Принц брошенного королевства

По комнате раздались хлюпающие звуки, набирая темп с каждой секундой. Вскоре к ним присоединились стоны и тяжелое дыхание. — Ах… мой, мой король. — Ну так как тебе это? — спросил блондин, просовывая металлический предмет, отдаленно напоминающий фаллос, глубже в брюнета. — Я… а-ах-х… — Ну же Тао, ты согласен? — прошептал король над ухом своей жертвы. Тао был привязан к кровати, а его ноги разведены в разные стороны. Крис вводил железный предмет все глубже, срывая с губ младшего все новые и новые стоны. — Ты согласен? — уже грубее спросил он, вгоняя предмет почти до конца под правильным углом, от чего у брюнета посыпались искры из глаз. — ДА! — прокричал он, изливаясь себе на живот. — Хороший мальчик, — Крис облизал ушко Тао, после чего сел между разведенных ног и приставил свой возбудившийся член к растраханной дырочке. — А теперь я буду давать тебе награду за то, что ты такой послушный, малыш Тао. Он сунул свой орган почти до конца, а брюнет распахнул глаза от этих ощущений и застонал во все горло.

***

— Вы, наверное, что-то путаете! — как-то дергано заявил Чанёль. — Но, капитан… я видел его, я смотрел ему в глаза и совершенно точно могу сказать, что это был наш Тао. Чанёль ходил по комнате из угла в угол, пытаясь понять, что происходит. Бэкхен, наблюдавший за ним все это время, вопросительно посмотрел на Сэхуна, который прибывал в не меньшем шоке, чем другие. — Сэ, что происходит? — шепотом спросил брюнет. Блондин вышел из транса и испуганными глазами посмотрел на Бэкхёна. — Идем со мной, — сказал тот, беря Бэка за руку и выводя из дома. — Тао — это парень, который пропал много лет назад. Мы думали, что он умер. — Как пропал? В смысле? — Он был таким же как и мы, — начал Сэхун, — он был сиротой, и мы росли вместе. Правда пришел к Чанёлю он позже, чем мы. Он был немногим младше капитана и вскоре они очень сдружились. Он проявлял интерес к холодному оружию. Мечи или стрелы ему были не по вкусу, но он учился владеть ножами, что у него идеально получалось. Через четыре года после убийства королевской семьи случился первый бунт. Люди не выдержали и пришли на площадь высказать свое недовольство и недоверие к новому королю. Мы тоже там были. Ёль считал, что нам будет полезно видеть это. Мы были еще детьми и мало что понимали в войнах, но, тем не менее, мы учились драться, как и говорил Чанёль. Но мы не ожидали такого наплыва стражников. Как только люди стали кричать недовольства в сторону короля, их начали убивать. Просто стали стрелять из луков с башни по мирным жителям. Мы стали убегать, но началась такая суматоха, что нас просто толпой несло в разные стороны. Тао остался там. Он подвернул ногу и упал. Чанёль пытался спасти его, вернуться за ним, но Лухан и Исин оттаскивали его в сторону дома, говоря, что возвращаться опасно. Вскоре множество стрел полетело в то место, где лежал Тао. Дальше я ничего не видел. Ближе к вечеру Ёль все же убежал от нас и стал искать Тао, но все оказалось бесполезно. Он почти год потратил на его поиски, стучась в каждую дверь и облазив каждый овраг. Но ни его, ни его тела не нашли. Он испарился, как и принц, и для Ёля это был огромный удар. Он уже во второй раз винил себя в смерти близкого ему человека, он ходил в депрессии несколько недель. Он перестал разговаривать с Лу и Сином, виня их в том, что они не отпустили его тогда. Он привязался к этому мальчишке, но не смог спасти. А теперь те самые люди, которые удержали его тогда, прибегают и говорят, что видели Тао. После стольких лет. Бэкхён сидел в шокированном состоянии. Это действительно тяжело. — А сколько ему было на момент, когда он пропал? — судорожно выдал из себя Бэк. — Двенадцать лет. Чанёлю было четырнадцать. — Совсем ребенок. Они оба сидели в тишине, каждый думая о своем, пока не услышали крики Ёля из дома. Забежав внутрь, они увидели как Исин и Чанёль спорят между собой. — Я пойду в город и найду его, — кричал рыжий. — Ты не можешь, тебя могут увидеть. Ты же знаешь, что твое лицо слишком приметно. — Мне все равно, Исин. Сейчас вы меня не остановите, как тогда. Лэй опустил голову, чувствуя за собой вину. Он помнил тот день, помнил месяца, которые они потратили на его поиски. Да, он был виноват, но он не мог позволить рыжему погибнуть тогда вместе с Тао. Лучше один, чем оба. Повисла тишина и все стали думать над тем, что будет дальше. Чанёль направился рано утром на поиски друга. Он взял с собой Лухана, и они быстро поспешили в тот район, в котором, по предположению, он мог бы находится и где они вчера его видели. Потратив несколько часов на безрезультатные поиски, Чанёль увидел среди толпы такие родные, черные волосы. Он узнал его сразу же. — ТАО! — закричал он на всю округу, но реакции не последовало. — ТАО! Подожди, прошу тебя, — басил тот на всю улицу. Ему было все равно, что его могли заметить, ему все равно, что его могли убить. Сейчас он видит своего друга перед собой. Парень с черными волосами повернулся и… Чанёль замер. Это был, и правда, он. Очень изменился, конечно, но, в целом, это был его друг. Эти раскосые глаза, этот взгляд. — Ч-чанёль? — начал было заикаться тот, но не успел ничего сказать, как его за руку притянули к себе и зажали в крепких объятиях. Они оба начали плакать, а Лухан стоял и смотрел на все это, улыбаясь.

