Помоги мне.

- Я тебя слушаю. Билл вздохнул и начал свой рассказ. [Flashback] POV Автор Билл, придя со школы, сразу пошёл на кухню – не смотря на хрупкое телосложение, мальчик всегда любил покушать. Тем более, после того, что произошло. Каулитц дрожащими руками взял распечатанное письмо, адресованное Биллу, и перечитанное им не раз. В нём говорилось, что у Вильгельма появился поклонник, и он обещает буквально носить его на руках, после того, как украдёт. Идти в полицию мальчик боялся, а мать, не смотря на свою любовь к сыну, часто ночевала у мужчин. Через некоторое время Билл и думать забыл про письмо, посчитав его просто чей – то неудачной и злой шуткой. Зря. Прошло два месяца. Билл жил размеренной жизнью, если так можно назвать его существование. Из – за женственной внешности над мальчиком в школе издевались, его зажимали старшеклассники, трогали, за что только захотят, а если Билл пытался сопротивляться – то избивали. Одноклассники просто оскорбляли, часто подставляли перед учителями. Но, несмотря ни на что, Вильгельм был хорошим учеником, особенно любим он был учителем музыки – тот сразу заприметил талант мальчишки, уделяя ему больше внимания и занимаясь отдельно. В тот день Билл вышел из школы и направился в магазин, вспоминая список продуктов, которые просила купить его мама. Она предупредила, что вечером к ним придёт будущий отчим мальчика. Он был рад за мать, он всегда желал ей добра и очень любил. Выходя из магазина, загруженный тяжёлыми пакетами, Каулитц решил пробежаться через переулок, потому что тащить такую тяжесть Билл не мог. Оглядевшись по сторонам, и не заметив подозрительных личностей, мальчик быстро побежал, но, не успев преодолеть и половины переулка, как под ноги ему кинулась кошка. Не успевший затормозить, Билл упал на землю и последнее, что он помнил – это тяжесть тела сверху и запах, заполняющий лёгкие и заставлющий глаза закрыться. Очнувшись, Вильгельм захотел вскочить с земли, но не смог – он был привязан к какому – то столбу. Подёргав руками и ногами, и ощутив свою беспомощность, мальчик осознал и то, что глаза его закрыты повязкой. Осознание ситуации пришло незамедлительно и Билл издал первык крик: - Помогите!! Кто – нибудь!! Через пару секунд послышался скрип открываемой двери и чьи – то шаги. - Пожалуйста, отпустите меня! Ответом стало молчание. Через мгновение послышался треск разрезаемой ткани и майка соскользнула с худого тела. Билл тут же покраснел. Он всегда жутко стеснялся своей наготы, считая свои выпирающие рёбра и впалый живот до безумия некрасивыми. Чужая ладонь скользнула по груди, задевая сосок – мальчик вздрогнул, - и отправилась вниз, замирая у кромки джинс. Пара движений – и они упали к ногам, вызывая сдавленный вздох похитителя – Билл не надел белья. Он тут же свёл ноги, начиная извиваться: -Нет, не надо! Прошу Вас, отпустите меня домой! Я ничего никому не скажу! Неожиданный удар плети обжёг худое бедро мальчишки. Вскрикнув, он сильнее свёл ноги, но неожиданно «столб», который таковый казался Биллу, разъехался в четыре стороны, раздвигая руки Билла. Похититель схватил тонкую щиколотку и отвёл ножку мальчика в сторону, закрепляя на отъехавшей доске. Через пару минут Билл сгорал от стыда, так как он был полностью раскрыт для похитителя, который гладил тонкое тело, от шеи до пят. В такой позе Билл простоял два дня. Конечности затекли так, что не чувствовали чужих прикосновений. На третий день крест неожиданно принял горизонтальное положение, но закричать Билл не мог – голос был сорван от постоянной мольбы отпустить. Ремни, удерживающие щиколотки мальчика, двинулись вперёд, сгибая ножки в коленях, а доски разошлись ещё шире, открывая самые сокровенные места. Всё та же рука накрыла член, двигаясь ниже, поглаживая мошонку, и, наконец, замирая у ануса. Послышался хлопок открывающейся баночки, и через пару мгновений на сжатое колечко мышц нанесли холодный гель. Следующие полчаса Билл вновь умолял неизвестного прекратить эту пытку, юное тело не могло вынести столько боли сразу и разум отключился. Биллу дали передышку на день. Ему дали воды, но о еде он только мечтал. На следующий день насилие продолжилось, но на этот раз мальчик ощущал в себе не пальцы, а что – то более крупное и вибрирующее, что – то, что своей вибрацией ещё было раздражало разорванные стенки. На пятый день Билл потерял всякую надежду. Он не мог даже хрипеть, поэтому молча выносил все терзания. Тонкая, некогда бледная спина была вся красная из – за ударов плетью, а бёдра и ягодицы были в порезах от стекла. Его опустили на колени, и потом Билл задыхался, ощущая, как головка члена проскользала ему глубоко в горло. На шестой день Билла снова оставили в покое. Его одели, обработали раны, привели в нормальный вид, но повязку не снимали и не развязывали. Затуманенный болью, молодой разум ничего не понимал, и тело только конвульсивно дёргалось, когда к нему прикасались. На седьмой день, рано утром, Билл проснулся от пощёчины. Его отвязали, но повязку с глаз не снимали. Заломав ему руки, мальчика повели куда – то. Ощутив дуновение ветра, Вильгельм собрал остатки голоса, и тихо спросил: - Вы меня отпустите? Наивность мальчика, видимо, рассмешила преступника – Билл услышал смешок. Вдруг его поставили на колени, а с глаз сняли повязку. Он стоял напротив солнца. Не успев привыкнуть к свету, Вильгельм ощутил, как к горлу приставляют нож. Последним, что Билл помнит из своей жизни – это лезвие, перерезающее ему горло.