Where The Sun Goes Down (Там, где заходит Солнце)

Рабочий день пролетел незаметно. Она показала программу главе их отдела, и тот остался вполне ею доволен. Энджел знала, как он любит присваивать чужие труды, так что программа в самом начале ее исполнения выдавала: «Автор проекта защиты: Энджел Райтер». Девушка улыбнулась мужчине и с торжествующим видом вышла из комнаты. Теперь начальство будет знать, кто герой дня. Зато следующая неделя, если, конечно, не случится новых попыток проникновения в систему, будет безумно скучной. Нужно будет просто сидеть в офисе, пялясь в монитор, занимаясь какой-нибудь ерундой, чтобы скоротать время, и пытаться отбиться от Карла, из-за которого хотелось улететь в Антарктиду и остаться там жить. Пусть даже с пингвинами. Новая смс оживила телефон: «Жду тебя через пять минут у входа в Банк. Да, предугадывая твой следующий предсказуемый вопрос, я знаю, где ты работаешь. И нет, я не шпионил за тобой. Это за меня делает Майкрофт, причем, весьма успешно. Молись, чтобы в ванной на Бейкер-стрит не были установлены камеры слежения. ШХ». Энджел залилась краской и вспомнила Холмса - старшего. Она даже не знала, чего он от нее хочет. Ни разу он не приходил к ним в дом просто так и не приглашал ее на свидание. Она думала, что Майкрофт не ее тип. Он был замечательным, интеллигентным, вежливым – лучшим образцом типичного представителя английской нации мужского пола. Но он вряд ли позвал ее в кино, как это мог сделать Джон, вряд ли стал бы смеяться над очередными глупыми шутками в кинозале, а потом целоваться у входной двери, наслаждаясь каждой секундой уединения. Он, скорее, поведет ее в дорогущий ресторан, где Энн будет чувствовать себя как корова на льду. И это удручало. Мысли, пока она спускалась по эскалатору, унесли ее в направлении свидания с Шерлоком. И это внезапно поставило в тупик. Представить, как Шерлок поведет ее в ресторан, кафе, кино, в боулинг, она не могла. Скорее, это будет путешествие на место преступления, где про нее через секунду забудут, если происшествие загадочное, а если же нет, будут доставать криками: «Скука!» каждые пять минут. Подумав о том, что именно сегодня она и направляется на место преступления с Шерлоком, она покраснела. «Это же не… Он же не имел в виду… Черт!» Когда Энджел оказалась на оживленной лондонской улице, она увидела неподалеку высокий силуэт мужчины в темном пальто. Она решила застать его врасплох и напугать, чтобы увидеть выражение удивления на лице детектива. Ей удалось незаметно подкрасться сзади, но когда она уже хотела дотронуться до рукава мужчины и крикнуть: «Бу!», он резко обернулся и схватил ее за локоть. - Как ты… Шерлок молча указал на стеклянную витрину газетного киоска, и Энджел мысленно хлопнула себя по лбу. - Хорошо, поняла, это было бессловесное нарекание меня гордым званием «Идиотка», - она улыбнулась. Шерлок промолчал. Он просто разглядывал ее крайне внимательно. Она попыталась сделать еще одну попытку разговорить мужчину, но тот лишь коротко произнес: - Если ты прекратила этот глупый и бессмысленный разговор, то такси нас уже ждет. Девушка пожала плечами и вслед за Шерлоком уселась на сидение. Шерлок сказал адрес, и такси поехало по улицам Лондона. Энн обнаружила, что плюхнулась на сидение крайне близко к Шерлоку, но если бы она попыталась отодвинуться, то это не укрылось бы от детектива, поэтому она просто уставилась в окно. Тишина угнетала. Энджел ненавидела тишину. Она напоминала об одиночестве. - Ты рад, что вернулся на Бейкер-стрит? – спросила она, просто для того, чтобы они перестали молчать. - Да. И никакой возможности для продолжения разговора. Снова молчание. - Ты можешь вообще что-то делать без цели? – вскипела девушка. - Нет. - Например, говорить просто так, чтобы не молчать… - Молчание помогает думать. - А меня оно угнетает. - Потому что твой уровень IQ отличается от моего, - Шерлок даже и не смотрел на нее. - Я его ненавижу, - тихо произнесла Энджел. – Все молчали на похоронах моих родителей, никто не отваживался говорить со мной, потому что не было слов, которые могли бы меня утешить. Молчание для меня значит одиночество, а я не хочу быть одинокой. Одно дело - молчание, когда ты в большом Лондоне, а вокруг люди, тогда чувствуешь себя частью чего-то большого, значимого, а не просто пылинкой бытия. А другое дело - молчание, когда