Дети Завета

Школа явно нагоняла депрессию. Тем, что он новенький, дело не ограничивалось. Скорее, проблема в том, что он новенький, плюс, к тому же, носит одежду, которая считалась модной разве что во времена появления у Техаса своего флага. Не то чтобы Дженсен не привык к «новым» вещам, просто это домотканое тряпьё было настоящим дерьмом. Рубашка была сшита для Джареда, а у Дженсена не было таких широких плеч. Во всяком случае, пока не разрослись. Он старался не привлекать внимания и высидел первый урок, оставшись целым и невредимым. На Английском они с Джаредом сидели далеко друг от друга, но умудрялись переглядываться и корчить друг другу рожи. Дженсен заметил, что Джаред схватывает всё на лету. Он забавный, умный и внимательный. Если бы он одевался нормально, то стал бы популярным. Стал бы своим чуваком. А вместо того, чтобы ходить на футбол, Джаред чистил конюшни, работал в поле и молился. Идиотизм. Почти как в Аду живёт. Учитель был довольно интересным человеком. Мистер Морган легко удерживал внимание класса, задавая разные вопросы и меняя темы. К тому же, мужчина был в отличной форме. Широкоплечий, по-своему элегантный и определённо хорошо сложенный. У мистера Моргана были тёмные волосы, загорелая кожа и искрящиеся голубые глаза, которые оттеняли его лицо. Но также в нём было что-то не то. Дженсен с интересом наблюдал за ним, как и остальные ученики, хоть и по другой причине. Когда дверь неожиданно открылась и внутрь вошёл ассистент с запиской, мистер Морган напрягся и так стремительно обернулся, что всё вдруг встало на свои места. Мужчина двигался как полицейский. Не просто военный… а самый настоящий полицейский, который всегда наготове. Его внимательный взгляд всегда перемещался по классу. Дженсен за свою жизнь повидал очень много полицейских. Он мог биться об заклад, что Морган или работал в полиции, или же был человеком со странным прошлым. Пока Дженсен был сосредоточен на изучении мистера Моргана, Джаред пялился на Дженсена. Блондин покусывал кончик ручки, пребывая в глубоких размышлениях касательно учителя. Это отвлекало от урока. Джаред даже не мог нормально объяснить себе, почему… но Дженсен, касающийся языком кончика ручки, постукивая ей по зубам? Джаред поёрзал на стуле и начал играть в «Член, лежи смирно». Такой стыд. Он не мог контролировать себя, искушаясь грехом. Он пытался. Он молился. Желание – сильный демон, и он не мог допустить демона внутрь себя… Но иногда во время молитв его мысли уносились далеко и совсем не в том направлении. Становилось только хуже. Прямо сейчас он представлял, как целует Дженсена. Или как дотрагивается до полных розовых губ, обхватывающих ручку. Не особо колоритно для фантазий подростка, но для Джареда это граничило с порнографией. Он заставил себя смотреть в тетрадь, а не на новообретённого брата. Он будет скучать по хитрым улыбкам Дженсена или по тому, как он быстро меняет выражение лица, чтобы учитель не успел заметить, но Джаред был вынужден отвернуться, дабы получилось к концу урока покинуть класс без большого бугра в штанах. Удача решила посопутствовать Джареду, и ему удалось выйти с Дженсеном, не выставляя напоказ очевидного свидетельства счастья от компании другого мальчика. Показывая Дженсену их общий шкафчик, Джаред спросил: - Ну, так что ты думаешь о домашнем задании? - Написать стишок о своём впечатлении от «Билли Бадд»? Я думаю, что учителя без конца сидят и придумывают всякое стрёмное говнецо, которое можно скинуть на нас… но… я хотя бы знаю эту историю, - Дженсен выложил несколько книг из сумки и, вздыхая, взял тетрадки по Обществознанию, Оценке Искусства и Геофизике. – Ты пишешь стихи? - Нет, - Джаред вздрогнул и покачал головой. – Думаешь, нам поставят низкие оценки, если слова не будут рифмоваться? - Не обращай внимания на рифму, - мудро посоветовал Дженсен. – Это будет мешать твоей мысли. Я раньше писал… поэмы. Песни. Я считаю, что будет легче, если ты не будешь всё усложнять. - Ты мог бы прочитать мой стих? Перед тем, как мы их сдадим завтра? - Я не эксперт в этом, чувак, - улыбаясь, Дженсен притормозил, прежде чем сказать «нет», и встретился взглядом с Джаредом. – Хорошо. Ладно. Может, напишем их вместе? Мы ведь успеем сегодня это сделать? Никаких построек сараев не будет? - Это Амиши строят сараи. - Как я и сказал. - Дженсен, - Джаред усмехнулся, показавшись невероятно милым. – Встретимся за обедом. Веди себя хорошо. Они расстались, и Дженсен вёл себя хорошо. Принимая во внимание, сколько он видел людей, нуждающихся в том, чтобы им надрали задницы, он был прямо святым. Конечно же, ему помогало, что учителя разговаривали с ним, словно он был слегка умственно отсталым, потому что он был новеньким, тихим и, очевидно, «пришедшим из того места». Он позволил им думать, что хотят. Какая ему разница, о чём думает кучка деревенщины? Но несмотря на это, он был готов УБИТЬ за пару Левисов. Остаток дня прошёл довольно спокойно, Дженсен коротал время в учебном холле, ожидая, когда натикает 3:15. Всё это время он даже не взглянул в сторону домашней работы, вместо этого отдыхая и размышляя. В принципе, здесь было неплохо. От него ничего не требовали, не было никаких сюрпризов. Школа оказалась лучшей частью этого дня. Печально, не так ли?

