Условия Наследования.

Стелла в панике бежала вниз по лестнице, перепрыгивая ступеньки, и на ходу зашнуровывая рубашку дрожащими пальцами. Лучшим решением она считала бегство. Оно не раз ей спасало шкуру. Она готова была ехать немедленно, и уже открыла входную дверь, готовая бежать к конюшне, когда почувствовала, как резко сзади прижимается к ней Ализель и обвивает руками её талию. Стелла застыла. Её единственным желанием было вырваться и бежать, куда глаза глядят, но она ничего не могла поделать со своим собственным телом. Оно было подчинено тонким рукам девушки, которая всего несколько минут назад ей принадлежала полностью и без остатка. Молчание затянулось. Ведьма пыталась подобрать нужные слова, но их не было и она продолжала молчать. Бешеный ритм сердца сменился на более спокойный, паника отступила, и ворвался голос разума. Он твердил ей, какая она дура, что снова повелась на Ализель и сознательно переспала с ней. Стелла покорно принимала критику, в глубине души поддерживая свои чувства, которые посылали далеко и надолго голос разума. - Не за что... - тихий шепот. - Повторим? О чем это она? Страх полностью уступил рассудку, который пытался определить, к чему эти слова Ализель относятся. Озарение пришло внезапно. Какой ужас...Я же её поблагодарила за... и сказала, что мне понравилось! Я сумасшедшая. Эта девчонка свела меня с ума... - Останься... Стелла сглотнула ком подступивший к горлу. Она не могла себе представить, во что это все могло бы вылиться, останься она. Что с ней будет, когда Ализель увидит её обнаженной? А не спать с ней после всего, что произошло, это мука. Я хочу её. Снова. - Я... знаю, что была... ммм... - Ализель улыбнулась, - чересчур настойчива, даже слишком... если ты... захочешь меня снова, то я... я буду ждать тебя, то есть... - девушка тяжело вздохнула, подбирая правильные слова, чтобы Стелла вновь не попыталась сбежать. - В общем... мне понравилось. Очень. Останься? Сопротивление было бесполезным, на губах Стеллы появилась улыбка, а сердце радостно подпрыгнув, едва ли не запело. По телу прошлась тёплая волна удовольствия. Она хотела сказать Ализель, что совсем не против продолжить, но не могла сказать ни слова. Разум и чувства вступили в конфликт, словно ангел и демон, первым начал разум: "А потом ты ей расскажешь что ты Каприс, расскажешь ей о вашей первой ночи, когда ты сделала ей больно и вежливо поинтересуешься, как она относиться к тому, что скоро Стеллы Вирт не станет, потому как, твои демоны... О да и о них ты тоже ей расскажешь в обязательном порядке! В том числе, откуда они появились в твоей жизни, а также красочно расскажи ей во всех подробностях, о зверствах за закрытыми дверьми Крепости Страданий, которые ты благополучно пережила, чтобы прыгнуть ей в кровать, ну и напоследок ты поцелуешь её, как в доброй сказке, и вы заживете недолго, но счастливо. Так?" Мягкая улыбка, появившаяся от слов Ализель, мгновенно пропала. В синих глазах появился страх. "Думаешь, ей понравится вид твоей заклейменной спины? Или понравится значение клейма, которое тебе поставили?" Стелла нахмурилась. Все эти причины вынуждали её убраться подальше. Бежать без оглядки на юг, где тёмные маги живут спокойной, размеренной жизнью, ни в чем не зная нужды. Ага, и бросить замок, деньги, девчонку, которая дарит себя. Ради чего? Ради сухой корки хлеба в очередной пешей прогулке до пограничного гарнизона. Лучше не бывает. Может просто принять её предложение? Она же меня не заставляет спать с собой... просто она предлагает мне себя. Во внутреннем диалоге наконец заговорили чувства: "Силенок-то хватит отказаться от такого?" "Ну, я же не буду ей ничего говорить. Да и спину показывать, тоже не собираюсь." "Ну да, а она девочка совсем не любопытная, ей абсолютно всё равно, что у тебя вся спина заклеймена. И она, конечно же, настолько глупа, что ни в жизнь не поймет что именно там изображено." "Можно поверить ей на слово? Она же не требует показать ей спину. Все может очень даже неплохо сложиться." "Конечно, может... а потом ты станешь тем самым чудовищем, которое из тебя делают эти трое. Тогда она останется с тобой? Не побежит с криками к своей мамочке? Ты вообще уверена, что ты сможешь