один. В пустой квартире, в пустом доме… Ты, наверное, никогда не чувствовал себя ненужным, да? Ты столько делаешь для людей, спасаешь жизни, помогаешь своей стране, а я… Иногда я ощущая себя никем, и это ужасно бесит. А потом приходит отчаяние, потому что понимаешь, что никто тебя не обнимет, как отец, и не скажет утешающих слов. Знаешь, он всегда говорил: «Я с тобой», и эти глупые три слова так успокаивали, лучше всего на свете. Я понятия не имею, зачем я тебе все это говорю, ведь это бесполезно… - Шерлок повернулся к девушке и вглядывался в ее лицо. – Просто, ты сильный, как мой отец. Есть Джон, но он другой… Мы поддерживали друг друга на плаву, пока ты не вернулся. А ты просто намного сильнее, и… Я просто хотела… - Энджел судорожно вздохнула и замолчала. Не хватало еще разреветься при Шерлоке. Несколько минут они молчали, а потом Холмс сказал: - Я понимаю. Энджел удивленно взглянула на него. - Я понимаю, - лицо Шерлока было все таким же спокойным и холодным. – Когда умер мой отец, все жалели Майкрофта и мать, а про меня будто и вовсе забыли. Это эгоистично, знаю, не говори мне этого, ненавижу быть неправым. Я был один, и один смотрел на звезды, один запирался у себя в комнате, везде был один. Со мной раньше был отец, он многому научил меня, научил дедукции. И поэтому я сказал себе, что обойду в этом и отца, и Майкрофта, чтобы отец гордился мной, - мужчина вскинул голову. – Молчание – одиночество, но оно полезно. Позволяет понять, что на самом деле ты никому не нужен, и в этом мире ты сам за себя. - Неправда, - твердо произнесла девушка. – Ты нужен Джону, миссис Хадсон, Майкрофту, своей маме… И многие люди благодарны тебе за спасение их жизней или жизней их близких, я уверена. - Но все равно гораздо больше ненавидит меня. Они помолчали. - Знаешь, - Энджел улыбнулась, - у всех у нас есть и друзья, и враги. Кому-то мы нравимся, кто-то нас терпеть не может. Когда мне было шестнадцать, я ненавидела одну девчонку, потому что она нравилась тому парню, который нравился мне и который не обращал на меня ни малейшего внимания. А однажды я поняла, что она хороший человек. А есть люди, которые кажутся тебе лучшими друзьями, а потом подставляют такую подножку, что ты падаешь и больно ударяешься об грязный асфальт, сдирая кожу. Ты в какой-то мере больше застрахован от предательств и разочарований, так легче, так меньше боли, но так ты остаешься все в том же зародышевом эмоциональном состоянии. Так жить неправильно. Я знаю, тебе хочется бороться, не открывать свою душу чужим людям, я знаю, каково это. Но я не понимаю, почему ты это делаешь. То ли какая-то детская травма, то ли жизненный принцип… Я так не смогу. Ты думаешь, люди глупы, потому что позволяют чувствам овладевать ими, а потом обжигаться, как мотыльки об огонь, и снова возвращаться на круги своя. Это чертовски больно, да. Но это… правильно. Когда ты меня спас тогда, в переулке от тех ублюдков, я жалела, что не чувствовала настоящей любви. Потому что это было бы чертовски обидно – умереть, никогда не сказав никому: «Я тебя люблю». Мы все чем-нибудь жертвуем, что-то теряем, что-то приобретаем из-за того, что сталкиваемся на своем жизненном пути с одними или другими людьми. Мы - как бильярдные шары: сталкиваемся, оставляем невидимые сколы на своей душе и катимся дальше. Боль, ненависть, любовь, дружба, неприязнь, радость, грусть, торжество побед – все это идет бок о бок. Я рада, что чувствовала все это, и мне жаль тебя, потому что ты закрылся в себе. Все ошибаются, Шерлок. Все умирают, все поскальзываются. Это не повод запираться в своем деревянном ящике и смотреть на мир сквозь просверленные дырочки. Это сложно, больно, но так прекрасно, - у Энджел на глаза навернулись слезы. – Это жизнь, и что бы с нами не случалось – это к лучшему. - Даже то, что твои родители умерли – это хорошо? – вопрос Шерлока резанул по сердцу. - Ты ничего не понимаешь, - пробормотала она, начиная плакать. «Черт, только не при нем…» - Ты считаешь, что все в этом мире прекрасно, что нужно открываться людям. А сейчас сдерживаешь слезы, стараясь выглядеть круто передо мной? – иронично поднятая бровь заставила девушку захлебнуться рыданиями и отвернуться к окну. «Все это, все эти чувства…» Шерлок притянул ее к себе и неловко обнял. - Я с тобой, - сказал он, и Энджел почудились в его голосе теплые нотки.

