Ветер в ивах

Эмма куталась в плащ, ветер трепал ее волосы, а все попытки натянуть на голову капюшон оставались тщетными. Ива, в сентябре будто замеревшая во времени, сейчас напоминала торнадо, ветви бились о камни и поверхность озера, тяжелые дождевые капли шумели в ее густой листве. Принцесса закусила губу – она не сможет ждать Бэя слишком долго. – Эмма? Эмма, ты здесь? – его голос казался столь далеким из-за сильного ветра, но Эмма тут же узнала его. – Бэй! Я здесь! – атласные туфли скользнули по мокрым камням, Эмма взмахнула руками, выпуская полы плаща, еще секунда, и она оказалась бы в холодных водах озера. Но руки Бэлфайера успели ее подхватить. – Ты напугала меня, – Бэй улыбнулся, осторожно ставя принцессу на ноги, но все еще не выпуская ее из рук, будто боясь, что она снова поскользнется. – Я так рад видеть тебя, Эмма. – Я скучала по тебе, Бэй, – Эмма выдохнула, она толком не успела испугаться, а присутствие Бэлфайера отгоняло все ее страхи. – Наверное, мне не стоило звать тебя в такую погоду? – Это ерунда, Эмма, – Бэлфайер наконец выпустил девочку из объятий и просто крепко взял за руку, – Там, где я бывал, штормы порой длились неделями, а дождь мог не прекращаться месяц. Я не боюсь непогоды. – Ты мне так и не рассказал, где же ты бывал, – они устроились под самой ивой, ветер немного улегся. – Даже когда я спрашивала в письмах, ты никогда не отвечал. – Я не очень люблю вспоминать то место, Эмма, – Бэй поправил шелковую ленту в волосах принцессы и перевел взгляд на озеро. – Надеюсь, больше ты никогда там не окажешься, – Эмма сжала ладонь Бэя в своей руке и улыбнулась. Сейчас, сидя с ним на берегу озера, хоть вокруг и разыгрывалась настоящая буря, все казалось таким правильным. – Да, я тоже, – Бэй усмехнулся, зачерпнул немного мокрого песка носком ботинка. – Хотя у меня есть одно дело в тех краях. И боюсь, даже если я не вернусь туда, то место само найдет меня. – О чем ты говоришь, Бэй? – слова друга звучали по-своему мрачно, и Эмма разволновалась. – Там, в том мире, в той стороне, есть человек, который ищет меня. Точнее, он ищет моего отца, а вместе с ним и меня. Наверное, когда-нибудь он найдет способ попасть в Зачарованный Лес, - Бэлфайер нахмурился, – Он хочет убить моего отца. И я подсказал ему способ. Эмма молчала. Бэй очень редко говорил о себе, о своем прошлом и об отце. Она не хотела сбить его с мысли. – Я буду сражаться против него, Эмма. Может мой отец и не достоин этого, но я не дам этому пирату, - Бэй буквально выплюнул это слово, – убить его. Никогда. – Ты очень хороший, Бэй, – Эмма следила, как мрачнеет лицо Бэлфайера, как на нем проступает не свойственная ему жесткость. Она положила голову ему на плечо и закрыла глаза. – Пусть этот пират никогда не придет в наш мир. – Пусть… – Бэй вздохнул и провел ладонью по волосам Эммы. Ему не хотелось думать о плохом. – Я принес тебе кое-что. Эмма с любопытством подняла взгляд. – Это, наверное, далеко не то, что ты привыкла носить как принцесса, но, надеюсь, тебе понравится, – Бэй опустил руку в карман плаща и выудил оттуда маленький мешочек. – Я сделал его сам. У моего отца в мастерской много разных инструментов. Бэлфайер быстро, как будто куда-то торопился, раскрыл мешочек и достал небольшой серебряный кулон на длинной цепочке. Лебедь, изображенный на кулоне в профиль, привел Эмму в восторг. –Это мне? Правда? – Эмма осторожно взяла кулон в руки и радостно улыбнулась. – Это так красиво, Бэй! Я никогда не буду снимать его! – О, это вовсе не обязательно, – Бэлфайер засмеялся, ему была приятна радость Эммы. – Я просто подумал, что этот кулон будет напоминать тебе обо мне и об этом месте. А ты… Бэй замялся и отвел взгляд. – Что я? – Эмма оторвала взгляд от кулона и с интересом посмотрела на Бэя. – Ты напоминаешь мне лебедя, Эмма, – Бэй внимательно вглядывался в гладь озера. – Жаль, что хранитель этого озера, кажется, все-таки покинул эти края. – Нет, не покинул, – Эмма с теплотой посмотрела на Бэя, а потом кивком указала на ближайшие к ним заросли. – Он там, я видела его, пока ты не пришел. Просто скрылся от непогоды. – Чудесно, – Бэй улыбнулся. – Давай я помогу тебя надеть кулон. Они провели у озера еще целый час, болтая обо всем, что забыли или не успели сказать в письмах. Полностью поглощенные беседой, они даже не заметили, что какое-то время за ними кто-то наблюдал.