***

Находиться рядом с Дженсеном на некоторых занятиях и во время обеда официально сделало этот день лучшим за всё время в Мойзерской школе. В этом не было сомнений. Ему было с кем поговорить. Его не накажут за то, что он с Дженсеном. Джаред не помнил, когда был таким счастливым. Голова кружилась от счастья. Он даже не был против посидеть в сторонке на уроке Физкультуры. Он потихоньку работал над домашним заданием по Английскому, стараясь следовать совету Дженсена и записывая некоторые моменты, которые ему понравились в «Билли Бадд». Моменты, которые заставили его задуматься или которые очень его впечатлили. Он раздумывал об аналогии между Дженсеном и молодым матросом, как вдруг почувствовал, что кто-то пнул его по ноге. Посмотрев вверх, Джаред бесшумно вздохнул. Перед ним мускулистым полукругом стояли Брайс Питерс, Ронни Дэвис и Брэндон Стэффорд, с презрением смотря на Джареда, словно застали за тем, как он мочится на ковёр. Ему следовало предугадать, что они обязательно испортят такой хороший день. - Что-то не так? Будучи неизменно вежливым, Джаред делал так, как сказали ему родители. Надо загладить вину перед более крупными парнями, в чём бы его ни обвинили, простить и помолиться за них. Никогда не отвечать тем же. Несмотря ни на что. Данный метод сделал Джареда любимой жертвой хулиганов. Тощий церковный мальчик никогда не ругался, что бы с ним ни делали. Они могли заставить его вылизать дочиста их ботинки, и он бы так и сделал. Могли поставить ему фингал под глазом, разбить губу, выбросить в мусорный бак за физкультурным залом. Могли всё, что взбредёт в голову. Главарь – Брайс – улыбнулся, показывая белые, как снег зубы, и выглядя, словно сошёл с постера спортивного журнала или рекламы стероидов. Его бритая голова блестела от пота даже после душа, в то время как Джаред Кук был свежим, словно маргаритка, после наблюдений за их потугами. - Да, кое-что не так, уёбище. Слышал в душевой, что у тебя появился бойфренд. Новенький церковный гомосек, как и ты. Вы оба отсасываете дома у священников или только друг у друга? Высокий и костлявый Ронни Дэвис заржал, скидывая книги Джареда на пол, где Брэндон распинал их повсюду. Ухмылка Ронни выглядела угрожающе на его загорелом лице: - Уверен, он делает всё и сразу. И ему всё мало… Джаред вспыхнул от обвинений, зная, о чём они говорят. Как-никак, он присутствовал на уроках по здоровью. Он наклонился, собирая с полу книги, и сам удивился, когда до него дошло, что он выболтнул: - Устали делать это друг другу? Надеетесь найти себе кого-нибудь новенького? Болезненный выдох Джареда был погребён под звуками тяжёлого дыхания хулиганов, которые не ожидали, что обычно ручной зверёк покажет норов. Брэндон приложил колено о лицо Джареда, отпихивая его в сторону. Брэндон ухмыльнулся, видя, как Джаред ощупывает побитое лицо, уже истекая кровью, словно резаная свинья. Всё для того, чтобы сравнять счёт. Ронни только успел поднять ногу, чтобы проучить Джареда, как вдруг что-то со всей силой ударило его в лицо, отчего он отлетел назад. То был рюкзак Дженсена, заставший самого высокого из мальчиков врасплох, и в итоге он распластался на полу, стукнув зубами от силы удара. Весь в крови, Джаред в чистом изумлении смотрел, как Дженсен продолжил наступать. Скинув рюкзак на пол, Дженсен схватил Брэндона, оттащил от Джареда и вмазал кулаком в нос и в челюсть капитана футбольной команды. Дженсен не мог остановиться. Джаред хрипло орал ему: - Стой! Стой! Дженсен!!! Ты должен… ох… Брайс воспользовался моментом, чтобы ударить Джареда в живот, толкая его к трибунам. Футбольный защитник был явно напуган тем, что происходит, но пока не был готов атаковать новенького. Дженсен, разбираясь с Брэндоном, не мог помочь Джареду. Ронни, пошатываясь, встал на ноги и схватил Дженсена сзади, заламывая ему руки за спину. Этот приём он отточил вместе с Брайсом и Брэндоном, и он ни разу не подводил. Хотя, конечно, раньше жертва нападения ни разу не врезала ему затылком по носу. Боль была довольно неожиданной. Джаред ощутил, как Брайс приподнял его, чтобы было удобнее целиться, и тут чья-то чужая рука сомкнулась вокруг горла Брайса, крепко, как тиски. Джаред вздрогнул, увидев нового спасителя. Если раньше насилие можно было прекратить, то сейчас вряд ли. Джаред едва знал Чада Майкла Мюррея, но пацану было на это плевать. Он всегда болтал с Джаредом, независимо от его желания. И делал вид, словно так оно и надо. Все вокруг говорили, что Чад сумасшедший. Возможно, и так, но Джаред втайне считал, что этот парень умный, забавный и немного опасный. Последняя характеристика себя оправдала, когда Чад прижал к себе Брайса, шепча ему на ухо: - Ты пиздожопый, ёб твою мать, засранец. Ловишь кайф яйцами, избивая людей, которые не бьют в ответ? Что тогда не попытаешься так со своей бабулей… или слишком занят, ебя её во все дыры? А? Неохота отрываться от старого куска задницы? После таких ужасных слов Чад облизал ухо Брайса и затем сомкнул руки сильнее, когда тот хотел его оттолкнуть: - А-а-а… ты же сделаешь мне больно… будь нежнее… успокойся… уйми свои яйца, сука… успокойся… Дженсен отпихнул на пол Ронни, а затем снова схватил Брэндона, не замечая даже, что Ронни сбегает. Что до последнего, то он боялся, что останется без одного зуба и родителя его просто УБЬЮТ. Угроза операции у ортодонта заставила крупных мальчишек отступить. Джаред поднялся на ноги и заорал Дженсену: - Ты должен отпустить его, Дженсен. Не нужно… быть агрессивным. Тебе что-то говорят слова «подставь другую щёку»? - Конечно, - мягко ответил Дженсен, успокаивая Джареда, прежде чем ударить Брэндона по другой стороне лица. – Ещё что-нибудь? - Дженсен. Нас с тобой ожидают большие проблемы. Пожалуйста. Я прошу тебя. Чёрт побери. Дженсен оттолкнул от себя спортсмена, сам весь избитый, но не настолько, как мистер Футболист. За себя он не беспокоился, но не хотел втягивать в неприятности Джареда. Дженсен кивнул Чаду и обернулся к Брэндону: - Хватай свою сучку и уёбывай отсюда, пока я по-настоящему не разозлился. Этих слов хватило. Брэндон и Брайс были слишком ошеломлены, чтобы предпринять что-то ещё, поэтому ушли, столь же сконфуженные, сколь и побитые. Чад оглядел Дженсена и протянул руку: - Хей, новенький типа церковный мальчик. Я Чад, друг Джареда. - Он мне не друг, - отозвался Джаред, собирая свои бумаги. То, как Дженсен и Чад пожимают друг другу руки, заставило Джареда почувствовать себя странно. Можно сказать, ревниво. Что, если Дженсену больше понравится Чад? Это звучало нелепо, но… у них больше общего. Чад знал те же вещи о жизни в обществе, что и Дженсен. Они оба говорили, что было на уме. Знали, как драться. Они могли решить, что Джаред не стоит того, чтобы тратить на него время и без конца спасать. Эти мысли отразились на лице Джареда, и Дженсен подошёл к нему. Взяв его лицо в свои руки, Дженсен спросил: - Болит? В смысле, сильно болит? Нужен лёд? Он был слишком счастлив, что