***

— Это, и правда, Тао? — раздались по комнате удивленные голоса мужчин. — Да, это, и правда, он, — улыбался Ёль во все тридцать два зуба. — Тао! Тао! — все сразу начали подходить к испуганному парню и ощупывать его, разве что в штаны не заглядывая, что бы убедиться в том, что он жив. Даже Дио не смог сдержать слез, когда увидел его. — Кёнсу, дорогой. А ты все такой же, — сквозь слезы проговорил брюнет, теребя старшего по голове. — Ты так вырос, Тао, стал такой красивый. Боже, ты такой… — навзрыд говорил Кёнсу, не в силах сдерживать слезы. — Ну, хватит, что ты! И правда, как мамочка. Они все сели в большой комнате, начиная расспрашивать о том, где парень был все это время. Бэкхен же старался быть поодаль ото всех, видя, как счастлив Чанёль. Он видел, как тот светился, а рядом с ним он ходит всегда грустный и напряженный. «Интересно, а он бы так же радовался, если бы я пропал, а потом появился вновь через парочку лет», — с ноткой ревности подумал Бэкхен, выглядывая из-за больших спин других бунтарей. — Что случилось, Тао? Рассказывай. — А что рассказывать? — Что произошло после того, как… как… Все боялись закончить фразу. Да и что сказать? — После того, как вы бросили меня на площади? — с улыбкой сказал брюнет. Повисло молчание. Каждый винил и упрекал себя за тот день. — Да ладно вам, чего какие кислые рожи. Я не виню вас. — Тао, я… — начал Чанёль. — Все хорошо, Чанни. После того, как я потерял вас в толпе, посыпался шквал из стрел. Одна прострелила мне плечо, и я потерял сознание. Я был уверен, что умер, но… — парень сглотнул, и немного поник. — Но я очнулся и увидел перед собой красивую комнату. Рядом со мной сидел Крис и прикладывал холодные компрессы ко лбу. Потом, после того как я выздоровел, он сделал меня своим рабом. Он издевался надо мной. Ему это доставляло удовольствие. Он имеет слабость ко всему маленькому и невинному, да, Чанни? — как-то странно посмотрел на рыжего Тао, а Ёль вздрогнул и как-то лихорадочно начал отводить взгляд. — Я не выдержал этого и… после очередного изнасилования с его стороны, я не выдержал и сбежал. Бэкхен с подозрением уставился на говорящего, пытаясь заметить хоть что-то на его лице. Что-то ему подсказывало, что ему нельзя верить. Что-то было в нем такое, чего Бэк не мог описать. Просто чутье подсказывало, что нужно выгнать его из дома и больше не впускать сюда никогда. Тао почувствовал на себе подозрительный взгляд и тут же нашел глазами объект, столь заинтересовавшийся в нем. — О, у вас новенький, — мило улыбнулся он, смотря прямо в глаза Бэкхёну. Младший почувствовал, как какой-то ледяной ужас пробрался к нему в душу. От этого стало не по себе. — Да, Тао. Я хотел бы поговорить с тобой об этом. — Хорошо… капитан, — пропел Тао, от чего Ёль засветился как начищенный, медный пятак. — Мы устроим пир. Сегодня вечером пойдем в наш бар. Закажем эля! — А у нас денег-то хватит? — с усмешкой спросил Дио. — Хватит. Я взял немного перед тем, как покинуть дворец. Тао достал мешочек с приличным, на вид, содержимым. Позже, вечером, вся компания направилась в бар при постоялом дворе. Они пили и веселились. Один Бэкхён с подозрением смотрел на все это. Позже к нему подошел уже выпивший Ёль и начал виснуть, как на вешалке. — Бэкхё-ё-ён!!! — пропел тот, — Почему ты сидишь, как потухший кактус? — Кто? — с каким-то истеричным непониманием посмотрел на него брюнет. — Кактус. Ну знаешь такой, жухлый, странный, но по прежнему колючий. Выпей и приведи себя в норму. — Ёль. Я думаю, тебе уже хватит пить. — Ну, ты чего? Мой друг вернулся, а ты говоришь мне перестать пить. — Ёль, я не доверяю ему. Пожалуйста, пожалуйста, прекрати это. — Ведь ты его не знаешь совсем. Да, он грозный на вид, но на самом деле он такая ромашка. Простой и добрый. — Чего-то тебя сегодня на растительность тянет. Кактус, ромашка. Лухан, наверное, фиалка. — ЛУХАН — ОЛЕНЬ! — прокричал тот, от чего Бэкхён притих, но тут же заржал, как конь. — Чанни, почему олень? — сквозь смех спросил Бэк. — Да ты посмотри на него. Вылитый олень. А точнее олениха. Одни глаза чего стоят, — тут рыжий наклонился над ухом младшего и прошептал голосом, от которого у Бэкхена все внутри свернулась в тугой узел из смешанных чувств. — И глупо думает, что мы не слышим, как они с Сэхуном ночами играют друг с другом. — Что? Играют? — Забей. Тебе еще рано знать, — Ёль быстро отстранился от принца и собирался уже пойти к Тао, как маленькая ручка схватила его за запястье. — Прошу тебя, Чанёль. Не доверяй ему всего. Я не верю ему, и тебе не советую. — Да как ты можешь мне что-то говорить? Я знаю его с самого раннего детства. Оставь свои предрассудки в красивой головке и успокойся. — Но Чан… — Я, кажется, сказал! — прорычал тот, от чего Бэкхен вздрогнул, и на глазах навернулись слезы. — Да пошел ты… — процедил сквозь зубы брюнет и, быстро встав, вышел из бара, направившись домой, провожаемый ехидным взглядом кошачьих глаз…