Diabolic

      Они забрали его!       Вытащив пистолет, Винсент положил его на пыльную доску крыши книжного шкафа, на котором прятался, и оценил взглядом три ствола, украшенные волчьими головами. Ярость бурлила в его жилах, но каким-то чудом он был предельно спокоен. Винсент нашёл взглядом уходящих мужчин, вытянул руку и хладнокровно прицелился. Затылки их были просто отличной мишенью.       Они забрали его!       Двое совершенно бесполезных охранников шли за высоким Турком след в след. Тот, что слева, крепко сжимал пистолет-пулемёт, меч свисал с его бедра. Правый держал короткий шланг, уходящий в резервуар за спиной, похожий на огнемёт, хотя прозрачное стекло бака открывало внутреннюю пустоту.       Ох, нет, не так. Не так, неправильно!       Бак был вовсе не пуст.       Внутри прозрачных выпуклых стенок вихрился серебряный и зелёный туман, с фиолетовыми искрами. Это был Сефирот. Как-то они смогли захватить призрака в этот, усиленный материей, странный пылесос.       Винсент поднял ствол, удерживая на мушке голову высокого Турка, чуть повыше белого воротничка и прямо под связанным в хвост пучком волос. Двое охранников, следующих за ним, были в шлемах, но те не покрывали заднюю часть их шеи. Одна пуля в нужном месте разорвёт их спинной мозг, убив прежде, чем они успеют издать хоть один звук.       Он не промахнётся. Третий глаз был широко раскрыт. Он не может промахнуться. Убить всех троих будет очень легко. На самом деле он действительно желал бы насладиться зрелищем их мозгов, разбрызганных по полу.       И что потом?       Он разобьёт бак, выпустив дух Сефирота на свободу, но правильно ли это будет? Сильная материя была использована, чтобы поймать призрака и превратить его в бестелесный туман. Винсент понятия не имел, что это за материя и как она была активирована. Он никогда не видел такого действия. Что произойдёт, когда он просто разобьёт стеклянный бак? Освободит Сефирота или уничтожит его окончательно?       Готов ли он был рискнуть его существованием?       Нет. Винсент опустил пистолет. С-сука... Он всегда должен был думать перед тем, как совершать какие-то действия, особенно если они были необратимыми. Горький гнев подавился в кровоточащий комок привычным ледяным прагматизмом. Да, они забрали его, но ведь не уничтожили. Они просто изменили его форму, захватив в плен, это означало, что его можно было освободить.       Ценг, высокий мужчина в тёмно-синем костюме, был высокопоставленным Турком, что означало, что новый президент Руфус Шинра имеет личную заинтересованность в Сефироте. Винсент нахмурился. Они поймали Сефирота, не уничтожив... Руфус, очевидно, хотел использовать его для каких-то своих целей. Каких?       Турк и оба охранника уходили прочь без проверки архива. Винсент поднял брови. Это означало, что они не знали, что Сефирот был не один. Они не знали о нём...       Трое мужчин скрылись в дверном проёме и почти сразу свернули влево, явно направляясь к центральной лестнице.       Свет в архиве погас.       Винсент медленно улыбнулся в окружившую его темноту. Они не знают о нём.       Хорошо.       Он покопался в кармане, вытащил мобильный телефон и сел на шкафу, свесив ноги за край. Голубоватый квадратик экрана казался обжигающе ярким в кромешной темноте. Винсент прищурился, ударил по кнопкам быстрого набора, прижал телефон к уху и медленно выдохнул.       Связь устанавливалась долго, без гудков, лишь с приглушённым шипением, потом в трубке что-то щёлкнуло.       ― Шинра.       Сердце Винсента пропустило неровный удар. Руфус...       ― Это Винсент Валентайн.       Молчание длилось в течение полных двух ударов.       ― Валентайн? Как... неожиданно, ― голос был вежливым и спокойным, но донельзя опасным. ― Могу я спросить, как вы узнали этот номер?       Винсент не стал ему говорить, что однажды просто вытащил телефон из кармана пиджака одного пьяного Турка, прикорнувшего за столом у Тифы в баре "Седьмое небо". Найти и переписать номер было крайне просто, а уж вернуть телефон обратно в карман и того легче.       ― У меня есть новости, касающиеся Сефирота. Вас это интересует?       ― Он мёртв, ― последовал холодный жёсткий отказ.       Винсент фыркнул. Шинра умел хранить свои секреты, в отличие от некоего белобрысого засранца.       ― Да, он мёртв, но он ещё здесь.       Тишина.       Винсент нахмурился. Определённо ему требовалось нечто более завлекающее интерес осторожного Руфуса. Он снова перевёл дыхание, спокойно и бесшумно выдохнув в трубку.       ― Это также касается тех трёх сподвижников Сефирота, которые причинили столько проблем прошлым летом.       ― Я уже знаю, из какой лаборатории они появились.       ― Они не были сделаны в этой лаборатории. Они не клоны.       ― Нет? ― в голосе Шинра наконец проскользнуло что-то похожее на любопытство.       ― Нет, ― Винсент закрыл глаза. Это было похоже на поединок вслепую. Руфус, разумеется, знал, с его ошеломляющей разведкой, о том, что та лаборатория действительно не создавала клонов. Впрочем, Винсент сомневался, что кто-то догадывался о том, чем на самом деле были те трое. Правду о них знал только один человек в мире. ― Вам повезло, что вы встретились только с тремя.       Это было не совсем ложью. Винсент не знал, могла бы развиться ещё хоть одна сущность из клеток разрушенного тела Сефирота, но даже если и так, Руфусу в самом деле сильно повезло, что он имел дело только с тремя.       ― Я в курсе, ― холод и напряжение неприкрыто проскользнули в голос.       Винсент улыбнулся. Ты начинаешь заинтересовываться? Это было бы хорошим продвижением.       ― Вы были мишенью для первого их нападения, ― превосходный намёк на то, что есть резон ждать дальнейших атак. ― Я подумал, вы захотите узнать, кто и что они такое, чтобы больше не волноваться по этому поводу.       ― Вы сказали Страйфу? ― тон ответа был спокойным и вежливым. Руфус, очевидно, задумался. Винсент ответил так же вежливо.       ― Я бы не хотел касаться его, если не возникнет реальной необходимости, ― это могло подразумевать, что, отказываясь сотрудничать с Клаудом, Винсент предпочитает сблизиться с Компанией, дав тем самым возможность использовать себя и дальше. Достаточно привлекательная приманка для расчётливого Руфуса. А ещё такой ответ говорил так же о том, что Винсент будет поставлять информацию только ему, минуя Клауда.       ― Что вы хотите взамен, Валентайн?       Винсент тонко улыбнулся. Кажется, он оказался прав.       ― Информацию.       Что вы сделали с Сефиротом?       ― Какую информацию? ― вздохнул Руфус.       ― Что-то, что касается меня лично, ― Винсент сжал зубы. Впрочем, подобный ответ тоже мог расцениваться как намерение не делиться этой информацией с Клаудом, потому что она автоматически сделает его потенциальной целью для шантажа.       ― Например личные файлы Ходжо на вас?       Винсент вздрогнул, распахнув глаза в темноту. Сердце его почти остановилось. Кровь и ад, он везде искал их!       ― Они у вас есть?       ― У меня есть доступ к некоторым из них, ― тон Руфуса стал мягким, почти самодовольным; он прекрасно расслышал скользнувшую в голосе стрелка отчаянную надежду. ― Уверен, со временем я смогу разыскать и остальное.       Винсент сглотнул. Некоторые. Не все. Это было неприкрытое намерение шантажировать его в дальнейшем, прося оказывать разные "небольшие одолжения" за вознаграждение в виде кусочков информации. Сердце Винсента отчаянно колотилось в груди. Эти файлы могли раскрыть ему, кто и что он такое, как был создан и вполне возможно, могли бы пролить свет на то, как отменить всё это.       ― Я вам верю.       Сефирот...       Винсент закрыл глаза. Если он потребует вернуть Сефирота, он никогда не увидит этих файлов больше.       А может поверить Руфусу, отдать ему Сефирота и пусть Руфус сам разбирается потом с вернувшейся Дженовой?       Нет. Винсент покачал головой. Нет, никогда! Сефирот был его личным демоном. Его! Сефирот... нуждался в нём.       Ледяной кулак сдавил сердце. Сефирот... любил его.       Бурлящая ярость вновь вспыхнула глубоко в душе, выжигая боль напрочь. И он принял эту любовь. Он хотел вернуть Сефирота. Любой ценой!       