жить во лжи? Быть обычной Стеллой Вирт, не Каприс? Ты можешь гарантировать что вызвав в следующий раз демонов, они полностью тебя не обратят?", - домыслить Стелле не дал мягкий голос Ализель: - Стелла... Я люблю тебя. Сердце предательски сжалось, умоляя о пощаде. "И эти слова ты уже слышала не раз, заметь. И не только от неё. Крепость Страданий забыла? Хотя судя по тому, что с тобой сегодня было, до того как ты заснула, ты хорошо помнишь те деньки и не забыла, что такое любовь." "Это было в прошлом... Сейчас все по-другому." "Думаешь, эта девчонка в состоянии спасти тебя? Она не может спасти даже себя! И главный вопрос – ты готова ей отдаться полностью?" Стелла медленно развернулась, смотря в серо-зелёные глаза, пытаясь в них найти ответы на свои вопросы. Все вокруг перестало иметь значение. Казалось, окружающий мир рухнул, оставляя их, наедине друг с другом. В глазах светловолосой девушки, она заметила решимость. Губы ведьмы сами сложились в ухмылку. А почему бы и нет? - Хорошо... - Стелла подавила желание поцеловать девушку, притянуть к себе, обнять и рассказать о том безумии, которое её накрывает лишь от одних только прикосновений. Я сделаю все, как надо... - Пойдем, посмотрим на артефакты, которые мы взяли у Ментара? Стелла прошла мимо изумленной девушки. Ализель готова была схватиться за голову, биться ей об стену. Она ничего не понимала. В один момент ведьма возносит её на вершину, в следующий – бежит прочь, потом просто говорит «хорошо» и решает остаться. Да что у неё в голове творится?! Что за «хорошо»?! Хорошо, что я её люблю?! Или то, что обещала ждать её?! Или то, что обещала отдать ей себя, если она только пожелает?! Господи! Чувствую себя её наложницей! Как у неё так, получается, быть моей королевой и одновременно моим палачом? Ализель с тоской посмотрела на удаляющуюся от неё фигуру и пошла следом. Почему-то ей вспомнился один из романов с маминой полки, где девушка попала к королю в наложницы. Как бедняжка подавляла свои чувства, позволяя жестокому королю пользоваться ею. Она безропотно сносила все его прихоти, боясь возразить. А потом король внезапно полюбил её и начал бороться за её любовь, девушка тоже полюбила его, тогда, он сделал её своей королевой и они жили долго и счастливо. Ализель ловила себя на мысли, что она бы просто так не стала подчиняться, кому бы то ни было. Особенно какому-то тирану. Предпочитая смерть подобному унижению. А сейчас она ничем не лучше той девушки. Также сносит внезапные смены настроения синеглазой красавицы, позволяя ей брать себя, когда той вздумается. Стелла вынула из котомки покупки и, бросив их на пол, стала аккуратно доставать на стол все то, что они прихватили из дома Ментара. Ализель подошла к столу и начала перебирать свертки и непонятные предметы, с любопытством осматривая их. Ведьма бросила пустую сумку на пол и, сев в кресло, подперла голову рукой, пристально рассматривала девушку перед собой, словно впервые видела. Взгляд был заинтересованным и изучающим, однако Ализель не видела его, иначе обязательно спросила бы, что Стелла пытается в ней увидеть. Ализель покрутила в руках рог единорога и пришла к выводу, что вещь выглядит, не столь "эпично", как ей бы стоило. Разочаровано вздохнув, она развернула один из свертков, в котором обнаружилась массивная золотая цепочка, из-за размера похожая скорее на ошейник. Она покрутила цепь в руках и повернулась к Стелле: - А что это? О боже... Стремительно темнеющие синие глаза затопили её мир, вынуждая Ализель потеряться во времени и пространстве, умирать от желания, чтобы снова воскресать в этой ночной синеве. Она старалась научиться дышать, но это плохо выходило, ни разум, ни сердце ей не подчинялись. Лишь заметив, как губы прекрасной ведьмы медленно расплываются в усмешке, она смогла вздохнуть и с укором посмотреть на Стеллу. Зачем ты делаешь это со мной? Зачем ты издеваешься и дразнишь? Зачем ты сводишь меня с ума? Я хочу знать твои мысли и желания, хочу почувствовать тебя, понять. - Это цепь повиновения. Наверно для тех девчонок, которых он брал. Ализель отвела взгляд от синих глаз, и бросила цепочку обратно на стол: - Почему он не пользовался символом повиновения? - Ну, может ему нужно