Другую дали ему жизнь

Бежать, куда-нибудь подальше, побыстрее. Спасать свою шкуру, не это ли самый важный из инстинктов любого животного? Только вот нестись прямо по улице, стараясь запутать преследователей, оторваться от них в каком-то закоулке - дохлый номер, учитывая, что они вооружены достаточно мощной пушкой со складной сетью. А вот спрятаться в мусорном баке, предварительно найдя и съев там пару "вкусняшек" - это прыткий енот-полоскун может себе позволить. К сожалению, злосчастные преследователи прекрасно знали, где попытается переждать попытку поимки их объект. Точнее, объекты. Какая разница, какую животину ловить, если для исследований не важен ни пол, ни возраст, ни вид. Разве что размер, где-то по колено. А уровень развития у них хоть и не одинаков, но удивительно далёк от человеческого и других разумных рас, в чём была твёрдо убеждена группа учёных-зоологов, подыскивая для своих не совсем щадящих опытов какую-нибудь зверушку-безделушку, которая в любом случае не сможет предъявить иск живодёрам-исследователям, в отличие от людей. Людям, тем более, придётся платить уйму бабла за одно только разрешение себя исследовать. А на исследовании дело не закончится... - Вот, нашёл. Сойдёт? - Выкрикнул кучке людей в жёлтых резиновых перчатках паренёк с огромными не то щипцами, не то клешнями в руках. В клешнях бился, визжал, безуспешно пытался вырваться или хотя-бы дотянутся до обидчика весь грязный, в городской пыли полосатый енот. - Ух-ты, какой милашка. Конечно, сойдёт. - С притворным умилением, через которое пробивалось отвращение, произнёс, подойдя, профессор-зоолог, возглавлявший "операцию", как это сборище студентов и свежеиспечённых "учёных", роющихся в мусорках (в поиске таких же роющихся в мусорках, но животных) называло свою низкооплачиваемую деятельность. - Так куда его? - Начал уточнять поймавший. Енот в железных объятьях его инструмента только скулил и хрипел - потихоньку задыхался. - Заразу эту-то? Я же всё объяснял. Спишь что-ль ты на технике безопасности перед практикой, а? В ящик, куда ж ещё... Паренёк медленно подошёл к достаточно большой белой машине, чем-то напоминавшую машину медицинской помощи, только вот помощи никому обладатели машины не оказывали, скорее наоборот. Человек с щипцами подошёл к машине сзади, и, стараясь держать находку как можно дальше от себя, ногой приоткрыл дверцу. В багажнике стояло множество клеток - блестящих, металлических, таких холодных и пропитанных смертью... Только вот никто этого не замечал. Никто из начавших собираться у машины людей, похоже одетых - в прочных защитных формах и перчатках, не замечал и выражения морды енота, силой зашвырнутого внутрь клетки, действительно больше смахивающей на ящик. Бедный зверёк даже уже и не пытался двинуться с места, не то, что атаковать стенки своей тюрьмы. Что ни говори, электро-решётка славно выполняла своё дело. А глаза его были наполнены безысходностью и болью. Такие живые, такие страдающие. Всем на это было до лампочки. Дверь машины с оглушительным шумом захлопнулась, заставив огорошенного зверька отпрыгнуть в дальний угол временного пристанища, поджимая хвост от унижения. Где-то приглушённо хлопнула другая дверь, всё вокруг закачалось от веса заходящих внутрь людей - всего человек десять от силы. Опять что-то хлопнуло, щёлкнуло, пол ощутимо задрожал, автомобиль фыркнул, дрогнул и поехал, увозя своего маленького пленника в неизвестном направлении.