Но мои файлы?..       Винсент глубоко вздохнул и медленно выдохнул, зажмурившись. Забудь файлы. Ты такой, какой ты есть. Слишком поздно теперь отматывать всё назад. Он открыл глаза в темноте архива. Но эти файлы будут выглядеть идеальной приманкой для Руфуса, чтобы тот счёл их идеальной приманкой для Валентайна.       ― Эти файлы будут мне очень полезны.       ― Я пришлю кого-нибудь встретиться с вами, Валентайн.       Винсент усмехнулся. Руфус не хотел оставаться с ним наедине. Он не был дураком и прекрасно знал, что ни он, ни его Турки не смогут остановить Винсента, если он вздумает напасть. Хотя с другой стороны у него не было причин так думать. Винсент был известен как один из тех хороших парней, которые многократно спасали людей. И даже минувшим летом он спас двоих Турков от Кададжа и его братьев.       Он вдруг нахмурился. Этот высокий Турк казался ему знакомым. Его имя – Ценг – казалось знакомым тоже. Кажется, он как раз был одним из тех спасённых. Но на самом деле это не имело значения. Разве что добавляло очко в пользу Винсента.       Он улыбнулся. Мало кто знал, что когда-то он тоже был Турком. Руфус наверняка мог поднять эту информацию, но она тоже играла Винсенту на руку. Турки были воспитаны так, что с лёгкостью жертвовали своими жизнями во имя Компании.       Винсент сжал губы и решил действовать наудачу.       ― Я думаю, вы могли бы лично побеседовать со мной. Я скажу это вам, или не скажу никому.       ― Я боюсь, мой график очень плотный, Валентайн, ― Руфус устало вздохнул. ― Сложно будет устроить закрытую встречу в такой короткий срок.       Винсент изогнул брови. Неужели? Он видел восстановленное здание Корпорации в Мидгаре.       ― Я не против приехать к вам.       Тишина.       Тишина.       Тишина.       Руфус вздохнул.       ― Вы же понимаете, что я не смогу встретиться с вами в полном одиночестве?       Винсент медленно улыбнулся, ощерив все свои зубы вместе с длинными клыками. Глубоко вздохнул, чтобы сдержать волнение и не пустить его в голос. Выдохнул.       ― Вполне приемлемо, покуда они понимают, что моё присутствие должно держаться в строжайшем секрете. ― это вновь прозвучало как "Клауд не должен ни о чём узнать".       ― Даю вам своё слово.       ― Договорились.       ― Сколько времени вам потребуется, чтобы добраться до Северного Корела?       Северный Корел? Винсент дёрнул уголком рта. Это было совсем близко отсюда, всего лишь в одном ночном перелёте, но он хотел иметь лишнее время, чтобы поохотиться. Ему нужна была уверенность в полной своей силе.       ― Два дня.       ― О, так вы летите?       Винсент заморгал и потряс головой. Руфус, конечно, имел в виду самолёт или вертолёт.       ― Да.       Хоть и не на самолёте и не на вертолёте.       ― Позвоните мне на этот номер, когда достигнете города. Я дам вам указания, где мы встретимся потом.       ― Спасибо, Президент Шинра.       ― Надеюсь, будет приятно иметь дело с вами, Винсент.       Телефон отключился. Винсент закрыл крышку.       Так я уже не Валентайн, а просто Винсент? Он улыбнулся в темноту. Такая неприкрытая демонстрация самоуверенности, Руфус...       Винсент поднялся на ноги на верхней пыльной полке и сунул телефон в карман. Не было больше смысла терять время в архиве. Он расправил крылья и поддался трансформации в призрачную энергетическую форму. Взлетел в воздух, пронёсся над книжными стеллажами и выскользнул в оставленную открытой дверь; клочья изодранного плаща развевались за его спиной. Придерживаясь тени, он выпорхнул по знакомому пути на второй этаж дома и в считанные мгновения оказался за его пределами.       На крыше особняка Винсент принял человеческий облик и посмотрел на север. Снег кружился вокруг него, приносимый горным ветром. Винсент раскинул руки и призвал клубящуюся в душе тьму. Буря чёрных молний окутала его, заключив тело в блестящую чёрную броню. На полночных крыльях Винсент поднялся в небо и скользнул над мёртвым городом.       Я иду...