было много времени... А ведь запас магии не бесконечный, – усмехнулась Стелла, удобнее устраиваясь в кресле, и закидывая ногу на ногу. Ализель покраснела от смысла вложенного ведьмой в слова. Кашлянув, избавляясь от кома в горле, она взяла первое, что попало ей в руки, стараясь не думать о почти осязаемом напряжении между ними обеими. - А это? - А на что это похоже? – Стелла с умилением смотрела на девушку, сейчас перед ней был словно ребенок, дитя. Она не сдержала улыбку. Ализель покрутила в руках серебристый браслет и попыталась надеть. - На твоем месте я бы не стала этого делать... - насмешливо сказала она, не сводя глаз с девушки. - Почему? Это же обычный браслет? – спросила Ализель, даже не повернув голову на голос, чтобы снова не попасть под чарующий взгляд ведьмы. - Не совсем, – ухмыльнулась Стелла. – Он усиливает все чувства. Неплохая вещица, но, думаю он её использовал для сугубо личных и интимных целей. Ализель закусила губу, всем нутром ощущая, как темная ведьма дразнит её. А если я отвечу? Она развернулась лицом к Стелле, посмотрев в её темнеющие глаза, девушка, облокотившись о стол, нарочно медленно начала надевать его, слегка улыбаясь. - Как ощущения? – Стелла вопросительно приподняла бровь, инстинктивно облизнув губы. Все тело сводило в предвкушении. Она поймала себя на мысли, что жаждет быть вновь соблазненной. - Интересные, – Ализель не сдвинулась с места. - Вот как... - улыбка Стеллы стала шире. - Ага. Медленный вздох, чтобы успокоиться и взгляд на стол: - Что еще там есть интересного? - Сама посмотри. - хмыкнула Ализель, улыбаясь. Ведьма перевела взгляд со стола, назад на девушку, не шелохнувшись. Такой расклад её не устраивал. Она не собиралась поддаваться девчонке, которая явно задалась целью вынудить её, Стеллу, сделать первый шаг. На этот шаг она была не готова. Он слишком много значил для неё. Было проще, когда Ализель сама приставала и это ни к чему не обязывало. В данный момент же она просила слишком многого. Открыто признавать свои чувства и желания Стелла не собиралась. Пока не собиралась. Для доверия посреди всей этой лжи, было слишком рано. - Тогда, возьму реагенты. Сварю что-нибудь стоящее, - ведьма резко встав, подошла к столу и взяв рог единорога, и еще несколько подписанных свертков, пошла на выход. - Не злоупотребляй браслетом, кстати. Ализель проводила её взглядом и, тяжело вздохнув, сняла браслет, а затем бросила на стол. Напряжение спало, и девушка почувствовала разочарование. Чего же ты так боишься? Сколько мне еще бегать за тобой? Я же вижу, ты тоже меня хочешь... К чему эта нелепая игра? Взгляд начал изучать надписи на свертках. Зачем ты осталась? Хочешь ли ты быть со мной или для тебя это лишь забава? Обычное желание? Когда ты начала чувствовать это? Что она вообще от меня хочет?! Она потерла лоб, хмурясь. А что меня останавливает это узнать? Обычный разговор никто не запрещал. Она посмотрела в сторону двери в лабораторию. Последний раз... Я попытаюсь последний раз. Кивнув себе, она решительно направилась к двери и, распахнув её, стала спускаться в темноту, вниз по лестнице. Застыв перед дверью, она кусала губы, порываясь развернуться и уйти. Что я ей скажу? Плевать... разберемся. Она открыла дверь и поймав вопросительный взгляд Стеллы, стоящей у стола с ингредиентами, быстро направилась к ней. - Расскажи. Стелла удивленно приподняла бровь: - Что? - Все, - Ализель поджала губы, смотря как взгляд Стеллы становится ледяным. - Увы, я... - Я подсыпала тебе в вино зелья забвения и любви. И мы провели ночь вместе, - выпалила Ализель, подступая ближе к растерянной ведьме, - а еще я подмешала Ромиану и Жане сонное зелье. Повисла тишина. Ну же, ударь меня, накричи, отреагируй! Стелла открыла рот и закрыла, и вдруг внезапно рассмеялась. Ализель недоуменно смотрела как она заливается смехом. - Ну хорошо... - всё ещё смеясь, начала Стелла. - Я тогда тебя раскусила и заранее приняла антидот. Так что я прекрасно помню ту ночь! В груди Ализель полыхнула ярость, ей захотелось упрекнуть Стеллу, сделать ей больно, как было ей, но она лишь потрясенно смотрела в смеющиеся синие глаза. - Продолжать? - зло усмехнулась ведьма. От её тона Ализель стало ещё больнее, словно