***

Когда они подъехали к Парк-лейн, Шерлок отстранился. Минуты три они просидели так: Энджел уткнувшись Шерлоку в синий шарф, а Шерлок, обнимая ее сильной рукой за плечи. Первый раз за время ее возвращения в Англию она чувствовала себя так защищено. Она закрыла глаза и расслабилась. Она не знала, было ли противно Шерлоку, и сделал ли он это лишь для того, чтобы она была в адекватном состоянии на месте преступления, это не имело значения. Когда они вышли из такси, Шерлок протянул деньги водителю, она услышала: - Вы бы понежнее со своей девушкой, мистер. Красивая барышня, а вы ее до слез доводите. Не видите разве, что вы ей нравитесь? – это голос незнакомый, значит, кэбмен. Девушка смутилась и приказала себе в следующий раз сдерживать эмоции. Неужели так заметно, что ей нравится Шерлок? Детектив ничего не ответил, лишь молча направился к дверям дома. Незнакомые полицейские преградили им дорогу, на что Шерлок вскинул брови. - Кто вы, мистер? У вас есть пропуск на место преступления? – спросил один из них. - Передайте Грегори Лейстрейду, что прибыл мистер Шерлок Холмс, – Шерлок застыл на месте, не двигаясь, ожидая прихода Лейстрейда. Энджел не знала, знает ли кто-то еще, кроме Майкрофта, миссис Хадсон, Джона и нее, что Шерлок жив. Поэтому она с легкой улыбкой посмотрела на убежавшего внутрь здания мужчину и заметила, как второй из них перекрестился, косясь на детектива. Через минуту из дома послышался громкий разговор полицейского и инспектора. - Вы меня за дурака держите? – голос Грега Энджел узнала сразу. – Шерлок Холмс, говорите? Ну, покажите мне вашего Холмса! Инспектор вышел из здания и сразу заметил Энн и Шерлока. Сначала он застыл, потом сжал кулаки, потом увидел, как Холмс приветливо помахал ему ручкой. Потом Энджел услышала в адрес Шерлока столько непечатных выражений, что поспешила закрыть уши. Затем Грег неслабо врезал детективу, совсем как Джон, подумала девушка, а потом услужливо помог ему подняться с земли, и Энн заметила, что из ссадины на скуле по щеке Шерлока идет кровь. Потом последовало еще несколько выражений, и Лейстрейд, наконец, обратил свое внимание на нее. - Энджел, и ты здесь… Джон знает? - Конечно, он знает, - девушка дружелюбно пожала руку инспектору. – Он не смог сегодня быть здесь, так что я за него. - Эмм… - Грег выглядел крайне растерянным. – Ну, хорошо, хорошо, проходите. Не успели они сдвинуться с места, из здания показались Андерсон и Салли Донован. Андерсон застыл, потом сматерился, потом еще раз сматерился, а потом поспешил подхватывать упавшую в обморок Донован. Шерлок смотрел на все это с легкой ухмылкой, но Энн коротко стукнула его по руке, прошептав: «Это не смешно», и Шерлок снова окаменел. Устранив проблемы в виде потерявших дар речи полицейских, которые работали с Шерлоком и знали о его суициде, они поднялись в комнату Адэра. - Что, черт возьми, произошло на чертовой крыше, Шерлок? – инспектор остановил Холмса, придержав его за плечо. Шерлок небрежно сбросил его руку: - Не сейчас, - прошипел он и, достав складную лупу, начал обследовать комнату. Энджел была в ней уже второй раз и сейчас внимательно следила за Шерлоком. А наблюдать было весьма интересно. Он метался по комнате, из одного угла в другой, осматривая ту или иную вещь; несколько раз он оглядывался на окно, утвердительно хмыкал, потом нахмуривал брови, снова обследовал все те же места, где уже был, потом подскакивал, начинал ходить по комнате, что-то обдумывая, потом он, наконец, заметил, что в помещении еще находятся люди. Грегори и Энджел смотрели на него с пристальным вниманием. И у каждого были свои причины. Послышался стук каблуков по паркету. На место преступления вбежала Салли Донован. - Шерлок! – она кинулась к нему за объятиями, и девушка чуть не рассмеялась от выражения полнейшего шока на лице детектива. – Прости нас, - она оглянулась на Андерсона, застывшего в дверях. – Всех