Я не вернусь, но ты приходи!

— И что ты будешь делать теперь? — Сейчас необходимо перехватить власть. Мы с Чух-Чух вернуть политику террора и деспотии зла! Они пожалеть, что посадить меня в эту сумасводящую тюрьму... — Каким образом? Ты лично нажать на кнопку самоуничтожения всей своей армии. — Да, я не ожидать, что они схватить меня сразу же по прибытию в мою реальность. Нужно было парочку роботов оставить... Однако, у меня остаться козырь в рукаве... Фуфелшмерц покосился на перчатки своего двойника, тот тут же наградил его подзатыльником. — Это метафора! — Что за козырь-то? — интонация стала немного ворчливой. Хайнц недовольно потирал затылок. — Вот он! — руки, спрятанные в высоких тёмных перчатках указали на огромного робота, по внешним данным сконструированного по образу и подобию Альтфуфелшмерца. Размеры робота заставляли всё внутри сжиматься, доктор подумал, что все его инаторы — цветочки на фоне этого разрушительного гиганта. — Впечатлять, да? — спросил АльтХайнц, заметив отвисшую челюсть учёного. — А... Э... — Ну, ты залезать? Доктор оторвал взгляд от механизмов и повернул голову на звук. Его двойник уже поднимался по выдвижной лестнице. Заметив нерешительность гостя ,он тепло улыбнулся ему и сделал рукой приглашающий жест, терпеливо ожидая. Учёный всё таки направился внутрь робота. — Разве всех твоих злобных роботов не уничтожить О.Б.К.А.? — Да. Но этого они оставить для благих целей, — в ту же секунду Альтфуфелшмерц с силой вдавил кнопку в панель управления и злобно ухмыльнулся. — но эта крошка забронирована на службу злу! Он опустил рычаг, робот подал первые признаки жизни, заставляя своего хозяина злобно рассмеяться. Однако, триумф резко прервался. — Ты чего стоять? — Ну так здесь же только одно кресло. — Угу, — улыбнулся АльтХайнц и подвинулся. Доктор смутился. — Мне садиться с тобой? Ему кивнули. Учёный после секундного колебания сел рядом с двойником. Тут уже смутился АльтХайнц. Странная волна мурашек, которой он не ожидал, табуном проскакала по всему телу. Он почувствовал, как голову словно макнули в тёплую воду. "Я что... Покраснеть?!" — пробежала мысль, от которой он быстро отмахнулся, считая ещё чуть ли не безумной. Он заерзал. Уверенность и резкость действий куда-то пропали. Онемевшими пальцами он автоматически, не задумываясь, нажимал на кнопки. Когда робот начал делать первые шаги, создавая в радиусе действий небольшое землетрясение, АльтХайнц бросил на доктора беглый, якобы случайный взгляд, которого учёный даже не заметил. "Он тоже..." — обрывки мыслей заставили сердце ёкнуть. Да, на щеках учёного тоже лежал тяжелый румянец. Он постарался отвернуться, насколько это возможно в его положении. Альтфуфелшмерц потряс головой, сбрасывая с себя розощёкость и слишком светлые для его головы мысли. Сейчас нужно думать о другом. Робот тем временем вышел на оживлённую улицу, разгоняя испуганных граждан. Они, как муравьи под ногами, бегали, наталкиваясь друг на друга, создавая хаотично шевелящуюся массу. Крики и вопли доносились до ушей злодеев и они синхронно рассмеялись, довольные произведённым впечатлением. Робот направился в сторону мэрии, попутно задевая жилые здания, разрушая конструкции и вместе с ними чьи-то жизни. Упиваясь атмосферой террора, хозяева гнали робота вперёд, совершенно не интересуясь, сколько уже людей они передавили. Где-то заполыхал огонь. Крики были нескончаемы и беспрерывны. Откуда-то доносился истеричный плач. Злобный оскал АльтХайнца растянулся шире, превращаясь в безумную, безжалостную улыбку. Робот остановился напротив небоскрёба. В его окнах можно было заметить суматошные метания жителей. Они хватали документы и в слезах покидали свои уютные дома, в последний раз кидая взгляд на родную обстановку, хлопали дверями, и не надеясь вернуться сюда. Рука потянулась с красной, мигающей кнопке. — Огонь... — хрипло прошелестел Альтфуфелшмерц. Вдруг доктор вскрикнул, глядя куда-то в сторону. — Что?! — злобно крикнули на него, но ответом послужил толчок. Едва не вылетев из кресла, Альтфуфелшмерц обернулся. По городу ехала неясная конструкция. Сама она была небольшой, однако несколько дул, смотрящие в разные стороны, придавали ей угрожающий вид. По крайней мере, так подумал доктор. Его же двойник презрительно хмыкнул, выдвигая микрофон. Постучав по нему, он убедился, что тот работает и снова обернулся на соперника. — Это ещё что за краб? О.