Дети Завета

После наложения швов и перевязки Дженсен принялся уничтожать еду, купленную Джеффом по дороге, пока сам мужчина направился вверх по лестнице. Он знал, что Джефф пошёл поговорить с Джаредом, и почти чувствовал себя трусом, радуясь, что его оставили ждать внизу. Дженсен понимал, что идёт напопятный, но пока не был готов увидеть обвинение и боль от предательства в глазах Джареда. Возможно, ему следует ещё немного оттянуть этот момент. Он не ощущал вкуса еды, полностью сосредоточившись мыслями на Джареде. Столько всего на него свалилось. Слишком много всего, особенно для того, кого всю жизнь оберегали от окружающего мира. Дженсен, закончив с едой, выкинул мусор в урну и стал попивать колу, уперевшись взглядом в пролёт лестницы, откуда в любой момент мог показаться Джефф. Он кинул взгляд на Алону Тал, спрашивая: - Почему Морган так долго? С Джаредом всё в порядке? Алона немного поколебалась с ответом и оглядела всех присутствующих агентов. Поскольку никто не собирался ей помогать, она нахмурилась в сторону Дженсена: - Произошли кое-какие изменения. Джефф ничего не говорил? - Он кое-что недоговаривал, но не сказал почему. Сдаётся мне, лучшего времени, чем сейчас, уже не найти, - Дженсен склонил голову вбок. – Выкладывайте. Она так и сделала. Алона старалась быть краткой и придерживаться фактов, рассказывая Дженсену о маленьком мальчике, похищенном из супермаркета годы назад. Можно сказать, похищение произошло в другой жизни, если учесть, какое воздействие этот факт окажет на Джареда и его дальнейшую жизнь. Семья Падалеки. Алона никогда не опускалась до предположений и не показывала своих эмоций, всегда стараясь быть сверхосторожной, ведь она работала в сфере, где преобладал мужской пол. И сейчас, когда она рассказывала Дженсену о том, как мать Джареда искала своего сына все эти годы, Алоне приходилось следить за своим тоном. Но она сильно сочувствовала матери. Глядя на ярко улыбающегося мальчика на снимках, Алона даже представить не могла, какую боль испытывала мать, у которой были лишь фотографии как напоминание о своём ребёнке. Такая потеря была несравнима ни с чем, что приходилось переживать Алоне. Женщина сорвалась с места, отчаянно желая вернуть себе сына. Алона заметила, как Дженсен вздрогнул, и повесила голову. Она отвела взгляд, давая ему немного уединения. - Я так понимаю, ты не знал. - Как я мог знать? – выплюнул Дженсен. Чёрт побери, он должен быть рад за Джареда. Он должен быть так рад. «Мама» Джареда придёт сюда. Она существует. Те подозрения Дженсена были несвязными и ничем не подкреплёнными. У него не было ничего конкретного, во что он мог тыкнуть пальцем и сказать «ага». Просто «догадки»… которые теперь себя оправдали. Джаред не принадлежал семье Куков. Джаред не был рождён в Завете. Почему от этого не становилось лучше? Потому что теперь Джаред в нём больше не нуждался. У Джареда был собственный дом. Ему не нужен был Дженсен, чтобы приглядывать за ним или быть его семьёй. Джареду совсем не нужен Дженсен. Если посмотреть правде в глаза, Дженсен – плохой человек, который разрушил жизнь Джареда, и теперь Джаред мог вернуться домой к обожаемой матери, жаждущей узнать своего сына поближе. Так и должно быть. Это правильно. Женщина достаточно настрадалась. Она заслужила каждую секунду счастья рядом со своим сыном. «Со мной всё будет нормально», - думал Дженсен. Он всегда приземлялся на все четыре лапы. Куда бы его ни привозили, что бы ни происходило, - он всегда выбирался. Он готов принять огонь гнева Джареда на себя и потом пожелать ему удачи. Наблюдать, как он уходит в приветственные