Чувствовать её изнутри

Юля сидела на скамейке, когда весь класс занимался. Кто-то украл и спрятал её пакет, где была спортивная форма. Она бегала по всей школе, перевернула всю раздевалку, даже старалась спросить у кого-нибудь из одноклассников, но никто и не пытался помочь ей.        Преподаватель сделал строгий выговор за пропуск урока. Записал замечание в дневник и велел сидеть в зале на скамейке. Юля была уверенна, что это кто-то из её класса стащил форму. Просто, чтобы очередной раз поиздеваться над ней. Или унизить.        Прошла первая неделя обучения в новой школе. Ничего не изменилось с первого дня. Юля так ни с кем и не подружилась. Кажется, весь класс сговорился не общаться с ней. Было бы намного легче, если бы её оставили в покое, но, видимо, для них это слишком просто. Одноклассники распускали грязные слухи про неё, которые разлетались по всей школе со скоростью света. И главным сплетником в этом деле была Вика. И теперь не только 11 "А" унижал её, но и вся школа. За что? За то, что она новенькая? Глупо.        Юля ничего не рассказывала маме. Зная характер Елены Дмитриевной, она будет жалеть дочь, потом пойдёт в школу, чтобы пообщаться с классным руководителем. Девушке это было не нужно.        На прошлой неделе Юля пошла в столовую, чтобы пообедать. Когда она взяла свой поднос и направилась к столу, Вика "случайно" уронила на неё целую тарелку супа.        — Ой, прости, я тебя не заметила.        Всё что смогла сказать она. Её подружки угодливо заржали, затем и вся столовая смеялась над ней. Юля поставила поднос на стол и выбежала оттуда. Слёзы обиды защипали глаза, и она влетела в ближайший женский туалет. Вошла в кабинку и просидела там целый урок, желая провалиться под землю.        Теперь Юля стала предметом для насмешек. Все, кому не лень, всячески унижали её, обливали грязью ни за что. Просто потому, что она не могла ответить им. Не хватало сил отплатить той же монетой.        Какой-то парень кинул баскетбольный мяч и попал прямо по ноге. Юля вскрикнула, и весь класс покатился со смеху. Боль была такой сильной, будто это был и не мяч вовсе, а тяжёлый камень. Юля приложила руку к больному колену и склонила голову, чтобы никто не смог увидеть её слёз. Тот, кто запустил в неё мяч, даже не извинился.        Учитель по физкультуре — Николай Петрович, склонился над девушкой и спросил:        — Ты как? Ничего не ушибла?        Она подняла глаза полные слёз и ответила дрожащим голосом.        — Н-нормально.        — Да, я вижу. Пойдём, я отведу тебя в подсобку, посидишь там до конца урока.        Николай Петрович взял её за руку и повёл в маленькое помещение. Усадил на стул.        — Может, стоит сходить к мед.сестре?        — Уже всё прошло, спасибо. — помотала головой Юля.        — Ладно. Как прозвенит звонок, можешь выходить отсюда. Когда я ухожу на обед, закрываю подсобку.        Она махнула головой в знак согласия, и учитель поспешил удалиться. Маленькая каморка была заставлена спортивным инвентарём. Мячи, скакалки, хулахупы и прочая ерунда. Здесь не было окон. Лишь одна дверь, которая вела в спортивный зал. Деревянный стол, на котором лежали какие-то книги, классный журнал и подставка для ручек. В подсобку просунулась голова, а затем показалось и всё тело.        — Мне нужен футбольный мяч. — задумчиво произнёс Максим Ситников.        Он посмотрел на Юлю. Глаза девушки слегка припухли от слёз, щёки были влажными, и непослушные пряди волос липли к лицу.        — Ты как? — без тени улыбки спросил он.        — Вот только не надо делать вид, что т-тебя это заботит. Я знаю, что это не так.        Макс ещё какое-то время посмотрел на неё, потом взял мяч и стремительно вышел из помещения. Ни один мускул не дрогнул на его лице, когда Юля сказала это.        Она глубоко вздохнула и вытерла солёные дорожки слёз. Кое-как пригладила волосы и достала телефон. До конца урока оставалось 5 минут. Оно и к лучшему. Не придётся сидеть здесь, как взаперти.        В подсобку снова зашёл Максим. В руках он держал мячи. Даже не взглянув на Юлю, он кинул их в картонную коробку. Уже собирался выйти из каморки, как вдруг резко обернулся и посмотрел на девушку.        — Почему ты такая бука?        — Что? — она непонимающе уставилась на него.        — Тебе лучше, когда ты улыбаешься, а не хмуришь брови.        Максим стоял, сложив руки на груди. Он был одет в спортивную форму. Синяя майка с номером 17 и синие шорты.        — Я улыбаюсь. Просто ты этого не видишь. — Юля сказала это раньше, чем подумала. Она опустила взгляд в пол, рассматривая свои балетки.        — О, вот как.        Не успел он сказать ещё что-то, как вдруг снаружи закрылась дверь на ключ. Конечно, пока они тут болтали, Николай Петрович закрыл подсобку. Он же предупреждал, как прозвенит звонок, уходить. А звонок прозвенел четыре минуты назад.        — Чёрт!        Выругалась Юля и тут же подбежала к двери. Она какое-то время колотила в дверь, но зал, по всей видимости, уже был пуст. Девушка повернулась к Максиму. Он хитро улыбался, как будто знал, что их здесь закроют.        — Ты знал? — это всё, что она смогла спросить у него.        — Нет, — и поймав её недоверчивый взгляд, продолжил. — Серьёзно, если бы я хотел, чтобы нас где-нибудь закрыли, я выбрал бы место покруче.        Юля закатила глаза и вернулась на место, где она сидела пять минут назад. Девушка старалась не смотреть на Максима. Она тупо пялилась в одну точку.        Это неловкое молчание продлилось недолго.        — Расскажи о себе.        Странная, казалось бы, просьба.        — Зачем? — Юля взглянула на него исподлобья.        — Нам ещё целый год в одном классе учиться. А я о тебе ничего не знаю. Тупо, согласись.        — Я тоже о тебе ничего не знаю. — парировала она.        — Хорошо. Присаживайся поудобнее, сейчас ты узнаешь всё о Максиме Ситникове.        Он уселся прямо на пол, рядом со стулом Юли. Она наконец-то улыбнулась. Максим тоже заулыбался, как маленький ребёнок.        — Меня зовут Максим Ситников. Мне семнадцать лет, но, — он выставил вперёд указательный палец. — это не проблема. В феврале я стану совершеннолетним. Так вот, занимаюсь футболом. И как ты уже знаешь, я капитан команды. — с гордостью заявил парень. — Весёлый, общительный, нереально красивый... — Юля фыркнула. — Ладно-ладно. У меня есть лучший друг — Андрей. Жуткий придурок, но, так уж повелось, что мы с ним с самого детства дружим. Меня называют Макс, капитан и Сит. Люблю смотреть мелодрамы. Шучу, вообще-то я терпеть не могу эти сопли. Да короче, я просто идеальный. Твоя очередь.        Он махнул рукой и посмотрел на Юлю. На протяжении всего рассказа она не промолвила ни слова. Просто внимательно слушала его и смотрела в глаза.        — Идеальных не бывает. — выпалила она.        — Бывает. Просто надо присматриваться к людям. Я знаю одного идеального человека.        — Правда? И кто же это? — Юля скептически посмотрела на него.        — Когда настанет время, скажу. А сейчас, не уходи от темы.        — И когда же оно настанет?        — Юля, рассказывай.        Она услышала собственное имя и дёрнулась, словно он дал ей пощёчину. Ему что, действительно интересно что-то узнать? Бред. Для чего?        — Для чего тебе это нужно? Чтобы потом выставить меня на посмешище?        Теперь у него было такое выражение лицо, будто Юля влепила ему пощёчину.        — Что ты несёшь? — оскорблённо рявкнул он. — Думаешь, я сейчас просто так выложил эту хрень о себе? Да я рассказал это, чтобы ты наконец заговорила со мной!        Она не могла проронить ни слова. Тупо пялилась на него и часто моргала. Потом собралась с мыслями, и произнесла шёпотом:        — Прости...        Он подошёл к ней, взял одну руку в свою и крепко сжал.        — Не позволяй им издеваться над тобой. Ты этого не заслуживаешь.        — Но что я могу сделать? Их много, а я одна.        После этой фразы подсобка открылась, и в дверном проёме показался Николай Петрович.        — О, молодёжь. Я вас тут закрыл, что ли?        Максим не обратил на учителя никакого внимания, просто продолжал всматриваться в лицо Юли.        — Ты не одна.        Он поднялся и скрылся за дверью подсобки.        — Простите, я потеряла счёт времени... До свидания. — промямлила девушка и тоже вышла из душной каморки.        Они просидели там целую перемену, а казалось, прошла вечность. Вечность, которой не было. Что значили эти слова? "Ты не одна.". Эта фраза застряла в голове девушки. Она прокручивала её снова и снова. Даже не заметила, как очутилась в кабинете литературы.        Последние уроки пролетели незаметно, будто их и не было. После этой беседы в подсобке, Юля и Максим не обмолвились ни словом. Он как-то странно посматривал на неё. А девушка ещё больше смущалась.        Когда закончились занятия, за Юлей как всегда приехала мама, и они отправились домой. Завтра Елена Дмитриевна выходит на работу, и её некому будет забрать. Девушка сказала маме не переживать, она узнает расписание автобуса и поедет на нём.        Приехав домой, Юля не успела раздеться, как мать попросила её сходить в магазин. Девушка согласилась и пошла в ближайший супермаркет.        Купила всё по списку и решила немного прогуляться. Она пошла в обход, через площадь. Там было очень много народу, что странно, сегодня ведь будний день. Здесь обычно не протолкаться в выходные. Дойдя до своего подъезда, она остановилась посмотреть на небо. Неожиданно ручки пакета порвались, и всё содержимое вывалилось на асфальт. Юля ругнулась и принялась всё собирать. Кто-то подошёл и присел на корточки рядом, помогая подбирать продукты.        — Я Никита. Вот, держи. — он протянул ей новый мешок.        Юля подняла глаза и увидела перед собой мальчика на роликах. На вид ему было лет четырнадцать, не больше. Тёмные волосы, небесно-голубые глаза. Одет он был в чёрную кожаную куртку и чёрные джинсы.        — Спасибо. Я Юля.        — Я знаю. Видел тебя в школе.        — А... Понятно. — она покачала головой.        — Я в восьмом классе учусь, кстати. 8 "Б".        — М-м-м, — протянула Юля. — Слушай, Никит, спасибо за помощь. Но мне домой надо. — она неловко улыбнулась.        — Так иди, конечно. Ну, увидимся. Пока.        Никита уехал на роликах в сторону площади. Девушка какое-то время смотрела ему вслед, потом ухмыльнулась чему-то и поднялась домой.        Елена Дмитриевна готовила на кухне. Юля разделась, отдала пакет с продуктами матери и прошла к себе в комнату.       

