Условия Наследования.

Дни летели незаметно. Если сначала Ализель просто блуждала по замку, заглядывая без спроса и разрешения в тёмные закоулки старинного архитектурного произведения искусства, то с какого-то времени все изменилось. Разрешение было получено официально, как впрочем, и определенная нагрузка. Стелла позволяла делать ей все, кроме как входить в свою комнату, а позже начала выкраивать время для непродолжительных занятий по магии, от которых Ализель получала неимоверное удовольствие. Ей нравилась эта высокая, худощавая, и одновременно с тем, сильная женщина, с мерцающими синими глазами. Она хотела её радовать, хотела быть её тенью. И она следовала за ней по пятам. Прилежно училась всему, по нескольку раз повторяя перед сном усвоенные знания, чтобы на следующий день порадовать женщину, которая ей так безумно сильно нравилась. Но с каждым новым днём отношение к ней не изменялось, оставаясь пренебрежительным и её это доводило до истерики. По ночам, в своей комнате Ализель била несчастные подушки, рыдала в них, а потом нежно обнимала. Впрочем, об этом факте не знал никто из домочадцев, включая казалось бы вездесущего дворецкого. - Ладно. Достаточно, - Стелла встала и хмуро посмотрела на дворецкого, стоявшего у входа, который, буквально, вынудил её заняться воспитанием девчонки и её обучением, ссылаясь на завещание. Теперь, чтобы оставаться в этом замке, необходимо было смириться с теми месяцами, которые неутешительно маячили впереди. Словно срок. Необходимостью стало выполнение предписания завещания. А чтобы девчонка её вконец не достала своим преследованием, Стелла решила ей дать полный доступ к замку. Она вышла из главной залы с камином и пошла в подвал, где уже успела обустроить себе маленькую лабораторию. Девчонка шла за ней тенью, лишь раздражая еще больше. Если она поймет, что я тёмная, мне придется убить ее в конце обучения... Хорошо, что пока выходит выкручиваться рунами... - Тебе, что, нечем заняться? - раздраженно спросила Стелла. - Я... мне нельзя пойти с вами? - тихо и неуверенно. Если Стелла ей сейчас запретит, то она, как и большинство всех подростков начнет совать свой нос повсюду и все разгромит. Лучше уж показать, чтобы это не вызвало у неё интереса. Может, тогда пронесет. С такими неутешительными мыслями Стелла спускалась все ниже, едва освещая себе путь маленькими огоньками, пущенными впереди по винтовой темной лестнице подвала. Сзади неё послышался вскрик, и она быстро реагируя, как всегда в случае опасности, развернулась. В ее руки упало тощее тельце. Руки Ализель непроизвольно зацепились за нее. Стелла шумно вздохнула. А ещё дети пугаются, поскальзываются и падают на ровном месте. Она, было, хотела оттолкнуть девчонку от себя, но почувствовала, как руки девушки разжались и заскользили выше по её рукам. И что все это значит? Не успела Стелла продумать до конца свою мысль, как тоненькие ручки сомкнулись кольцом сзади ее шеи. Девочка прижалась к ней всем своим тощим тельцем и уткнулась носом в шею. Сердце Стеллы, казалось, остановилось, словно задавая немой вопрос, который, секундой раньше, задал её разум. А потом ударилось с такой силой, что Стелла почувствовала щемящую боль. Она, что, довела меня до остановки сердца одними только объятиями?! Она, было, хотела освободиться, оттолкнуть девчонку, но не могла даже пошевелиться. Кровь прилила к ушам и щекам, дыхание перехватило. Руки вокруг ее шеи разомкнулись и нежно соскользнули от шеи по плечам вниз. Маленькое тельце отстранилось, и Стелла поняла, что наконец-то может спокойно думать и дышать. - Я...