объятия настоящей семьи, где ему самое место. Дженсен стёр эмоции со своего лица, не давая мыслям выбраться наружу. Он позволит Джареду выговориться, постарается объяснить свой поступок… и даст осколкам упасть, как они хотят. А что ещё ему остаётся? Джефф спустился по лестнице, кивая агентам, которые встречались с ним взглядом. День был хорошим. Много лет упорной работы и неудач достигли кульминации за последние несколько часов, отплачивая плодами за каждый тупик или преграду. Все служащие кипели в последние часы, работая с невероятной интенсивностью, ведь такой шанс выпадал нечасто. Некоторые агенты в результате этого дела поднимутся по карьерной лестнице, и Джефф осозновал, что и ему перепадёт награда. Он собирался перевестись в другой департамент. Больше никакой работы под прикрытием. С этим покончено. Он мог теперь жить в своей собственной квартире, а не где-то там. Он мог расслабиться. Работать положенные ему часы и возвращаться потом домой. Для него это звучало как райский уголок. Он заметил взгляд Дженсена на себе и фыркнул: - Поел? - Да, - Дженсен встретил Джеффа у лестницы. Он приподнял голову, чтобы иметь возможность смотреть в лицо мужчины. – Джаред? - Третья дверь налево. Агенты впустят тебя. Он сказал, что хочет побыть один, но я думаю, он просто пытался вежливо попросить меня уйти, не говоря прямо. Джефф поймал Дженсена за руку, прежде чем мальчик припустил вверх по лестнице. - Как твоя спина? - В порядке. Сделали несколько швов, прочистили раны. Обезболивающее пришлось кстати. Дженсен попробовал пошевелить плечами и почувствовал тупое покалывание: местная анестезия понемногу работала. В кармане у него были антибиотики и обезболиващие таблетки – это тоже плюс. Он чувствовал себя лучше, чем раньше, это уж точно. - Мне нужно пойти и поговорить с Джаредом. - Я понимаю, - ответил Джефф, пристально разглядывая Дженсена. – Ты совершил доброе дело. Ты должен знать об этом. Даже если всё кажется хреновым, знай, что ты сделал хорошую вещь. Мальчик был застанут врасплох тёплыми словами, совсем не ожидая такого. Он не думал, что кто-то его похвалит или похлопает по спине… даже фигурально. Одобрение Джеффа заставило его покраснеть и кивнуть, прежде чем он направился вверх по лестнице. Он не мог остаться там и говорить о том, что совершил. Особенно когда Джаред так близко, но скоро окажется так далеко. Дженсен окинул взглядом агентов, стоящих у двери в комнату Джареда, и они отошли подальше, позволяя ему постучать. Когда ответа не последовало, Дженсен открыл дверь и вошёл сам. Закрыв за собой дверь, он сразу увидел Джареда, сидящего на кровати, с головой, спрятанной в коленях. В комнате было темно, не считая света из-под закрытой двери. - Джаред? Джаред отказался посмотреть вверх, но всё его тело напряглось и сгруппировалось. Дженсен знал эту позицию. Она означала, что человек хотел накинуться на кого-то или что-то, пока его не разорвало на части. Вся сила вложилась бы в крепкий удар - всё, что только можно выжать из человека. Сделав глубокий вдох, Дженсен приблизился к кровати, зная, что другой мальчик наблюдает за ним, хоть его глаз и не было видно. - Я пришёл, как только смог. Тишина между ними была обременяющей, такой густой, что ей впору бы иметь цвет и запах… твёрдая серая стена, формирующаяся и объединяющаяся в единое существо. Достаточно тяжёлая, чтобы вытягивать слёзы и губить веру. Дженсен не прикасался к Джареду, нервно спрятав руки в карманы, делая из себя открытую мишень, если это то, что нужно Джареду. Но он не мог молчать. - Я знаю, что тебе больно. Ты зол. Растерян. Я прошу