Альтер эго

- Нет, да, я уверен что я не хочу работать в детской программе "Спокойной ночи малыши", - Гриша уже не знал как отказаться точнее. Он на секунду отнял мобильник от уха, закатил глаза, приставил его обратно и, выпалив - До свидания! - сбросил трубку. Он поёт уже несколько месяцев, и пока ни одного нормального предложения и ни одной нормальной договоренности о концерте! Вся его карьера заключалась в первом выступлении в парке Горького, в нескольких афишах и в приглашении на передачу "Вечерний Ургант", которого лучше бы не было, надо признаться! Мужчина весь день провел со своим "агентом", отвечая на его вопросы типа "ради чего ты начал петь?" и "когда планируешь закончить карьеру певца?", а теперь ему позвонили и предложили быть Степашкой! Даже не Хрюшей - Степашкой! Настроение было плохое, впрочем, как и погода: моросил мелкий гадосный дождик. Гриша зашёл в свой подъезд, стряхнул с волос капли дождя (точнее, выжал волосы, потому что из-за десятиминутной ходьбы они промокли насквозь), подрыгал замерзшими ногами, фыркнул, стал быстро подниматься по ступенькам, заставляя эхо оживать и повторять звуки его шагов и дыхания. В квартире было тепло, что не могло не радовать. Гриша снял ботинки, скинул куртку и ушёл в свою комнату чтобы переодеться в домашнюю одежду. Его выбор пал на мягкие черные штаны и широкую белую футболку. Поставив телефон заряжаться и подсушив феном мокрющие волосы, Гриша наконец пришел на свою кухню. Он открыл холодильник, когда внезапно сзади послышался скрежет стула по полу, который заставил Гришу подпрыгнуть на месте от неожиданности. Он быстро обернулся и увидел Ивана, который еще пару секунд назад сидел за столом и, судя по тарелке и кружке, что-то пил и что-то ел. Иван подошел и, не дав Грише начать задавать свои вопросы, довольно приятно его поцеловал. Потом отодвинулся, просто сказал "Привет" и сел обратно за стол, взяв кружку в руки. Мысли Гриши приняли совершенно другой оборот - от "какого ты тут..?!" до "это что, приветствие такое теперь у нас?!". Он провел пальцами по губам, уже растерянно глядя на Ивана, который вел себя как ни в чём не бывало. - Что ты тут делаешь? Ты тут давно? - Гриша сел за стол напротив Ивана и заметил какую-то грусть в глазах телеведущего. - Всё в порядке?... Когда ты уже отдашь ключи от моей квартиры? Ты меня напугал... - Я,- прервал его лопотание Иван, с негромким стуком поставив кружку на стол и начиная греть об неё руки,- забыл у тебя свои часы, оставил в ванной на стиральной машине. - пояснил мужчина, после чего быстро добавил.- Пришел за ними и решил остаться. Видимо, он успел еще и обыскать шкафы Гриши, иначе как объяснить что на Иване вместо его привычного костюма Гришина черная футболка?! - Ммм...- Гриша опять вспомнил про свою карьеру и замолчал, надеясь что Иван спросит у него в чем дело. Но он не спросил, решив ответить на другой ранее заданный Гришей вопрос: - Недавно пришел, сижу, сценарий на завтра учу. Гриша только сейчас заметил рядом с кружкой лист А4. Взял его себе, пробежал глазами по тексту: - "Здравствуйте уважаемые дамы и господа...такая победа не может нас не радовать...пять вспышек прекрасного...хрусталев, выходи..."- Гриша отложил листок. - Тут вроде немного. - Мне таак не хочется всё это учить.- потянулся Иван. Гриша встал из-за стола и ушел в спальню; не хотелось говорить с Иваном о работе, ведь он первоканалец и супер-знаменитость, которая ни фига не ценит что имеет, а Гриша...всего лишь Гриша, ничего более. Ну бренчит на гитаре иногда. Гриша лег на кровать и закрылся одеялом, и плевать что в домашней одежде а не в пижаме - если он сейчас уснет, то будет рад. Но сон совершенно не шёл - вдобавок к этому Иван включил воду на кухне. "Посуду моет. - догадался Гриша, ёрзая головой на подушке. - Первоканалец! Урод ты, а не первоканалец! Сказал пару фраз выученного текста, а уже через каких-то два часа тысячи глаз обратятся к экранам, чтобы только увидеть этого человека! - горько думал Гриша,- да я бы даже бесплатно на такую работу пошел, да я бы даже сам платил им за свою же работу, да я..." - Подвинься.