нас. Мы были не правы. Я рада, что ты вернулся. Нам всем тебя не хватало, - она обернулась к Энн. – Спасибо тебе за то, что заботилась о Джоне. Если этот псих еще смог бы о себе позаботиться, то насчет Ватсона я не уверена. Говорила я ему, не следует ввязываться в дела Холмса. И тебе не советую! Девушка поймала на себе пристальный взгляд Шерлока. Он ждал ее ответа. - Полагаю, я уже ввязалась, и отступать некуда, - она посмотрела на Холмса и могла поклясться, что видела на его лице благодарную улыбку. Но, всего секунду, потому что потом он снова отвернулся к окну и задумался. Андерсон и Салли тихо вышли из комнаты. Шерлок подошел к компьютеру и включил его, подзывая к себе Энджел. - Ты говорила, что ничем не сможешь помочь. Никогда не стоит делать поспешных выводов. Кажется, перед смертью Адэр занимался разработкой компьютерной программы? – она кивнула. – Вот и прекрасно. Ты поможешь мне понять, в чем ее суть. - Ты и сам вроде разбираешься в компьютерах, - вскинув брови, сказала Энн. - Да, но это было давно, и я стер информацию с жесткого диска. Остались только базовые знания. Вот, - Шерлок открыл программу. – Что скажешь? Энджел склонилась к компьютеру и стала вчитываться в строки кода. Программа была написана на C++, да еще со странными подключаемыми модулями. - Похоже на троянского коня, - сказала она. Шерлок наклонился к экрану тоже, и его лицо оказалось слишком близко от лица девушки. Это отвлекало. Стоило лишь развернуть голову, и Энджел могла бы дотянуться до губ Холмса. - Что еще? – спросил он. Продолжив изучать программу, девушка услышала, как к ним подошел Лейстрейд. - Разве ваши специалисты не смогли этого обнаружить? – Шерлок обернулся к Грегу, а тот лишь отрицательно покачал головой. Шерлок победно вскинул голову. – Вот поэтому я вам нужен. Со мной работают лучшие. Энджел чуть покраснела и улыбнулась. Как ни крути, Шерлок умел говорить комплименты. - Это определенно вирус, но не для компьютерных систем, - продолжила девушка, прокручивая страницу вниз. – Слишком простое проникновение в систему. Это что-то типа Интернета – несколько устройств подключено к одному источнику программы. Если вирус запустить в главное устройство, вся система рухнет. Но это не Интернет, точно. Слишком просто… Если «да», - начала бормотать она, - то значения в одно положение… Это программа взламывает систему устройств и приказывает им устанавливать датчики в одинаковом положении, которое выбирается из семи случайным образом… Это… Написано: «вишня». Крайне глупо было обозначать переменные именами фруктов и ягод, обычно берут одну букву алфавита, а не слово, разве только… - Разве что? – нетерпеливо спросил Шерлок. - Разве только не хотят напутать переменные… Но, это глупость. Какая переменная будет называться «вишня»? Возможно, «база данных», «фамилия», «имя», но «вишня»? Стойте, здесь еще «груша», «банан»… Что за черт? А это… «Джек»? Это чье-то имя? Ничего не понимаю… Шерлок закрыл глаза, Энджел практически слышала, как работают колесики в его мозгу. - Джек… Это же сокращенно от джек-пот! – воскликнула она. – Это вирус, который заставляет игровые автоматы случайным образом все время, как только на исходном компьютере будет изменен рычаг на «если да», выбрасывать три одинаковые картинки, а значит, сумма выигрыша будет увеличиваться! Кто-то писал программу, чтобы взламывать игровые автоматы! – девушка радостно хлопнула в ладоши и взглянула на Шерлока. Тот внимательно вглядывался в ее лицо. - Ты не глупа, - наконец, заявил он, на что девушка хмыкнула. «Ага, умеет говорить комплименты, как же…». – То есть ты догадалась, а это… Это… Хорошо. Шерлок снова отвернулся к окну и вдруг хлопнул в ладоши, отчего Лейстрейд и Энн подскочили. - Конечно же! Винтовка! Лазерный прицел! – радость от догадки на лице Шерлока сменилась хмурым выражением. – Я знаю, кто убийца, но от этого ситуация усложнилась еще