Империя соблазна.

Если вы думали, что дворец династии Кисе — это место, где в волшебном лесу живут единороги, то вы ошибались — это совершено не так. Даже, совсем наоборот. И Куроко в этом очень скоро убедился... — Ну Куроко-чи, пожалуйста! — с досадой проныл под дверью гостевой комнаты Рета, не щадя ни деревянной поверхности врат, ни своих пальцев. На дворе уже давно был вечер. Кисе, облаченный в светло-голубой костюм, в новинку этого века, не желал и слова слышать из уст своих слуг, что все как один просили его встать с холодной плитки пола. Но, как вы уже могли понять, он этого делать не собирался. Будто капризный ребенок, он сел возле двери, надул губы и уперся своим единорожьем рогом в эту проклятую всеми жителями дворца дверь. Еще и условие поставил, мол: "Встану, если только Куроко-чи меня пустит к себе". А вот Тетсуя даже и не думал исполнять каприз юного Императора Западных Земель. Мальчик переодевался и не забывал вздрагивать каждый раз, как плачущий Рета со всей своей силы стучит по вратам. — Нет, Кисе-кун, — так же спокойно проговорил он, вертясь возле зеркала и с недовольной миной поправляя ярко-желтый фрак, — я знаю, каковы твои намерения. Мое тело должно быть непорочно до свадьбы. Конечно же, сказанное голубоглазым было ложью. Его тело и так уже "осквернили". Но говорил мальчик это вовсе не для того, чтобы быстрее выйти замуж и стать принцем Западных Земель. Он просто надеялся, что совсем скоро, возможно, даже на приеме во дворец ворвется Сейджуро со своим войском, убьет Кисе и заберет Куроко домой... "Я ненавижу все семейство Акаши!" — пролетели в голове недавно сказанные им же слова. Тетсуя отшатнулся. Взглянув на себя еще раз, он с непониманием уставился на силуэт отражении. Невысокий, но видно, что взрослый парень стоит перед ним. На нем дорогая одежда, обувь. Лицо серьезное... А ведь совсем недавно, в точно такой же зеркальной глади, разве что с отличием в обивке, был виден мальчик лет пятнадцати, не более. Он бегал по огромной комнате, прыгая через двуспальную кровать, пытался скрыться от гиганта-сладкоежки, что никак не мог поймать его. Кусал за руку, брыкался... Где же тот непоседа? Неужто, вырос? Рета за стеной слегка поморщился. — Хорошо, — с болью на душе вывел вердикт он. Блондин встал с пола, отряхнулся и перед тем как отправится в наполненный гостями зал, произнес: — Я буду ждать тебя там. Пожалуйста, не задерживайся. Послышался томный вздох, шелест одежды, после — шаги. Они отдалялись и отдалялись, ритмично бив каблуком по холодной плитке и эхом отзываясь в глубину пустого и темного коридора, пока совсем не исчезли. Дверь скрепя приоткрылась, и из нее высунулся Куроко. Он так же тихонько ее прикрыл и направился в ту же сторону, куда, по идеи, только что ушел Кисе. Опустив взгляд к полу, он медленно передвигался по коридорам лишенных света, холлам и ужасающих только своим внешнем видом лестницам. С каждым его шагом музыка, доносящаяся из тронного зала, была слышна все отчетливей. Тетсуя уже было почти добрался до нужного ему помещения, как вдруг в нос ударил свежий аромат роз. Пройдя еще чуть-чуть, тело мальчика врезалось во что-то... — Эм... Простите, — произнес он, потирая лоб, — место, которым ударился. Он бы мог все так же продолжать вычищать свое лицо, будто от этого станет легче, как понял, что тот самый запах отходит именно от человека (в чем он уже не сомневался), в которого врезался. Подняв голову, он буквально умер на ровном месте... Перед голубоглазым стояла девушка, на вид лет тридцать. У нее были несвойственные для слабого пола руки и ноги, накаченности которых позавидовал бы любой атлет. Длинные белые волосы были собранны лишь золотым крабиком сзади. Они падали на широкие плечи, а там на длинное черное платье с открытой шеей. По оба бока от нее весели увесистые и очень большие золотые серьги. Но, не смотря на все "причуды" дамы, самым удивительным были глаза... Ее очи будто горели огнем, точно так же, как и у бывшего жениха парня. Была бы у этой девушки гетерохромия, Куроко вовсе ее спутал бы с Акаши! — Ничего страшного, — она как-то странно мягко улыбнулась голубоглазому, от чего на его лице появился легкий румянец... Слишком много сходств... Слишком... — Простите, мне пора! — как можно громче произнес он, чтобы у собеседницы не осталось никаких сомнений, что это так. Тетсуя быстро проскользнул мимо нее в зал и тут же был подхвачен. Как оказалось, это был Кисе. — Куроко-чи, сейчас