Гость из будущего

Одноглазый эльф стоял за стенной панелью тайной двери в собственную спальню и в узкий глазок наблюдал за корчащимся на кровати телом. Потайной ход, ведущий из коридора в необжитом пока секторе крепости, Старый Лис нашел совсем недавно и совершенно случайно. Можно было подумать, судьба благоволила к нему. В душе еще клокотал гнев, но любопытство и толика сочувствия к мучившемуся сейчас на их общей кровати существу, затушили его уже до слабо тлеющих угольев. Голубой смерч сырой магии частично скрывал деформации мечущегося тела, и Йорвет ждал, когда же это чертово колдовство закончится. …Когда вихрь, наконец, опал, на постели вместо пышногрудой крутобедрой красавицы остался лежать юный полуэльфенок, слишком невзрачной наружности, чтобы его можно было принять за чистокровного, несмотря на хрупкое телосложение. Какое-то время мальчик лежал неподвижно, глядя в потолок, полной грудью дыша и отдыхая от боли. Потом приподнялся со стоном, свесил ноги с кровати. Йорвет быстрым движением привел в действие раздвижной механизм секретной панели. Муляжный кусок стены без единого звука отъехал в сторону. Мордхор не заметил его появления, предпринимая попытки встать на ноги. - И куда же это ты интересно собрался? [1] – вкрадчиво осведомился мелодичный красивый голос и тут же рявкнул, понизившись на пару октав: - Лежать! - Я тебе не собака! – рефлекторно огрызнулся мальчик и, рухнув обратно на кровать, недоуменно уставился на Йорвета. - А ты… разве ты не ушел? – щеки Мордхора ярко вспыхнули румянцем: - Ты… ты всё видел?! - Ты, – Йорвет приблизился к кровати мягкой, стелющейся словно у кота перед броском походкой. – Ты - маленький тупой неблагодарный выродок. Ты идиот! Ты думал, что устроив бабью истерику, сможешь обмануть меня? Ты, в самом деле, думал, что я тебя не узнал? - Как ты меня мог узнать? – недоуменно расширились серые глаза. - Жесты, мимика, походка – этого, по-твоему, мало? Тогда можно вспомнить твой стиль боя, умение подстраиваться под меня в бою, которое дается только совместным опытом, и беспрекословное подчинение моим приказам там, где любая самолюбивая чародейка – а самолюбивы они все поголовно – начала бы спор на пустом месте, лишь для доказательства собственной значимости. Может быть, тебе и это мало? Тогда я припомню тебе пещеры с характерными, больше ни у кого не встречающимися зеркалами связи, маленькими такими, квадратненькими и с кучей кнопочек на раме. Мордхор смотрел испуганными и виноватыми глазами. - Ты следил за мной?.. С каких пор? Что ты знаешь? - Всё! – Йорвет приблизился вплотную и навис над распластанным на постели магом. - Кроме одного: почему тем, кто отдает тебе приказы, пришелец из другого мира, нужны мои наследники, зачем они вам так нужны?! Мальчишка под яростным взглядом смутился, отвел глаза, но потом, словно приняв для себя какое-то решение, просветлел лицом. - Ну, если ты почти всё знаешь, остаток я расскажу, - он нежно скользнул взглядом по лицу одноглазого скоя’таэля, который выглядел поистине пугающем во гневе, и поймал взгляд его темного сейчас, с сильно расширенным зрачком глаза. – Только я пришел не из другого мира, а из будущего. Будущего?.. Это почти всё объясняло, добавляло недостающие штрихи к полотну почти разгаданной загадки. Йорвет сел на кровать и пихнул мальчишку рукой в бок, заставляя его потесниться; тот поспешно подвинулся. - Ну, рассказывай, - велел эльф уже почти спокойно. - Да я даже не знаю с чего начать… - Начни с детей. - Дети, да… Ну, в формировании того будущего, которое я знаю, важную роль сыграли некоторые твои потомки. Наши историки и контролеры сохранения кода генетически значимых родов знали, что у тебя было двое детей, сын и дочь. Первоначально, когда меня сюда только забросили, я обладал не всей полнотой информации, и считал, что должен, в числе прочего, найти мать твоих детей и проследить за тем, чтобы дети появились на свет. Мне сказали, что в связи с некоторыми факторами, про которые сейчас будет долго объяснять, ты можешь умереть, не оставив потомства, но позднее выяснилось,.. - мальчик сглотнул, смутился и отвёл взгляд; Йорвет, к этому времени уже окончательно успокоившийся, подбадривающее кивнул и накрыл своей ладонью его руку; Мордхор немного расслабился и продолжил: - Позднее я узнал, что меня обманывали. Кто я такой, было выяснено еще в моем раннем детстве, и всю мою жизнь меня готовили, тренировали, натаскивали… да, наверное, даже книги нужные подсовывали!.. с одной только целью, чтобы в нужный момент отправить меня в прошлое, сюда, к тебе. Без возврата. Мальчик замолчал, стылым отрешенным взглядом глядя в потолок. Губы его были искривлены горькой улыбкой. Что он видел сейчас? Свое родное время – мир, из