больше. Шерлок, кинув Грегу: «Я позвоню», вылетел из комнаты, и Энджел поспешила за ним. Когда она оказалась на улице, Шерлок подозвал такси и открыл перед ней дверцу. - Езжай на Бейкер-стрит, мне нужно закончить расследование… - он уже почти захлопнул дверь, но Энджел придержала ее. - Подожди, куда ты? - Мне нужно завершить расследование… - Я с тобой! - Нет, - Шерлок взглянул ей в глаза, и они снова начали играть в гляделки. Похоже, это входит в привычку. Не отводя взгляда, Шерлок продолжал: - У меня есть дело. Это может быть опасно, так что я отправляюсь туда, куда мне нужно, а ты едешь домой. - Обещай, что с тобой все будет хорошо, - не прерывая зрительного контакта, произнесла Энн. Шерлок замолчал. - Обещай! - Хорошо, - Холмс отвел глаза. – Обещаю, что вернусь домой. Не ждите меня допоздна, - бросил он напоследок, сказал водителю ехать на Бейкер-стрит, и машина тронулась. В заднее стекло Энджел увидела Шерлока, который поднял руку, призывая другое такси. Когда такcи с Энджел повернуло на Оксфорд-стрит, мужчина скрылся из виду. Девушка глубоко вздохнула и откинулась на сидение. «Нечего волноваться за этого эгоистичного ублюдка. Он невыносимый, высокомерный, безрассудный, готовый пойти на что угодно, лишь бы за ним осталось последнее слово… Черт!». Она поджала губы и сказала себе, что все будет хорошо.

***

Поздно вечером домой вернулся Джон. Он был очень уставшим, и Энджел набрала для него ванну, пока он наскоро перекусывал сэндвичами. Увидев полную ванну с горячей водой, Джон благодарно улыбнулся Энн, а потом его лицо снова приняло уставшее выражение. Через десять минут он ушел к себе в комнату и уснул. Девушка надеялась, что он сможет хорошо выспаться. Сама она зашла к себе в ванную и тщательно оглядела потолок и все свободные и занятые горизонтальные поверхности, где могла прятаться камера. Уверив себя, что Шерлок пошутил, Энджел встала под душ. Теплые струи коснулись тела, успокаивая. Она просто закрыла глаза и позволила воде залатать невидимые глазу раны. Оказалось, что ее халат куда-то исчез, а на крючке висел синий шелковый халат Шерлока, в котором тот обычно ходил дома. Сначала она засомневалась, а потом, пользуясь возможностью и надеясь, что Шерлок не пропитал его каким-нибудь тропическим ядом, накинула ткань и выключила в ванной свет. Мягкая ткань обволакивала, льнула к телу, и в ноздри Энджел ударил пряный запах тела Холмса-младшего. Голова закружилась, и девушка постояла минуту, облокотившись о стену. Она прошла в гостиную; смотреть телевизор не хотелось, но она знала, что не уснет, пока Шерлок не вернется. Она устроилась в его кресле и включила лишь настольную лампу, которая бросала мягкий свет на предметы и на тело девушки. Энн поплотнее запахнулась в халат и с упоением вдохнула запах, провела рукой по шелковой ткани, закрыв глаза и представляя Шерлока. Ночь медленно опустилась на Лондон, а девушка все так же сидела в кресле, подтянув ноги к груди и обхватив их руками, уткнувшись носом в колени и думая о чем-то своем. За окном послышался шелест шин, и на потолке отразился свет фар машины. Сердце забилось вдвое быстрее, но она не позволила себе кинуться вниз навстречу. Это было выше ее гордости. Странно, но никто не открывал входную дверь несколько минут. Энджел начала волноваться и чуть сдвинулась в кресле, приподнимаясь, стараясь заглянуть в окно, не вставая, но этого не получилось. Потом дверь тихо скрипнула и закрылась. Тихие шаги прозвучали по ступенькам, Энджел поняла, что мужчина пропустил одну особо скрипучую. Он заметил свет настольной лампы и замер в дверном проеме на секунду. Когда мягкий электрический луч выхватил из темноты дома лицо Шерлока, девушка облегченно выдохнула. - Живой… - пробормотала она. - Конечно, я живой. Что за глупые мысли? - сказал Шерлок. – Кстати, видел тут неподалеку Майкрофта, он настойчиво делал вид, что не заметил меня и что