Дракон с душой человека

Не понимаю, почему все вдруг начали так интересоваться моей свадьбой?! Чуть ли не все викинги Олуха при встрече все время спрашивали «На какой день назначили?», «Подробности церемонии уже продумали?», «А дети когда будут?» От последнего вопроса я буквально подпрыгнул. Дети?! Вы что, издеваетесь? Я удивился, когда отец сам начал торопить нашу свадьбу. Но я буквально остолбенел, когда об этом же заговорил Беззубик! Кстати, в последнее время он стал как заботливая мамаша, и везде ходил за мной по пятам. В конце-концов я сдался и, посоветовавшись с Астрид, назначил свадьбу через три дня. Хотел через неделю, но Беззубик (которого, кстати, мы попытались выгнать, мол, дела семейные, но он остался), настоял на трех днях. После этого заявления все начали носиться по деревне как угорелые, готовясь к нашей свадьбе. А Астрид вела себя более чем странно, при виде меня начинала нервно хихикать и краснеть. Этого за ней не водилось. Мои странности вроде чешуи, раздражительности, и понимания драконов (кстати, я действительно понимал ВСЕХ драконов), усилились. Старая чешуя затвердела и почернела, и появилась новая, телесная и мягкая. А я медленно, но верно начинал паниковать. Зуд усилился, и я сделал себе специальную штуку, чесалку для спины, и теперь не расставался с ней, ведь постоянно просить Астрид почесать мне спину, было бы несколько… странно. А еще на спине появилось что-то левое, вроде как небольшие гребни, как у Беззубика. Да и вообще, я старался не выходить из дома, потому, что чешуя появилась еще и на лице. Пока что только на лбу, и я успешно мог скрывать ее волосами и шлемом. Уши немного видоизменились и удлинились, и на них тоже была чешуя. К счастью, я пока мог это успешно скрывать. Не хотелось тревожить отца и Астрид на пороге такого важного события. Но странные изменения были не только внешними, мои чувства как обоняние, зрение и слух усилились в несколько раз, и теперь я мог слышать дыхание отца, когда тот находился на пороге, а я в своей комнате. Мог увидеть в темноте муху, и тому подобное. Это пугало меня больше всего.

*

Вот и настал день свадьбы. Все собрались в Большом Холле, по случаю чисто прибранном и разукрашенном, и началась церемония венчания. Я плохо ее запомнил, потому что все время удерживал шлем, чтобы тот прикрывал лоб. Чешуйки уже затвердели, и чуть потемнели. После того, как я сказал «да», мы поцеловались, и начался большой пир, с развлечениями, который я запомнил исключительно по количеству закусок. Когда стемнело, полупьяные викинги начали горланить песни, причем, не попадая ни в мелодию, ни в ритм. Я чувствовал, что глаза мои слипаются, и готов был уснуть прямо на своем месте, когда вдруг резкая боль заставила меня схватиться за живот. В глазах потемнело, я свалился на пол и закашлялся. Во рту почувствовался привкус крови. А в следующую секунду мне пришлось открыть рот, чтобы не захлебнуться кровью. Она ручьями бежала из носа и рта, и подо мной на полу растеклась уже довольно большая лужица. Я словно через ватные затычки слышал, как вмиг протрезвевшие викинги бегут ко мне, как Астрид кричит… А внутри, казалось, что-то живет своей жизнью, перемещается, растет, и все это сопровождалось сильной болью. Я заметил, что шлем свалился с головы, но это уже было неважно. Наверное, я умираю, кто-то решил отравить меня на моей же свадьбе! Как смешно-то!!! Последним, что я увидел, перед тем, как отправиться в Валхаллу, было обеспокоенное лицо моей новоявленной жены… а точнее, уже вдовы.