Альтер эго

- Ну, и что вы делали вчера вашей лезбийской тусовкой? – это было первое, что услышал на следующий день Гриша утром. Иван аккуратно снял пиджак, повесил его на спинку кресла и лёг рядом с Гришей, попутно отнимая у того одеяло и забирая себе: - Знаешь, пара — это когда одеялом из вас двоих владеет кто-то один, но не ты. Гриша, поскольку был сонный, лишь пробормотал что-то неразборчивое в ответ. - Я веду вечером Наташу в театр. Знаешь, я думаю пересмотреть наше соглашение... Усач мгновенно открыл глаза, развернулся к Ивану и, подложив ладонь под голову, спросил: - Это что ещё значит? Мы же обсуждали это ранее, давно. - Да, но никто ведь не запрещает вносить поправки, верно? – подмигнул ему Иван, сам ещё пока не зная какие новые условия хочет привнести в их якобы договор. Ему просто было нужно удостовериться, что он ещё главный в их отношениях, всё ещё имеет власть над Гришей. Певец закрыл глаза, медленно сосчитал до десяти, после чего Иван снова подал голос: - Через какое-то время она родит двойню, а я не уверен, что мне это вообще надо... - Гхрм! – Гриша довольно сильно ударил кулаком по подушке, чем напугал Ивана. Потом он поднялся, поджал губы, надел рубашку и вышел из комнаты. - Вернись.- пригвоздил его к полу голос Ивана. Гриша медленно вернулся в комнату, вопросительно глядя на телеведущего и застёгивая рубашку. Тот сказал: - А теперь выйди так, чтобы у меня не создалось впечатление, что ты обиделся. Гриша поднял брови, почесал одну из них, развернулся и снова вышел из комнаты, начисто игнорируя просьбу мужчины, лежавшего у него в кровати. - Вернись. - Чего тебе? - быстро вернулся Гриша, зло глядя на Ивана. Последний поднял брови: - Ты снова вернулся? Не ожидал. «Мой. Пока что ты ещё мой». Гриша шумно вздохнул, подобрал штаны с пола, надел их и снова ушел, в этот раз на кухню. Иван развеселился и уж было открыл рот чтобы снова окликнуть Гришу, но вовремя закрыл и передумал: решил не злоупотреблять выделенными ему Гришей полномочиями. Ведь их не так-то просто заслужить. Вместо этого он поднялся, взял свой пиджак в руку и пошёл за певцом на кухню. - Буся, ты злишься? - Злюсь ли я? Мне не нравится, что ты приходишь ко мне по утрам в квартиру и распугиваешь моих кошек! Мне не нравится, что ты сделал дубликат моих ключей! Мне не нравится, что ты меняешь условия сделки в самый неподходящий момент, что ты ведешь себя как эгоист и что ты ни во что меня не ставишь! - Ну прости, мы же не настолько близки, чтобы я вёл себя более раскованно, - пожал плечами Иван, - Тостик будешь?... Гриша опять начал кричать, пока Иван не рассказал про большой трёхчасовой концерт в Санкт-Петербурге, куда в ближайшие дни позвали певца. - Думаю это будет лучший концерт за всю твою настоящую карьеру, - без тени сомнения сообщил он Грише. *** Первый тест приготовленный Иваном был пройден певцом, хоть и с побочными эффектами. Поэтому телеведущий решил пойти дальше, только поэкспериментировать не с негативными чувствами своего двойника, а с положительными (как ему казалось): он решил вызвать ревность у усача, чтобы раз и навсегда выяснить - влюблён ли он в своего мучителя. Второй безобидной подопытной крысой он выбрал Аллу Михееву – его подчинённую, которая по его мнению была настолько глупа что даже не поняла бы во что её втянули. Всё было спланировано, Гриша был позван на съёмки в качестве зрителя, Алла вызвана в кабинет. Пока он ей что-то смутно объяснял про «розыгрыш друга» и поцелуй, который должен был состояться при Грише, Иван написал ему же смс чтобы тот шёл из зала в кабинет. Минуты через три он подтолкнул девушку к выходу, и угадал со временем – Гриша как раз появился в начале коридора и шёл по направлению к ним. Когда он почти подошёл, Иван смачно поцеловал растерянную девушку в губы и «негромко» шепнул ей: - Ладно, потом ещё...