прощения за это, Джаред. Я хочу, чтобы мы поговорили. Я хочу, чтобы мы хотя бы… поговорили. Джаред ничего не ответил, и Дженсен стал размышлять, следует ли ему оставить парня одного и прийти попозже. Наверняка для Джареда сокрушительно переоценивать всю свою жизнь и пытаться заново найти в ней причину и смысл. Дженсен уже думал направиться к двери, как вдруг Джаред заговорил низким вибрирующим голосом, сочащимся гневом: - Тебе нужно выпытать что-то ещё? Они думают, я скрываю ещё какой-нибудь маленький секрет? Поэтому ты здесь? Потому что я не могу сказать тебе «нет»? За какого идиота ты меня принимаешь? Заливаясь краской от стыда и сожаления, Дженсен покачал головой: - Всё не так, Джаред. Я клянусь, что всё не так. Я никогда… ни на кого не работал. Я только поговорил с Морганом, когда мне изрезали спину. Только тогда. Я нашёл выход до того, как всё пошло ко дну, как тонущий корабль… И я хотел, чтобы ты был в безопасности. Я знаю, я эгоист. Я знаю, я ублюдок. Но я не хотел оставлять тебя позади, тебе могли причинить вред. - Ты знал о моей маме? – тихо спросил Джаред, и Дженсен мог слышать, как парень пытался сдерживать слёзы в голосе. – Ты знал, что меня похитили? Что моя «семья» была… преступной? Что… они з-забрали меня? Дженсен хотел кинуться к Джареду, но уважительно сдерживался. Он не привык чувствовать себя виноватым за содеянное. Он всегда принимал решения с целью выжить или пристроиться где-либо. Он никогда не принимал в рассчёт других людей, заботясь только о себе. - Я узнал о твоей маме внизу. Я не знал. Я рад за тебя. Я знаю, ты не хочешь слышать ни слова от меня и, возможно, не поверишь мне… но я счастлив за тебя. После нескольких непродолжительных минут, Дженсен мягко спросил: - Ты хочешь врезать мне? Джаред поднял голову, пронзая его едким взглядом: - Мои отец и мать собирались отдать меня на какое-то святое дело. Они даже не были моими настоящими родителями. Они были похитителями. Похитителями, которые мучили меня, чтобы я забыл свою маму. Моя «семья» была ложью. Ты был ложью. То, что я принимал за правду, оказалось лишь сказками. Всё это фальшивка. Но ты… Боже… Я доверял тебе. Я СПАЛ с тобой! Ты хоть знаешь? Ты хоть знаешь?.. Ему пришлось перевести дыхание, он отвернулся от Дженсена. - Я ЛЮБЛЮ тебя, а ты лишь говорил, что я не должен. Я не послушался. Я просто думал, что тебе нужно время. Я даже не подозревал, что нужен был тебе лишь для секса, пока ты не двинешься дальше. - Нет! – закричал Дженсен. Он не мог больше оставаться так далеко. Он встал рядом с кроватью Джареда, когда приблизился к нему. – Нет. Всё было не так. Я тоже. - ЧТО ты тоже? - Я… - Дженсен состроил гримасу и, чувствуя себя некомфортно и вообще оголённым нервом, повёл плечами. – Я тоже… люблю тебя. - Что? Недоверие в голосе Джареда заставило Дженсена опуститься на колени перед его кроватью, он вцепился руками в краешек, наконец-то встречаясь взглядом с парнем. - Я люблю тебя. Ты первый и единственный человек, которого я полюбил за всю свою никчёмную жизнь. Просто мне понадобилось время, чтобы сообразить. Я никогда такого не ощущал. Я не знал, что это было. Я люблю тебя. - И ты говоришь мне это сейчас? Сейчас? Когда… мы даже не знаем, что будет с нами дальше? Где мы будем жить? Джаред провёл рукой по волосам и заметил отголосок боли на лице Дженсена: - Что, Джен? - Тебе не стоит беспокоиться. У тебя есть твоя мама. Она о тебе позаботится. Ты не останешься без дома. Тебе следует знать об этом, - Дженсен выдавил улыбку, даже если его сердце словно разбивалось на части в груди. – Она будет так счастлива тебя увидеть. Она