Крысиные бега

Частный самолёт приземлился в аэропорту Рио-Де-Жанейро. Новая страна встретила известного дизайнера синим небом над головой и ярким палящим солнцем, что было весьма кстати, но в то же время необычно после зябкого Сиэтла. Бразилия. Родина латино-американских танцев, карнавала, и горячих бразильских парней. Она всегда манила Дашу. Было в ней что-то притягательное, завораживающее. Старкова ни разу не была в этой стране, но практически всё о ней знает из сериалов, которые так любила смотреть в детстве. С тех пор прошло много лет, а незамысловатая музыка, звучащая в каждой серии, пока шли титры, всплыла из недр памяти и воспроизвелась в голове блондинки. Пока автомобиль вёз её в гостиницу, Дарья имела возможность внимательно рассмотреть город. Она улыбнулась, понимая, что между той Бразилией из телевизора, где каждая улочка казалась такой волшебной и необычной, и видом из окна, который она может лицезреть сейчас и объективно сравнить — нет никакой разницы. Это тот самый город, с той самой статуей Христа-Искупителя, и с тем самым океаном, запах которого чувствуется даже в дороге. Автомобиль за довольно короткий срок привез Дарью в отель. Номер выходил на южную сторону, с балкона которого расстилался прекрасный вид на океан. Рассматривая номер, её взгляд упал на местную чёрно-белую газету с парнем и девушкой на главной странице. Взяв газету в руки, блондинка внимательно вгляделась в лицо девушки. — Вика? — с удивлением, шёпотом произнесла она. Листая страницы одну за другой, она искала статью о них. Не просто так эти двое на главной странице. Значит, новость сенсационная и требует большой, развёрнутой статьи в центре с множеством фотографий и интервью. Так оно и было. Девушка мельком прошлась по тексту, жалея, что не знает ни португальского, ни испанского. Чтобы убедиться, что эта девушка, так похожая на её школьную подругу Вику — и есть та самая Вика, ей нужно было увидеть хотя бы её имя. И она увидела. Здесь, в статье, в отличии от обложки, где она успела заметить только имя парня — Лукас, она прочла и её имя. Виктория Кузнецова. Теперь нет сомнений, что это она. Даша в глубине души поразилась, что страна, к которой она отнеслась с такой любовью, оказывается, давно знает её потерянную подругу. Вот ведь их жизнь разбросала… А судя по всему, Вика здесь знаменитость… Но как же ей узнать подробности? — Дань, ты ведь знаешь португальский, — вспомнила она, касаясь рукой молодого человека, делившего с ней номер. Передав в его руки газету, она твёрдо сказала: — Переведи мне всё, что здесь написано. Каждое слово! Каждую букву! Не упускай ничего! Спустя полчаса девушка уже знала, что её подруга выходит замуж. Причём, не абы за кого, а за самого завидного жениха Бразилии. А дела-то у Вики пошли в гору. Конечно, Даша знала, что Кузнецова пробивная и обязательно чего-то добьётся, но чтобы за такой короткий срок и таких высот… Это действительно поражает. Отложив газету и оставив Даниэля в покое, Дарья вышла на балкон. Опираясь руками на перила, девушка не сводила взгляда с огромных волн океана. Как она давно не плавала… Последний раз это было ещё в школе, когда она встречалась с Максом. Кажется, это было перед началом десятого класса. Они тогда решили отпраздновать переход в старшие классы и отправились вдвоём на чёрное море, дикарями. Они добирались попутками, кое-где автобусами. Оба уже тогда выглядели старше, чем на пятнадцать лет, ну, а имея при себе деньги родителей, и вовсе у хозяев гостиниц не возникало вопросов по поводу их возраста. Неделя отдыха прошла прекрасно, чего не скажешь о возвращении домой. Родители были в ярости, что их малолетние дети сорвались чёрти куда, ещё и никого не предупредили. Ту поездку они запомнили навсегда… Но если Даша отделалась только причитаниями матери, что это было опасно и могло стоить им жизни, то Максу отразилось синяками по всему телу и сломанным носом. В голове появилась навязчивая идея увидеть её. А как иначе, они ведь столько лет жили в одной комнате, делились самым сокровенным… Они были