Дети Завета

Следующим утром они проснулись от стука в дверь, мгновенно напрягаясь, когда до их просыпающегося сознания стала доходить вся ситуация. Они больше не были в Завете. Кто бы ни стоял по ту сторону двери – он не собирался их наказывать. Такое ощущение было совсем новым. Дженсен сел в постели, прикрытый лишь чужой ногой, перекинутой через его бедро. Джаред наблюдал за ним в утреннем свете, приподнимая бровь над каменным выражением лица Дженсена. Как будто сейчас произойдёт что-то ужасное. Джаред уже хотел спросить, в чём дело, но его прервал голос Джеффа Моргана, раздавшийся через дверь: - Эй? Мальчики? Завтрак. Ещё принёс вам кое-какую одежду. Я оставлю тут на полу. Примите душ… друг за другом, оденьтесь… и спускайтесь покушать. Мы точно не знаем, когда приедет твоя мама, Джаред. Пора пошевеливаться. - Точно военный, - проворчал Дженсен, выбираясь из кровати. Он попытался скрыть свою нервозность небольшой шуткой. Не выходя из-за двери, он схватил с пола сумку с одеждой. Он проигнорировал агентов у двери, даже не собираясь представлять, о чём они говорили всю ночь. Этой ночью он старался тянуть время как можно сильнее, занятый только Джаредом… пусть даже потом они почти сразу отрубились. Он закрыл дверь и вынул из сумки джинсы. - Спасибо тебе, БОЖЕ. Глаза Джареда расширились, когда он заметил, как смотрел Дженсен на обыкновенную пару синих джинсов: словно они были сделаны из чистого золота. Он встал с кровати и подошёл ближе, обнимая Дженсена сзади. Он поцеловал Дженсена над ушком, чувствуя, как парень слегка выгибает спину в его объятиях. - Так соскучился по джинсам, да? - Ты даже не представляешь, - Дженсен улыбнулся и передал Джареду джинсы подлиннее и пояс. – Они замечательные. Левис. Тут есть футболка. Футболки для нас обоих. Возьми эту. Тебе больше пойдёт синяя, а я возьму чёрную. Носки. Джаред принял всю одежду и улыбался очевидному энтузиазму Дженсена: - Так что… Хочешь показать мне, как работает душ? Я никогда его не принимал… - Ох. Точно, ты таким не пользовался. Я и забыл, - Дженсен улыбнулся, и они пошли вместе, несмотря на намёк Джеффа, что им стоит пойти раздельно. В итоге, как только вода была нужной температуры, они всё же хорошо провели время. После бессонной ночи оба были выжаты как лимоны, поэтому они сначала просто обнимались и намыливались, а затем начали целоваться. Следом за поцелуями они стали мыть друг друга, и, естественно, в результате всё закончилось обоюдным минетом. Свежевымытый и одетый Дженсен сидел на краю кровати, пока Джаред в ванной натягивал новую одежду. Дженсен подождал немного, а затем позвал: - Тебе там помощь нужна, что ли? Дверь ванной открылась, и Джаред вышел, выглядя так, словно ему некомфортно, и оттягивая ширинку своих джинсов. Заметив взгляд Дженсена, он ярко покраснел и покачал головой: - Я так не могу. Стараясь не смеяться, Дженсен изобразил серьёзное лицо и спросил: - В чём проблема? Вспыхивая румянцем, Джаред на него ПОСМОТРЕЛ. Он потянул край своей футболки и неуверенно сглотнул: - Они слишком тесные. Очень. Везде. - Оо, - Дженсен поднялся с кровати и поймал Джареда за край футболки, притягивая к себе близко. – Ты выглядишь… потрясающе. Теперь я могу видеть твою задницу. - Дженсен! - Она замечательная. Очень даже замечательная. - Заткнись, - Джаред подобрал фланелевую рубашку и стал обвязывать её вокруг талии, прежде чем Дженсен её отобрал. – Эй! - Тебе нечего стесняться. Ты красивый. Нет ничего неправильного в тебе или в том, как ты выглядишь. Иметь задницу совсем неплохо, - с этими словами он ухватил Джареда за локоть и потащил его к двери. – Пойдём поедим, застенчивый мальчик. Завтрак уже их ожидал. Алона и Джефф сидели за столом, попивая кофе и читая отчёты, когда парни присели к ним. Джефф поднял на них взгляд и одобрительно кивнул, двигая в их сторону тарелку с беконом: - Возьмите, пока я не нажрался до сердечного приступа. У Джареда был хороший аппетит, как и должно быть у растущего организма… но Дженсен едва притронулся к еде. Джефф заметил, как Дженсен старался говорить, не касаясь тем о своём положении, но всё же... Что-то явно тревожило парня. И это что-то мёртвым грузом висело, отражаясь в его ясных нефритовых глазах. Джефф нахмурился за чашкой кофе, думая над тем, что же происходило в голове мальчика, но если Дженсен хотел верить, что всё с ним хорошо, то Джефф не собирался лопать его «защитный пузырь». Как бы то ни было, постоянно притворяться было невозможно. Когда в беседах возникала пауза, на лице Дженсена можно было прочитать растерянность. Джефф прокрутил