TONIGHT

winner — don’t flirt 635 words cameo: b.i

Мино только по четвергам заезжает за Сынхуном, потому что только по четвергам у них одинаковое количество пар, после которых Мино ждет два часа скучной практики, а Сынхуна – столько же, но подработки в танцзале их общего друга, Ханбина. Этот общий друг классный, но иногда – пиздец вымораживает. Только Мино и вымораживает. Это больше всего бесит. Сынхун целует его в шлем (холодно на улице, Мино его так и не снял) вместо макушки и надевает свой. Садится сзади, как всегда чересчур крепко обвивая Мино руками. Чтобы тот приглушенно (все из-за того же шлема) на него наорал: - Блять, ты мне так ребра все сломаешь. Оба, конечно, понимают, что до этого не дойдет, но все-таки. Сынхун на первом же светофоре снимает шлем и говорит Мино, осторожно: - Заедем кое-куда?.. Мино поворачивается, переспрашивает и прищуривается, подозревая, что здесь есть какой-то подвох. Сынхун одними глазами умоляет, и Мино все в этот же момент понимает – умолять старший может только ради одного. Ради танцев. - Ладно, и куда нам на… - Налево поворачивай. Ханбин ждет. - Но еще же ра… - Сегодня он попросил меня пораньше подъехать. Ничего, а? Да, конечно же. Все нормально. Мино выруливает налево, про себя ругаясь и совсем не про себя посылая нахуй какого-то слишком выебистого водителя. Шлем, конечно, заглушает почти всю его ругань. Сынхун смеется, сжимая пальцами скрипучую ткань его кожаной куртки. От Мино пахнет олд спайсом и курицей. Они, наверное, прямо в университет ее заказывали, но Мино все равно хочет есть. Он курицей никогда не наедается, Сынхун знает. Ханбин встречает их кривой улыбкой и распростертыми объятьями (для Сынхуна онли). - Хей, - здоровается он с Мино осторожно, чтобы не разозлить еще больше. Как будто знает, сученыш, что бесит этими обнимашками невыносимо. Но не завязывает, наоборот – бесит еще больше (куда больше!) и смотрит Мино вызывающе прямо в глаза, пока приобнимает Сынхуна за талию. Мино с облегчением замечает это пиздецнеловко в глазах Сынхуна. И присаживается на никем не занятый стул возле стены этого просторного, но не шикарного танцзала. Косуха скрипит в его руках, взгляд устремлен на Сынхуна, который разогревается перед уроком. В одном из карманов куртки Мино находит мятную жвачку, когда-то выпавшую из упаковки, и радуется ей, как дебил. Мрачнеет. На Сынхуна больше не смотрит. Убеждает себя, что твиттерская лента интереснее всех этих закидонов Ханбина с флиртом прямо у него на глазах. Сынхун, блядь такая. Покорный, спускает ему это с рук. - Мелочь, - сынхунов шепот раздается прямо на ухо; он присел рядом с ним на корточки. Мино вздрогнул, чуть не выронил айфон из рук, - ты мотоцикл не туда поставил. Иди перегони, пока на штрафстоянку не забрали, - его всегда теплые, не холодные и не горячие, пальцы сжали коленку Мино с такой силой, с какой необходимо сказать я тебя люблю, и мне плевать на то, что он делает – больше меня волнует то, что этой ночью со мной сможешь сделать ты. - А если я уйду, - Мино звучит совсем как ребенок, - а он тебя выебет. Сынхун смеется, и его смех – серьезно, самое лучшее, что только может быть. - Мы здесь не одни, - успокаивает он Мино железными доводами, - да и я не даюсь каждому, кто захочет мне вставить, или ты другого обо мне мнения? Мино надувает из жвачки ничтожно маленький пузырь, но ошметки все равно липнут к губам. Сынхун целует его в самый уголок этих губ, вставая с корточек и возвращаясь к Ханбину, который (Мино только сейчас понял) все это время смотрел на них, смотрел пристально. Сынхун смотрит на Мино, который спускается по лестнице вниз. Видит только его спину. Через несколько секунд (Сынхун так и видит, как Мино останавливается, привалившись к стене) ему на телефон приходит сообщение: Не заигрывай. Ханбин хмурится, когда звук сообщения играет на весь зал, а Сынхун только виновато улыбается. Пишет в ответ: Когда я? И возвращается к обсуждению сегодняшней связки, пока Мино отгоняет мотоцикл в другое место и унимает свое дикое сердцебиение.