лучшими подругами, практически сестрами. А сейчас живут на разных континентах, не зная ничего о жизни друг друга. Даша была уверена, что, не приехав в Рио с показом, не заселившись именно в эту гостиницу, и не увидев ту газету, она бы и не узнала о скором замужестве подруги. А между прочим, Вика тем временем сидела в кафе торгового центра и рассматривала уже готовые для отправки приглашения. Их было всего пять. И они особенные, ведь будут отправлены в Россию, ребятам, которых она когда-то считала лучшими друзьями… — Вика, — раздался мужской голос позади, заставивший её вздрогнуть и едва не пролить кофе на приглашения. Она узнала бы этот голос из тысячи… — Вадим? — ужасающе произнесла она, обернувшись назад. Он сидел за соседним столиком, полностью развернув корпус в её сторону. Что ему опять от неё нужно? Вроде бы при последней встрече она ясно дала понять, что больше не хочет с ним встречаться и ей даже показалось, что он был не против. Но разве Уварову можно верить? Приглядевшись, она не увидела в его взгляде привычной наглости. Мужчина нервно обернулся по сторонам и поправил на голове кепку, натянув ее на глаза ещё больше. Медленно до Виктории дошел тот факт, что перед ней не Вадим. — Антон, — поправила она себя. Она не была уверена, поскольку видела брата своего физрука один раз в жизни, но что-то ей подсказывало, что перед ней как раз он. Мужчина кивнул головой и, выдохнув, девушка расслабленно облокотилась на спинку стула. — Ты что, следишь за мной? — недовольно произнесла она. — Пришлось. Ты ведь мне так и не позвонила… Следит и даже не скрывает этого. Как же они похожи… А ещё он такой же настойчивый. — Это он тебя подослал? Что вам нужно? — она и вправду не понимала смысла их действий. Что за игру они ведут? Неужели нельзя просто оставить её в покое? — Вадим не знает, что я здесь. И то, что я вышел на тебя, он тоже знать не должен, потому что тогда он собственными руками меня убьет, — в полголоса объявил он, взглядом обводя людей вокруг и боясь найти кого-то знакомого. — Что? — опешила она. Встав, но не выпрямляясь в полный рост, Антон сделал два больших шага и плавно сел за её столик. Вика смотрела на него широко распахнутыми глазами, не зная, что самое шокирующее её ждёт впереди. — Ты училась в «Логосе» — заявил он, вдруг сменив тему. — Спасибо, что напомнил, — фыркнула она, перебив мужчину и сложила руки на груди. Вспоминать прошлое — это то, на что не было никакого желания. — Я знаю, что вы с друзьями в курсе того, что там происходит, — но это дополнение заставило девушку не на шутку разволноваться. Откуда он знает и почему ей кажется, что это связано с её преследованием? — Тогда, восемь лет назад, вы влезли в самое пекло, и сами того не ожидая, сорвали все их планы. После вашего выпуска около двух лет о «Ингрид» не было ни слуха, ни духа. Люди в стенах «Логоса» не гибли, в лесу все было спокойно, никаких левых машин, и абсолютная тишина в подземелье. И это странно. Как будто затишье перед бурей. И наше беспокойство вскоре себя оправдало. Вик, всё повторяется. Рот брюнетки невольно раскрылся, слушая всё, что говорит брат бывшего физрука. В голове всё перемешалось. Если это правда, то они с ребятами снова в опасности. И Вадим уж как-то быстро согласился её оставить в покое. «Ингрид» никогда не оставляла свидетелей их преступной деятельности в живых. Она и её друзья стали единственным исключением. У них был договор, который ни одна из сторон ещё не нарушила. Но зачем Антон посвящает её в эти страшные тайны? И можно ли ему верить? Вдруг он очередной «засланный казачок»? — Что именно? — ужасающе проговорила она, всё же, поддавшись интересу. — В школу вернулся Пётр Морозов, раз в месяц в подземелье доставляют какое-то оборудование, а над лесом, ровно в двенадцать ночи, каждую ночь бьет поток света. Они что-то готовят. И есть основания предполагать, что на этот раз их идея гораздо глобальнее, чем тогда. Узнав такие подробности, сыщики вновь возьмутся за старое, а «Ингрид» такие проблемы не нужны. Разве что их цель специально