Любовь, как смысл жизни

POV Роза - Знаешь, Дмитрий, возможно, тебе покажется странным услышать это именно от меня, но я рада за тебя, вы с Хеллой – красивая пара, и я от всей души желаю вам только счастья. Если той женщиной, что смогла заставить тебя вновь радоваться жизни, стала она, пусть будет так, - тихо, чтобы услышал только мой любимый мужчина, проговорила я, когда мы с дампиром поднимались по ступеням огромного здания аэропорта La Guardia, с которого взмоет в небеса самолет авиакомпании American Airlines, что понесет нас в Биллингс, а уже оттуда на машине по извилистым дорогам Монтаны мы отправимся прямиком в Академию Святого Владимира, где Беликов, как и раньше, работает стражем. Мне было больно, даже, произносить эти слова, но в то же время я говорила искренне, от чистого сердца, я настолько сильно люблю Дмитрия, что готова смириться с чем угодно, если это принесет благо моему обожаемому дампиру, хочешь быть стражем родственницы королевы Татьяны, мой дорогой, улететь с ней в Норвегию, поступай, как считаешь нужным, главное живи полноценной жизнью, улыбайся, радуйся солнцу и новому дню, я не могу подарить тебе счастье, но вот Хелла, видимо, все – таки может, так будь счастлив с ней, зная, что у тебя все хорошо, любимый, я порадуюсь хоть за тебя, ведь моя собственная жизнь радовать меня и не собирается. - Мы с Хеллой априори не можем быть парой, - также тихо начал говорить дампир, неся в одной руке чемодан с моими вещами, я, конечно, в состоянии и сама донести свои вещи, но страж, даже, слушать не стал моих слабых возражений, в чем – то Дмитрий всегда остается самим собой, самым лучшим мужчиной на всей земле, жаль только, что уже не моим, - Хелла – жена Ивана и мать их сына, а уже два с лишним года она – вдова моего единственного трагически погибшего друга. Глупо уже думать подобные вещи, не то, что произносить их в слух, - закончил свою фразу Беликов с едва ощутимыми нотками легкой досады в спокойном ровном голосе, пропуская меня вперед в широченные стеклянные двери здания аэропорта. Сказанное моим любимым мужчиной поразило меня до самой глубины души, да, Роуз, у тебя просто талант попадать в нелепейшие ситуации, притом именно перед Дмитрием, ну разве же я могла знать, что Хелла – вдова погибшего друга моего любимого дампира, Ивана Зеклоса, нет, да и со стороны наблюдая за их тесным общение, в голову приходили несколько иные мысли и ощущения, ну вот, хотела, как лучше, а получилось, как всегда, только настроение испортила стражу. - Прости, просто со стороны мне показалось по – другому, - практически прошептала я, когда мы с мужчиной лавировали между множеством людей с самыми разными сумками и чемоданами всех цветов и моделей, торопливо снующих туда – сюда по залу, страж направлялся куда – то конкретно, и я, не отставая, следовала за ним по пятам. Верно говорят, что жизнь идет по кругу, а колесо судьбы все время вращается, некоторые вещи имеют свойство, возвращаться на круги своя, а вот другие, к большому огорчению людей, нет, когда – то, чуть больше года назад, я приземлилась именно в этом аэропорту Нью - Йорка, а теперь и улетать обратно, возвращаясь в сообщество живых вампиров, мой родной мир, буду из него же, вот бы каким – нибудь чудесным образом вернуть обратно и чувства Беликова ко мне, чтобы вновь почувствовать любовь и ласку моего любимого мужчины, но это невозможно, нужно смириться с тем, что есть, надеюсь, со временем у меня это получится, пока что же, никак. - Иногда вещи совсем не такие, какими могут казаться на первый взгляд, и ты знаешь это не хуже меня, Роза. Я знаком с Хеллой много лет, она - мой родной и близкий человек, часть моей семьи, а ее сынок Алекс – мой крестник, - спустя несколько минут, когда я уже перестала надеяться на ответ дампира, я его получила, и где – то глубоко в душе мне стало немного легче, знаю ведь, глупо, если не эта зеленоглазая моройка, так рядом с Дмитрием будет другая женщина, какая разница кто, если это буду уже не я, однако сейчас мрачное настроение, в котором я пребывала, немного улучшилось, и, даже, мир вокруг, казалось, стал чуточку светлее. - У супруги Ивана, - язык не повернулся назвать моройку его вдовой, какой она и являлась на самом деле, - такое странное имя, никогда такого не слышала, - снова заговорила с моим любимым мужчиной я, когда мы уже поднялись на второй этаж и направились в сторону многочисленных касс, в которых продавали билеты на всевозможные направления, и стояли довольно приличные очереди. - Оно вовсе не странное, Роза, просто имеет