я не заметил его. Не могу поверить, но, кажется, он стоял некоторое время под окнами и смотрел на отблески настольной лампы на стеклах. Сомневаюсь, что его интересовал Джон. Шерлок снял пальто и шарф, повесил их на дверной крючок. - Я, кажется, просил не ждать меня, - сказал он, не оборачиваясь. - Я подумала, что тебе будет приятно, если кто-то будет ждать тебя, твоего возвращения домой, - сказала Энн. – И, кроме того, я бы все равно не заснула. - Ты… - Холмс замялся, - …беспокоилась за меня? Он не поворачивался, а Энджел молчала. Когда Шерлок, наконец, повернулся к ней, держа руки в карманах, она коротко кивнула и произнесла: - Теперь Джона в два раза больше, - легкая улыбка тронула ее губы. – Я и Джон – не слишком много переживальщиков? Да еще и Майкрофт… - Он ждал не меня, он приезжал к тебе. Энджел нахмурила брови, но промолчала, лишь опустив голову. «Вот как…». - Скажешь, если я пойду с ним на свидание, значит, я перешла на его сторону с твоей? – внимательно вглядываясь в смягченные светом черты лица мужчины, осторожно спросила девушка. - Возможно. Если даже так, то разве это тебя остановит? – Шерлок все еще стоял. Молчание. - Ты в моем халате, - сказал Шерлок, и лицо Энджел залила краска. - Просто он висел у меня в ванной, и… - она внезапно поняла и вскинула голову. – Ты его повесил туда сегодня утром, так? - Я надеялся проверить твою внимательность, и, как видишь, результат меня не удивляет. - Я могу снять его… - Прямо сейчас? Они снова внимательно всматривались друг в друга, не прерывая зрительного контакта. - Думаю, для этого решения нужно обоюдное желание, - сказала девушка, и сердце ее стало отбивать чечетку. - А ты хочешь этого? – в свою очередь спросил Шерлок. - А ты? – Энджел не могла ответить первой. - Нет. - И я нет. Они снова замолчали. - Ты когда-нибудь с кем-нибудь… - начала Энн, но ее прервали. - Нет, - отрезал Шерлок. - Я еще не задала вопрос. - Да, но я говорил, ты предсказуема, и я предугадал его. А значит, и ответ могу дать раньше окончания предложения. - Логично, - Энджел уставилась в кресло напротив. - А если бы ты, чисто теоретически, захотел пригласить кого-нибудь на свидание, - Шерлок не прерывал вопроса, значит, Энн была не настолько предсказуемой, - то куда бы вы пошли? – девушка чуть не произнесла «мы», вместо «вы», и поспешно закусила губу. Шерлок задумался. Видимо, он действительно ни с кем не встречался, во всяком случае, в последнее время. - Мы бы просто гуляли по ночному Лондону, - ответил Холмс. – Я знаю достаточно красивых мест, о которых среднестатистический мужчина моего возраста не знает. Думаю, мне было бы чем удивить девушку. Энджел скосила глаза на мужчину, и тут же была поймана в плен бирюзовых глаз. В темноте они казались черными. Она поспешно отвела взгляд. - Пора спать, - сказал Шерлок и выключил настольную лампу, погрузив гостиную во тьму. - И как я доберусь до своей комнаты? – Энджел скрестила руки на груди. - Можешь остаться здесь. - Если я останусь в кресле, то с утра спина будет болеть ужасно, - проворчала Энджел, поднимаясь и нашаривая рукой Шерлока. Ее рука уткнулась ему в бок, и мужчина взял ее ладонь в свою. Холмс проводил ее к комнате, и то, что он вел ее, превосходно ориентируясь в темноте и не натыкаясь на предметы и стены, успокаивало. - Ты сказал, что проверял мою внимательность, - остановившись у своей двери, сказала девушка. – Значит, ты уже провел эксперимент, так? Она буквально увидела, как Шерлок расплылся в хитрой улыбке. - Это был не тот эксперимент. Так что я все еще грожусь отравить твой кофе. - Шерлок, - снова позвала она. – Необязательно шантажировать меня, можно просто попросить. - А ты согласишься? - Исходя из обстоятельств. Мужчина чуть прищурил глаза, а затем, повернувшись к своей двери, произнес: - Спокойной ночи, Энджел. Отчего-то девушке стало безумно грустно. Но она ответила: - Спокойной ночи, Шерлок.