- тихий голос сзади. " И этот урод ещё и кантуется у меня дома! Никак не выгнать его!" Гриша молча передвинулся на другую сторону кровати, не оборачиваясь. Послышалось три легких шага, потом звук сбрасывания Гришиных тапочек с ног, потом кровать немного прогнулась под весом нового тела. - Лежи. Но ни-че-го, повторяю - ничего не говори.- предупредительно сказал Гриша, закрывая глаза. - Гриииииш. Опять по имени. - Что. - Ну может ты хоть обернешься? - Я же сказал тебе - лежи, но только... - Да ладно тебе, у меня тоже не лучшее настроение, просто обернись. Они переговаривались тихо, как будто ожидали чего-то, и чтобы это произошло им обязательно нужна была тишина. Гриша медленно перевернулся на другой бок, показывая Ивану глаза, наполненные слезами. Когда Иван вначале это увидел, то его глаза чуть расширившись, рот открылся от удивления и даже мурашки пробежали по телу. Он пока ни разу не видел Гришу в таком плачевном в прямом смысле состоянии! Но Гриша лишь покачал головой, таким образом прося Ивана ни о чем не спрашивать. Потом медленно закрыл глаза, давая одной слезе скатиться на нос и с него упасть на подушку. Иван молча смотрел на расслабленное лицо Гриши - такое печальное и в то же время одухотворенное... Красиво изогнутые брови, длинные ресницы, немного подрагивающие веки, пухлые щёки ("это в меня."- с удовольствием заметил Иван.) . Пока Иван заглядывал Гришу тот приоткрыл рот и уже почти заснул, пока Иван не позвал его: - Грююю! Гриша чуть вздрогнул, приоткрыл глаза и слабо выговорил: - Грю. Теперь я Грю. Ну отлично, хорошо, я Грю. Чего тебе? - Ты так много раз повторил слово "Грю".- тихонько смеётся Иван. - Я подумал.. Может быть сейчас? - выдыхает он, совершенно не стыдясь при этом смотреть Грише в глаза. Гриша открывает свои глаза полностью, они все еще блестящие от слёз и уже немного красные. Потом он облизывает пересохшие губы и со смесью удивления и тихой ненависти спрашивает: - Да что ж ты за человек-то такой?... Я же... Но когда телеведущий медленно тянется к нему он непроизвольно тянется ему навстречу. Иван наконец целует приоткрытые губы Гриши, но целует робко, даже вопросительно - всё-таки да или нет? Да или нет?... - Хорошо.- шепчет Гриша, делая Ивана, наверное, самым счастливым человеком на Земле. Последний этого не показывает, ещё чего, но какое-то трепетное и нежное чувство разливается у него в груди и на губах появляется ласковая улыбка, которую Гриша расценивает как победную, хмурится и бормочет: - Ты всегда добиваешься своего, неважно, какими способами, да? - Нет, важно какими. - отвечает Иван. Он бы сейчас сказал что угодно, пообещал бы что угодно, лишь бы Гриша не отвернулся от него, не закрыл рот и позволял целовать его, целовать, целовать... Телеведущий поднимается на колени и начинает задирать футболку Гриши, побуждая того поднять руки. Гриша поднимает, и вскоре белая футболка оказывается на полу. На щеках у певца появляется легкий румянец, и это безумно нравится Ивану. Ему вообще нравится смущать Гришу, нравится его смущенная улыбка и как при этом выглядят его глаза тоже нравится. Иван покрывает его щёки поцелуями, потом снимает свою футболку ( разве от Гриши дождёшься помощи?!). - У тебя горячие руки.- бормочет певец. - Да? Кто бы говорил.- Иван выразительно смотрит на щёки Гриши, которые уже настолько красные, что могли бы сойти за раскаленные. Гриша невольно трогает свои щеки руками. Иван мягко берет руки певца за кисти и разводит в стороны, кладя их на подушку: - Не надо, мне очень нравится... Иван пытается расстегнуть штаны, но Гриша останавливает его и сбивчиво спрашивает: - Подожди...пока мы не... В общем, пока этого не произошло, мне нужно кое-что спросить. - Говори.- приказывает телеведущий, целуя скулы певца. - Амм...ты меняяяяях... Отвлее... Ну в общеммм... кто по-твоему лучше, Хрюша или Степашка? Иван перестает целовать Гришу и нависает над ним, удивленно смотря ему в глаза. Видя, что Гриша говорит серьезно, он задумывается, после чего отвечает: - Хрюша однозначно мне нравится больше, чем Степашка. - ответ звучит скорее вопросительно: угадал он или не угадал? - А почему...? Гриша не даёт телеведущему договорить, удивляя его всё больше: он обвил его шею руками и притянул к себе, перехватывая инициативу на себя. "Правильный ответ",- отметил про себя Иван, трепеща от мягких поцелуев и негромких стонов своего смущенного двойника.