***

Когда Эмма начала настаивать, что Бэй обязан ее навестить, ему не оставалось возможности отказаться. Во-первых, она очень настаивала. Во-вторых, он сам этого хотел. В-третьих, он не видел действительных угроз от простого дружеского визита. Отец не спрашивал, куда он уходит, а уходил он часто, так разве у него будет повод что-то заподозрить в этот раз? Да и Бэю по-настоящему хотелось уйти отсюда, выйти из стен этого огромного, мертвого замка, в котором даже сам отец проводил не так уж много времени. Зачем вообще ему понадобилась эта глыба из камня, разве в их прошлом доме не было уютнее? Хотя кого он обманывает, они с отцом не могли вернуться в их прошлый дом, как и не могли вернуться в прошлое и быть просто отцом и сыном. Бэлфайер взял с собой теплый шарф, погода была по-настоящему зимней, что не удивительно в феврале. Отца долго не было, и Бэй решил просто оставить ему записку, что придет к ужину. Хотя почему-то был уверен, что сам Румпельштильцхен вернется далеко за полночь. – Куда это ты собрался, молодой человек? – голос отца заставил Бэй вздрогнуть, но не обернуться. – Гулять. – В такую стужу? Почему бы тебе не посидеть у камина, здесь, внизу? – отец подошел ближе, Бэй повернулся к нему. – Я не хочу. – Я подготовил нам кое-что для сегодняшнего вечера. Тебе непременно понравится, – Румпельштильцхен оттряхнул снег с мехового воротника и снял плащ. – Это будет один из тех семейных вечеров, что бывали у нас когда-то давно, Бэй. Мы даже можем зажечь свечи в маленькой гостиной и притвориться, что это та наша старая лачуга. – Я не хочу притворяться. И тех вечеров у нас уже никогда не будет, – Бэлфайер бросил на отца суровый взгляд и пошел дальше. – Я же говорил, мне не нужен замок, который бы «накрыл своей тенью всю округу». – Бэй… – Румпельштильцхен не отрывал взгляда от удаляющегося сына. – Бэй, я стараюсь для тебя. Ты упрекал меня когда-то, что я не выпускаю тебя никуда, но теперь видишь, ты волен идти куда тебе вздумается, и я не против! Но пожалуйста, Бэй, оставайся хоть иногда со мной. – Сейчас никто не знает, что у тебя есть сын, потому ты и не боишься отпускать меня, – Бэлфайер остановился, чтобы перевязать шарф. – Не бойся, я никому не говорил, кто я. – Но разве сейчас ты не собираешься к этой девчонке? – Румпельштильцхен зло отбросил плащ в сторону. – Девчонке? Откуда ты знаешь про Эмму? – Бэй выглядел удивленным и злым. – Ты следил за мной? – О, Бэй, – Румпельштильцхен вскинул руки и подошел ближе к сыну. – Мне не нужно следить за тобой, чтобы знать это. С тех пор, как ты пропал, я много чему научился, и все это – только чтобы найти тебя. – Я не пропал тогда, отец, – Бэй холодно посмотрел на Румпельштильцхена. – Ты отпустил меня. И то, что тебе удалось найти путь вернуть меня, этого не меняет. А теперь я пойду к Эмме. – Я вижу будущее, Бэй, – Румпельштильцхен опустил руки, – Тебе не стоит связываться с этой принцессой. Это не принесет счастья ни ей, ни тебе. – С этим я разберусь сам, – бросив на отца долгий взгляд, Бэлфайер затянул шарф и вышел из замка. Ему предстояло бы идти около трех дней, но уже через секунду он оказался у самых ворот дворца Белоснежки. Румпельштильцхен один остался у разожженного камина.