в своем происхождении скандинавские корни. Мать Хеллы, как ты уже поняла, младшая сестра Ее Величества королевы Татьяны Ивашковой, - воспитанный Дмитрий, как всегда, не поленился назвать эту высокомерную стерву - королеву согласно ее титулу, бери пример и учись относиться к людям нейтрально, Роуз, в дальнейшей жизни пригодится, - а ее отец родом из Норвегии, именно он решил так назвать свою дочь, - начал негромко рассказывать мой любимый дампир уже совершенно нормальным тоном без признаков малейшего раздражения. - Хель или Хелла в германо – скандинавской мифологии – это богиня смерти, повелительница мира мертвых Хельхейма, к ней попадают те, кто умер от болезни или погиб в результате несчастного случая, она - честная и справедливая богиня, совершенно не жестокая, но при этом не признающая лжи, не позволяющая никому скрыться от истины. Хелле подходит ее редкое имя, она - очень хороший светлый человек, мудрая и понимающая женщина, пользовательница Духа, настоящая волшебница и целительница, видящая душу человека насквозь, и, притом, несомненно красивая девушка, что также накладывает свой отпечаток в общении с ней, может поэтому тебе и показалось, что мы с женщиной моего покойного друга можем быть друг другу кем – то больше, чем родные люди, - закончил свой маленький рассказ страж, как раз в тот момент, когда мы подошли к нужной кассе, мужчина остался стоять с моим чемоданом, который он поставил на пол, немного в стороне, а я, достав из замшевой сумки – клатча моего любимого черного цвета паспорт и кошелек, встала в длинную очередь. Честно говоря, у меня в голове не укладывалось, как можно было назвать своего ребенка в честь богини смерти, мне этого ну никак не понять, но, как говорится, каждому свое, и, похоже, саму обладательницу этого имени, Хеллу, сей факт нисколько не расстраивал, но зато слова Беликова многое для меня прояснили, вот каким именно образом моройка смогла узнать о моих чувствах к Дмитрию, прочитала по ауре, вот так просто, она ведь не была сильно пьяна, может быть, лишь слегка, вот и просмотрела мою ауру и выяснила все, что хотела. «В сердце Димы тебе места уже нет, и чем быстрее ты сможешь его забыть, тем лучше же для тебя самой», снова пронеслась в моем сознании фраза, сказанная племянницей королевы Татьяны, это ты прочитала уже по ауре Дмитрия, Хелла, и решила незамедлительно мне сообщить, чтобы я не тешила себя напрасными иллюзиями, наверное, я должна сказать тебе спасибо за открытую мне истину, да только я и так ее знала, страж сам не постеснялся мне об этом сказать, хотя для меня было бы лучше, если бы обманул, тогда я бы могла продолжать надеяться на возможность восстановления наших отношений, а так мой любимый мужчина собственными руками погасил огонек надежды в моей душе, оставив там лишь серый пепел тоски. - Юрий, - нейтральным, не показывающим ни одной эмоции своего хозяина голосом с неизменной «маской стража» на лице с правильными чертами произнес Дмитрий, кивнув в сторону высокого дампира, чуть ниже самого Беликова, лет тридцати с темными волосами и серо - голубыми глазами, когда я купила билет на рейс в Биллингс, что будет через полтора часа, и к нам подошли двое стражей, что были с моим любимым мужчиной в ту ночь, когда мы нежданно – негаданно встретились с ним на улице Нью – Йорка, на что представленный мне дампир лишь вежливо кивнул. - Макс, - легким движением руки, указав на своего ровесника с каштановыми волосами и светло – карими глазами, приветливо улыбнувшегося мне, сказал Беликов, таким привычным для меня движением своих длинных изящных пальцев заправив выпавшую из короткого хвоста прядь темных шелковистых волос обратно, родись ты человеком, мой дорогой, играл бы на фортепиано, а не убивал не – мертвых монстров без души, стригоев. - Познакомьтесь, это Роуз, она полетит с нами в Академию, а оттуда уже в Королевский Двор, - легким кивком головы страж указал на меня, представив и меня саму двум только что представленным мне мужчинам, притом, назвав меня не «Роза», как всегда обращался сам, а именно «Роуз», как называло мое остальное окружение, за что я сейчас была ему благодарна, так меня может звать один лишь Дмитрий, и мне не хотелось бы, чтобы посторонние мне стражи использовали эту русскую, такую милое моему сердцу интерпретацию моего имени, для них и всех остальных я «Роуз». - Рад с тобой познакомиться, Роуз, - улыбаясь уже шире и пробегая хитрым оценивающим взглядом чуть прищуренных светло – карих глаз по моему лицу и телу, заговорил Макс, я дампиру определенно