Б.К.А.? Крышка со скрипом открылась, из "краба" показалось возмущённое лицо. — Эй... Я не знать этого парня... Хайнц? Доктор пожал плечами. В то время самое большое их всех имеющихся дуло было направленно на ближайший фонтан, стоявший у входа в парк. Выстрел, и вода замерла в движении, окрашенная в непонятный цвет. — Что за... — АльтХайнц повернул робота лицом к противнику. Вода так и не оживала. Сейчас фонтан, незатейливое украшение, был похож на тончайшую работу мастера. Он был полностью из свинца. Второй выстрел — человек, спасающейся бегством, навсегда замер в причудливой позе, с выражением ужаса на лице. Замер, как статуя. Свинцовая статуя. Вдоволь настрелявшись в людей, дуло повернулось на небольшой книжный киоск. Мгновение - киоск покрылся, а может, и пропитался чистым свинцом Дуло повернулось на робота, заставляя обоих людей у панели управления вздрогнуть. Выстрел. Кулак доктор упал на красную, мигающую кнопку. Два заряда встретились, и посреди улицы, с грохотом ломая асфальт, упал огромный кусок чистого свинца. АльтХайнц вздохнул, мысленно тысячекратно благодаря учёного за сообразительность, однако, из горла не выдавить ни звука - казалось, оно сжалось до размеров игольного ушка. Незнакомый "свинцовый" парень снова выглянул. Светлые волосы были уложены на бок, хотя сейчас они были немного сбиты порывами ветра. Толстый нос, маленькие, сверкающие неприкрытой ненавистью, глазки-угольки. Рот перекошен гримасой злобы. Он смерил робота оценивающим взглядом и снова скрылся в своей машине. Механизмы шевельнулись, но не успели ничего сделать — тут же в машину попал светлый луч, прожигая многослойную металлическую броню. Из машины послышался жалобны аварийный писк. Учёный никогда бы не подумал, что когда-нибудь будет так рад видеть отряд О.Б.К.А. — Наверное, изначально ехать за мной. — хихикнул Альтфуфелшмерц. Тем временем обстрел их соперника продолжался. Винты, гайки, куски металла, искры — всё летело в разные стороны. Светловолосый парень, решив, что машину уже не спасти, выбежал оттуда, испуганно озираясь. — Пойдем. — АльтХайнц осторожно встал и направился к выходу, к выдвижной лестнице. — Туда?! — Хайнц выглянул из робота вниз — огонь, крики, выстрелы, груды металла и кирпичей. — Серьёзно? Он обернулся, поймал строгий взгляд и поспешил до выхода, пока его тут не закрыли на неопределённое количество времени. Внизу всё выглядело гораздо хуже: асфальт в тех местах, куда ступала нога железного гиганта, напоминал простынь после бурной ночи. Где-то пронзительно кричали. Земля была залита кровью, кое-где лежали кусочки мозга и других внутренностей. Прямо под ногами робота лежало что-то, едва похожее на человека, в луже собственной крови. Многие здания полыхали, пожарные машины гудели, направляя струи воды почти не глядя и правильно делали — куда не полей, везде в цель попадешь, потому что горело почти всё, что могло загореться. У свинцового фонтана лежал парень с куском блестящего металла в голове. Лужа крови под ним стремительно росла. Недалеко от учёного лежала женщина. Её пол он определил лишь по одежде, лицо её было похоже на свежий фарш. Док поёжился. Его руку кто-то мягко взял в свою. Он посмотрел на Альтфуфелшмерца — тот старательно отводил взгляд, однако, руку держал довольно крепко и уверенно. Монограмм незаметно оказался рядом. — Кто это? — спросил АльтХайнц, поражая всех спокойным тоном, который казался до безумия неуместным в этом аду. — Фурьёзус. — на выходе ответил седовласый мужчина. — М? — повернул голову его собеседник. — Дуцесмунди. Никогда не слышали? — Найн. Что это? — Планета, состоящая из чистого, стопроцентного свинца. Планета настолько мала, что жителям приходится покидать её просторы и искать себе новое убежище. Раньше они скитались по галактике, зачастую