он говорил ей "смотри как я попользовалась тобой!". Что она может рассказать? Ализель нерешительно кивнула, боясь узнать, что все это игра. Умелая игра прекрасной, но злой ведьмы, с мерцающими синими глазами. - Мое имя Каприс, и я могу поспорить ты слышала обо мне, - ведьма оскалилась, и тихо шепнула на ухо застывшей Ализель. - Тебе страшно, девочка моя? Не может быть... та Каприс... жестокая убийца светлых магов. Повелительница демонов. Она - зло. И заклятый враг моей матери... Ализель сглотнула подступившие к глазам слёзы. Она использовала меня чтобы добраться до матери? - О, пожалуйста не стоит плакать в самом начале, - рассмеялась Стелла, но Ализель почувствовала, как голос ведьмы дрогнул. - Я же Каприс. Ты ведь слышала, кто такая Каприс? Бывший узник Крепости Страданий. Единственный выживший узник, находящийся на свободе... Ализель была наслышана от матери и её подруг о жизни темной ведьмы. И эта жизнь вызывала в ней отвращение. Она сделала шаг назад, отступая от Стеллы. Синие глаза полыхнули яростью, мерцающей синевой: - Стоять! Ализель застыла, сердце пропустило удар, слёзы мокрыми серебряными дорожками скатились по щекам. Ведьма медленно протянула руку к щеке девушки, но та отшатнулась от неё. Стелла горько усмехнулась: - Светлые... в вас так много доброты... Ты хочешь знать, что было у меня на спине? Там вся ваша светлая любовь...- последнее слово она выплюнула с презрением, поворачиваясь спиной к Ализель и задирая рубашку. Ализель увидала выжженную спину ведьмы. Клеймо на клейме. Множество. Она вздрогнула, не смея верить в увиденное. Нет... не может быть... Светлые не могли... Рубашка опустилась, Стелла развернулась. Их глаза встретились. - Я думаю ты поняла значение клейма, или тебе надо все в подробностях рассказывать? - её тон сменился на более тихий, но все же оставаясь ледяным, пробирающим до мурашек. Ализель прекрасно поняла смысл клейма. Она не хотела слышать про то, что было в Крепости Страданий, все и так было ясно. И это было больнее всего. Все представления о добре и зле рушились, и она запуталась во всем. - Забавная история случилась, - усмешка. - Я молила бога о помощи, но он не пришел... Ну а перед смертью, я молила другую сторону о жизни. Представь себе, они пришли! - Стелла рассмеялась. Ализель увидела слёзы на щеках ведьмы, ей захотелось обнять её, утешить, сказать ей о своей любви. О любви... Думаю, ей её хватило...там. Она не решалась сделать шаг навстречу. - Видишь ли... - грустно улыбнулась Стелла, присаживаясь на стол, - у меня с ними что-то вроде контракта. Пока я человек, могу вызывать их, когда мне угодно... Ах, да, вероятно я скоро стану чудовищем. Это мой выбор. Я продлила свою жизнь. Что тебе ещё рассказать? Ализель с трудом стояла на ногах, в глазах темнело, а тело била дрожь. Бледная, словно полотно, она прошептала: - Всё... Они смотрели друг другу в глаза. Каприс тяжело вздохнула. - Моя мать была светлой волшебницей и не замужем. От своего коллеги она забеременела, решив, видимо, что тот ринется как рыцарь в сияющих доспехах к ней и предложит руку и сердце. В общем она ошиблась, - насмешливо. - Светлым запрещено убивать детей в утробе, как ты знаешь... Мне было лет пять, когда она продала меня черному кругу, для жертвоприношения. Всилиан, один из главных мастеров там, увидел во мне силу, и уговорил оставить мне жизнь. За что ему конечно, спасибо... Мне было пятнадцать лет, когда черный круг накрыли светлые. Тогда меня и кинули в Крепость Страданий, где продержалась я дольше всех тех, с кем туда попала. Несколько лет побоев, унижений, насилия и бесконечного голода, а надзиратель... - Довольно... - прошептала Ализель, воображение услужливо нарисовало картинку. Она не хотела слышать ничего. Все это было слишком, для одного дня. Слишком много чувств, переживаний и мир, представления о котором были разрушены этой красивой и опасной женщиной. - ...Надзиратель в нашем секторе, был довольно смышленый малый, за ночь со мной он брал золотом, ну пока я... Стелла подскочила и поймала рухнувшую в обморок девушку. Обняв её, она тяжело вздохнула и потащилась к двери, неся на руках драгоценную ношу. Вот ты и сказала ей правду... Тебе стало от этого лучше?