никогда тебя не отпустит. Крепко сжав губы, Джаред чувствовал, что расплачется сейчас прямо перед Дженсеном. Весь расклеится и превратится в лужу грязи. Он потянулся к Дженсену и заметил, как он вздрогнул. - Я не собираюсь тебя бить. Иди сюда. Он сомкнул руки вокруг Дженсена, стараясь не задевать спину, и потянул его наверх к себе на кровать. В свои объятия. - Ты такой тупой осёл. Я не собираюсь тебя бить. Я бы никогда такого не сделал. - Я бы позволил тебе, - прошептал Дженсен, прижимаясь щекой к плечу Джареда. - Просто заткнись и дай мне тебя обнять. Касаемо романтики, это были не самые приятные слова, которыми обычно обмениваются возлюбленные, но Дженсена всё устраивало. Парни находились в таком положении долгое время, неуклюже переплетясь длинными ногами, прижимаясь щека к щеке в неизвестной темноте незнакомого места. Но находясь рядом с Джаредом, Дженсен чувствовал себя «дома». Он крепко зажмурился, не желая расклеиться перед Джаредом. Таково теперь будущее Джареда. У него есть настоящая семья, а не какой-то уличный ребёнок рядом, которому даже нечего ему предложить. Джаред откинулся на кровать, притягивая за собой Дженсена. Они лежали рядышком, не засыпая, а размышляя. Джаред повернул голову в сторону Дженсена, щуря глаза в предположении: - Знаешь… любовь не исчезает, просто потому, что я зол на тебя. Ты должен был сказать мне… что-нибудь… но… Я не знаю, было бы ли лучше от этого. Некоторые вещи невозможно тактично преподнести. - Тебе необязательно быть тактичным сегодня, - Дженсен немного отодвинулся и коснулся губами губ Джареда в чистом намёке на поцелуй. – Я знаю, насколько всё запутанно, Джаред. Я знаю… каково это, когда всё вокруг тебя рушится. Но я бы никогда не стал рисковать тобой, если бы был другой выход. - Я не сержусь на тебя сейчас. Не порти мой настрой, - Джаред слегка улыбнулся во мраке, пряча лицо в волосах Дженсена, чувствуя их шелковистость, даже когда они так коротко обструганы. – Думаешь, я ей понравлюсь? Дженсену понадобилась секунда, чтобы понять, кого имел в виду Джаред под словом «она». Он не беспокоился о том, что кто-то может не полюбить Джареда. Любой в здравом уме полюбит его. Особенно его мать: женщина, которая так долго искала его. - Она уже тебя любит. Она любила тебя ещё с твоего рождения. Всё это время она искала тебя. Всё будет хорошо. Не беспокойся. Твоя семья будет очень рада принять тебя обратно. Прижавшись к Дженсену, Джаред чувствовал себя в безопасности. Он не имел понятия, что принесёт следующий день, но знал, что был в безопасности, засыпая рядом с Дженсеном. Он крепче обвил руками талию Дженсена, прижимаясь ещё сильнее. - Не могу до конца поверить, что не выполняю никаких хозяйственных работ. Дженсен слабо фыркнул на это, пропуская пальцы через тёмные локоны Джареда. Он хотел всегда ощущать эту прохладную шелковистость, но, наверное, у них осталась всего лишь одна ночь вместе. Он почувствовал жажду, накрывшую его резкой волной, которая причиняла боль внутри. Он облизнул губы, прежде чем прошептать: - Джаред? - Да? - Думаешь… может, мы могли бы?.. – Дженсен протянул руку вниз между ними, ища и находя разгорячённое сокровище в штанах Джареда. Его умелые пальцы обхватили член Джареда через материю штанов, чувствуя плотную толщину, даже когда орган был ещё не возбуждён. - Аааахх… - ответом был низкий стон Джареда, развернувшегося на кровати в сторону Дженсена. Одной рукой он обхватил задницу Дженсена, крепко прижимая к себе и накрывая его рот своим. Неуклюже, но горячо они целовались в темноте, приглушённые звуки издавались между сомкнутых губ. С нетерпением