понравилась, как женщина, и он вовсе не собирался этого скрывать, в то время, как его коллега не обратил на меня ни малейшего внимания, - в оставшиеся полтора часа до отлета предлагаю всем зайти куда – нибудь и перекусить, не знаю, как вы, а лично я еще не завтракал, - с довольной улыбкой договорил страж, уже на первый взгляд было видно, что он разительно отличался от Дмитрия и Юрия своей открытостью, общительностью и жизнерадостностью. Может это и есть плохо, но сейчас я была не в том эмоциональном состоянии, чтобы это оценить, когда у меня хорошее настроение, я и сама бываю весьма общительной и могу подолгу разговаривать и смеяться с людьми, которые мне приятны, таким человеком для меня всегда была Лисса, моя лучшая подруга, скоро мы с тобой увидимся, моя любимая принцесса, как же я соскучилась по тебе, очень надеюсь, ты простила свою непутевую подругу и на меня не сердишься, но в данный момент отличное настроение мне только снилось, а еще начала болеть голова от долгого отсутствия сна, королева – бессонница не забывала меня посещать, и хотелось мне в эту минуту лишь одного, положить голову на плечо Дмитрию и подремать, но это в жизни было к несчастью не осуществимо, и потому приходилось довольствоваться тем, что есть. - Хорошая идея, Макс, почему бы и нет, - спокойным безэмоциональным тоном с точно таким же акцентом, как и у Дмитрия, произнес Юрий, значит, страж тоже родом из России, как и мой любимый мужчина, который лишь кивнул на это предложение, после чего мы все направились в кафе, расположенное прямо в очень светлом и просторном здании аэропорта. - Кофе, черный без сахара, - продиктовала я свой заказ официантке, примерно моей ровеснице со светлым каре до плеч, после того, как мы расположились за одним из столиков в кафе, накрытым светло – зеленой шелковистой скатертью, мужчины уже заказали, что хотели, правда, похоже, аппетит был только лишь у Макса, который и предложил сходить перекусить, выбравшего горячее блюдо и какой – то салат, поскольку, как Дмитрий, так и Юрий решили ограничиться чашкой кофе, что собиралась, сделать и я, есть не хотелось совершенно, болела голова, и той вещью, что мое тело желало в данный момент, был сон. - Принесите девушке к кофе какое – нибудь пирожное или что – то другое из сладкого, что у вас хорошо готовят, - неожиданно для меня сказал мой любимый мужчина, чем, если быть откровенной, немало удивил. - А может, я не хочу ничего сладкого? – как только девушка, оставившая на столе меню, отошла, тихо произнесла я, повернувшись к Беликову, сидящему на соседним с моим стуле, сейчас мое обоняние отчетливо улавливало такой знакомый запах лосьона после бритья, что мужчина не сменил, мне нравилось его ощущать, и я в тайне наслаждалась этим кратким временем рядом с моим обожаемым дампиром. - Сладкое необходимо для нервной системы, оно помогает поддерживать ее в порядке, может, ты и не хочешь, Роза, но нужно съесть, - практически шепотом проговорил страж, глядя мне прямо в лицо, темные глаза не показывали ни одной эмоции своего хозяина, лишь спокойствие, но где – то очень глубоко в душе мне была приятна пусть и такая мимолетная забота дампира обо мне и моем психологическом здоровье, хоть стало и немного обидно, Дмитрий что считает меня психопаткой, раз советует покушать сладенького. - Это такой тонкий намек, что я истеричка, да, - как – то невесело усмехнувшись, проговорила я, отводя взгляд от моего любимого мужчины и опуская его на свои руки с идеальным французским маникюром, скоро его не будет, работа стража не располагает к ухоженным рукам и длинным ногтям. А что, если так подумать, то я и есть самая настоящая истеричка, потихоньку сходящая с ума от пагубного влияния Тьмы на психику, собственные светлые положительные эмоции ее отгоняют, а вот отрицательные, какими с лихвой наполнена моя жизнь, словно глубокая полноводная русская река Обь, где слышен тихий какой – то, даже, мрачный плеск темной воды из моих давних кошмаров, обрывков прошлого, наоборот притягивают, притом с неимоверной силой, подпитываясь энергией первородного хаоса, что в последствии выплескивается вот в таких вот эмоциональных срывах, что произошел сегодняшней ночью, когда хочется наносить себе порезы, лишь бы заглушить душевную боль физической, так что, ты прав, мой дорогой, я – чистой воды психопатка. - Я этого не говорил и никогда не скажу, - спустя несколько секунд, расслышала я негромкий ответ моего любимого мужчины, так и не отрывая взора от своих рук, лежащих на коленях, пальцы которых я переплела друг с другом, не