заманить их в ловушку, чтобы убить, ведь это идеальная причина, чтобы нарушить договор. Впрочем, им не нужен повод. Их договор держится лишь на честном слове, которому, кстати, верить не стоит. Значит, причина посвящения в подробности несколько иная. И, возможно, Антон и вовсе не на их стороне. — Зачем ты мне всё это рассказал? — спросила она. — За тем, что нас — кто пытается это остановить — очень мало. А вы с ребятами всё о них знаете и можете помочь. При этом, вам удалось практически невозможное — уйти оттуда живыми. А «Ингрид» просто так никого не отпускают. Вика, как вам это удалось? Нас. Такое греющее душу слово прозвучало из его уст. Значит, он и вправду не на их стороне. И судя по «нас» — он не один. Антон предлагает сотрудничество. Опасно. Глупо. И нелепо. Только за то, что с ним сейчас беседует, её могут убить. — За полгода до окончания школы мы приняли решение остановить расследование. Мы слишком многое к тому времени потеряли, и если бы только знали, через что придётся пройти — и вовсе бы не лезли в это дело. Мы договорились, что о их деятельности будем молчать, а они, по окончании школы, дадут нам вакцину и отпустят в большую жизнь. А не убили нас потому, что нас было много. Шесть внезапных смертей — для них слишком рискованно. Услышав ответ на такой животрепещущий вопрос, Уваров задумался. Он понимал, что не всё так просто. Либо Вика что-то недоговаривает, либо у «Ингрид» на их счёт свои планы. А тем временем они вновь дали о себе знать и Роме. И чудовищная ситуация, в которой он оказался, подтверждает слова Антона... После часового разговора с Дашей и договора о встрече, ему позвонили из Швейцарии и сообщили о смерти лучшего друга. Перезвонив бывшей однокласснице и объяснив ситуацию, Роман взял билет на ближайший рейс до Берна, где было найдено тело друга, и наспех собрав все необходимые вещи, уехал в аэропорт. Весь полёт он только и думал о том, что жизнь к нему несправедлива. Как будто специально смерть забирает его лучших друзей: сначала Тёму, теперь Диксона. Но окончательно его выбила из колеи причина смерти. — Нет! Не может быть! Нет! — кричал он, находясь в полицейском участке. — Но в крови вашего друга был найден кокаин, — вторил ему полицейский. — Диксон никогда не употреблял наркотики! Он чёртов спортсмен и всегда негативно относился к этой гадости! Он даже травку ни разу не курил! — Вы не можете быть уверенными в этом, поскольку живете в разных странах. А вот его сосед утверждает, что мистер Миллиган в последнее время стал вести разгульный образ жизни: распивал алкогольные напитки, устраивал вечеринки, что приходилось вызывать полицию, вёл беспорядочные половые связи… — Я виделся с ним две недели назад! — перебив сотрудника правоохранительных органов, Роман повысил голос. — Он был в порядке, а вы несёте какую-то чушь! — Мистер Павленко, я понимаю, вам тяжело признать смерть друга. Тем не менее, факты остаются фактами: смерть Диксона Миллигана наступила в результате передозировки наркотиков. От обиды Рома чуть не плакал. Он не сомневался, это была подстава чистой воды. Диксон и впрямь был противником запрещённых веществ и даже если допустить, что пошёл по наклонной, Миллиган не мог скатиться до такого за две недели. А когда Рома его видел — ничто не говорило в нём о наркотиках. Репутацию его друга очернили, а он ничего не может сделать. Безвыходная ситуация с чувством дежавю… Выйдя из участка, Рома достал из кармана брюк пачку сигарет и закурил. Плевать, что его могут оштрафовать, а то и вовсе забрать в участок за курение в общественном месте. Нервы были на пределе, он не знал, как быть и что делать. А внутри всё ещё скребло это знакомое с детства чувство, ведь смерть Тёмы была такой же. Один в один. Наркотики, которых стопроцентно не было. Почему ему кажется, что в этом есть какая-то связь? В той смерти они разобрались, но в чём виноват Диксон? Рома ничего не делал, чтобы давать повод «Ингрид»... Разве что был на показе Даши… Но ведь он не обещал не общаться с ребятами… Теперь он был уверен, что эта смерть как-то