Я не вернусь, но ты приходи!

"Странно-странно. — крутилась навязчивая, приставучая как муха, мысль. — Я никогда раньше..." Перед глазами снова ожил эпизод с розовощёкостью бывшей грозы всего Триштатья. Он — тот, перед которым падали на колени. Он — тот, кому возносили памятники и смотрели на них со страхом. Он — покоривший целое Триштатье. Он — покрасневший от прикосновение доктора-недоучки. "Что-то не сходится. Нарушение логической цепи..." — устало подумал АльтХайнц и перевернулся на бок. Он зевнул, покосился на время. 4:03 — говорили настенные часы. "Н-да. Завтра в 9:00 мне нужно быть в штабе О.Б.К.А., а я какого-то хрена вместо положенного сна думать о каком-то учёном! Убираться из моей головы!" — руки стиснули одеяло до белизны костяшек. Хотелось закричать от бессильной злобы и негодования, что распирали изнутри, но нельзя — в этой же комнате тихо-мирно посапывает виновник бессонницы Альтфуфелшмерца. Хотя спит ли он на самом деле или же тоже терзает себя ненужными мыслями — тоже вопрос спорный. АльтХайнц очень медленно, чтобы случайно не скрипнуть кроватью, встал и на цыпочках направился на кухню. Уж очень не хотелось его будить во избежание неприятных вопросов. Он лисьей походкой скрылся из комнаты, добрался до кухни и там облегченно вздохнул. Незамечен. Он подумал, что нет смысла уже пытаться заснуть. Если он и сделает это, спать остаётся совсем мало. Он тихонько открывает окно, запуская свежий, холодный, почти осенний воздух в комнату. Немного поёжился. Достал пачку сигарет, вытащил одну. На мгновение он призадумался, стоит ли курить — ведь он так долго бросал. "Да и доктору это может не понравиться." — скользнула мысль, от неожиданности которой АльтХайнц вздрогнул. "И что? Я что, должен его слушать?! Какое ему вообще дело до моих вредных привычек?! Какое мне вообще дело до того, что он там подумать?!" Мысленно огрызаясь сам с собой, он всё же зажег сигарету, словно доктору назло, хотя никаких протестов от того не поступало и поступать не могло — он спал. "Ты поругаться со спящим Хайнцем. — поведал сам себе Альтфуфелшмерц и тихо хихикнул, выпуская сгусток дыма. — Зачем ты вообще это делать? Стоять тут посреди ночи на холодной кухне, курить зачем-то, хотя с таким трудом бросить, и думать о учёном, вместо того чтобы спать. Ну, про покурить я ещё могу как-то понять, но вот последний пункт меня беспокоить. Почему этот злодей-неудачник прописаться у меня в голове?! ВАЛИТЬ ОТСЮДА! Здесь и так кавардак..." — Он устало выпустил дым, обернулся. Никого не было. Он продолжил самокопание, которое на самом деле не приносило ему удовольствия. У него было стойкое ощущение, что кто-то ворвался, разбивая все знаки "Стоп" и все шлагбаумы, в его мысли, где всё было разложено по полочкам, и начал там хозяйничать. И сейчас там как будто всё разбросано, какие-то важные вещи отправлены в мусорный бак, всё спуталось, смешалось, часть разбита, часть разрушена. Хотя ощущение это совершенно обманчиво. Не хватало всего одной мысли, чтобы унять этот хаос. Одного винтика, чтобы исправно заработал весь механизм. Одного кусочка для полного пазла. "Вали. Из. Моей. Головы. Срочно. Очень!" Последняя затяжка и сигарета врезалась в холодный подоконник, угасая в то же мгновение. Идти обратно в кровать не хотелось. АльтХайнц облокотился на подоконник, игнорируя холод, снова уходя в размышления. Непривычное ощущение бардака в голове вынуждало его делать это снова и снова. "Эти ощущения я могу сравнить с... Ну... С... Симпатией... — очень сложно было это признать. — Но в этом нет ничего такого! Я просто к нему хорошо относиться. У нас много общего и... - ему очень хотелось ударить кулаком по подоконнику, но он быстро взял себя в руки, думая о последствиях. — Да кого ты обманывать?! Давай просто признать эту страшную вещь — ты влюбиться в мужчину. В этого доктора." Внезапно от этой мысли стало не столько стыдно, сколько... Легче. Это и была та одна мысль. Тот маленький винтик. Тот недостающий кусочек пазла. — Отлично, — пробубнил он. — То крайней мере ты сделать самое сложное. Ты признаться в этом себе. "Ты ведь это сразу понял. Да? Ещё в тот самый момент. Когда покраснел, как пятилетняя девочка. Ты ведь вспоминал его в тюрьме, м?" — ехидничал внутренний голос. Альтфуфелшмерц рассеянно встряхнул головой, прогоняя его. "Я, наверное, с ума сойти... Ситуация SOS. А ведь прямо сейчас он в кровати... Совершенно беззащитен. Может... Нет доктора и нет проблем? — эта мысль грозно блеснула в голове, как лезвие ножа и почему-то напугала своего хозяина. - Нет-нет-нет-нет-нет!!! — мысль о том, что с этим учёным может что-то произойти больно кольнуло сердце раскалённой иглой страха. — Мне нужно посмотреть, всё ли с ним в порядке..." Не успев обдумать столь странную идею, он сорвался с места и побежал в комнату. Всё было тихо. Доктор спал, иногда ворочаясь во сне, тихо посапывал. "Почему меня к тебе так тянет?" — спросил АльтХайнц, не разлепляя губ. По телу прошли приятные мурашки. Он вернулся на кухню, чтобы не создавать в комнате лишний шум. Головокружение и ощущение лёгкости не покидали его. Улыбка тронула тонкие губы. Ведь не было смысла упираться и отрицать очевидное. Где-то глубоко в подсознании робко мелькнула мысль о неправильности происходящего. Но любовь не в курсе. Она всегда права. Она составляет этот непонятный пазл. И что это будет за картина известно только ей одной.