Альтер эго

Электричка начала замедлять ход, панорама за окном в виде деревьев и домов среди них стала плыть медленнее. Гриша встал со своего места, поправил лямку на рюкзаке, направился к дверям, которые вот-вот должны были открыться. Иван, сидящий всю их молчаливую поездку напротив певца, тоже поднялся, и, немного брезгливо и недовольно оглядевшись, нехотя пошёл за ним. Сказать, что телеведущий удивился, когда узнал что они поедут на электричке, а не на личном автомобиле (которого, как выяснилось в пылу дискуссии, у Гриши нет!) или в крайнем случае на такси, ничего не сказать. Почти всю дорогу ( 40 бесконечных минут) он буравил невозмутимого Гришу испепеляющим взглядом, иногда хмыкая, тем самым пытаясь привлечь его внимание. - Вот и остановка. - как-то обречённо подвёл итог Иван, разминая голову. - Да, но это ещё не конец поездки. - ответил Гриша. Двери с шумом раздвинулись, выпуская их на остановку. - Далеко отсюда? - Нет.- раздражённо ответил Гриша. Потом он сбежал по ступенькам вниз, свернул на какую-то тропинку и пошёл по ней, совершенно не дожидаясь Ивана. - Знаешь,- упрекающие сказал ему Иван, добегая до него и стараясь идти вровень,- ты как будто не рад что я поехал. - Так и есть. - ответил Гриша, опуская козырёк кепки на лоб, закрывая глаза от Ивана. - Иди молча. *** Участок у Гриши оказался небольшим, но весьма ухоженным. По площади он был примерно пятнадцать соток, пятнадцать соток усеянных деревьями, кустами, цветами, скамеечками... - Господи. На тебя работает фея или орда гномов? - присвистнул Иван, заходя вслед за Гришей на территорию участка. - Это мамин, тоже. - сквозь зубы выговорил певец, доставая ключи от дома из рюкзака. И чего этот Иван увязался за ним? Только Грише стало казаться что он начинает привязываться к своему двойнику, как тот снова выкидывает подлянку: решил испортить ему выходные! Мало того что он теперь сидит у него на шее, да он ещё и в дурном настроении! Кто мог знать, что Ивану не нравятся электрички! Теперь надо либо от него избавится (что невозможно), либо попытаться поднять ему настроение. Но как?... - Мамин..- повторил Иван, разглядывая дом. Это был довольно просторный дом в два этажа из светлого дерева, кое-где даже украшенный резьбой и витым диким виноградом. Довольно широкие окна, закрытые вишнёвыми ставенками, такого же цвета дверь... Гриша отпер её, зашёл в дом, сразу поднялся по симпатичной деревянной лестнице на веранду, там ключом открыл ещё одну дверь. Иван стоял за его спиной и вслед за ним шагнул в темноту. Запахло какими-то ядерными травами и деревом. Не то чтобы неприятно, просто непривычно. Иван ожидал что сейчас вспыхнет свет или откроется окно и с шумом распахнутся ставни, но вместо этого произошло нечто неожиданное: единственный источник света (полуоткрытая дверь за его спиной) перестал существовать, потому что Гриша резко закрыл её, заставив Ивана вздрогнуть и обернуться. Мужчине стало не по себе - кругом темнота, он даже представить себе не может как выглядит эта ароматная комната (должно быть, кухня?...) при свете, а они в полной темноте.... Внезапно горячие Гришины руки обняли его сзади и певец прошептал ему на ухо: - Хочешь меня?... Прямо здесь, сейчас. Все вопросы ( типа "Что? Где? Когда?") были отметены одним предложением. Иван был смятён внезапностью порыва, но два раза предлагать не пришлось: он скинул свой рюкзак на пол в сторону (обо что он ударился? должно быть, о стену..) и повернулся к Грише, быстро притянув его к себе. - Мне...начинает...нравится...у тебя на даче. - проговорил телеведущий в короткие перерывы между поцелуями. Гриша лишь улыбнулся ( Иван почувствовал это, а не увидел), обхватывая шею телеведущего руками. - Если ты надеешься что сейчас нас застукает твоя мама и прогонит меня...- проговорил Иван, медленно опускаясь на пол и потянув за собой Гришу,- То зря: вряд ли что-то сейчас заставит меня остановится... Гриша охотно поддался и опустился на пол, который негромко скрипнул. - Моя мать сейчас в Белоруссии, я же говорил. К слову : разговоры о моей матери совершенно не возбуждают меня, так что воздержись об этом при сексе, пожалуйста. - слабо усмехнулся Гриша. Иван позволил Грише стянуть с него ветровку, запустить руки под футболку. - Теперь я буду это знать. - насмешливо извинился он перед певцом, растягиваясь на полу во весь рост, позволяя Грише сесть на него верхом. Больше за этот период времени они не произносили ничего, кроме имён друг друга, да и то редко. *** Это были первые впечатления Ивана от дачи своего не особо успешного двойника: много деревянного, запах трав, секс на полу на кухне... Первый на Гришиной даче, второй за всю историю