связана с «Ингрид». Уж слишком много совпадений. И если это и впрямь они — Рома не сомневался, они специально устроили смерть Диксона в точности, как Тёме. Они знали, что он увидит связь. Это намёк, что всё может повториться вновь. — Мистер Павленко! — он услышал сзади голос того полицейского, от разговора с которым свинтил пять минут назад, громко хлопнув дверью. Словно школьник, которого застукали в туалете с сигаретой, Рома резко развернулся назад и спрятал руки за спину. — Куда вы так быстро убежали? Если вы уверены, что ваш друг не принимал наркотиков, то в этом следует разобраться. Пройдёмте, наш сотрудник возьмёт у вас показания, потом напишете заявление. В душе появилась маленькая надежда. Призрачная, тем не менее, Рому радовала и такая. Он и впрямь думал, что дело закроют и никто разбираться не станет. По крайней мере так бы сделали в России. Здесь, видимо, другие законы. Кивнув, Рома вернулся в участок. На крыльце он оглянулся по сторонам и выбросил в урну наполовину выкуренную сигарету. — Присаживайтесь, сейчас подойдёт наш сотрудник, вы ему всё расскажете. Парень толковый, практикуется у нас всего неделю, но уже хорошо себя зарекомендовал. — Что?! — вскочив со стула, где успел так удобно присесть, Рома ошалевшим взглядом взглянул на полицейского. — Это дело станет расследовать какой-то практикант? Вы издеваетесь? Крик Ромы был слышен на всём этаже. И тот самый практикант, которому было доверено взять показания у мужчины, утверждавшего, что смерть его друга была сфальсифицирована, как раз направлялся в строну кабинета. — О, на этот счёт не переживайте, — поспешил успокоить разбушевавшегося Романа полицейский. — Поверьте моему опыту, практиканты справляются в своей работе в разы лучше офицеров, ведь они заинтересованы раскрыть дело и зачастую своим пока ещё непрофессиональным взглядом доверяются интуиции, нежели фактам. Так что, если вы считаете, что смерть Диксона Миллигана подстроена, наш парень докопается до правды. А вот, кстати, и он! Полицейский широко улыбнулся, увидев в дверях практиканта. Рома не стал оборачиваться, а лишь презрительно фыркнул и упал обратно на свой стул, демонстративно показывая своё недоброжелательное отношение. Может, офицер прав, и этот парень действительно ему поможет, однако, Рома смотрел правде в глаза. Ему никто не может. Тогда не помогли, и сейчас не помогут. Но как же он ошибался… Полицейский вышел из кабинета, по пути похлопав практиканта по плечу, и закрыл дверь с обратной стороны. Вот они и остались одни… Два давно знакомых мужчины, которые пока ещё не подозревают об этом. Практикант бегло осмотрел заявителя, насколько это было возможно, ведь тот сидел спиной, подперев голову ладонью. На вид это был типичный англичанин, скорее всего, работающий в какой-то крупной фирме. Он был одет в чёрный костюм, на ногах блестели лаковые туфли, а на левой руке из-под рукава пиджака выглядывали дорогие швейцарские часы. Парень на мгновение задержал взгляд на смутно знакомой белобрысой макушке и пошёл в обход стола. Глубоко вздохнув, он был готов. Это его первое дело. И он должен докопаться до истины, ведь по своему опыту знает это щемящее чувство, когда твоего лучшего друга обвиняют в том, чего стопроцентно быть не могло. — Здравствуйте, мне доверили вести дело Диксона Миллигана, — начал говорить он, зная, что сейчас же будет послан куда подальше. Дойдя до своего рабочего места, практикант положил папку на стол, затем снова взглянул на мужчину, на этот раз уже с более удобного ракурса. — Если у вас есть подозрения, что смерть была подстроена, я готов... Его речь внезапно оборвалась, когда мужчина поднял голову и они встретились взглядом. Конечно, Макс заметил в нём некоторую схожесть со своим школьным другом Ромой, или Ромычем, как он любил его называть. Но как же он удивился, осознав, что им и впрямь оказался Ромыч, которого теперь и язык не повернётся так назвать. — Рома? — удивлённо произнёс он, глядя в округленные от удивления глаза заявителя. Он тоже его узнал. — Макс? — так же удивился и он.