скажешь из - за присущих тебе вежливости и неизменной воспитанности, да, любимый, ну, и на том спасибо. Я нисколько не волновалась, что меня услышат сидящие с нами за одним столом двое дампиров, поскольку Макс в это время разговаривал с кем – то по мобильному, иногда смеясь, видимо, собеседник, да и сама беседа были ему приятны, а Юрий ничего не выражающим взором внимательных серо – голубых глаз скользил по пространству помещения, не останавливаясь ни на чем конкретном. Вообще, Юрий напоминал мне Дмитрия, нет не чертами лица, цветом глаз или волос, в этом никакой схожести не было, и, даже, не русским акцентом, общее было другое, первое впечатление, которое страж производил на людей, холодный, полностью закрытый, немного отстраненный, но при этом спокойный и вежливый, таким два года назад я увидела моего любимого мужчину, таким он был для меня и сейчас, уже не могу воспринимать и интерпретировать чувства и мысли дампира, слишком далеким и чужим, ты стал для меня, мой, дорогой, но при этом остался столь же горячо любимым мной, как и раньше. Официантка принесла заказ, и Макс, прекратив болтать по телефону, похоже, он любитель не только поговорить, но и пообщаться поближе с противоположным полом, почему – то у меня сложилось о нем такое мнение, хотя, может, и ошибаюсь, стал пробовать готовку этого заведения общепита, а я, чисто из уважения к Дмитрию, прислушавшись к его совету, взяла чайную ложку и отломила ей маленький кусочек полосатого пирожного с настоящей вишней сверху, что мне подали, десерт оказался действительно вкусным, и я легко его съела, запивая маленькими глотками обжигающего напитка из кофейных зерен. - А сам что ничего не ешь, Дмитрий? – не смогла удержаться я от вопроса, когда поставила пустую кружку из под кофе рядом с таким же пустым блюдом из под пирожного, названия какого я не знала, я вспомнила, что и на Дне Рождении Хеллы, мой любимый мужчина отказался что – либо есть, прекрасно знаю, не мое дело, но все мое существо, любящее стража больше собственной жизни, заставляло меня переживать о нем, хоть и повода то серьезного для этого не было, но все – таки. - Сейчас нет желания есть, - ровным не колеблющимся голосом произнес дампир, делая очередной глоток кофе, - как нет и желания жить, - практически беззвучно одними губами проговорил мой любимый мужчина на своем родном русском языке, просто каким – то чудом я смогла это понять, и смысл его фразы заставил меня вздрогнуть и широко распахнуть глаза, Господи, как же горько слышать такие слова от самого близкого и родного человека на всем белом свете, они разрывают душу на части, причиняют нестерпимую боль любящему сердцу своей обреченностью и какой – то фатальностью что – ли. - Через полчаса или чуть больше я вернусь, - поднимаясь со стула, как ни в чем не бывало своим мягким низким голосом с легким русским акцентом сказал Беликов, он ведь не знает, что теперь его родной язык мне знаком и понятен, а будь иначе, не стал бы страж договаривать ужасный конец своей, казалось бы, такой незначительной фразы, и я никогда бы не узнала этой страшной лично для меня истины. Куда именно направился Дмитрий, я не знала, а он не собирался меня в это посвящать, но как только мой любимый мужчина вышел из – за стола и покинул выполненное в персиковых тонах с бардовыми шторами помещение кафе, Юрий тоже поднялся и подошел к большому панорамному окну, через какое можно было наблюдать восход солнца, что своим огненно – алым цветом окрашивало небо во всевозможные оттенка золота и багрянца, превращая его в красочную иллюстрацию к книге со счастливым концом. Вот только где искать эту волшебную книгу, в какой библиотеке мира она спрятана, чтобы вписать в нее наши с Беликовым имена, и, словно сказочные принц с принцессой, пройти, взявшись за руки по дороге усыпанной лепестками роз и обрести счастье, гармонию, воплотить мечту в реальность, напрочь стереть прошлое белым мелом судьбы, не существует такой книги, мой любимый мужчина, не в силах отпустить мрачные воспоминания, стремится в объятия смерти, а я не могу научиться жить без его любви, вот так выглядит наша невеселая история в реальности. Есть фильм или книга, точно не знаю, под названием «Ешь, молись, люби», не раз слышала это слегка необычное и незатейливое словосочетание, вот и в данную минуту, глядя на нашу временную компанию, можно снять голливудское кино в жанре черный юмор с аналогичным названием, аппетит к еде, как и к самой жизни, похоже, есть у одного лишь Макса, в Бога верит Дмитрий, всегда по – настоящему