в голове события последних нескольких дней, одновременно задаваясь вопросом, какое ему вообще дело. Просто ему нравился этот пацан. Дженсен был грубоват, но это не означало, что с ним надо обращаться ещё хуже. Бедному ребёнку пришлось слишком рано повзрослеть в окружении плохих людей, жаждущих отхватить кусок. Вспомнив единственное требование Дженсена во всей этой заварухе, Джефф понял, в чём дело. Дженсен написал на листочке, чего он хотел. «Джаред и я должны выбраться. Вместе. Новое – безопасное – место – вместе». Сейчас же, когда у Джареда нашлась семья, Дженсен снова оставался один. Джефф с жалостью сжал губы: он хотел дотянуться до мальчика и сказать ему, что всё будет хорошо. Но как он мог такое обещать? Он не мог утверждать, что с Дженсеном будет всё в порядке, ведь он даже не знает, кто теперь примет мальчика к себе. Джеффа это не устраивало. Конечно, Дженсен не его забота… Но мальчик всё же сам, рискуя собственной безопасностью, собрал все улики, в которых нуждалось бюро для разоблачения одного из сообществ Завета. Дженсен подверг себя опасности ради Джареда, принёс Джеффу доказательство, что он пострадал от рук фанатиков. Столько всего, и только ради того, чтобы мальчик снова остался в одиночестве? Чёрт побери. Джефф грозно воззрился в свой остывший кофе, напоминая себе о том, что ему позволено, а что нет. Но его гнобила ноющая мысль, что он в состоянии хоть что-то сделать. Он мог бы. Если бы захотел. Главное – нельзя подводить Дженсена, и он это понимал. Когда дело касалось вопроса, почему его это так волнует, ответом был лишь ворох хаотичных мыслей, но Джефф не собирался оставаться в долгу. Он всё ещё раздумывал над своим решением, когда агент Сильва показался в проёме двери. - Морган, миссис Падалеки уже здесь. Звон упавшей на тарелку вилки Джареда перекрыл слабый «ах» Дженсена. Джефф кивнул агенту Сильва и встал, вытирая руки о салфетку. - Отведи её в передний конференц-зал. Я скоро буду. Сильва кивнул, оставляя их и отправляясь проведать встревоженную ожидающую мать. Джаред почувствовал, как завтрак нервно переворачивается внутри, и вперился ищущим взглядом в Дженсена. От ободряющей улыбки Дженсена ему стало немного легче, и желание спрятаться стало потихоньку убывать. Джаред допил свой апельсиновый сок, стараясь потянуть время, пока он не взял себя в руки. - Мистер Морган… - Джефф. - Джефф, - Джаред нерешительно кивнул, его глаза были круглыми от возбуждения. – Это моя мама, да? Она, правда, здесь? Джефф похлопал Джареда по плечу, с сочувствием улыбаясь. Ранее он никогда не сталкивался с воссоединением близких, но был вполне уверен, что всё пойдёт естественным образом, нужен лишь толчок. - С тобой будет всё в порядке. Сначала с ней поговорю я. Потом ты. Как тебе такой план? Таким образом, ты и твоя мама сконцентрируетесь на том, чтобы узнать друг друга, без вмешательства всякой статистики. Как только парни остались наедине, Джаред потянулся к Дженсену и взял его за руку. Он увидел тень улыбки на лице Дженсена и спросил: - Я нормально выгляжу? - Джаред, ты всегда хорошо выглядишь, - Дженсен сжал ладонь Джареда, прежде чем забрать руку обратно. Не стоило усложнять ситуацию тем, что мать Джареда, возможно, могла увидеть их держащимися за руки. Кто знает, как она может это воспринять? Джаред заслуживал настоящего счастливого воссоединения с семьёй. – Она проделала весь этот путь только ради тебя. Это серьёзно. Она в тебе нуждается. Что-то в голосе Дженсена вызывало беспокойство, и Джаред прошептал: - С тобой всё нормально? - Да. Я просто… не хочу тебя нервировать. Твоя мама здесь. Это замечательно. С тобой всё будет просто замечательно. Дженсен встал из-за стола и подошёл к окну, выглядывая на огороженный двор и видя агентов, ходящих снаружи. Он прислонился лбом к холодному стеклу, его сердце болело. - Дженсен… Слова Джареда были прерваны появлением Алоны в комнате. Она улыбнулась ему и указала головой в сторону двери. - Джаред, мне кажется, твоя мама уже не может больше ждать. Она начинает волноваться. Пожалуйста, следуй за мной. Дженсен, ты там нормально? - Ага. Алона уговорила Джареда подняться, и он вышел за ней из комнаты, не отрывая взгляда от одинокой фигуры Дженсена у окна. Джаред хотел потребовать у Дженсена объяснений, что его волнует, но сам уже направлялся вниз по коридору на встречу с мамой. После стольких лет, наконец-то его мама. Он чувствовал нервное трепетание в животе, а ладони вспотели. Возможно, он чувствовал бы себя лучше, если бы Дженсен пошёл с ним. Поскольку Джаред выглядел так, словно сорвётся с