Hickory, dickory, dock.

- Ты нужен мне. Длинные пальцы кольцом сцепляются вокруг тонкого запястья, оставляя следы на бледной коже. Мальчик напротив умоляющим взглядом смотрит из-под светлой намокшей челки, чем-то напоминая побитого щенка. Сехун только качает головой, убирая руку из ловкой хватки. - Нельзя. Разворачиваясь и быстрым шагом направляясь к саду, юноша уже не слышит всхлипов и криков сзади, не видит, как согнулась хрупкая фигурка, заламывая руки и вытирая бесконечные слезы с порозовевших щек. Шум в ушах застилает все, превращая слова других в сплошное месиво из звуков. Сехун вздрогнул и открыл глаза. Тело неприятно ломило: еще бы, проспать всего пару часов, да и те в машине - не самая роскошная ночь в его жизни. По соседству посапывал Чанель, умудрившись при всем своем двухметровом росте скрючиться и уместиться-таки на разложенном сиденье автомобиля. Как можно тише О щелкнул дверцей, притихнув, когда Чанель как-то особенно громко вздохнул. Парень выбрался из автомобиля и вдохнул прохладный ночной воздух, разминая затекшие мышцы. Кликая неработающей зажигалкой, Сехун пытался по кусочкам воссоздать картинку, привидевшуюся ему, пока он спал. Парень хмурился, упорно не желая признавать в мальчике из сна своего друга детства, которого он еще совсем недавно хотел прикончить своими же руками. - Не спится, мастер О? - глухим со сна голосом просипел Чанель, вставая рядом и облокачиваясь на машину. - Мне тоже неспокойно сегодня что-то. Сехун промолчал. Добрых пол дня он пытался переваривать информацию, полученную от Пака, но свыкнуться с мыслью, что ему придется всю жизнь скитаться в странном, придуманном кем-то мире, он так и не смог. Парень вздрогнул, вдруг почувствовав чужое дыхание совсем рядом. - Ты справишься, мастер О, - Чанель ободряюще похлопал шатена по плечу, тепло улыбаясь. - Мы оба справимся. Придется свыкнуться с тем, что мы есть друг у друга. Нам даже в какой-то степени повезло встретиться. - И как я раньше без твоей полыни выживал, - огрызнулся Сехун, понимая, однако, что парень был прав. Над головой висело терпкое, темное небо, пронизанное звездами, словно искрящимися иголками. - Давно я такого неба не видел в Сеуле, - вздохнул шатен, усаживаясь на траву и наблюдая за тем, как Чанель разводит огонь. - Там, откуда я родом, звезды особенно красивые, - Пак старательно, высунув язык, высекал искры. - Выходишь в поле затемно, а звезды такие большие, будто гроздьями висят. Кажется, руку протяни, - одновременно со своими словами Чанель вытянул вверх ладонь и сжал ее в кулак, словно хватаясь за что-то, - И одна из этих сверкающих красавиц уже твоя. Сехун кивнул, завороженно наблюдая за парнем. - А потом начинают петь птицы, и воздух такой густой, хоть ножом режь. Роса такая холодная, что жжется, а трава такая темная, и вокруг тихо, словно ты один застрял в этом большом мире. Внезапно голос Чанеля сорвался, а в горле у Сехуна стал ком. Они ведь сейчас и правда застряли, только не в своих вселенных, а, кажется, где-то между. И кроме друг друга у них - никого. - Ты... Сколько тебе лет? - шатен перевел взгляд на Чанеля, уткнувшегося в колени. Тот приподнял голову, улыбаясь. - В моем мире мне было двадцать два. Я был самым молодым чиновником, сдавшим экзамен, - почти прошептал парень, протягивая ладони к огню. - Мне прочили большое будущее, а потом я свалился с лошади, когда возвращался домой от короля. Очнулся уже здесь, один, без крошки во рту. Плакал двое суток, - Чанель хмыкнул, задумавшись о чем то. - Ты сильный, мастер О. Ты не теряешься, даже когда я говорю тебе то, что с первого взгляда кажется бредом. - Какой бы чепухой это ни казалось, у меня нет другого выбора, кроме как довериться тебе, - задумчиво кивнул Сехун. - Я ни капельки не сильный, просто гораздо проще, когда тебе не из чего выбирать. - Отчего же? Выбор есть свобода, - Пак подкинул сухих палок в костер. - В моем мире свобода - роскошь, которую почти никто не может себе позволить, - шатен вздохнул, в смятении от правдивости собственных слов. - И свобода в моем мире не равняется счастью. - А что у вас - счастье? - Я... - Сехун закусил губу, впервые теряясь с ответом. - Я никогда не знал этого. В детстве у меня был друг, рядом с которым я был счастлив. Или мне казалось, что был. - С ним что-то случилось? - в глазах Пака читался такой живой, детский интерес, что О невольно усмехнулся: ни за что бы не дал ему сейчас двадцать два. - Да нет, - пожал плечами шатен, - Жив-здоров. Бросил меня и исчез на несколько лет, а потом появился, только теперь ненавидит за что-то. Теперь мы, кажется, враги. А враги ли? Сехун не знал ответа на этот вопрос. Знал только то, что эти несколько лет без Ханя казались ему пустыми и серыми, а потом, когда китаец вновь объявился, Сехун не мог не признать, что при всей своей ненависти он скучал по эмоциям, которые давал ему светловолосый. - Он ведь нравится тебе, мастер О, - от ответа Чанеля О закашлялся, подавившись воздухом и выкрикнув сдавленное "Совсем с ума сошел со своей китайской медициной?!" в сторону Пака. - А впрочем, какое это значение имеет теперь, когда ты от него за сотни световых лет, - брюнет явно наслаждался вытянувшимся лицом Сехуна, - Можешь просто признать очевидное. - И с каких это пор ты начал меня на "ты" называть? - преувеличенно громко возмутился парень. - Фамильярничать вздумал? Ответом ему служила тишина и легкая улыбка этого странного парня.

