Vectigal vobis furor meus ...

Судя по всему, время, проведенное в разговоре с самой собой, не прошло бесследно: сквозь узкие окна храма внутрь проникал лишь тусклый лунный свет. Он дробился об резные спинки скамей, алтари и колонны, бросая на все вокруг призрачные хрустальные блики. Ночному волшебству не мешали ни свечи, ни обычный шум города… Ренна насторожилась. В храме было темно и совсем тихо. Судя по всему, здесь не было никого, кроме нее. Только мыши скреблись в подвале, да звенело в ушах от недавно пережитого. - Эй, есть тут кто-нибудь? – крикнула девушка; ответа не последовало. Лишь что-то зашуршало в углу. Она прислушалась и услышала чье-то тихое сбивчивое дыхание. «Скорее всего, какой-нибудь нищий нашел себе приют на ночь», - решила девушка и направилась на звук. Однако его источник, едва заслышав легкие шаги, начал быстро отползать; наткнувшись, в конце концов, на стену, он панически заскулил. - Ты кого-то боишься? Но почему? – Ренна щелкнула пальцами, и зал осветился голубым магическим светом. Он открыл взору широкую физиономию лесного эльфа; подробности внешности невозможно было рассмотреть из-за неподдельного ужаса, исказившего его лицо. Эльф трясся, как осиновый лист, и старался посильнее вжаться в стену, будто надеялся, что она прогнется под его спиной. - Не бойся, вставай спокойно. Здесь никого нет… - Уйди, демон! Убери от меня свои лапы! Ты ничего не добьешься! – внезапно завопил эльф. Вопил громко, честно и с полной самоотдачей. Вряд ли он делал это просто из желания пошутить. Ренна удивилась. Она часто вселяла ужас в сердца людей, но этот конкретный даже не знал, кто стоит перед ним. Как она ухитрилась испугать его настолько сильно? - Я не понимаю, о чем ты, - она старалась, чтобы ее голос звучал максимально спокойно. – Может быть, ты меня с кем-то спутал? Не волнуйся, в мои планы вовсе не входит тебя убивать. - Твои речи не обманут меня, отродье тьмы! Весь город знает, что ты намеревалась убить беднягу Келя, а когда его невеста раскрыла твой ужасный замысел, ты заколдовала ее! Но не надейся, твое колдовство больше не подействует ни на кого! Колдовство?.. - Ты хочешь сказать, что Бернара всем рассказала, что я демон? – переспросила Ренна. – Да ее слова не стоят ломаного септима! Кому ты больше веришь: мне или… Бернара солгала, но ей поверили. Потому что она своя. А сама Ренна лишь пришелец из другого мира, из мира Обливиона, что и делает ее…демоном. - И чем вы собираетесь доказать, что я исчадье Обливиона? – насмешливо поинтересовалась она. - Да все видно по твоим глазам! – с ненавистью прошипел незнакомец. И тут Ренна с внезапным ужасом осознала, что с того самого вечера, с того самого праздника в честь новой Безумной богини она становится уязвимой. Потому что глаза, эти страшные фиолетовые глаза с дымкой безумной ярости скрыть нельзя. Она могла делать что угодно, но это клеймо не вывести ничем. Герцогиня Деменции еще могла затеряться в толпе, но вот Безумная богиня, пусть даже и фальшивая – не сможет никогда. - Вот видишь, ты уже испугалась, - истерически расхохотался босмер. – И это только начало. Ты будешь жестоко наказана за свои грехи! И не видать тебе снисхождения! Девушка бросилась к выходу, но ее настиг очередной крик. - Давай, давай, беги прямо в руки правосудия! Снаружи тебя ждет весь город. Разумеется, все вооружены. И не надейся, что твои штучки тебе помогут: тебя терпеливо стережет Гильдия магов. Одно заклятие, и тебя испепелят на месте. Ренна отступила. В ее глазах плескалась ярость вперемешку со смертным страхом. Она оказалась в ловушке, из которой невозможно выбраться. Шеогората нет, а она в смертельной опасности. Но если раньше от ее действий зависела судьба всех жителей Дрожащих островов, то теперь она должна защитить свою собственную жалкую жизнь. Только стоило ли? Жизнь не стоит и одной монеты. Вся суть в том, чтобы не растерять саму себя перед смертью. Она великая герцогиня, олицетворение Деменции, правая рука Шеогората, а формально и сама Безумная богиня. И что же, нужно позволять унижать себя этому глупцу, равно как и сотням других? - Ну что же ты встала… - начал было толстяк-босмер, но Ренна вдруг расхохоталась ему в лицо. - Ты думаешь, букашка, что твои слова сломили меня? Не дождешься. Я так долго была всеобщим страхом, что тебе не стоит и стараться даже смутить меня. Меня ждут? Пожалуй, не стоит