Дженсен к нему приблизился. Отошёл от Чада и вместо этого пришёл к нему. Увидев, как Чад покачал головой и улыбнулся, Джаред покраснел. Пожалуйста, пусть Чад не догадывается, о чём он думает. Пожалуйста? - Всё в порядке. Просто… ты не можешь… Дженсен. Даже если ты хочешь… Старейшинам это не понравится. У нас будут проблемы. - Ты считаешь, что лучше быть побитыми этими маленькими ничтожествами? – спросил Чад, вынимая сигареты. Его шкодливая улыбка стала ярче, когда Дженсен стрельнул у него сигаретку. Чад дал ему одну и взглядом оценил, как Дженсен её зажигает. Затем Чад снова повернулся к Джареду. – Скажи им, что упал. Типа ты играл или ещё что. Меня без конца бьют. - Не могу представить, почему это, - саркастично заметил Джаред, складывая книги в сумку. Чада не трогало отношения к нему Джареда. Блондин слишком хорошо знал Джареда, чтобы просто так отстать. Он был его другом много лет, но Джаред смотрел на это по-другому. Ну и ладно. Некоторые люди предпочитают загадочность. Без разницы. Чад просто пытался, как мог, присматривать за Джаредом, но он был один, а тупых уродов – целая толпа. Во всяком случае, так было до появления Дженсена. Вот он был злобным упрямцем. Как можно было видеть, Дженсену плевать на свои окровавленные костяшки или помятый подбородок. Создавалось ощущение, что Дженсен и не такое переживал. И также Дженсен явно причинил больше вреда Ронни и Брэндону, чем себе. Дал им, над чем подумать. - Как и всех великих людей, меня не понимают. Дженсен улыбнулся уголком губ и похлопал Джареда по спине: - Когда вернёмся домой, позволь мне самому всё объяснить, хорошо? Ты не попадёшь в беду. Иисусе… то есть… извини… но ты ведь ни хрена… ничего не сделал, Джаред. Ни разу даже не ударил. - Я не могу. - Ты мог. Ты разгружаешь огромные кипы сена. Я видел тебя. Ты мог их вырубить, - Дженсен поднял сумку с пола и покачал головой. – Ты не обязан бездействовать. - Насилие против воли Иисуса, Дженсен, - устало сказал Джаред. – Кстати, «подставить другую щёку» означает… - Я знаю, что это означает, - ответил Дженсен. – Пошли… Нам надо спешить к машине и ехать домой. Приятно было познакомиться, Чад. Увидимся… - Конечно. Вы оба, берегите себя, - Чад смотрел им вслед и думал о том, почему Джаред строит Дженсену щенячьи глазки. Если бы он мог биться об заклад, то сказал бы, что Джаред хотел большое красное яблочко с запретного деревца. Но, если быть честным, яблочко было очень даже соблазнительным. Чаду стоит упомянуть об этом своему бойфренду Томми. Рассказать ему, что Джаред, которого Томми называет «нежеланной одержимостью» Чада, наконец-то нашёл кого-то, и этот кто-то оказался парнем. Вот будет скандал. Плюс к этому, всё это ПРАВДА. Ну, или хотя бы интересно, что, как считал Чад, так же хорошо, как если бы это было правдой. На пути к фургону Дженсен прошептал: - Так почему тебе не нравится Чад? Джаред нахмурился, потряс головой и кратко ответил: - Дело не в том, нравится он мне или нет. Я хорошо к нему отношусь. Просто это не позволено. Он не из Завета. Я попаду в беду, если увидят, что я с ним общаюсь. Он мирской. Нечистый. - Ясно, - брови Дженсена сдвинулись, и он заметил, как Джаред в ответ поменялся в цвете. - Это не я придумал правила, - в защиту себе прошептал Джаред, наклоном головы показывая, что он не согласен с правилами и они ему не нравятся. - Я знаю, - отводя взгляд, выпалил Дженсен. – Но их придумали люди. Люди, Джей. - Не говори так, Дженсен. - Как знаешь.