прорепетируем. Иди! – подсказал он ей и опять чуть подтолкнул. Ещё одна пешка в его игре. Реакция превзошла все ожидания: Гриша даже рот раскрыл от удивления – он проводил девушку изумлённым взглядом, заморгал, после чего потер веки пальцами, будто бы они болели, спросив: - Ты спишь...с ней?- изумленно заморгал он. Иван поднял на него глаза, но, кажется, ничуть не смутился того, что его, как говорится, "спалили" - он попытался ногтем подцепить кусочек какой-то пищи, застрявшей в зубах, мимоходом интересуясь у Гриши: - А шы штоо, ревнуешшь? - Да вовсе нет.- ответ Гриши звучит шокирующе, но Иван не понимает в каком смысле - то ли его подопытный удивлён, что ревнует, то ли удивлен только что увиденным. Гриша, приняв какое-то пустое выражение лица, развернулся и медленно побрёл по коридору назад. Иван хотел было побежать за ним, легко ударить по макушке, сказать "ну чего ты, это просто розыгрыш!", обнять за плечо и затянуть "а ты его целуешь, говоришь что любишь, а я мучаюсь от бооли, со своей любовью", но вовремя остановил себя от бега и всего остального; он просто неспешно пошёл за певцом, всё-таки разрешив спеть эту приставучую песню "про себя". В какой-то момент Гриша обернулся назад, но никого не обнаружил, и, снова часто заморгав, позволил себе прослезиться. *** Иван свернул, не решился продолжать идти за Гришей. Зайдя в чей-то пустой кабинет, он прислонился спиной к стене и уставился на себя в зеркало: разве не так было когда он пытался привести свой очередной план в исполнение и свёл Наташу с Гришей у себя в кабинете? Такой же пустой кабинет, та же непонятно откуда взявшаяся дрожь, и, что это, раскаяние? Он чувствует раскаяние? Телеведущий внезапно вспомнил как в юношестве встречался с девушкой, которая ему очень нравилась, и в один день шёл к ней с билетами в кино и застал её целующейся с каким-то парнем. Кто знает, вдруг Гриша и вправду успел влюбиться, идиот он эдакий? Этого не должно было произойти, всё должно было быть местью, войной, всё затевалось чтобы его двойник страдал... Стоп. Так же и выходит. Иван как-то сдержанно улыбнулся, пытаясь вспомнить как это начиналось вообще, как певец впервые появился в студии, как бесил его, как на комплимент Ивана самонадеянно ответил «да, мне тоже нравятся мои песни». Изменилось ли что-нибудь с тех пор? А должно было? Иван заставил себя оторваться от стены, взяться за ручку двери, толкнуть её и выйти в коридор. Потому что ничего не изменилось, он по-прежнему, как и в тот день, покажет Грише кто тут главный. *** Певец стоял на улице, думая что делать. Можно было бы стоять и нервно курить, но он не курил. Можно было бы позвонить Алгае, но что сказать? Она была права, он влюбился в своего врага, влюбился в этого эгоиста и подлеца Ивана Урганта. За что? Неужели такой плюс, как Гриша, может притягиваться к такому минусу, как Иван? Как это называется – противоположности притягиваются? Почему в поговорке не сказано что в промежутках между «любовью» они хотят убить друг друга или убиться сами? Почему нигде не сказано что это так больно, почему, почему... Почему такому добродушному и милому человеку досталась такая судьба, но не досталось сил, чтобы ей противостоять? Наташа, почти с четырьмя детьми... К слову о ней. Любит ли он её? Если да, то кого (как выходит!) больше – Ивана или Наташу? Здравствуйте, вы читаете про самый странный любовный треугольник на свете. Пока певец стоял у дверей, его