все будут танцевать! — радостно объявил он и вывел своего возлюбленного из толпы в самый центр зала под огромною хрустальную люстру. Гости затихли, а звонко звучащие инструменты приступили к своей игре. Позже их становилось все больше и больше, пока музыка не стала напоминать что-то на подобии концерта. То же самое происходило и с людьми вокруг — появлялись новые, более смешные своими, так сказать, "свойствами". То выйдет толстый с какой- нибудь тощей дамочкой, то наоборот. Высокий — низкий, бровистый — лысый, мускулистая — соплив... Так, а вот это уже не смешно. Взгляд голубоглазого завис на силуэте той самой девушки, и, как ни странно, она тоже глядела исключительно на него. Ее пронзающий взгляд осуждал. Куроко готов был поклясться, что на руке Кисе, в том месте, где он держит его талию, уже давно должна была образоваться дырка! Но, раз за разом проверяя взглядом, он понимал, что это всего лишь паранойя. А тем временем наступила смена пар. С каждым разом, вытанцовывая в быстром темпе с различными гостями одни и те же движения, они все ближе приближались друг другу. И вот наступил тот самый момент... (Прим. Автор: Представь это полностью, детка) Аккуратно взяв девушку за талию, а она в свою очередь положила ему кисти рук на плечи, они принялись кружиться в танце. Они — это дрожащий Куроко и довольная, как кот, объевшийся сметаны, особа. — Как же Вас зовут? — решил завести беседу Куроко, по-прежнему не отпуская девушку. — Сей.. Сейка! Зовите меня Сейкой. — Мне очень приятно. Куроко Тетсуя. — Взаимно. А вы откуда родом, Тетсуя? — слегка оскалилась она, в конце выделив имя. — Знаете, я бы для начала хотел у Вас узнать одну вещь... — произнес Куроко, заметив одну очень интересную деталь. — Правда? Хах, и какую же? — У всех дам есть кадык? — Тетсуя ухмыльнулся, уже не сомневаясь в своей догадке и приблизившись к лицу партнерши, оставляя между ними сантиметров пять. — Только у особенных, — с этими словами "дама" схватила Куроко за талию одно рукой и, не стесняясь публики, подняла юбку платья и, проведя по идеально гладкой коже —результату депиляции, конечно же, добралась до резинки стринг на каченной ляжке, достала серебристый кинжал, в тот же миг бросив его в драгоценную люстру. — Бежим! — прокричала "она" и рванула к выходу из дворца. На удивление быстро выбежав из зала, они, не сбавляя темп, а только прибавляя, направились по коридорам. Их несколько раз пытались поймать стражники; от кого-то они убегали, кого-то оставляли лежащими на полу... И вот, спустя несколько мучительных минут блуда по дворцу, они все же добрались к главным воротам. Сначала Куроко было удивился — нигде не было стражи, но, когда они перешли за приделы дворца, то понял, в чем дело... А точнее, в ком. Пред ними стоял чуть ли не легион новоиспеченных воинов. Один только вопрос — откуда? — Но, ведь... — Я знакома с одним Императором, у которого сестра вышла замуж за правителя Северных Земель, — "девушка" ухмыльнулась и, притянув в очередной раз к себе парня, произнесла, не обращая на сбитое дыхание обоих абсолютно никакого внимания, вцепилась в желанные и столь любимые губы голубоволосого. А он и не стал сопротивляться, лишь стянул свободной рукой парик со своего возлюбленного, освобождая его алые пряди. — Куроко-чи, ты же обещал... — возле ворот стоял Кисе. Злой или потерявший надежду — понятно не было. За спиной небольшая кучка воинов — единственная стража, которая осталась. Тетсуя уже хотел что-то ответить, как ему легонько прикрыли рот. — Кхм- кхм... Не тебе об этом говорить, Кисе Рета, — сказал Сейджуро и в знак подтверждения своих слов, достал из бюстгальтера небольшой сложенный документ. — Признаюсь, мне об этом не было известно, но факт остается фактом, — он развернул пергамент и выставил напоказ. — Ты лично подписал с моим отцом договор о мире в течении десяти лет, так как Средиземноморье грозит стать большой угрозой со временем. Так почему же ты нарушил его? Повисла тишина. Тягучая и противная для блондина, победная — для Акаши. Он готов был расхохотаться в пустоту, но факт, что совсем рядом, держа его за руку, стоял Тетсуя, — просто не давал этого сделать. — Все с тобой ясно, Рета. Стража... — Акаши- кун. — М? — Оставь его. — Но, ведь... — Я люблю тебя, Акаши-кун! — он улыбнулся. Мальчик схватил его за рукав платья и повел в сторону войска, в сторону своей уже не ненавистной страны. В сторону, где расстилается Империя соблазна... Конец.