и вороватостью их языки коснулись друг друга и сплелись. Дженсен задался вопросом, как ему вообще удастся пережить отсутствие Джареда в своей жизни. Как он это вынесет. Он потянул рубашку Джареда, жаждущими руками срывая её с парня. Его собственная рубашка вскоре последовала за той. Голые выше пояса, они с лёгкостью переплели ноги, целуясь с влажной и распутной ненасытностью. Они даже не предпринимали попыток утаить то, что между ними происходит, или хотя бы вести себя тихо. У Дженсена не было времени, чтобы прятать своё желание. Он расстегнул штаны Джареда, запуская внутрь руку. Он обхватил твёрдую длину, медленно и несильно поглаживая Джареда в противоречие тому, как он впивался зубами в горло другого парня. Нужно было растянуть удовольствие. Он не хотел торопиться слишком сильно, боясь потерять этот последний шанс побыть с Джаредом. Он хотел, чтобы его запомнили. После того, как они расстанутся, Дженсен хотел, чтобы хоть что-то хорошее осталось позади. Может, Джаред будет вспоминать его и скучать по нему. Хоть чуть-чуть. Такой мысли хватит Дженсену на всю жизнь. Джаред хватал ртом воздух, бормоча «ещё» и стягивая свои штаны, чтобы затем отбросить их в сторону. Ему казались невыносимыми еле ощутимые прикосновения Дженсена. Ему не давали того, чего он хотел, в достаточной мере. Он прижался к кулаку Дженсена и проворчал: - Дженсен… ещё… давай же… снимай свои штаны… Ты нужен мне… Приподявшись на колени, Дженсен откинулся назад и расстегнул штаны. Он скинул ботинки, а следом – брюки. Полностью обнажённый, он навис над высоким парнем, прижав его одной рукой к кровати. Джаред ухватил Дженсена за руку, останавливая его перед тем, как тот сядет на него. - На этот раз я хочу тебя. Я хочу тебя… внутрь себя. Как ты мне обещал. Тихие слова заставили Дженсена застонать и с нетерпением потереться членом о бедро высокого парня. Он дрожал от желания, разгорающегося в нём от понимания того, что ему предлагают. Девственное отверстие Джареда будет обхватывать его словно горячий бархатный дар. Дженсен кивнул, грубо шепча: - Хорошо… но тебе лучше отпустить меня… чтобы я смог тебя подготовить. - Я готов. - Тебе так кажется, но это не так. Мне лучше знать. Поверь мне. Дженсен уложил Джареда на спину лицом к себе. Одна нога Джареда была между его ног, а другую он поднял и закинул себе на плечо. Джаред мог видеть, что делает Дженсен, наблюдая, как жар медленно разогревает кожу любовника. Дженсен засунул палец в рот и обильно смочил его слюной, прежде чем направить его вниз. Он стал поглаживать, ласкать тесное и дрожащее отверстие Джареда. Дженсен почувствовал, как дрогнул и стал сочиться его член, получая удовольствие лишь от такого интимного прикосновения к Джареду. Он медленно стал вводить подушечку пальца внутрь, вторгаясь глубже и глубже. - Хорошо? Джаред хватал ртом воздух, стараясь не двигать бёдрами, пока Дженсен входит в него пальцем. Больно было совсем чуть-чуть: сначала просто странное ощущение, а затем стало даже слишком хорошо. Он хотел ещё. Хотел узнать, на что намекает это прикосновение. Было какое-то смутное ощущение чего-то запредельного, и он собирался его познать. Он задрожал и расслабился под прикосновениями Дженсена, кивнув: - Да, так хорошо… так хорошо… ещё… Дженсен кивнул, затем наклонил голову и шокировал Джареда тем, что лизнул вокруг костяшки введённого пальца. Вылизывая это место и засовывая язык внутрь Джареда, Дженсен почувствовал, как парень сжимается и насаживается на него, пытаясь усилить приятные ощущения. Он добавил второй палец, поворачивая уже оба внутри места, которое не терпелось