Другую дали ему жизнь

Он просто сидел, и бил в стену кулаком. Иногда хотелось биться головой, но та и так разрывалась от невыносимой боли. К своему удивлению, он уже заметил, что после первой операции, той самой, неделю назад, его болевой порог повысился, и переносимость разных химикатов, которыми его постоянно пичкали, тоже увеличилась (насколько же ему было бы больно, без подъёма порога?). А, главное, в нём проснулся разум. Самый настоящий. Все действия стали осознанными, без участия инстинктов. На это потребовалась неделя и целый комок нервов (ещё точно такой же комок потребовался на осознание перемен). Конечно, если тебе всю неделю делают практически одинаковые операции, со сроком на реабилитацию в 1-2 дня, нервы и терпение будут тратиться с удивительной, непревзойдённой быстротой. Хотя терпение уже истекло в первые дни, когда его поймали и посадили в эту ловушку. Больничная палата, блин... Вот как дадут мне голос, задолбаю всех к чертям! Из него сформировали что-то другое, поразительно отличающееся от того, что вытащили из мусорного бака неделю, может, чуть больше, назад. Теперь он уже не был простым енотом, и точно это осознавал. Остальные тоже это понимали, скорее, знали, хотя енот старался напрямую уровень своего нынешнего развития не показывать. Мало ли, недооценят его, можно попытаться сбежать будет... - Так, тебя - на очередную операцию... Что из тебя там вообще лепят? - Процедил небрежного вида парнишка, тихо открывший дверь и долбанув ничего не ожидавшего зверька электро-шоком. Затем он подцепил енота сачком с металлической сетью и взвалил себе на плечо. Дело в том, что пару дней назад енот, когда его хватали щипцами - тащить в операционную, изловчился, проделал в руке человека нехилую рану, в результате чего и щипцы, и енот грохнулись на пол. Щипцы с того момента восстановлению не подлежали, а еноту досталось - пару раз палкой, электро-шок, в клетку и дальше - на безжалостные исследования.

***

- Ну, здравствуй, дружок. Сегодня у нас некий юбилей - твоя пятая операция, и, уж поверь мне, она будет особенной. - Услышал зверёк, очнувшись. Опять белые стены, инструменты, люди в масках и перчатках. И опять этот - старый, седой, противный, руку бы ему оттяпал, если мог! Гордо называет себя врачом, зоологом, ветеринаром, а уважения ни на юнит! Енот фыркнул. Достал. - Ну же, не фырчи, - Притворно спокойно, сладко протянул хирург. Вот что меня бесит, это когда обращаются снисходительно. Всего изломали, издеваются ещё... По-моему, этот старикашка меня всё-таки недооценивает. - Лучше надень маску. Знаешь же, что если подкожно, то будет больно. Я уверен, что мои предыдущие операции удались, можешь не притворяться бестолковым. Только на этих словах енот заметил, что зафиксирован не как обычно - на спине, на наклонной поверхности, а в этот раз кушетка в прямом положении, сам он - на брюхе. От неожиданности сложившейся ситуации аж дёрнулся, но всё тело, включая хвост, были плотно закреплены. А в фиксацию встроены провода, ненавистное электричество... На зверька насильно натянули маску. В глазах пробежала искра ярости. Нет, ну... Твари, ругательств на вас не хватит. Зачем дали мне эту возможность, эти мысли? Чтоб я мучился от них? От осознания того, что я всю жизнь был каким-то отбросом, как вылинявший клочок шерсти? Не просил же... Одна секунда, пара нежеланных вдохов - и свет в глазах померк.