Мысли плюшевого мишки

- Пятнадцать минут уже… - посмотрел на часы Уруха. - Что-то долго… - нервно выпустил дым Таканори, отбрасывая в сторону только что начатую сигарету, отправился к входу в здание. – Пойду-ка, вытащу этого трудоголика… - Идем вместе, - широким шагом направился следом Аой, его терзало какое-то необъяснимое чувство вины – зачем он позволил вернуться назад драммеру, устал ведь, завалился бы спать, а не вчитывался в столбцы иероглифов?... или, может, просто передается нервоз Мацумото? Сказанная вокалистом «зря он пошел», как заноза впилась в мозг и теперь вкручивалась в мысли, подобно шурупу, может и правда, зря? Перспектива дальше мерзнуть в ожидании парней на стоянке показалась Койю и Акире малопривлекательной, и они направились следом за своими любовниками, подкалывая друг друга, разрывая тишину парковки громким смехом, казавшимся каким-то глупым и нервозным, отбиваясь эхом от стен и колонн. Руки буквально летел вверх по лестнице, неугомонное беспокойство толкало его вперед, заставляя двигаться быстрее, не отставал и Широяма. - Ютака? Ты чего так долго? – ворвался, точно ураганный ветер, в репетиционную вокалист, вовремя зацепившись за дверной косяк, не давший малышу упасть. Удивленно опустив глаза, в поисках причины своего падения заметил темную лужу на полу, в панике крикнул, - Юта! Широяма лишь на секунду замер на пороге, отгоняя моментально появившиеся страшные мысли прочь, ринулся вслед за вбежавшим в комнату Руки. Драммер лежал в паре шагов от двери, медленно растекающаяся лужица крови казалась в слабом, сумеречном свете единственной горящей лампы растекшимися чернилами. Ударник тяжело и рвано дышал, крепче стараясь сжать игрушку теряющими силу пальцами, точно последнюю ниточку, удерживающую ускользающую жизнь. - Юта!.. Ютака! – Вокалист упал на колени, осторожно обнимая ладонями бледное лицо друга. Широяма, стянув с себя водолазку пытался остановить кровь, стараясь не касаться украшенной изящным узором рукоятки, из последних сил сохраняя трезвость ума и спокойствие. - Скорую!.. Вызови скорую! – хрипло кричал вокалист, лаская ладонями до боли родное лицо.- Юта!.. Помогите кто-нибудь!.. Замешкавшиеся на лестнице гитаристы только вступив в коридор, освещенный лишь парой дежурных ламп, услышали надрывные крики, полные страха и отчаяния, как ужаленные побежали к раскрытой, точно пасть хищного животного двери студии. Сузуки, не рассчитав скорости, как и Руки ранее, поскользнулся на той же луже крови, и, не успев зацепиться за косяк, растянулся на полу у ног друга, пачкая белоснежную футболку чернильной темнотой уходящей жизни друга. Такашима на секунду замер на пороге, все происходящее показалось ему страшным ночным кошмаром, сейчас Юу остановится у дома и горячим поцелуем развеет весь этот ужас, а Юта ответит на звонок и, как всегда тихим, успокаивающим голосом ответит - «Не переживай, Койю, все хорошо». Только ледяной сквозняк, подувший из щели раскрытой двери пожарного входа, вернул во мрак реальности. Широяма сдавливал рану Укэ, из последних сил стараясь сдержать драгоценную жидкость. На каком-то автопилоте гитаристу удалось достать ускользающий от пальцев телефон и набрать номер скорой помощи. Гудки в трубке показались слишком долгими, а голос диспетчера – слишком сонным и безучастным, психанув, Уруха не выдержал, рявкнув: - Помощи хер дождешься! Сами повезем! Парни удивленно подняли глаза на дрожавшего Койю, а тот, бросив – «Я подгоню машину ближе», - убежал вниз по лестнице, выбивая двери ногами. - Аки, осторожно бери его за ноги, я за тело, Така, поддерживай голову.. – распорядился Широяма, наконец, возвратив над собой контроль и сумев хоть немного остановить кровотечение. Втроем мужчины понесли лучшего друга по лестнице, к машине. Укэ тихо хрипнув, оказавшись на руках согруппников, больше не подавая ни звука, плюшевый талисман выпал из обессиленных пальцев, оставшись сиротски валяться в, кажущейся черным пятном, луже хозяйской крови.

_____________

Уруха, сжавшись, обнимая себя руками, вжался в максимально придвинутое к бардачку переднее сидение, на каждом повороте коленки неприятно царапались о дверцу, Широяма гнал машину до ближайшей больницы, стараясь вести плавно и осторожно, измазанные кровью руки скользили по ребристой поверхности руля, заставляя крепче сжимать ускользающий пластик. Акира и Таканори разместились на заднем сидении, мчавшегося молнией по ночным улицам внедорожника, пытаясь максимально облегчить ощутимую боль драммера, когда машину заносило на поворотах. Получив от Аоя грозное «Не трогай! Хуже будет!» Рейта отбросил даже попытки прикоснуться к ненавистной рукоятке, как и все в машине моля всех богов только об одном – успеть. Вздумай Дьявол сейчас заключить сделку – это был бы самый выгодный контракт за всю историю человечества – четыре души взамен одной жизни. Но к мольбам отчаявшихся музыкантов были глухи и Боги, и Бесы. Таканори придерживал голову лидера, уткнувшись носом в шею, обнимая холодеющее тело. - Т-Така… - тихий шепот, едва заметная улыбка. - Юта, тихо… не разговаривай.. потерпи немного… еще чуть- чуть, слышишь?.. – вокалист задыхался слезами, рассматривая прикрытые, затуманенные глаза. - Акир-ра…К-Койю…Ю-уу… - Помолчи, братишка, не говори ничего… - Басист погладил холодные пальцы, а развернувшийся Такашима прижал к губам ладонь второй руки. - Юк.. береги силы.. не разговаривай… - ронял слезы Уруха. Слабо улыбнувшись, ударник закрыл глаза, прижавшись лбом к шее вокалиста: - Така… Холодно… - Я согрею… - Руки только осторожнее и ощутимее обнял человека, однажды осветившего его жизнь ярким лучиком, а теперь – угасавшего, рассеивающегося, точно сумерки на рассвете, - только потерпи… еще чуть-чуть… совсем немного… Мы ведь рядом… мы все с тобой… - Люблю… - тихим выдохом шепнул Юта, вновь проваливаясь в ноющую, наполненную болью темноту, смутно успев подумать, что боль в сердце гораздо сильнее боли в ране.