заставлять весь город мерзнуть на ночном ветру. А ты имей в виду: когда-нибудь судьба приведет тебя в страшный мир, где нет власти, кроме всеобщего безумия. И этот мир уничтожит тебя, со мной или без меня. Тебе не спрятаться от того мира. Слышишь, он уже зовет тебя… - девушка наклонилась и прошептала последние слова прямо на ухо эльфу, которого будто парализовало от внезапного ужаса. – А теперь прости, мне нужно спешить на бал; гости уже заждались. Ренна расправила плечи и медленно направилась к тяжелым дверям храма. Возможно, этот день станет последним для нее. Но его нужно прожить достойно. - Сумасшедшим не место в этом мире. Они нарушают порядок. Но мне плевать на их законы; мое безумие – лишь дань тебе, мой лорд… - с этими словами она потянула на себя невидимые канаты и двери со скрипом отворились. К чему лишаться магии, если все и так против тебя? Босмер не солгал. Вокруг храма собрались все люди города. Кажется, даже рабы скуумы топтались поблизости. Многие держали какое-нибудь оружие: кинжалы, короткие мечи, а кто-то просто вилы да лопаты. В первых рядах стояли стражники и члены Гильдии магов, все в боевой готовности. Над головами зловеще пылали десятки факелов. И все это в полной тишине. - Ну что, дорогие мои, добро пожаловать на ежегодную охоту на ведьм! – усмехнулась Ренна. – Только сегодня вы можете принять участие в моей травле. Радуйтесь: больше вам такого шанса не представится. Так давайте же веселиться! Толпа недовольно зашумела. Затем ряды разошлись, и вперед вышли двое. Бернара выступала гордо, словно королева; Кель тащился за ней следом. Он был похож на тряпичную куклу в руках у маленькой девочки. Жаль только, что хозяйка этой куклы так жестока и лжива. - Вот она, ведьма! – Бернара показала на Ренну. – Что, не думала, что я расскажу? Ты не настолько сильна, чтобы напугать меня. И теперь все знают правду. Никто не спасет тебя, колдунья. Здесь нет верных тебе. - Зато есть верные тебе, да? - с ухмылкой поинтересовалась «ведьма». – Это тебя следовало бы называть ведьмой, да не за что пока. Ты прогнила насквозь, жалкая курица. Квохчи на своих яйцах, а я, пожалуй, пойду. - Стой. – голос Келя прозвучал неожиданно тихо и холодно. Даже не так: безжизненно. Словно из этого прекрасного стражника вынули всю душу, выскребли подчистую и вернули обратно. И никто ничего не заметил. Ренну больно уколол этот тон; она еще помнила, каким теплым бывает этот голос. Но игра не прощала слез. - Ах, какая неожиданность. Здравствуй, мой милый Кель. Неужели ты так быстро забыл меня? Я всего лишь ненадолго отлучилась, а ты уже вернулся к своей драгоценной невестушке, - несмотря на смех, в глаза девушки начинали блестеть злые слезы. – И ты поверил всем россказням этой скверной дамочки? Тогда ты глуп, милый. - Не говори так! – в голове стражника заиграла стальная ненависть. – Ты хотела убить меня и мою невесту, а потом, возможно, и весь город. Ведьма, как я мог поверить тебе? Ты красива, но твое колдовство убивает в тебе все человеческое. Ты достойна смерти. В воздухе повисла тишина. Народ напряженно ждал ответа от своей жертвы, злясь и гадая, что же еще их ждет. Ведьмы никогда не молчат просто так, обычно они что-то придумывают. Ренна стояла, опустив голову и еле сдерживая слезы. Нужно было собрать силы для достойного финала. - Достойна?.. – наконец медленно спросила она. – Так убей же меня. Или отдай в руки правосудия, что ничем не отличается. Я сделаю тебя героем, милый. Убейте ведьму. Она подошла к ряду солдат и покорно протянула руки. Ее связали с испуганной поспешностью, словно боялись, что она обманет. И другая бы обманула. Но не Ренна. Веревки больно стягивали запястья, но девушке было уже не до этого. Финал этой повести стал достаточно счастливым. - Прощайте, милые! – крикнула она, когда солдаты потянули ее в сторону замка. – Живите счастливо и не забывайте, что каждый из вас принял участие в смерти ужаснейшего демона!.. – постепенно ее хохот стих. Толпа стала понемногу расходиться, только Кель с невестой все еще стояли перед храмом. - Вот все и разрешилось, - с улыбкой сказала Бернара. – Мы можем отправляться домой. - Да, конечно, - тихо ответил стражник, - только иди вперед. Мне нужно проконтролировать ситуацию. Девушка нехотя ушла. Кель оглянулся и вздохнул. Все снова было нормально. - Что же вы натворили, леди Ренна… В Бравиле начался дождь.