по волосам. - Я не намерен делать тебе больно, если ты будешь хорошо себя вести. Мне нужно, чтобы ты сделал еще один звонок. Людям, которые охраняют кокаин. Фрин даже и не думал сопротивляться, ему было уже все равно. Он назначил встречу ребятам Джокера со своими, а потом Джокер снова ушел, оставив его наедине с самим собой.

***

Иногда людей не стоит трогать, пока они сами не сойдут с ума. Я физически чувствую его страх, который сочится из всех дырок в его теле. Но… мне его совершенно не жаль, а вот у подчиненных я увидел сегодня некое подобие этого чувства. Они заранее были обречены, теперь же я нисколько не жалею о своем решении. За все нужно платить, даже за то, что тебе приписывают другие.

***

Поднявшись к себе в квартиру, Джокер долго сидел над бубновой картой еще одного валета. Приклеив клейкую ленту к основании шеи, он растоптал карту ботинком. Когда же полностью удостоверился, что она надежно приклеена, дернул скотч вниз, отрывая рисунок тела валета с карты и оставляя одну голову. Прикрепив ее булавкой к стене, Джокер включил новости. Девушка говорила и говорила, но ничего интересного парень для себя так и не услышал. Он уже готов был выключить его, когда срочным сообщением показали крупным планом его творение в школе, а затем бойню негров-подростков на улице… Увидев последнее, Джек опрокинулся назад вместе с креслом. Его пробрало настолько, что на смех не хватало дыхания. Он даже себе представить не мог, что цепочка, пущенная им, сработает так быстро и так зажигательно.