Веер времени

Глава 1. Ожерелье — Госпожа Изаёй, госпожа Изаёй! — слуга влетел, едва не снеся по пути двери. Женщина, сидящая у окна, вздрогнула и подняла на него грустные глаза. «Неужели — он? Но ещё же рано…» — Госпожа Изаёй! — Что случилось? — Там…пришёл человек, хочет видеть госпожу! Женщина медленно и тяжело встала, поддерживая большой живот. «Остались уже считанные дни... Как бы не завтра…» Но явление того, кто хотел её видеть, действительно заслуживало внимания. Родня отвернулась от неё, подруги детства — в ужасе отшатнулись, часть прислуги — разбежалась… Остались только самые верные, самые преданные ей…или, скорее, Такемару, люди. Она поморщилась, осторожно ступая на крыльцо. Такемару… Его любовь — слепая и нелепая, могла натворить много бед… Когда приходил Инуно-Тайшо, самурая приходилось отсылать. Правда, с каждым днём он становился всё упрямее. И едва ли он повинуется, если она завтра прикажет ему уехать прочь. Ведь Такемару отлично знает, что Он непременно явится…хотя бы для того, чтобы взглянуть на своего сына. — Мне сказали, ты искал встречи со мной? Некто, завёрнутый в шкуру бабуина, изобразил нечто, похожее на поклон. — Да, госпожа. Вживую вы ещё более великолепны, чем я представлял себе. Она проглотила комплимент, ни единым жестом не выразив своего отношения к нему. Этот человек был ей чем-то глубоко неприятен, но тому, кто стал отверженным, выбирать не приходится… — Зачем же ты искал меня? — Я…Я хотел поступить на службу к госпоже. Я слышал, она добра и милостива… Изаёй едва заметно нахмурилась. Что же делать? Нельзя брать нового человека, не предупредив его о возможном появлении…Инуно-Тайшо. — Слышал ли ты, что сюда наведывается могущественный демон? — Я не боюсь демонов, госпожа. Женщина вздохнула и неловко переступила с ноги на ногу. Стоять было всё тяжелее, ныли поясница и спина. — Госпожа колеблется? Я принёс ей дар! Изаёй впервые слышала, чтобы слуга приносил дар будущему возможному хозяину. Она уже открыла рот, чтобы отказаться, но не успела. На широкой ладони, выпростанной из-под шкуры, лежало удивительно ожерелье. Ряд великолепных жемчужин… Но самой прекрасной его частью был шарик из розового стекла. Женщина зачарованно протянула руку. Что-то было неприятное в этом человеке, в этом украшении… Но противится сиянью камня принцесса не смогла. — Я…Благодарю тебя. Я думаю, ты можешь работать… — вот тут усталые ноги подвели. Она пошатнулась. — Госпожа, вы в порядке? — «Такемару…» Глаза самурая подозрительно сощурились при виде шкуры. Похоже, он гадал, не мог ли там спрятаться один ненавистный демон. «Инуно-Тайшо никогда бы не стал скрываться!» — Кто это? — Этот человек пришёл, чтобы поступить ко мне на службу… — Госпожа, вам надо отдохнуть. Я сам определю его. Изаёй вздохнула. Нельзя позволять подчинённым командовать собой, но она действительно безумно устала. И чувствовала себя с самого утра…не очень хорошо. Женщина медленно сомкнула ладонь в кулак, пряча ожерелье от глаз самурая. — Что ж, следуй за ним, — она кивнула на Такемару и двинулась в свои покои. — Госпожа, вы себя хорошо чувствуете? — служанка взволнованно подхватила её под руки. — Да. Всё в порядке. Изаёй медленно опустилась на циновку и прислонилась к стене. «О, Ками… Когда он родится, столкнуться двое, которые любят меня, столкнуться…человек и демон… Я не хочу, чтобы один из них погиб! Не хочу! Инуно-Тайшо так любит людей… Но Такемару так упрям… Для него существует лишь одна правда — его собственная. Однако он не бросил меня на произвол судьбы, он остался защищать меня…Хоть я и выбрала демона. Я не хочу, чтобы он погиб…» — женщина разжала ладонь и вздрогнула: прозрачный розовый камень помутнел, приобретая белёсый оттенок. *** — Нараку, чем ты недоволен? Всё идёт по плану! — Кагуя честно пыталась удержаться от улыбки. Губы непослушно разъезжались. Изгвазданная шкура бабуина издала глухой звук, в равной степени похожий на шипение и рычание: — Она не должна была отправлять меня работать на кухне!!! — И чем плохо? Мог вообще нужники чистить… — Кагуя, я — Нараку! — Я знаю! — девушка слегка удивилась, потом принюхалась и отодвинулась подальше. — Я, Нараку, не могу перебирать рис, потрошить кур и заниматься тому подобными глупостями! Кагуя склонила голову набок. Кажется, впервые на её памяти мужчина пребывал на грани истерики. — Зато саке под рукой! — Саке? Саке??? Завтра ожидают пришествия этого…Инуно-Тайшо! Такемару обещал лично зарубить того, кого встретит пьяным! — И камень у Изаёй… Вот здесь девушка попала в точку. Шкура в районе плеч дрогнула и распрямилась, морда бабуина приподнялась: Нараку пришёл в своё обычное расположение духа. — О, да! И она уже начала наполнять его печалью! Я чувствую это! — И это первый план, который удачно прошёл первую стадию… Судя по мрачному молчанию, эта фраза была не самой лучшей. — Ты говорила, веер выдержит максимум три раза? — Говорила, — осторожно подтвердила Кагуя. — Значит, это мой последний шанс. На этот раз всё пройдёт успешно… Изаёй уже в моих руках! — в глазницах засверкал обычный азарт. Девушка наблюдала за шкурой с некоторым недоумением. Её не оставляло ощущение, что Нараку рано обрадовался. Но с другой стороны… Это ведь его планы и его проблемы. По крайней мере, она прихватила свой плащ. — Кагуя! Мы смо… — Эй, новенький, где тебя носит! Марш рыбу потрошить! Шкура бабуина содрогнулась и медленно поползла к замку. Вид у неё был самый несчастный…