их «отношений». Темнота, которая практически сразу перестала пугать и настораживать, а стала манить и завлекать приятными впечатлениями и прикосновениями. Потом и вправду оказалось что они находились в небольшой кухне, которая была декорирована белым деревом. На стенах видели уютные картинки, рамки с фотографиями, над столом для резки еды висели травы, среди которых была мята, базилик, укроп и ещё много чего. На первом этаже как же была гостиная и комната для гостей. Туалет оказался под лестницей, комната где они ночевали находилась на втором этаже. Это была комната Гришиной мамы, у которой единственной была двухместная кровать, там они и обосновались. Так же на втором этаже была комната самого Гриши, где он жил когда приезжал погостить к маме, ванная и комнатка для гостей. Мужчины занесли свои рюкзаки в комнату, потом разошлись: Гриша начал готовить им ужин, Иван же решил осмотреть улицу. Всю землю устилали пестрые, но мокрые от недавнего дождя листья, которые не хрустели и не разрывались под ногами. Листья были красные, желтые, зеленые, оранжевые, все эти краски объединялись в единый пестрый ковер который не мог не радовать глаз. Иван обошёл вокруг дома (где-то сбоку оказался встроенный в дом гараж для машины), вернулся ко входу и пошел по дорожке из гравия, начало которой было у двери. Она вела в пышные кусты, которые не успели ещё расстаться со своим "оперением". За кустами обнаружилась пара качелей, которые висели на веревке, которая была привязана к двум березам. Качели были старенькие, верёвка выцветшей. В детстве у Ивана были похожие качели, он очень любил на них качаться, но однажды веревка порвалась, а родители так и не нашли времени починить... - О, ты нашёл мои качели. - подошёл к телеведущему Гриша. - Я в детстве с них практически не слезал! Обожаю качели! - с этими словами Гриша сел на одни и начал раскачиваться. - Ну ты же взрослый мужик.. А, ладно! - Иван сел на другую качель и последовал примеру Гриши. - Когда у тебя день рождения? - спросил Иван, отталкиваясь ногами от земли. Ему вдруг стало интересно кто же из них двоих старше. Гриша чуть смутился, но всё-таки ответил: - Восьмого марта. Иван широко заулыбался, но говорить ничего по этому поводу не стал, сказав лишь: - Получается я тебя старше. - Получается да. - Гришу, кажется, не интересовало когда день рождения Ивана. - Может в дом пойдём? Я там мясо на плите оставил. Они легко спрыгнули с качелей, пошли к дому. Иван шёл впереди, поэтому не видел что происходило сзади. Но Гришино "уоооой" заставило его обернуться и увидеть что мужчина держит в руках крошечного черно-белого котеночка. - Это ещё что? - Иван подошел к Грише, шурша листьями по дороге. - Котик. Это котеночек! - Гриша умилённо почесал этот крошечный комочек шерсти за ухом. - Он мимо бежал, я успел поймать. Иван с секунду смотрел на котенка, потом бросил: - Все, отпускай и пошли, сам же говорил — мясо. - Да, ты прав, надо дать им мяса! Ива проследил за взглядом Гриши и обнаружил у его ног ещё одного точно такого же котёнка. - Откуда? Но Гриша уже ушёл в дом, держа котенка на руках. - Ты дурак? - фыркнул Иван непонятно кому. - Они слишком маленькие, не надо им мяса! А мне надо! - и с этими словами он поспешил за Гришей. Чуть позже они сидели на кухне: Иван демонстративно скучающе подпирал подбородок и щёку рукой, Гриша — с восторгом и умилениям тыкал мордочку котенка в блюдечко с молоком. В конце концов котёночек фыркнул, облизнулся и начал шумно пить. Гриша поднял на Ивана настолько восторженный и сияющий взгляд, что тому как-то непроизвольно передалась частичка его радости. - Он впервые пьёт сам!... Давай возьмём его себе. Иван мгновенно посуровел: - Нет, ты не будешь брать себе котенка! - Что? Почему? - еле оторвал взгляд от лакающего молоко котеночка Гриша. Ему и в голову не пришло, что он не должен считаться с мнением Ивана, что они живут раздельно и разными, по идее, жизнями. - Я взрослый мужик, и я... вполне могу позволить себе завести котенка! - как-то жалобно проговорил Гриша, гладя этот крохотный комочек шерсти по голове. - А с его братьями и сестрами ты что делать будешь? Подыхать на улице оставишь? - изогнул черную бровь Иван, уничтожающе глянув на беззащитный трясущийся комочек. - Давай лучше утопим их всех. После этих слов Гриша минут на десять поднял крик что Иван просто изверг, и что если он тронет хоть одного котенка или кошку, то он собственноручно его задушит, разрежет на мелкие кусочки и утопит, а Иван только отмахивался и говорил что котята слабые и зимой все равно умрут, если их не кормить каждый день. - Ночью ты будешь спать в тепле и уюте, а они жаться друг к дружке на