верил, посещал церковь, несколько часов назад принял подаренный Хеллой серебряный крест с распятием на длинной цепочке, а люблю здесь я, так сильно люблю, что дышать больно, видя равнодушие самого дорогого человека на всей земле, про Юрия ничего утверждать не стану, он для меня полнейшая загадка, какой был при нашем знакомстве и мой любимый мужчина. - Роуз, ты меня совсем не слушаешь, я с тобой разговариваю или с кем, - сквозь плотную пелену собственных мыслей и переживаний донеслась до меня фраза Макса с прозвучавшим в ней легким раздражением, видимо, дампир мне что – то говорил, а я прослушала, что, если быть честной, меня не особо расстроило, своих нерешенных проблем вагон и маленькая тележка, как – то не до него. - Извини, - слегка прохладно ответила я и поднялась на ноги, - пойду куплю сигарет, - в данную секунду я чувствовала себя относительно спокойно, и курить мне не хотелось, но потом, наверняка, никотин еще не раз будет выручать меня в стрессовых ситуациях, да и общество Макса стало немного напрягать. - Такая красивая вредная стервочка, мне нравится, - проговорил все тот же Макс, когда после покупки сигарет, в соседнем магазине спиртных напитков и табачной продукции с совершенно не запоминающимся мне названием, мы с ним и с Юрием, который сказал, что Дмитрий сам нас найдет, шли по аэропорту, лавируя между людьми, куртку с лисьим воротником я перекинула через локоть, а свой чемодан катила за собой за ручку. Я не стала ничего отвечать на этот своеобразный комплимент стража, просто не посчитала нужным, собственно говоря, какая разница, кем меня считает Макс, стервой или милейшей девушкой, единственный мужчина, чье мнение для меня важно, это Дмитрий, и вот как раз таки для него у меня нет ни малейшего желания быть выше упомянутой стервой, наоборот, рядом с моим любимым дампиром мне всегда хотелось превратиться в ласковую кошечку, мурлыкающую свою песню любви на руках своего заботливого хозяина, повелителя мыслей и дум, что все без остатка посвящены ему одному, моему мужчине, моему персональному Богу, моему личному солнцу, одно лишь его слово стоит для меня целого мира, а мое сердце бьется только для него одного. Юрий, сидящий в соседнем со мной кресле, что длинными ровными рядами, обитые темно – синей тканью, тянулись в зале ожидания, и неторопливо доведенными до автоматизма движениями пальцев методично перебирающий черные матовые бусины четок с крупным крестом из светлого металла, похоже, серебра, и параллельно с этим занятием сканирующий пространство вокруг нас неизменно внимательным, как и у всех стражей, взглядом с оттенком некой задумчивости мне совершенно не мешал, чего я, к моему же огорчению, не могла сказать о Максе. Вот уже полчаса мне приходилось «наслаждаться» рассказом шатена о его прошлом отпуске, который он вместе с несколькими знакомыми мужчинами и девушками проводил в Египте, дампирам в отличии от мороев не вредит ультрафиолет, и мы можем находиться под теплыми и ласковыми солнечными лучами сколько угодно, вот только многие стражи, такие, как моя мать или Дмитрий, по – настоящему преданные живым вампирам, живущие ради их безопасности и благополучия, не берут отпусков и выходных, но Макс явно не относился к их числу. Я абсолютно ничего не имею против страны пирамид, вечного лета, белоснежного песка и жаркого солнышка, сама с превеликим удовольствием полетела бы туда отдохнуть с моим любимым мужчиной, в реальной жизни этого не предвидится, но помечтать то мне никто не может запретить, мы с Дмитрием загорали бы на пляже, страж бы втирал своими сильными, но такими нежными руками мне в спинку средство с защитой от излишнего ультрафиолета, мы бы купались в соленом море, что меняет свой цвет от прозрачно – голубого до темно бирюзового, плавали и смеялись, пробовали бы местную кухню, гуляли по историческим улочкам города, а потом бы падали в постель и занимались любовью, именно любовью, а не сексом, потому что каждое, даже, самое легкое прикосновение дорогого человека дышит самим счастьем в своем чистом первородном виде, хорошо не только телу, светло и радостно на душе, красивые иллюзии с легким, едва различимым привкусом горечи только вы у меня остались, мой любимый отказался от меня, а я его так сильно люблю, что хочется наплевать на всех этих людей вокруг, просто подойти и обнять, но, боюсь, Беликов этого не поймет. А вот слушать, как именно отдыхал Макс, и что конкретно он делал и куда ходил, у меня не было ни малейшего желания, а раздражение все больше и больше поднималось во мне темной