успел найти Иван, который не решился поцеловать его на улице из-за большого количества прохожих, поэтому он завёл мужчину обратно в здание и, приковав его плечи руками к стене, приказал, приблизившись: - Поцелуй меня. Внезапно Иван почувствовал что испытывал дрожь не просто так, на этот раз он перегнул палку больше обычного, об этом ему сказал полный презрения взгляд Гриши, который завертел головой и, сжав зубы, пробормотал: - Ни за что. Сердце Ивана пропустило один удар. Он на миг ослабил хватку, но потом встряхнул Гришу за плечи: - Поцелуй. Меня. - Нет. – в голосе Гриши слышались те же железные нотки, что и ранее. Иван почувствовал что если он сейчас отступит, то произойдёт что-то непоправимое. Он должен завершить свою третью проверку, всё шло по плану, но неужели выйдет как обычно? - Я отстану от тебя на неделю. – прохрипел он певцу прямо в губы. ...юный Иван смотрит на себя в зеркало, поправляет бордовую рубашку, проверяет нагрудный карман – на месте ли купленные им сегодня билеты... - Нет. – Гриша отвернул голову. - Я никогда больше не буду шутить про твои усы и кошек. Дело приняло серьёзный оборот, раз уж в дело пошли такие методы убеждения. Хотя это уже более походило на просьбу, чем на приказ или убеждение. ...Иван надевает модную куртку на бордовую рубашку, выходит на улицу, до неё тут недалеко – устроит сюрприз... - Нет. – как бы Грише этого не хотелось, но на глазах вновь появились предательские слёзы. - Я расскажу Наташе про Аллу, - Иван думал что давит на больное, не зная, что он сам уже давно стал самой больной точкой певца. ...и вот заветная дверь, он думает позвонить, но тогда весь сюрприз будет испорчен, пожатому он тянет дверь на себя и проскальзывает в квартиру, улыбаясь... - Говори, - Гриша замолчал, не смотря на Ивана. Тот заметил как мужчина вжался в стену и сжимает кулаки и решил отступить. Он отпустил плечи Гриши и отступил на шаг назад, после чего сорвался и сам прижался губами к его губам, будто бы в отчаянии, не делая больше никаких движений, закрывая глаза. Но столь знакомые и уже привычные мягкие губы были плотно сжаты, не отвечали на поцелуй, Ивана начала охватывать паника. Он снова отступил на шаг назад. ...вот он заходит в её комнату, с его губ готов сорваться радостный возглас, но вдруг оказывается что это его тут ждал сюрприз... «Всегда стучись в грёбаную дверь! – рявкнул он однажды на Гришу, когда тот зашёл к нему в ванную (пока Иван был в душе) без разрешения, - Всегда!!!» И вот Иван стоит в этом коридоре, перед ним уже другой случай – эта дверь, казалось бы, всегда была для него открыта, а теперь он стучит, звонит, бьёт в неё кулаками , но никто ему не отвечает. На языке телеведущего вертится один вопрос, который от так боится задать вслух: неужели всё кончено? Он продолжает безрезультатно смотреть на Гришу, тот старается не шевелиться. Казалось, они оба заледенели и не двигаются с места, никто не желал задавать каких-либо вопросов и делать первым какие-либо действия. Телеведущий пытался унять злость, начинающую бушевать в нём, Гриша тоже пытался взять себя в руки – чтобы не ударить Ивана: это против всех его принципов! В конце концов Иван холодно (но его голос чуть дрогнул) произнёс: - Чтож, ты сам это выбрал. Я расскажу Наташе про Аллу. Ты вынудил меня. Пару секунд выжидания, но Гриша никак не отреагировал, только шмыгнул носом. Иван поджал губы и пошел прочь от него. Гриша медленно опустился вниз по стене, зажимая рот рукой. Внезапно у него зазвонил телефон: это такси уже приехало чтобы забрать его и отвезти в аэропорт, откуда он должен полететь в Питер на свой «самый лучший концерт».