***

— Тебя не было целую перемену, чувак. Расскажешь, где шатался?        Дело было вечером. Максим и Андрей сидели в комнате Ситникова и "делали уроки". Ну, по крайней мере, так думает мама Макса. На самом деле, они разговаривали, играли в компьютер и бесились.        — Говорю же, меня этот старый хрыч в подсобке закрыл. — начал раздражаться Ситников.        — Э-э-э, вместе с этим пугалом закрыл? И что вы там делали? — Андрей изогнул правую бровь и посмотрел на друга.        — Она не пугало.        — С каких это пор ты её защищаешь?        Тихонов перекатился на бок и подпёр голову кулаком. Он смотрел на Макса и ждал ответа на свой вопрос. Ну, а Ситников просто лежал на спине и смотрел в потолок.        — Она не заслужила такого отношения. — еле слышно проговорил он.        — О, и это говорит Максим Ситников? Я тебя не узнаю. — развёл руками Тихонов.        — Слушай, она не такая, какой её видят другие. Никто даже не пытается понять её. Вот представь себя на её месте. Каково тебе? М-м-м? Каково это?        — Хреново... — протянул Андрей.        — Вот! А ей ещё хуже. Она же девочка, а к ней относятся, как к бесполезному куску дерьма!        — Я о другом.        — Что? — Максим непонимающе уставился на друга.        — Хреново то, что ты влюбился в неё.        Что? Влюбился? Не-е-е-т.        — Бред. — усмехнулся Ситников, а вот Андрей выглядел очень даже серьёзно.        — Ну сам подумай, ты её даже не знаешь, а так яро защищаешь. Что-то я не заметил, чтобы ты так нашего ботаника-Васю оберегал.        Сказанные другом слова впились в голову и не желали уходить оттуда. Неужели это правда любовь?.. Та нет, что за ерунда? Просто он хорошо к ней относится, поэтому и защищает.        — Вот видишь. Она тебе нравится. — подытожил Андрей.        — Это другое. — отмахнулся Максим.        — Друг, я знаю тебя 11 лет, и за эти 11 лет я изучил тебя "от" и "до". И не надо отпираться, ты и сам знаешь, что это так.        Ситников не стал спрашивать, что друг имел в виду. Может, он прав? Когда рядом была Юля, он будто окунался в ледяную воду с головой. Это странное чувство, его тяжело описать. Возможно, что она ему и нравилась. Но какая любовь? Нет. Не то.        — Я запутался. — на выдохе сказал Максим.        — У меня к тебе только один вопрос, почему она?        — Я не знаю... Серьёзно. Понятия не имею. — он развёл руки в разные стороны.        — Стоит с ней поговорить.        Поговорить? Поговорить?! Нет, он явно издевается.        — Нет, не стоит.        — Тогда с ней поговорю я. — Андрей закинул руки за голову и лёг на спину.        — Ну уж нет! Можно мне самому разобраться в себе?        — Конечно.        — Чудненько.        Разобраться в себе. Но как? Это не так-то просто. Наверное, в такое сложное для него время, Макс должен пойти и поговорить с отцом. Попросить совета. Но он никогда этого не сделает. Да и отец не захочет выслушивать от сына сопли. Ему сейчас не до сына. У него срочные заказы. Телефон разрывается от звонков. Всё как всегда. Нет, нужно просто оставить всё как есть. Со временем это уляжется, Юля перестанет ему нравится, и Максиму снова будет плевать на всё.        После ухода Андрея, Максим поужинал и принял душ. После чего завалился на свою кровать и тупо пялился в потолок добрые полчаса. Из головы никак не хотела уходить Юля. "Что она вообще тут делает?" — подумал про себя Ситников. Сейчас он один. Можно спокойно разобраться в себе. Вот только есть одна проблема — как это сделать? Может, надо начать встречаться с другой девушкой? Надо попробовать. Точно. Так он и сделает, должно отпустить.

***

Юля посмотрела фильм и пошла в ванную. Тёплый душ снял напряжение во всём теле. От корней волос до кончиков пальцев ног. Она не стала заходить в интернет, не хотелось. Достала из тумбочки книгу и принялась за чтение. Юля с головой погрузилась в иной мир. Теперь перед её глазами стояла совсем другая картина.        Дочитав главу, Юля погасила ночник, перекатилась на правый бок и закрыла глаза. В голове всплыли отрывки из сегодняшнего дня. А именно, отрывки из разговора с Максимом. Чего он добивался? Простого разговора? Не похоже. Чего тогда? "Боже, Юля, не забивай себе голову. Сегодня он с тобой разговаривал, а завтра на тебя и не посмотрит." — твердила она себе. Скорее всего, так и будет.