волной, грозящей обрушиться на голову нежеланного повествователя не самыми лестными словами, а, говоря прямо, хотелось послать мужчину куда подальше, поскольку несколько моих предыдущих вполне вежливых просьб избавить меня от своих «интереснейших» историй дампир самым наглым образом проигнорировал. - Макс, - прервала я стража на полуслове, решив высказать на несколько ином языке свое скромное желание избавиться от его компании, или хотя бы, чтобы он, наконец – то, замолчал и перестал еще больше провоцировать мою головную боль, что стремительно разгоралась, словно сильнейший пожар, поглощая всю меня целиком в свое болезненно обжигающее пламя, в какое мой непонятливый собеседник лишь усердно подбрасывал дрова. - Неужели ты настолько слеп, что не видишь, твое общество только раздражает девушку, а вовсе, к твоему несчастью, не наоборот, - ровным холодным тоном с моим любимым русским акцентом произнес внезапно оказавшийся за нашими спинами Беликов, я не услышала приближения моего обожаемого дампира и неосознанно вздрогнула от такого знакомого звука его голоса, повернувшись к нему лицом. - Тебе то какая разница, Беликов, если у тебя какие – то проблемы, будь так добр, не лезть к другим, - вставая на ноги и также разворачиваясь лицом к моему любимому мужчине, на повышенных тонах проговорил Макс с отчетливыми нотками недовольства в голосе и, я бы, даже, сказала, с некой долей агрессии, видать, мужчины между собой не особо хорошо ладят, просто держат нейтралитет. - Не дай, Господи, тебе моих проблем, Макс, - как – то устало усмехнувшись без малейшей капли злости, но с осязаемой горечью в каждом слове, совершенно спокойно сказал Дмитрий, это вышеупомянутого Макса трогает сложившаяся ситуация, а моему бывшему мужчине абсолютно все равно, ему, вообще, на все окружающее его по большому счету, так сказать, фиолетово, нет и желания жить, такой вердикт ты вынес для себя, мой дорогой. Мой неудачливый собеседник собирался что – то ответить, но ему помешал женский голос, раздавшийся из динамиков по аэропорту, объявивший о начале посадки на наш рейс, и Юрий, который все это время оставался совершенно безучастным к происходящему вокруг него, убрал четки в карман короткой кожаной куртки черного цвета и поднялся со своего места, собираясь идти. - Давай понесу твой чемодан, Роза, - не спросив, а именно утвердив, проговорил Дмитрий, сделав несколько шагов в мою сторону и безо всякого моего разрешения опустив выдвижную ручку моего ценного багажа, легко оторвав его от земли. Идя следом за моим обожаемым дампиром и Юрием, что шел с ним в одну ногу, я могла видеть на Дмитрии длинный кожаный плащ неизменно черного цвета, ты купил новый пыльник, мой дорогой, вот зачем ты уходил на полчаса, таким ты и останешься в моей памяти, высоким привлекательным мужчиной с правильными чертами лица, темными шелковистыми волосами, собранными в короткий хвост, и смотрящими прямо в душу темно – карими глазами, таким я буду помнить тебя, любимый, до последнего вздоха. - Твоя женщина? – негромко произнес Юрий на русском, обращаясь к Беликову и имея в виду естественно меня, благо, не глупая, догадалась, все – таки, иногда оказывается очень полезно знать не только свой родной язык. - В прошлом, - аналогично тихим голосом отозвался мой любимый мужчина, продолжая идти к месту регистрации, больно, мой дорогой, очень больно, я – твое позабытое прошлое, а ты – мое незабываемое настоящее, вот только будущего у моего сердца и души уже нет, дальше будет жить лишь мое тело. - Похоже, она сама так не считает, я вижу, как дампирка на тебя смотрит, иногда я все еще скучаю по таким взглядам, - уже почти едва различимым шепотом, спустя несколько долгих мгновений, дал свой ответ Юрий, а он и правда похож на Дмитрия, такой же проницательный, в отличии от болтливого и пустоголового Макса, что с недовольным лицом шел рядом со мной, не понимая ни слова из того, о чем сейчас говорили стражи. Скорее всего, соотечественник моего любимого мужчины скучает по какой – то женщине, с которой они, наверное, расстались, а ты, Дмитрий, даже, не вспоминаешь обо мне, тебе все равно, а я так соскучилась по тебе, по твоим глазам, по твоим словам, по твоему запаху, по твоему голосу, слышать его для меня рай на земле, но очень скоро ты улетишь с Хеллой в далекую Норвегию и лишишь меня моей последней радости в жизни, но я на тебя не злюсь, мой дорогой, самый родной на этой земле человек, люблю и все прощаю, абсолютно все. - А может мы с тобой… - дыхнув на меня новой порцией перегара, смешивающегося с