которого пришел и в который не мог вернуться. - Рассказывай дальше, - попросил Йорвет, погладив его по руке. Мордхор встрепенулся от задумчивости и грустно усмехнулся. - А что тут еще рассказывать? Я оказался здесь. Делал, что мог, чтобы выполнить свою миссию… Искал мать твоих детей, потом узнал, что это я сам, и… сделал то, что должно, - маг нашел взгляд одноглазого эльфа и попросил: - Пожалуйста, не сердись на меня. Я видел достаточно ужасов этого времени, чтобы сделать все от меня зависящее, для того чтобы этот мир когда-нибудь стал таким, каким я его помню. - Я не сержусь, - тихо успокоил Йорвет, - не бойся. Я только никак понять не могу, ты все-таки мальчик или девочка? - Родился мальчиком, но во мне почти на треть кровь суккубов, благодаря неоднократным союзам нашего рода с Тёмными Матерями, поэтому при активации демонической акцентуации я превращаюсь в женщину. - «Активация демонической акцентуации»? – покачал головой эльф. – Это и выговорить-то… язык сломаешь! Можешь объяснить, что это такое, другими словами? - Ну, пожалуй, - Мордхор сел, но постарался это сделать так, чтобы Йорвет не убрал своей руки, лежавшей поверх его ладони. – Совмещение магии и генетики дает нам контроль над наследственными умениями родов. Ритуалы выявления акцентуации проводятся несколько раз на разных этапах взросления ребенка, и таким образом к его совершеннолетию становится ясно, наследие чьей крови доминирует. Если, например, доминирует эльфийское наследие, как у меня, то ритуал акцентуации закрепляет за носителем эльфийские черты, наклонности, таланты. Иногда у носителя оказывается два равнозначных наследия, но чаще все-таки одно является ведущим, одно – дополнительным. Дополнительным наследием можно временно подменить основное, при необходимости проведя специальный ритуал переакцентуации, но рано или поздно действие этого ритуала закончится, и доминирующая кровь вернет носителя к естественному для него от рождения состоянию. Понял? - В общих чертах, - Йорвет не был магом, но ряд уточняющих вопросов, которые можно будет задать и позднее, у него уже возник.- Так что же вы все-таки за существа? - Люди, - ответил мальчик и, испуганно покосившись на скоя’таэля, быстро добавил: - с точки зрения чистокровных нелюдей. Нелюди с точки зрения чистокровных людей, которых у нас, кстати, нет. Все расы перемешались, а вливание демонической крови сделало нас существами частично инфернальными, - Мордхор пожал плечами. – Я не знаю, как объяснить. Может быть, мы – новый этап эволюции. Старый Лис вздохнул и отпустил руку своего собеседника. Он не знал, что думать. Для него все это, по-прежнему, звучало как сказка, как сладкая утопия, которой не может быть места в реальности. Однако материальное подтверждение существования этой утопии сидело сейчас, здесь, рядом с ним. Нужно было все обдумать, привыкнуть к новому знанию, понять, что делать с ним дальше. Йорвет встал, отошел к столу, раскупорил стоявшую там бутыль вина, плеснул в два стакана и, отдав один Мордхору, пошел к окну, открывать ставни. Решил сменить тему. - Может, хоть теперь скажешь, откуда ты, на самом деле, узнал по эту цитадель Народа Ольх? – спросил эльф, усевшись на широкий каменный подоконник и вернувшись взглядом к мальчику. - Если бы она в общедоступных картах и книгах была указана, ее бы давно нашли… Мордхор, все еще выглядевший немного встревоженным, в ответ на это вопрос вдруг заулыбался. - Купил у знаменосца Дикой Охоты при встрече! Йорвет, только что решивший хлебнуть вина, поперхнулся и закашлялся. Недоверчиво уставился на мальчишку, пытаясь уверить себя, что ему не послышалось. - Не веришь? – хитро усмехнулся маг. - К сожалению, верю. Хотя сейчас мне кажется, что лучше бы ты был сумасшедшим, - отозвался эльф. – Торговать с Дикой Охотой? Как такое, вообще, может прийти в голову, не говоря уже о попытке это осуществить… Мордхор задорно хихикнул и отхлебнул вина. - А что? Они, конечно, психи ненормальные, но лучшие картографы на путях между мирами. И потом, они охотятся только на людей. Так что нам с ними делить нечего – я уже говорил, что среди нас чистокровных людей нет, как и в их собственном мире. Только решили мы людскую проблему по-разному. Они в своем мире людей вырезали под корень, что не только мерзко, но и глупо, потому что человеческая раса обладает самым высоким адаптивным потенциалом. Их не вырезать, их ассимилировать надо. Но, увы, Дикая Охота с головой поглощена своим страхом и желанием мести. - И при всем при этом у вас никаких конфликтов с ними не было? - Почему? Конечно же, были! Но быстро разрешились, стоило только коготкам Тёмных Предков потянуться к их миру. Так что у нас давно уже взаимовыгодный договор – мир, дружба, любовь. Они