***

      Винсент стоял внизу лестницы и смотрел на двойные двери многоэтажного офиса Шин-Ра в Северном Кореле. Заходящее солнце грело его спину. Именно здесь они с Руфусом договорились встретиться.       Винсент поднялся по ступеням. Левая стеклянная дверь открылась ему навстречу и из неё вышел высокий мужчина в тёмных очках и тёмно-синем Турковском костюме. Длинные чёрные волосы были собраны сзади в тугой хвост. Вутайские черты лица казались надменными и строгими. Губы изгибались в чём-то, напоминающем улыбку. Кирпичного цвета бинди выделялся между широкими чёрными бровями.       ― Валентайн?       Пальцы Винсента дрогнули, но он не стал выхватывать оружие. Он хорошо владел собой и выражение его лица демонстрировало один лишь вежливый интерес.       ― Ценг, ― кивнул он в ответ.       Ценг отступил назад и посторонился, удерживая дверь открытой.       ― Именно так, сэр.       Винсент вошёл в прохладный широкий холл, выложенный чёрной и белой плиткой. Ценг обогнул его и повёл за собой в дальний конец коридора. Остановившись у дверей лифта, он повернулся к Винсента и протянул руку.       ― Мои извинения, сэр, но ваше оружие, пожалуйста.       Винсент всерьёз возжелал пристрелить Ценга. Но, вздохнув, отказался от этой идеи. Он всё же хотел узнать, где Сефирот и что с ним, а не устраивать войну прямо сейчас. Он достал пистолет из кобуры и протянул мужчине, досадливо дёрнув уголком рта.       ― Осторожнее, там нет предохранителя.       ― Я знаю, сэр, ― кивнул Ценг и, приняв оружие, вытащил из нагрудного кармана карточку и вставил её в узкую незаметную щель сбоку от лифта. Крошечный красный огонёк на двери погас, сменившись на сдвоенный зелёный. Двери раскрылись. Ценг кивнул внутрь.       ― Сэр?       Винсент вошёл в кабинку. Ценг шагнул следом и повернулся к стальной панели управления на стене. Вставил карточку ещё раз, пробежался пальцами по клавиатуре. Двери лифта закрылись и он, вздрогнув, пошёл на подъем.       Винсент едва заметно улыбнулся. Все эти меры безопасности были хороши против кого угодно, но только не против него. Он мог подняться сквозь все этажи прямо через стены, если бы это было необходимо.       Лифт отсчитал двенадцать этажей и остановился на самом верхнем, без опознавательных знаков. Двери открылись прямо в широкий круговой офис с мягким серым ковром и изогнутыми бледно-голубыми стенами. Крошечные огни вмонтированных в потолок спотов горели по всему периметру, рассеивая мягкий желтоватый свет. Дальняя стена оказалась полностью застеклённой от пола до потолка, открывая живописный вид на город.       Посередине офиса, чуть справа от центра, стоял длинный диван и пара кресел, обитых чёрной глянцевой кожей. За ними виднелся журнальный столик из зеркального стекла на витых ножках из чёрного мрамора. Слева стоял широкий чёрный стол, сверкающий идеально отполированным покрытием.       На краю стола, вольготно раскинувшись и скрестив ноги, сидел молодой президент крупнейшей энергетической компании Шин-Ра, накинув на плечи длиннополое кремово-белое пальто. Светлые волосы Руфуса Шинра в мягком свете отливали ярким золотом. Он был одет в белоснежный костюм-тройку, и галстук, тоже слегка отсвечивающий золотистыми искрами, демонстрировал, что сделан из чистого шёлка. Однако чёрный застёгнутый жилет, видневшийся под пиджаком, был явно из тонкой выделанной кожи.       Руфус держал в руке вскрытый конверт и внимательно читал его содержимое, опираясь второй рукой на стол позади себя.       