отвратительнейшим запахом пота и до ужаса противным «ароматом» какой – то дешевой, но страшно вонючей, уж простите за не цивильное слово, другое подобрать не в состоянии, туалетной воды, слегка заговариваясь от большого количества выпитого им спиртного, проговорил мой сосед по полету, врагу такого не пожелаю, слегка полноватый, уже немного лысеющий и в стельку пьяный мужчина лет тридцати пяти. - Мы с вами ничего не можем, - поднимаясь на ноги, когда самолет уже взлетел и набрал высоту, достаточно громко и резко сказала я, что некоторые пассажиры повернули головы в нашу сторону, им то что, это же не они будут задыхаться все семь часов полета до Биллингса. Делая глубокие вдохи и выдохи, я пыталась побороть противную тошноту, что комом стояла в горле, мое обостренное дампирское обоняние просто не выдерживало той адской смеси запахов, что источал мой сосед, идя в это время в направлении туалета, хотелось прополоскать рот, надеясь, что мерзкая надоедливая тошнота хоть немного уляжется. Мой взгляд скользнул по Дмитрию, Юрию и Максу, что расположились на трех соседних креслах, билеты стражей были куплены заранее, а мой в последний момент, потому и находились мы в совершенно разных частях самолета, взор темных глаз моего любимого мужчины на долю секунды встретился с моим, и в нем что – то промелькнуло, но что именно я понять не успела, скорее всего, я сейчас выглядела не самым лучшим образом, и сей факт не смог укрыться от внимательного дампира. Из отражения в зеркале на меня смотрела красивая немного бледная и уставшая темноволосая девушка, коей являлась я сама, включив холодную воду и для начала вымыв ей с имеющимся здесь жидким мылом с цветочным запахом руки, я набрала в ладони целую пригорошню и прополоскала ей рот, стало немного легче, но я прекрасно осознавала, что это только сейчас, а стоит мне снова сесть рядом с этим пьяницей, все начнется по новой, вот только выбора у меня не было, придется все семь часов мучиться и терпеть. Когда я вернулась на свое место, этот алкоголик уже мирно спал и смотрел свои сны, пусть его мучают кошмары, пронеслось у меня в голове, ведь для меня этот полет станет кошмаром наяву, уткнувшись носом в мягкий меховой воротник своей куртки, успевший за весьма кратковременное время носки мной пропитаться ароматом моих же духов, «Amor Amor» - прелесть, а не запах, ни на один другой его не променяю, обожаю его, я тоже закрыла глаза и попыталась хотя бы подремать, чтобы время прошло быстрее. Спустя несколько минут, я услышала женский голос, стюардесса что – то говорила моему пьяному в стельку соседу, видимо, уже разбудив его, но что же именно я не стала вслушиваться, мне то какая разница, однако он, похоже, пошел с ней, унося все свои «ароматы» с собой, чему я была бесконечно счастлива, хоть на какое – то время облегчение. Однако, через пару минут мое обоняние уловило такой приятный и так хорошо знакомый мне запах, что, даже, не открывая глаз, я знала, кто сел рядом со мной, Дмитрий, мой любимый мужчина, и, открыв наконец глаза, я встретилась взглядом с взором столь обожаемых мной темных глаз стража, от чего невольно улыбнулась, рядом с дампиром мне так хорошо, душа словно поет, пусть это песня печали и разлуки, но это лучше чем пустота и вакуум. - Зачем ты это сделал? – тихо спросила я, разглядывая лицо моего обожаемого дампира, хочу запомнить каждую его черту, ведь скоро уже не смогу на него любоваться так, как сейчас, мой дорогой, спасибо тебе, ты, как и раньше, смог понять меня без слов, одного взгляда хватило. - Я понял, что тебе не комфортно, Роза, - тоже улыбнувшись уголками губ, негромко и так спокойно проговорил страж, как будто хотел поделиться равновесием со мной, - тот факт, что наши отношения закончились, а мои чувства к тебе прошли, вовсе не означает, что мне стало все равно на твою судьбу. Никогда я не забуду того, что ты для меня сделала, и всегда помогу во всем, что в моих силах, спасительнице моей души. А сейчас поспи, отдохнешь, может, и головная боль пройдет, - закончил свою фразу страж, все также глядя на меня, ты мне благодарен, любимый, но уже не любишь, я все понимаю и принимаю, но вот разлюбить тебя, мой дорогой, не могу, да, наверное, и не хочу. Мне так захотелось положить голову на плечо Дмитрия, моего любимого мужчины, что чувствует и мою боль, и мой дискомфорт, и мою радость без слов, и действительно воспользоваться его советом и поспать, наслаждаясь ароматом его лосьона после бритья, смешанным с запахом его собственной кожи, сводящим меня с ума, чувствуя тепло