Проделки судьбы

«Нет, это было преступленьем, Так целым миром пренебречь Для одного тебя, чтоб тенью У ног твоих покорно лечь» (Н. Крандиевская-Толстая) Темно и тихо. Ни один звук не нарушает тишину. А почему тихо? Открыв глаза, я осмотрелся. Темные каменные стены, на руках наручники. Стоило пошевелить рукой, как цепь с грохотом проехалась по полу. Почему я здесь? В подвале очень холодно... холодно и сыро. по влажным камням стекают тонкие струйки воды. Я подполз к воде и заглянул в нее. На меня смотрело незнакомое лицо: вытянутые уши, белые, как молоко стоящие дыбом волосы, такие же белые ресницы, кроваво-красные глаза, пухлые губы, скрывающие острые как ножи клыки, темная кожа, почти черная... Отшатнувшись, я не удержался на руках и рухнул на пол. Воспоминания нахлынули тут же, не давая вздохнуть. Я подполз в к стене и облокотился на неё, обхватив голову руками. То что произошло было на моей совести. Я не смог сдержаться, его запах сводил меня с ума. Вот до чего дошло, теперь я даже не могу принять человеческий облик. Чувство вины, отчаянье, ненависть, презрение к самому себе. Эти чувства раздирали меня на части, давили не давая забыться. Забившись в угол я сжался комочком, из глаз покатились слезы, оставляя влажные дорожки на темной коже. Но больно было не от осознания того что я монстр, а от того, что Ник меня не когда не простит и будет презирать и напоминать все, что я сделал. Смириться с тем, что я не умеющая себя контролировать тварь и не имеющая права жить легче, чем признать, что любимый человек будет ненавидеть, презирать тебя всю оставшуюся жизнь. Медленно текли минуты, часы. Остались лишь пустота, холод и разъедающее душу одиночество, которое не оставляет после себя ничего. Осознание того, что ты предал единственного человека, которого так сильно любил, разрывает душу и разбивает сердце. Я все глубже погружался в свои мысли, растворяясь в своих страхах. Холод и сырость я больше не чувствовал. Я закрыл свое сознание. Погружаясь в ад, который я сам для себя создал…