Другая жизнь

Как только у меня сил-то хватило не расплакаться, не высказать ему все, о чем думала, что накопилось. Я даже не закричала. Собрала всю волю в кулак, кивнула и молча подписала рапорт. - Ир? Ты ничего сказать не хочешь? Как же много мне хотелось сказать! Сказать, что чувствую себя преданной, брошенной. Он не может больше! Берет и уезжает… А я? Мне какого? У меня пол отдела – новенькие. Проверка за проверкой. А тут вот так… Сережа, ты хотел меня добить? У тебя отлично получается. В Питер… А как я тут буду совершенно одна в практически новом коллективе его не волнует? Ну конечно… О чем это я? Он же так больше не может… А я сильная… Я справлюсь… - А что я могу тебе сказать? – Безразлично пожала плечами, - решил уехать – уезжай. Я же не могу тебя держать… Конечно, не могу… Кто я тебе такая? Начальница. Теперь, можно сказать, бывшая… А больше, видимо, ничего и не значу, раз так просто решил уехать… Даже не поговорил со мной об этом, не посоветовался, заранее меня к этому не подготовил. Просто: на тебе, Ира, рапорт. И хватит! - Ир, я ненадолго. Я вернусь. - Как хочешь, - я снова пожала плечами. Краем глаза заметила, как он тихонько повернул ключ, закрывая дверь моего кабинета на замок. - Давай, поговорим… Подошел ко мне сзади, но прикоснуться так и не решается. Стоит, дышит в затылок. - А о чем говорить-то, Сереж? Ты же уже все решил… - Ир, ты не так все поняла… Я же не от тебя бегу. - А от проблем, - развернулась и заглянула ему в глаза,- все я правильно, Сереж, поняла. Ты можешь идти… Не ожидал… А чего он ждал? Что буду требовать объяснений? Или уговаривать? Я слишком устала от всего происходящего. И многое сейчас бы отдала… Нет, не за другую работу, не за то, чтобы Глухарев остался… За поддержку, чтобы меня понимали, слышали. Чтобы в меня верили… Так хотелось хоть иногда чувствовать себя женщиной. Маленькой, слабой. Чтобы оберегали, жалели. Я устала командовать мужиками, вести эту борьбу с преступностью… Нет, я не жалуюсь на свою работу. Я сама ее выбрала, и, наверное, она мне даже нравится, но… Слишком много «но»… - Ирин, выслушай меня, - положил ладони мне на плечи. - Слушаю. - Я уеду всего на месяц. Потом вернусь, - легонько встряхнул меня, - обязательно вернусь. У нас все будет хорошо! - Глухарев, да делай ты что хочешь. Стряхнула его руки со своих плеч и уселась в кресло. - Зимина! Ты издеваешься? Или тебе все равно? - Я не издеваюсь. И мне не все равно… Просто ты все решил сам. И что я тут могу сказать? Решил уехать – уезжай… - Ира, - присел передо мной на корточки, взял мои руки в свои, - да пойми же ты меня. Не получается у меня сейчас. Все как-то не так. Сложно… - Ну, почему же не понимаю, -грустно усмехнулась я, - понимаю… И знаешь, мне тоже не просто, Сережа. Знаешь, сколько раз за день мне хочется все бросить, написать этот злосчастный рапорт и уехать? Здесь сложно всем! Абсолютно! И я сюда вернулась не потому что я этого захотела. А потому что…, - не договорила, махнула рукой. Язык не повернулся сказать ему то, что думала. А думала, что все здесь происходит из-за него и из-за Карпова. Не смогли. Не сумели… Это было мое мнение, которое я твердо решила держать при себе… А Глухарев ничего не ответил. Может, понял меня и так, может просто не захотел слушать дальше. Неважно. Пусть едет. А я смогу. Я сильная….