могут охотиться только там, где есть чистокровные люди, а мы за это не облизываемся на их мир. - Но, - Йовет нахмурился, напряженно размышляя, - ведь договор заключен в будущем, из которого ты пришел, так? Почему же они тебя здесь не тронули? - Это сложно объяснить. У междумирья свои законы. Там не существует времени, и договор, если он заключен, действует и не расторгнут, существует всегда. Так что современная Дикая Охота знает о нем не хуже всадников моего родного времени. Я, на самом деле, слабо разбираюсь в деталях взаимопроникновения разных временных континуумов и междумирья, так что деталей, наверное, не могу объяснить… - Ладно. А тебя не смущает то, что вы позволяете охотиться на разумных существ, как на дичь? - Йорвет, будет тебе, - ласково улыбнулся мальчик, - ты сам охотился на этих разумных, как на дичь, неоднократно. И потом… я говорил, наш мир не совершенен. Но мы стремимся улучшить его! А знаешь, сколько миров, запуганных Дикой Охотой, бросаются под нашу защиту, принимают нашу идеологию и путь развития? - То есть этот союз вам вдвойне выгоден? - Да, мы ведь помним собственную историю и знаем, что налеты Дикой Охоты, которые происходят сейчас и которые будут происходить еще несколько веков, сыграли не последнюю роль в том, чтобы наш мир смог измениться. - Надеюсь, Геральт из Ривии никогда этого не услышит, - пробормотал себе под нос Йорвет и, вздохнув, допил остатки вина. – Ладно. Получается, что после того, как мы расстались в Лок Муинне, ты повстречал Дикую Охоту? - Угу, скачал из базы график их передвижения на текущий год, подкараулил в нужном месте и выторговал карту и пару ключей от этого места. - Еще и ключей? А ключи-то у них откуда? Мордхор глянул удивленно, а потом хлопнул себя по лбу. - Прости, забыл, ты же этого, наверное, не знаешь. Дикая Охота – это и есть ваш Народ Ольх, эмигрировавший в другой мир от конфликтов с людьми. Хотя мы их называем просто «тёмными эльфами». - Тёмными? - Большинство тёмных эльфов [2], за некоторыми лишь подтверждающими правило исключениями, объединяет одно – восприятие человечества, как главного зла во Вселенной и стремление это зло тотально искоренить. Так что ты, мой дорогой командир, тоже в некотором роде тёмной эльф. - Я искал мирного сосуществования и равноправия… - Всегда? Йорвет промолчал. Нет, не всегда. Лишь последние годы. Он слишком устал от бесконечной войны и слишком разуверился в идеалах, за которые сражался в юности, чтобы продолжать бессмысленную резню. - Ты просто однажды понял, что прошлое вернуть невозможно, верно? – предположил Мордхор. - И стал искать другие пути. - И все-то ты обо мне знаешь! – почти возмутился скоя’таэль. - Не все, - смутился мальчик, - только то, что на уроках истории в школе учил. Ну, и еще, конечно, в академии я специализировался по твоему периоду… - И что же обо мне рассказывает ваша история? - Она называет тебя родоначальником тёмных эльфов нашего мира. - Ну, просто замечательно! – с горьковатой ноткой самоиронии восторжествовал Йорвет и резко откинулся к стене, а потом до него вдруг дошло: - Постой! Ты сказал «родоначальником»? - Да, - радостно подтвердил Мордхор. - Три с лишним века спустя твой, - чуть тише: - наш потомок по женской линии отвоюет Долину Цветов, закроет ее границы для людей, а потом еще и оттяпает приличной кусок нынешней Нильфгаардской империи. Уже полвека спустя к эльфам в нашем мире будут относиться совсем иначе, чем сейчас. И, кстати, количество их сильно возрастет… Еще полвека спустя дочь этого короля откроет первый устойчивый портал в Преисподнюю, что послужит началом необратимого поворота в истории. А еще три четверти века спустя наш потомок по мужской линии на новом уровне соединит генетику и магию, исследует наследственность детей от смешанных союзов, заложит основы ритуалов выбора и акцентуации наследия, докажет опытами пользу смешения рас. Благодаря его теориям в мою эпоху слово «чистокровный» (неважно эльф, человек, краснолюд или низушик) является оскорблением, ругательством. Что-то вроде понятия увечного или калеки. Йорвет недоверчиво покачал головой. - Такое ощущение, что мы опять в пути и сидим у костра, и ты мне рассказываешь на ночь очередную свою фантастическую сказку… - Тогда, может быть, попробуем дожить хотя бы до завоевания Долины Цветов? - Я не настолько молод, чтобы прожить еще триста лет! - рассмеялся Йорвет. - Но и не настолько стар, как хочешь казаться! - парировал Мордхор. Эльф устремил взгляд единственного глаза, сейчас отливающего травянистой зеленью, на вид из распахнутого окна, за которым чистое ночное небо уже усеяли звезды, а серп луны был спрятан за маленьким облачком. - Пожалуй, можно попробовать, - как будто бы сам себе прошептал он.