его тела и присутствие моего обожаемого дампира рядом со мной, но в какой – то степени я боялась, что страж оттолкнет меня и отчитает, но ведь, кто не рискует, тот не пьет шампанского, не так ли. «Пожалуйста, только не отталкивай, мой дорогой, не делай мне больно еще раз, прошу тебя», мысленно произнесла я и коснулась виском плеча мужчины, что сейчас был в черной рубашке, а новый, недавно приобретенный плащ лежал на его коленях, но в этот раз мой страх оказался совершенно напрасным, страж не сказал и слова против, как же хорошо то. - У тебя самого все еще болит голова? – шепотом поинтересовалась я с закрытыми глазами, не могу я перестать думать о моем любимом мужчине, его самочувствии, его настроении, для меня это все несоизмеримо важно, мысли о Беликове вплелись в саму матрицу моего сознания, стали частью меня. - Больше нет, Хелла сняла боль, - тоже шепотом отозвался дампир, и я почувствовала его теплое свежее с едва уловимым запахом кофе дыхание, этот напиток из зерен практически для всех стражей стал столь же необходим, как кровь для мороев, да я и сама теперь дня не могу прожить без чашечки этого ароматного снадобья из Южной Америки. Хелла, племянница королевы Татьяны, вот, в этот раз не назвала ее стервой или похуже, уже прогресс, пользовательница Духа, как и моя единственная подруга Лисса, она может снять любую физическую боль, но, даже, волшебная магия Духа, сила самого света, не в состоянии исцелить душу моего любимого мужчины, вернуть ему желание жить и радоваться каждому дню, и как же жаль, что это невозможно, где то лекарство, что заставит душевные раны зарубцеваться навсегда, видать, его просто – напросто нет, вот и все. Самое страшное наказание для человека – это муки его собственной совести, что, не переставая, раз за разом напоминает ему о его грехах, прокручивая перед ним картинки в цвете о его прегрешениях, а самая тесная клетка – это, даже, не камера в страшной тюрьме Тарасто, расположенной на холодной безлюдной Аляске, это вина, что человек не в силах простить себе, он носит ее в душе каждый день, каждый час, каждый миг, и она пожирает его изнутри, убивает его «Я», и в конечном итоге заставляет желать смерти. Ты так и не смог простить себя, любимый, каждый день ты наказываешь сам себя, прокручивая все темные мрачные воспоминания стригойского прошлого у себя в голове, но при всем при этом единственный человек, что может помочь тебе, это ты сам, мой дорогой, и я очень надеюсь, что однажды ты это поймешь, если в этот момент ты вспомнишь обо мне, и я буду тебе нужна, то просто набери мой номер, я, как бы это глупо или, даже, безумно ни прозвучало, буду тебя ждать, помнить и любить. Прощай Нью - Йорк, огромный ультрасовременный город небоскребов, прощай человеческий мир, который так и не стал моим, да и не мог он им стать, прощай работа в магазине модной брендовой одежды, и здравствуй Монтана и Королевский Двор, здравствуй мир живых вампиров, мой родной и до нельзя привычный мир, и такое привычное мне моройское расписание, скорее всего, буду теперь перебирать бумажки в архиве, ну и пусть, зато рядом со мной будет моя лучшая подруга Лисса, у какой скоро свадьба, как же я рада за тебя моя любимая принцесса. Преодолев по воздуху расстояние почти три тысячи километров, я снова окажусь в Монтане, в Академии Святого Владимира, где прошло практически все мое детство, где когда – то родилась наша с Беликовым любовь, сейчас со стороны Дмитрия ее нет, она умерла, к сожалению иногда, видимо, так бывает, безумно жаль, это место по сути стало моим домом, хранилищем воспоминаний, порой кардинально разных, и плохих, и хороших, всяких, но я не жалею ни об одном дне, который я прожила, была и боль, и радость, все было, а что еще будет, не знаю. Да, я возвращаюсь в сообщество живых вампиров, мой мир, в котором я родилась и выросла, туда, где мое настоящее место, где я нужна и могу приносить пользу моройскому миру, быть полезной моей замечательной подруге Лиссе. Я чувствовала, что сон медленно, но верно подчиняет меня своей власти, и я погружаюсь в царство спокойствия и тишины, так приятно засыпать на плече самого родного и любимого человека на всей земле, пусть больше этого уже не будет, но в данный момент я была несказанно рада и искренне благодарна судьбе за минуты с Дмитрием, моим обожаемым Русским Богом, мужчиной всей моей жизни. - Я люблю тебя, Дмитрий, помни об этом… - еле слышно прошептала я уже сквозь пелену сна, хочу, чтобы ты знал это, мой дорогой, и никогда не забывал, вот такая вот я, наверное, глупая.