Крысиные бега

Морозов явился домой только к утру. От него разило спиртным, а на лице сияла счастливая улыбка. — Максим! Наконец-то! Где ты был? — взволнованно спросила Мария, стоило ему переступить порог дома. — Господи! Ты что, пьяный?! — Мамуля! — улыбнувшись, парень обнял мать за плечи и уткнулся лицом в её волосы. — Макс, где ты был? Разве можно так делать? Маша всю ночь не спала, переживала, — вступил в диалог вышедший в коридор Шевцов-Соколов, недовольно сложив руки на груди. — Володька! — протянул Морозов и поддался в сторону отчима с объятиями. — Неожиданно, — промолвил мужчина, явно не ожидая от пасынка проявления чувств. — Что с тобой произошло, что ты так сияешь? Это как-то связано с Дженифер? — Нет. Бабы здесь не при чём, — ответил Макс, садясь на пуфик в углу и принялся расшнуровывать кеды. — Тогда, кто причём? — требовала ответа Маша. — Я тебя первый раз вижу таким пьяным. Что-то случилось? — Угу, — ответил он, кивая головой. Родители с ужасом в глазах переглянулись. Сняв, наконец, кеды, шатаясь на месте, парень надел сиреневые тапочки, которые Мария купила специально для него, однако, Максим сказал, что не станет их носить, да и вообще, не по-мужски это — носить тапочки. — Мамуль, всё хорошо. Правда, — заверил он её, обняв за плечи. — Скажи мне хотя бы, где ты был? Что случилось? Почему ты в таком виде? — снова попыталась она разузнать и на этот раз он ответил. — Я был с пацанами. — С какими ещё пацанами? Максим! — возмутилась она, глядя вслед сыну, поднимающемуся по лестнице. Он обернулся назад, и снова в его глазах промелькнула эта счастливая искра и улыбка растянулась на лице. Таким радостным родители его не видели уже достаточно давно… если видели в принципе… — С моими пацанами, — ответил он. Мария переглянулась с мужем. Фраза Макса могла означать только одно — он нашёл своих друзей. А кого же ещё он станет называть своими пацанами?! — Неужели они встретились... — шёпотом произнесла Мария.  — Я позвоню Игорю, может, Андрей рассказал им больше, — принял решение Илья и набрал номер Исаева. - Если, конечно, под словом "пацаны" Максим подразумевал именно Андрея с Ромой. — Илья, ты не представляешь, что сейчас произошло, — сходу начал повествовать бывший директор «Логоса». — Андрей пришёл домой пьяным и сказал, что был с пацанами? — предположил Шевцов, заставляя Исаева удивиться. — Откуда ты знаешь? Постой, ты хочешь сказать, что этими пацанами были Максим и Рома? — Судя по всему — да, — усмехнулся Илья. — Но, как? — не понимал Игорь. — Это ты им устроил встречу? — В том то и дело, что нет. Я же говорил, кто-то нас водит за нос… — Я совсем ничего не понимаю… — признался Исаев. — А я точно знаю вот что… Они снова объединяются. И произошло это ни рано ни поздно, именно сейчас, когда «Ингрид» снова активизировались. И объединение наших ребят чревато тем, что они могут снова оказаться втянутыми в расследование. Игорь, ты ведь понимаешь, что нельзя допустить этого? — Конечно, Илья. Я с тобой полностью согласен. И Борис Константинович считает также. Они, конечно, в прошлый раз нам сильно помогли… — Но они и потеряли… — продолжил за него Илья. — В этот раз всё должно быть по-другому. Пусть живут спокойно, они и так потеряли детство из-за них. А мы сами справимся. Игорь, нам нужно следить за тем, чтобы они ничего не узнали… Но их надеждам сбыться не суждено, ведь Максим, захотевший попить воды и вышедший из комнаты, услышал весь разговор старых товарищей и от своих друзей он скрыть его просто не мог. Зайдя в душевую, парень принял холодный душ. Необходимо протрезветь, чтобы верно понять суть услышанного, передать её ребятам и решить, что теперь им делать дальше.

***

— «Ингрид» активизировались? Он так и сказал? — уточнил Рома, грустно взглянув на друга, который вернулся спустя два часа после того, как он посадил его на такси и отправил домой. — Именно, — подтвердил Макс. — Теперь мы точно знаем, что смерть Диксона — их рук дело. Слишком много совпадений… — Вы хотите снова ввязаться в это, я вас правильно понял? — спросил Андрей, судя по решительным и в то же время задумчивым лицам одноклассников. Когда Макс позвонил и коротко сообщил, что ему срочно нужно вернуться к Роме — он без промедления сделал то, что тот велел. — Андрюх, мы ввязались уже лет так десять назад, — ответил ему Максим. — Сейчас просто вернёмся в строй. — Парни, давайте рассуждать логически. Нас это пока не коснулось, следовательно, зачем нам лезть на рожон и напоминать о себе? — А ты предлагаешь ждать, пока коснётся? Андрюх, они не забыли о нас. Не знаю, как вы, а я стабильно раз в месяц натыкаюсь взглядом на Уварова или что ещё хуже — папашу своего. Они следят за нами. — Они убили Диксона так же, как Тёму. Они сами спровоцировали нас, — произнёс Рома. — Вот именно! Спровоцировали! Им нужен повод, чтобы убить нас! — стоял на своём Андрей. — Сам-то веришь в это? — усомнился Морозов. — Какой, нахрен, повод?! Если они захотят тебя убить — им никакой повод не нужен будет. Они просто сделают своё дело и забудут о данных обещаниях. Мы живы, пока они этого хотят. Мы! Понимаете, всё дело лишь в нас. Мы им для чего-то нужны. Почему они нас не убили ни тогда, ни за эти восемь лет? Потому что молчали? Да ни хрена подобного! Проще было бы нас пристукнуть, чем следить всё это грёбанное время. Я вам говорю — мы им нужны. А вот зачем — это уже другой вопрос. И, кажется, он нас должен волновать больше всего. — А ведь ты прав, — неожиданно согласился Андрей. — Они столько лет сотнями убирали свидетелей, но при этом оставили нас. Мы им зачем-то нужны. — И Диксона они убили как Тёму, зная, что мы увидим эту связь и решим разобраться в ситуации, — продолжил Максим. — А как мы будем это делать? — Вернёмся в Россию, — в один голос ответили Рома с Андреем. — Вот! Это ловушка. Мы вернёмся, а они нас хлоп и на опыты… ну, или куда там Вульф решил. — И что нам делать? Остаться и прикинуться дурачками не вариант, — не видел решения Авдеев. — Ехать, Андрюша. Ехать. А вот там уже стараться не попасть в сети. Пусть думают, что мы у них на крючке. Но в этот раз на крючке будут они.