места в любую секунду, Алона положила руку ему между лопаток, помогая восстановить внутреннее равновесие. И продолжать идти. Она чувствовала, как он дрожал под её рукой, когда они вошли в комнату. Она успела уловить только чьи-то очертания, как вдруг миниатюрная женщина накинулась с объятиями на Джареда. Шерон Падалеки не могла ждать, когда ей разрешат обнять сына после стольких лет его отсутствия. Сначала Джаред выглядел ошеломлённым, а затем медленно сомкнул руки вокруг его матери. Ему пришлось согнуться, чтобы по-настоящему обнять её, заметив, что её волосы такого жё тёмного цвета, только с седыми прядями. Он обнял её крепче, чувствуя такой знакомый запах. Запах парфюма и дыма – сочетание, которое он помнил много лет назад. - Мама? Шерон подняла взгляд на своего мальчика, обливаясь слезами, видя, как он изменился. Такой другой и в то же время всё тот же. Её малыш. Он был таким же высоким, как и его усопший отец, с такой же долговязой фигурой, которая вскоре обрастёт мускулами. Она в очередной раз всхлипнула и засветилась от счастья, глядя на сына: - Джаред. Ты помнишь меня, дорогой? Я знаю… столько времени прошло. Боже, я искала тебя повсюду. Каждый день. Клянусь, я никогда не переставала искать. Никогда не сдавалась. - Я помню тебя… - мягко прошептал Джаред и повесил голову. Он узнавал себя в её чертах; видел за её нынешним лицом женщину, которой она была раньше. Его мать. Он вздрогнул и, услышав, как она снова стала поспешно извиняться, нежно её успокоил. – Это не твоя вина. Пожалуйста. Это не твоя вина, мама. Ты не сделала ничего плохого. - Те люди, Джаред… Я видела их… Я видела, как они смотрели на тебя… Но ведь все смотрели на тебя. Ты же был таким красивым и солнечным. Ты так много улыбался… и говорил… ты всегда так любил говорить, - Шерон промокнула глаза салфеткой, которая уже практически растворилась в слезах. – Я лишь на минуту отвернулась, чтобы на что-то взглянуть, и вдруг… тебя не было. Они схватили тебя и забрали. Я думала, ты просто был на другой стороне ряда. Может, присел, чтобы посмотреть на что-нибудь. Я звала тебя. Я искала… а потом я стала кричать на весь супермаркет. Стала его оббегать. Я просто с ума сошла, малыш, точно сошла с ума. Пришла полиция и взяла показания. Они просили меня описать всё, но будто бы не верили мне, - она покачала головой, рыдание сотрясло её тело, а сын с такой добротой и нежностью обнимал её… словно это она была ребёнком. – Я молилась и молилась… И я просто надеялась, что когда-нибудь… может быть, я тебя снова увижу. Я везде тебя искала. В каждом лице я видела твоё, а потом до меня доходило, что это просто был мальчик, похожий на тебя и что-то не так. Я не хотела смириться с тем, что никогда больше не увижу моего маленького мальчика. Джаред обнял её и чувствовал, что сам сейчас расплачется. Её боль была такой отчётливой. Он почувствовал себя дураком за мысль, что она может его не узнать. Не принять его. После всего, что они оба пережили по отдельности, он понял, что мать была той частичкой, которо не хватало в его душе. Его мама была прямо перед ним. Где-то там были его дом и семья. Для неё он не был каким-то инструментом или сосудом служения какому-то безумному пакту. Он прочистил горло, спрашивая: - Они рассказали тебе, где я был? - Да. Кое-что я узнала из новостей, - Шерон с кивком и благодарностью приняла от Алоны свежую салфетку, остатки туши стёрлись вместе со слезами. – Я поговорила с агентом Морганом, он мне многое объяснил. Джаред, мне так жаль. Ты даже не представляешь. Я переживала этот день миллион раз. - Мама, - Джаред был удивлён, насколько легко ему было с ней говорить, понимать её. Он не чувствовал никакого напряжения рядом с матерью, словно годы, прошедшие между ними, совсем ничего не значили. Время, проведённое вдали друг от друга, было тяжёлым, но не отдалило их друг от друга. – Я не хочу, чтобы ты себя винила. Ты уже достаточно настрадалась. Тебе больше не нужно причинять себе боль. Мы можем снова начать хорошую жизнь. Быть счастливыми. Узнать друг друга. Именно этого я хочу. Со слезами на глазах, она кивнула сыну и снова его обняла, чувствуя, какой он сильный. Худой, но сильный и мускулистый. Она смотрела новости, рассказывающие о Завете и о новых арестах, осуществлённых в других разнообразных сообществах культа. Были найдены и другие мальчики, жертвы насилия и похищения. Она чувствовала, как сжимается сердце при одной мысли об этом. - Агент Морган сказал мне, что тебя спас твой приёмный брат, Джаред. Мне бы хотелось увидеть его. Я должна его сильно поблагодарить.