улице. Смирись, ты не можешь спасти всех бездомных животных на свете. Гриша отпустил котенка на улице, весь вечер выглядел грустным и о чём-то думал. Ужинали они тоже молча: ели мясо со специями, пили красное вино, на ночь смотрели телевизор, изредка что-то говоря друг другу. Спалось обоим тяжко: Гриша думал о котятах, потом вообще куда-то ушел вниз; Иван чувствовал тяжесть из-за того что так резко отозвался о судьбе беспомощных котят и кошки, но еще больше ему было тяжело из-за того,что это так сильно опечалило Гришу - как красиво сияли его глаза когда котенок начал пить молоко... *** Иван встал раньше Гриши,и, спустившись на кухню, почувствовал неприятный холод с улицы. Медленно спустившись по лестнице, Иван увидел такую картину: дверь на улицу чуть приоткрыта, а на полу выстелена шерстяная кофта, на которой лежали три маленьких черно-белых котенка и кошка. Кошка лежала с чуть приоткрытыми глазами и мягко урчала, два котенка спали, а третий смотрел на Урганта с легким испугом, готовый сорваться и убежать в любой момент. Зрелище было настолько милое, что любая девушка, увидев это, просто умерла бы от умиления и восхищения. Иван минуты три довольно неприязненно смотрел на кошку (справедливости ради стоит заметить, что кошка с такой же неприязнью смотрела на него), после чего поднял руку чтобы согнать их с насиженного места, но, увидев как сразу же встрепенулся третий, самый маленький и самый беспокойный котенок,которого вчера Гриша так трепетно держал на руках, опустил её. - Будь проклят этот дурацкий Гриша Ургант! - пробормотал Иван и, поёжившись, поспешил вернуться обратно на кухню. На кухне уже копошился Гриша: он наполнил чайник водой, поставил его кипятиться, достал печенье "утреннее" и преспокойно протирал стол от каких-то крошек. Ургант-телеведущий тяжело опустился на стул, вздохнул, и, вяло посмотрев на Гришу, который уже довольно резво заваривал им обоим кофе, спросил: - Ты специально не закрыл дверь, чтобы котята могли зайти? Гриша поджал губы и ответил вопросом на вопрос: - А они зашли? - Да. - Правда?- Гриша обернулся и его глаза сияли.- Пойду посмотрю!- с этими словами он вышел из кухни и спустился по лестнице вниз. Последовало пару секунд (во время которых он, видимо, искал котят) а потом послышалось растроганное: - Оооооооооооооооо! - Прям как баба. - непонятно кому сказал Иван и спустился к Грише. - Ну и что мы теперь с ними будем делать? - Что делать? Взять их себе, конечно же! Ну пожалуйста, давай возьмем их себе!- с этими словами певец опустился на колени и начал ласково гладить котят и кошку. Иван на секунду застыл, пораженный двумя вещами: первое было то, что нет зрелища более трогательного, чем заспанный Гриша, который теребит маленького котенка за ушком, второе - он спросил у Ивана разрешения оставить котят! А ведь это вовсе не Иванские котята, вовсе не его дача и совершенно не его жизнь! Но надо поскорее что-нибудь ответить, а то, чего доброго, Гриша сам это заметит: - Амм... Прекрати трогать котенка, я не могу сосредоточиться! - рыкнул Иван, отводя взгляд от развеселившегося певца. - И не подумаю! - Гриша взял самого маленького котенка на руки и подошел к Ивану, поднося ему котеночка прямо к лицу.- Ну, смотри какой хорошенький! Иван невольно посмотрел сначала на котенка, потом на сияющие глаза Гриши и не мог не признать: - И вправду хорошенький... - Вот и я о чём!- продолжил сюсюкаться с комочком шерсти Гриша. - Да ты, дурак, хорошенький...- негромко сказал Иван, кладя Грише обе руки на талию. Потом он смущенно улыбнулся (аа, Иван смутился, где это видано!!!) и раздосадовано сказал: - А, чёрт с тобой, бери дурацких котят. Только всех, а не одного. Это был бы прямо идеальный момент, если бы котенок не начал вырываться из Гришиных рук. Мужчина аккуратно опустился на колени и отпустил его к кошке, оставшись на коленях наблюдать за воссоединением кошачьей семьи, как вдруг почувствовал ладонь Ивана у себя на щеке. Иван тоже опустился на колени, только не ради котят, а ради того, чтобы так ласково и аккуратно поцеловать Гришу, насколько это вообще возможно. Оба улыбались, целовались и чувствовали себя предельно счастливыми в этот незатейливый и короткий миг. Иван подался вперед, побуждая Гришу опустится назад на пол спиной, продолжая его целовать, тот поддался, и это могло бы привести к чему-то очень интересному, если бы к ним не полез котенок, которого Иван попытался отпихнуть, но тщетно. Гриша рассмеялся, поднялся с пола, закрыл входную дверь (чтобы кошакам не дуло, ведь они теперь домашние), взял Ивана за руку и потянул его за собой вверх по лестнице: - Переберёмся наверх, здесь всё равно пол холодный.