***

– Эмма, Эмма! – голос Белоснежки донесся до дочери сквозь крепкий сон. – Эмма! – Я уже иду, мамочка, – сонная, Эмма откинула одеяло и опустила ноги на мягкий ковер. Сегодня было воскресенье, никаких занятий, так зачем мама заставляет ее вставать так рано. – Эмма, вот ты где, – Белоснежка зашла в спальню дочери в необыкновенно хорошем настроении, но Эмма еще не достаточно проснулась, чтобы заметить это. – Ну же, вставай скорее. – Куда мы так торопимся, мама? – Эмма потянулась и нехотя встала на ноги. – Я хочу поспать хотя бы до обеда. – Не говори, глупостей, дочь. Ты никогда не спала так долго, – Белоснежка уже открыла шкаф и подыскивала красивое платье для дочери. – Как тебе это голубое? – Мы куда-то собираемся? – Эмма скептично оглядела платье. Снова в три раза шире нее. И снова огромная, необъятная юбка. – Нет, никуда, но у нас гости, – Белоснежка, довольная выбором, положила платье в кресло, а сама занялась волосами дочери. – И кто же у нас в гостях? – Эмма едва сдерживала зевок. – Нил. Он пришел полчаса назад. Эмма вскочила на ноги. – Нил? Здесь? Уже полчаса? Почему ты сразу меня не разбудила? – девочка забегала по комнате, не зная, за что взяться сначала. – Иди сюда, милая, – Белоснежка засмеялась, обнимая дочь. – Через десять минут ты будешь готова. Бэй сидел внизу, неловко сложив руки в замок и периодически поднимая взгляд на то и дело проходящего туда-сюда короля. Он не думал, что встретится с родителями Эммы, просто попросил позвать ее. И к чему столько внимания одному ему? .. – Как дела, Нил? – король наконец сел рядом и хлопнул Бэя по плечу. – Все хорошо, спасибо, – было немного странно слышать, а не читать по отношению к себе чужое имя, но Бэй уже достаточно привык к нему. – У вас очень красивый дворец. – Да, только большеват, по-моему, – король засмеялся. – У вас тут хотя бы люди есть, а вот у нас совсем непонятно, к чему такие масштабы, – Бэй покачал головой, но не сразу понял, что его фраза вызовет вопросы. – Ты живешь во дворце? – король Джеймс немного растерялся. – О нет, я немного другое имел ввиду, – Бэй мысленно чертыхнулся, когда же Эмма спустится. – Ты можешь приходить к нам в любое время, Нил, – Джеймс встал и, ободряюще улыбнувшись парню, пошел по своим королевским делам. – Спасибо, Ваше Величество, – Бэй проводил короля пристальным взглядом и вздохнул. Ему было совершенно неуютно во дворце. – Нил! Нил, ты пришел! – Эмма, на ходу убирая челку и кое-как подбирая под себя платье, бежала со ступеней, едва не налетела на Бэя, остановившись прямо перед ним. – Я так рада тебя видеть! – Я тоже рад тебя видеть, Эмма, – Бэй мягко обнял девочку и улыбнулся. – Спасибо за приглашение. – Пойдем, я покажу тебе дворец, – взяв Бэя за руку, Эмма потянула его к лестнице. Мало того, что им предстояло очень много важных дел, так еще и скорее хотелось уйти из-под внимательного надзора мамы. Бэй зря думал, что дворец Эммы такого же размера, что и его отца. Этот казался гораздо больше, и если замок Румпельштильцхена Бэлфайеру не хотелось исследовать, то Эмма явно хорошенько изучила свои владения. Они обошли все, что Эмма посчитала интересным, затем даже спустились в подземелье (откуда их вежливо попросила охрана), а потом оказались в зимнем саду. Снег большими хлопьями ложился на складки небесно-голубого платья Эммы, она кружилась, ловя ртом снежинки, смеясь, заставляя смеяться и Бэя. К ужину Белоснежка с трудом заставила их вернуться в большой зал. – Нил наверняка проголодался, Эмма. Из тебя вырастит плохая хозяйка, если ты оставишь своих гостей голодными, - Белоснежка с улыбкой журила дочь. – Ничего страшного, это я виноват, мы заговорились, – Бэй улыбнулся королеве и прошел к столу. Здесь царила удивительная атмосфера тепла и уюта. Ему давно не приходилось испытывать ничего подобного. – Кстати, к нам на ужин сегодня заглянул твой старый друг, Эмма, – Белоснежка посмотрела на дочь явно с намеком, чтобы та, как полагается юной хозяйке дома, представила гостей друг другу. - Пиноккио. – Пиноккио? – Эмма скривилась, но тут же прекратила, попав под недружелюбный взгляд мамы. – Да-да, я познакомлю его с Нилом. Вообще-то Эмма совершенно этого не хотела. У них с Пиноккио были свои «проблемы», как она это называла. В целом, их можно было назвать друзьями, но иногда Эмма откровенно хотела его убить. Жаль, что мама бы не одобрила. – Нил, прошу, познакомься, это Пиноккио, мой старый друг, – Эмма заметила приближающегося Пиноккио и, взяв в руку платье, поклонилась. – Пиноккио, хочу тебе представить Нила, моего друга. Пиноккио, парень лет шестнадцати, чуть выше Бэлфайера ростом, и с розовыми от мороза щеками, с удивлением оглядел нового знакомого. Сняв свою неизменную красную шапку, Пиноккио смахнул с нее снег и улыбнулся. - Приятно познакомиться, Бэ… Нил, – Пиноккио запнулся и улыбнулся. Бэй на секунду побледнел, а Эмма, занятая препирательствами с мамой насчет платья, не заметила этой маленькой заминки. – Ну что ж, пора к столу, – Белоснежка с улыбкой пригласила гостей в зал. Бэй искоса взглянул на Пиноккио, но тот уже полностью сосредоточился на ужине и новостях, которые его отец попросил передать королю и королеве. Взволнованный, Бэй прошел к столу.