в одиночку. Но затем, по неизвестной никому причине, начали собираться вместе. Именно после этого и началась агрессия, направленная на другие планеты. Ими захвачено и "освинецовано" уже 14 планет, но количество продолжает расти. Кажется, наша планета им тоже приглянулась. — Хм. Почему бы им не создать свою планету из свинца? Почему они атаковать другие, уже населённые кем-то? — задумчиво спросил доктор, уже неосознанно сжимая чужую руку. Монограмм лишь пожал плечами. Тут из своего укрытия выбирается Фурьёзус. Он, вопя на каком-то никому не понятном языке, пытается сбежать подальше от остатков машины. Очередной выстрел. Кусок его же машины с лязгом отлетает и врезается прямо в своего создателя. Он, пробежав пару метров по инерции, остановился, согнулся. Его тело охватила заметная дрожь, он плюнул слишком тёмной кровью, та начала проедать асфальт, омерзительно шипя. Он отчаянно пытался сделать вдох. Глаза вылезали из орбит. Кусок металла окрасился в тёмный цвет, словно облепленный смолой, он начал медленно плавиться. —В больницу! — крикнул Монограмм, уже без опасения приближаясь к пришельцу. Тот, злобно смерив окружающих уничтожающим взглядом, достал из кармана брюк какую-то тонкую трубочку. Монограмм остановился. Все замерли. Фурьёзус насмешливо хмыкнул, засовывая трубку в рот. Он втянул воздух, трубка ответила хлюпающими звуками. Раненный выпустил дым. Правда, просочился он не только из окровавленного рта. Дым повалил из рваной дыры в груди. Послышался хриплый кашель вперемешку с невесёлым смехом. Кажется, он понимал, как близок его конец.Ещё несколько капель шипящей крови попало на асфальт. Мурашки побежали по телу Хайнца, он передёрнул плечами и поспешил отвернуться. — Ну-ну. — Альтфуфелшмерц притянул доктора ближе. Он отметил, как сильно тот побледнел. Он обнял его, поглаживая по голове. Доктор не отталкивал его, но и взаимностью не отвечал. Он стоял, безвольно опустив руки, пытаясь выкинуть из головы те ужаснейшие картины. Но он знал - как только он повернётся, они вернутся снова. Они будут приходить по ночам. Они навсегда останутся в голове мутным осадком. По телу снова пробежали мурашки. Заметив приближающегося к ним Монограмма, спровадившего горе-завоевателя в реанимацию, АльтХайнц убрал руки от учёного. Реакции снова не последовало. Сейчас учёный напоминал ему зомби. Или шизофреника. Слишком пуст и одновременно глубоко туманен был его взгляд. — Пока что с ним проблем возникнуть не должно. Но это пока. Не думаю, что этот парень так прост. Скорее всего, мы его ещё увидим. А что на счёт вас, мистер Фуфелшмерц, - его тон тут же переменился. — на данном этапе мы не можем вернуть вас в тюрьму хотя бы потому, что она по вашей вину разрушена... — Губ злодея коснулась улыбка. Кажется, он был собой очень горд. Отличился. — К тому же, нам может понадобиться ваша помощь. — улыбка тут же покинула лицо АльтХайнца. — Что?! Помогать О.Б.К.А.?! — Лицо вспыхнуло негодованием. — Боюсь, что так. — Хайнц. — послышался голос, гораздо более хриплый, чем обычно. Все замерли и уставились на учёного. — Мы тут таких дров наломать. Столько натворить за пару часов... Я хотеть захватить Триштатье, но я не хотеть столько смертей. — Он поднял неясный взгляд. — Захват власти всегда не обходиться без жертв. Это негласный закон. — Я всё же думать, что Монобров прав. — Монограмм. — терпеливо подправил его майор, Альтфуфелшмерц не удержался от смешка. — Сейчас у нас появиться общий враг. — Приятно, что и вашу злобную голову посещают благоразумные мысли. Ну так что, Хайнц? Вы согласны? — военный протянул руку АльтХайнцу, тот уставился на неё. Затем перевел взгляд на доктора. Тот смотрел на него немигающим взглядом. Он пожал открытую ладонь майора, на что тот одобрительно улыбнулся. — Вам, доктор Фуфелшмерц, тоже придётся задержаться. — Я понимать. — Встречаемся завтра в 7:00 в штабе О.Б.К.А. Хотя... Не-не, давайте поспим? Давайте в 9! 9:00. Не смею вас больше тревожить. — военный, по привычке отдав честь бывшим на время врагам, пошагал подальше от цента событий. Да, им всем определённо был нужен отдых.