Двое Турков, в таких же тёмно-синих костюмах и чёрных очках, располагались по обеим сторонам от лифта. Маленькая элегантная белокурая женщина слева и взрослый черноволосый мужчина справа. Они сделали шаг, заглянув в недра лифта, взглянули на Винсента, перевели взгляды на невозмутимого Ценга, и вернулись на свой пост, не издав ни единого звука.       Белокурая женщина показалась Винсенту знакомой.       Ценг кивнул Винсенту и он шагнул наружу. Вутаец вышел следом, приотстав на полшага.       Женщина тут же повернулась и вошла в лифт, мимоходом перенимая у Ценга трёхствольный пистолет. Повернулась к дверям лицом, улыбнулась Винсенту и лифт закрылся.       Винсент скосил глаза на Ценга. Они так боялись его оружия, что даже не хотели оставлять его в Винсентом на одном этаже. Это вызвало у стрелка внутреннюю усмешку. Он сам был гораздо опасней своего пистолета.       Ценг кивнул в сторону круглого офиса, указывая, что Винсенту надлежит пройти вглубь, и шагнул назад, занимая оставленный блондинкой пост с левой стороны от лифта.       Винсент шагнул на серый ковёр, выходя почти в центр освещённого спотами круга.       Руфус поднял голову и улыбнулся.       ― Винсент, ― он вложил бумагу в конверт и бросил его на стол за собой. ― Проходите.       Винсент подошёл ближе и остановился на расстоянии нескольких шагов от него.       ― Спасибо, что встретились со мной.       Руфус опёрся о стол бёдрами и непринуждённо положил ладони на столешницу. Губы его улыбались.       ― Как прошёл полёт?       ― Приятно, без осложнений, ― Винсент скрестил руки на груди и тонко улыбнулся в ответ.       ― Хорошо, хорошо... ― Руфус склонил голову, беззастенчиво рассматривая его льдисто-серыми глазами. ― Простите за прямоту, но в вашем досье написано, что вам должно было быть шестьдесят лет в этом году. Но похоже, вам едва исполнилось двадцать один.       Винсент почувствовал, как к щекам приливает тепло.       ― Мне было двадцать семь когда я... ― он бросил быстрый взгляд в сторону, ― когда я перестал стареть.       ― Действительно? ― Руфус поджал губы. ― Хм...       Двери лифта за спиной Винсента распахнулись. Он обернулся, чтобы посмотреть.       Знакомая блондинка вышла из дверей в сопровождении высокого худощавого парня в мятом костюме с расстёгнутой молнией пиджака. На плечо он закинул металлическую дубинку. Непослушные волосы цвета свежей крови были собраны в низкий неаккуратный хвост, который достигал пояса. Глаза светились настоящим аквамарином. Вслед за ним из лифта показался ещё один парень лет тридцати, гораздо выше ростом и более массивного телосложения. Он был смуглым и абсолютно лысым, не считая чёрной щетины на подбородке. В чёрных очках и чёрно-синем костюме, который сидел гораздо более аккуратно, чем на долговязом рыжем. Под пиджаком на левой стороне груди угадывалось присутствие большого пистолета.       Винсент поднял брови. Руфус позвал пятерых Турков?       ― Привет, Винсент, ― рыжий непринуждённо усмехнулся и взмахнул рукой.       Винсент сморгнул, внезапно опознав его. Этих двоих он довольно часто видел в баре "Седьмое небо"       ― Рено, ― взгляд сместился на смуглого напарника. ― Руд.       Руд приветственно кивнул. У Рено отвисла челюсть.       ― Эй, ты что, можешь говорить?       Винсент иронично прикрыл глаза.       ― Когда мне есть что сказать.       Рено озадаченно поскрёб пальцами лохматый затылок.       ― Эм... Тогда в чём прикол?       Винсент опустил подбородок в высокий воротник своего плаща и растянул губы, скрыв клыкастую ухмылку.       ― Ты будешь поражён, узнав, как много можно услышать таким образом.       Рено снова раскрыл рот, закрыл, потом вскинулся и подозрительно уставился на Валентайна.       ― Ты случайно не родственник Ценга?       Винсент вскинул брови. Руд за спиной рыжего покачал головой и толкнул своего напарника в спину. Рено обернулся, послав ему глубоко оскорблённый взгляд, но намёк понял и обогнув Винсента, прошёл вперёд.       Руфус поднял подбородок и впился прищуренным взглядом в его лицо. Рено заметно вздрогнул, потом широко улыбнулся и обойдя стол с другой стороны, уселся на столешнице с противоположного края.       Руд и блондинка устроились на диване позади Винсента.       ― Итак, о чём вы хотели со мной поговорить? ― Руфус снисходительно улыбнулся и склонил голову. Сердце Винсента тяжело забилось. Он с трудом вздохнул, возвращая себе спокойствие.       ― О Сефироте.       ― О, нет больше нужды беспокоиться о нём, ― улыбка стала явственнее. Руфус засунул пальцы в нагрудный карман жилета и вытащил неоново светящийся серебристо-зелёный прозрачный шарик. ― Я уже не раз касался Сефирота. Теперь он абсолютно безвреден. ― Руфус покатал шарик на ладони.       Винсент уставился на знакомый водоворот цветов внутри прозрачной поверхности и почувствовал, как пульс стучит в ушах.       ― Вы?       ― Да, и это оказалось намного проще, чем мы могли себе представить, ― Руфус подбросил светящийся шар в воздух и поймал на лету, точно мяч для тенниса. ― Обычно изготовление Материи вызова – достаточно сложный процесс. Нужно зафиксировать оригинальное магическое существо, вытянуть из него энергию сущности, не повредив и не потеряв её при этом, а затем конденсировать её в элементальной форме, которую впоследствии можно проявить в материальном виде во время вызова. ― Руфус вздохнул. ― Вы представить себе не можете, насколько дорого обходится производство саммонов. Хотя, в Вутае знают какую-то другую технику...       Винсент нахмурился. Он что, хотел сделать саммона из Сефирота?       ― Как хорошо, что Сефирот был уже в энергетическом состоянии, ― продолжал Руфус улыбаясь и катая шарик в ладони. ― Всё, что нам оставалось, это создать для него достаточно ёмкую и убийственно дорогую Материю.       Винсент не верил своим ушам.       ― Вы хотите сказать, что это и есть Сефирот?       ― Правильно, хоть и не надолго, ― Руфус поднял шарик и презрительно посмотрел на него. ― Эта материя ещё в достаточно сыром состоянии. Спустя некоторое время личность его развеется, не оставив ничего, кроме возможности голого воплощения, которое я смогу призывать, когда мне вздумается, ― он спрятал шарик обратно в карман и похлопал по нему ладонью. ― Призрак Сефирота со всеми его магическими и физическими умениями теперь полностью под моим контролем.       Винсент стоял, словно парализованный. Сефирота превратили в комок Материи? Чёрное пламя взорвалось внутри него, ударив в голову ослепляющей яростью. НЕТ! Рычание вырвалось из его груди, обнажив длинные зубы.       Руфус изумлённо распахнул глаза.       В вихре чёрных молний Винсент бросился на Руфуса быстрее, чем мог уловить человеческий глаз. Схватив за талию, он бросил мужчину на плечо, как свёрнутый ковёр. Роговые пластины доспехов наверняка выбили из его лёгких воздух, но Винсенту было плевать. Не погасив удара, он разбил собой стеклянную стену офиса. Осколки взорвались вокруг него, осыпавшись наружу вместе с двумя телами.       Руфус не успел даже вскрикнуть.       Крылья распахнулись и сильными рывками подняли свою ношу высоко над крышей здания. Винсент крепко держал своего пленника, скользя в ночи. Он не смог спасти Сефирота ребёнком или взрослым человеком, но на этот раз он сделает это. Правильно то будет, или неправильно. Любой ценой.       Он не мог потерять его снова.