просто я... - вздох. - Простите. Вирт хотела сказать, что та может идти подальше отсюда, чтобы не угробить и себя, и ее, но в горле предательски встал ком. Она промолчала и пошла дальше вниз. Да что же такое творится? Она меня испугала? Чем? Своими хлипкими ручонками? Другой голос, разума, выдал ей совсем другую версию произошедшего, но она его оборвала на полуслове. Думать ей о таком варианте совсем не хотелось. И даже предполагать. Она открыла дверь в помещение, и мысленно послав маленькие огоньки вперед к лампам, прошла вперед. Помещение озарилось мягким светом. Ализель непроизвольно ахнула, увидев скопление всяких баночек, склянок, котелков и свертков. В комнате стоял душистый запах самых разнообразных трав. Стелла подошла к котелку, висящему у каминного углубления и, бросив несколько поленьев под него, зажгла огонь заклинанием. - А что это? - девочка подошла к котелку и посмотрела на тёмное месиво внутри. Стелла хотела ответить что-нибудь резкое, но её горло опять сжали словно тисками. Решив, что некоторое время с девчонкой общаться не стоит - в целях профилактики собственного странного недомогания, она понесла к котелку заранее приготовленные травы и другие ингредиенты. Они обе стояли возле котла молча. Ализель смотрела на огонь, пытаясь унять дрожь, которая её начинала вновь бить, едва она вспоминала о том объятии на лестнице. А Стелла смотрела в котел, ожидая, когда настой начнет закипать, чтобы бросить оставшиеся ингредиенты и благополучно забыть о существовании этой лаборатории еще на неделю, пока отвар не настоится. Что-то было умиротворяющее в этом молчаливом ожидании. И присутствие рядом девчонки, навеяло странное ощущение необъяснимой радости и восторга. Словно она сама подросток и варит свое первое зелье. Пристальный взгляд на рядом стоящую Ализель, вызвал очередной приступ безмятежности и Стелла мотнула головой, прогоняя наваждение. Месиво закипело и оставалось закинуть лишь ингредиенты. Сначала шалфей. Потом мяту, для вкуса, пара-тройка хвостиков черных крыс, десять глаз жаб. Пока она с упоением бросала ингредиенты в кипящий котел, она не замечала, как Ализель обводит взглядом ее фигуру, как загораются её глаза и тут же темнеют, словно грозовые тучи. Освободившись от всех ингредиентов, Стелла отряхнула руки и направилась к двери, отставляя пару догорающих поленьев под кипящим котлом. Ализель направилась за ней, и женщина, пропустив её вперед, прикрыла за собой дверь и осветила лестницу. Выйдя в залу, они направились в столовую. Ромиан уже стоял у большого стола уставленного блюдами, в молчаливом ожидании распоряжений. Монбрант в этот раз не стала себя наказывать таким огромным расстоянием, она села по правую руку Стеллы: - Ромиан, принеси прибор сюда. - Как скажете, маленькая госпожа, - он принес столовые приборы, тарелки и встал обратно у стены, готовый к любым распоряжениям. Стелла удивилась перемене места Ализель, но не подала виду. Она старательно игнорировала девчонку. Так было проще. Ей очень не хотелось думать, почему у неё перехватывает дыхание и замирает сердце от близости девчонки, после этого нелепого случая на лестнице. Ужин прошел в молчании, несколько случайных прикосновений рук, вгоняли девушку в краску, а сердце Стеллы делало сальто. Да что же это такое... Ведьма краем глаза посматривала на светловолосую голову рядом с собой, пытаясь не отвечать самой себе на вопрос. Потому что ответ она знала. И ей он не нравился. Очень. Девчонка краснеет, смущается, отводит взгляд. После прикосновений, её рука дрожит так, что слышен звон её вилки о тарелку. Нет, нет... Не думать об этом. Не думать. Ей же всего семнадцать! А мне уже двадцать семь... и я просто не могу... ну я же не могу...не могу же я её желать?! Вздох. Аппетит пропал. - Спасибо, Ромиан. Она встала и быстрым шагом пошла прочь из столовой, оставляя растерянную Ализель доедать свой ужин в одиночестве. Хлопнув дверью, женщина упала на кровать, угрюмо смотря в потолок. Хорошо. Что она имеет? Имеет она не очень хорошую репутацию. Три королевства в качестве врагов, если быть точной. Розыск. Собственный замок и кучу денег в обмен на воспитание одной единственной девчонки, которая по совместительству является дочкой сволочной светлой волшебницы с огромным самомнением и, по всей видимости, огромными амбициями. Отлично. Просто отлично. Стелла прикрыла глаза. А еще я, похоже... нет, совсем нет. Я ее не желаю. Совсем нет. А она... Перед ее глазами мелькнули красные уши и краснеющие щеки. Дрожащие пальцы и темнеющие серые глаза. Смущенная улыбка. А вот она, похоже, влюблена.