***

- Знаешь, - наблюдая за тем, как догорают последние головешки, начал вновь Сехун, - Я не скучаю по своему миру. Здесь хорошо, с тобой. Чанель вновь пожал плечами. - Здесь ты улыбаешься мне, и проблем никаких нет, - продолжал парень, чувствуя, как наливаются усталостью веки, - А там меня бил отец, ненавидел бывший лучший друг, да и в школе как-то не ладилось. - Без проблем - скучно, - просто ответил Пак, игнорируя удивленный взгляд шатена. - Это сейчас, спустя день, ты сидишь у костра и наслаждаешься. А просиди так хоть пару лет, без возможности что-то сделать, да пообщайся со случайными людьми раз в пару месяцев, и поймешь, как хорошо было там. - Я бы все равно остался, - севшим голосом произнес Сехун, сжимая руки в кулаки и оставляя всю прошлую боль где-то в глубине этой ночи и прислушиваясь к мерному тиканью медальона, висевшего на груди. - Не посмеешь, - чей-то голос внезапно разрезал тишину, заставив Сехуна испуганно вскочить на ноги, а Чанеля схватиться за ближайший булыжник. Из темноты вышел высокий парень. Блики вновь разгоревшегося костра освещали его лицо, бросая на него резкие тени, особенно выделяя озорные кошачьи глаза с темным зрачком и оттеняя черные как смоль волосы. - Ох, мастер Хуан, - облегченно выдохнул Чанель, расслабившись. - Вы пришли за мной? - Не совсем. Ты не нужен, - фыркнул парень, сложив руки на груди и кивнув в сторону Сехуна, - Вот этого худощавого мне заверни-ка. - В...вы кто?! - Сехун почувствовал, что вновь слабеет, но сосредоточился: не время терять рассудок. - Хуан ЦзыТао, - отвесив шутливый поклон, брюнет выпрямился и схватил О за руку, - Так, иди сюда, хватит болтать. - Отстаньте от меня, - зашипел шатен, уворачиваясь от цепких пальцев. - Я Вас не знаю, Вы мне указывать не смеете! - Ишь какой независимый нашелся мне тут, - хохотнул Тао, похлопывая парня по плечу, - Да не дрейфь, я тебя не съем. Так, обглодаю. - Что?! - потеряв остатки мужества, взвизгнул Сехун. - Чанель, сделай что-нибудь! Пак лишь покачал головой, разводя руками в стороны. - Хроносу никто не перечит, мастер О. Только он решает, когда истечет твое время. Кажется, ты оказался избранным. - Да какое к черту время! - Сехун ринулся к Чанелю, судорожно схватив того за грудки. - Объясни мне, черт возьми, что происходит! - Цап, - схватив шатена за плечо, мурлыкнул Тао. - Пошли-ка, красавец, хватит тебе тут торчать. Сны ты уже начал видеть, значит, скоро оклемаешься. Висюльку свою тикающую захватить не забудь, а то располовинишься и застрянешь между мирами: не самое приятное зрелище, собирать вас еще по частям потом. Последнее, что запомнил Сехун - громкий хлопок, собственный крик, всполохи света перед глазами и тепло Чанеля рядом с собой.