заполнить его члену. Он сам весь вспотел, сдерживаясь и выжидая, играя с Джаредом. Прелюдия была необходимостью, но и немного пыткой. Он нашёл место внутри Джареда, которое заставило хриплое дыхание и стоны срываться с его приоткрытых губ. - Я знаю… Я знаю, ведь такие ощущения ты у меня вызываешь, когда ты внутри меня. Теперь понимаешь, почему я так это люблю? Почему я хочу тебя в себе?.. - Да… да… Не понимаю, почему мы не делаем этого без остановки… - Джаред кусал нижнюю губу, чувствуя, как истекает смазкой его член. На его животе уже был влажный беспорядок, а Дженсен всё продолжал поворачивать пальцы внутри. Пальцы ног Джареда поджимались от давления, и он прошипел: - Дженсен? Пожалуйста? Сейчас? Я готов… Клянусь, я готов. - Мм, - Дженсен тяжело сглотнул, а затем прекратил дразнить Джареда ртом и облизнул губы. Он медленно вынул пальцы и направил член в отверствие Джареда. Медленно, в голове, он сосчитал до десяти, в это время нежно засовывая головку члена внутрь. Он зарычал, когда тело Джареда стало его принимать, помогая проникнуть туда. - Стой, - прошептал Джаред, и Дженсен притормозил до того момента, когда Джаред сам подался бёдрами, желая большего. Вместе они нашли свой ритм, соединяясь глубоко. Джаред был заполнен твёрдым, пульсирующим, растягивающим его членом Дженсена. - Нормально? Ответом на вопрос Дженсена был хриплый стон Джареда, и они стали двигаться вместе, подаваясь навстречу и расходясь. Член Дженсена был обхвачен горячей атласной теснотой, выжимающей его до остатка. Ему приходилось постоянно напоминать себе, что нельзя просто таранить Джареда и брать предложенное удовольствие кусками, а не маленькими глоточками. Он дрожал всем телом, обливаясь потом, пока двигался внутри любовника. Звуки, которые издавал Джаред, было невозможно игнорировать: его слабые крики и хныканье, его «охи» были словно Ад и Рай. Он засадил Джареду до основания и повернул лицо, чтобы поцеловать его колено, а затем куснуть, когда Джаред стал специально сжиматься и расслабляться внутри. Трахать себя на члене Дженсена. - Боже. Дженсен легонько, словно пёрышком, провёл пальцами по яичкам парня, обхватил их, прежде чем наконец обхватить длину Джареда. Он стал быстро и сильно ласкать возлюбленного, наслаждаясь тем, как бёдра парня подавались ему навстречу. - Ещё… совсем чуть-чуть… так близко, Джаред, так близко. Можно кончить в тебя? - Да, сделай это… Я… собираюсь кончить… везде… Джаред с окончательным криком взорвался удовльствием прямо на свой живот, и Дженсен от этого звука потерял контроль над собой. Он кончил в Джареда, продолжая толкаться внутрь, пока не стало больно от собственных движений. Джаред потянул его на себя, прижимая его тело к своему, покрытому спермой. Джаред сильно и глубоко поцеловал Дженсена, заглядывая ему в глаза, когда они оторвались от губ друг друга: - Ты любишь меня? Дженсен моргнул и улыбнулся, его глаза светились после секса: - Да. Я люблю тебя. - Я тебя тоже люблю, - Джаред погладил плечи Дженсена и вдруг вспомнил про его спину. – Чёрт, как твоя спина? Дженсен издал полузадушенный звук, и Джаред заволновался, снова спрашивая: - Тебе больно? - Ты только что ругнулся, - Дженсен фыркнул и слизнул капельку пота с шеи Джареда. – Застал меня врасплох. Грязный рот. - Я всю свою жизнь в уме говорил «чёрт»… просто никогда вслух. Стоит, наверное, развить такую привычку, - по тону Джареда можно было подумать, что он покраснел, принимая решение ругаться. - Что ж… почему бы, блядь, и нет? Дженсен, улыбаясь, поцеловал Джареда в губы, ловя его смех своим ртом и желая, чтобы утро никогда не наступало.