Задохнуться расстоянием

      - Это всё-таки ты.       - Да. Я.       Ято сидит на её подоконнике, совсем как десять лет назад, но при этом всё совершенно иначе. Он не улыбается больше смущённо, влохмачивая непричёсанные волосы, не кладёт ногу на ногу нагло, занимая собой всё пространство. Сейчас Ято совсем другой. Чужой даже. Волосы длинные и непривычно заплетены в косу, глаза - ледяные, совсем без эмоций. И руки - они сейчас скрещены на груди - закрытый жест, словно он защищается, не желает подпускать. Её не желает подпускать. И от этого глаза начинает невыносимо жечь и девушка до крови закусывает щёку, лишь бы сдержаться. А ноги уже сами делают шаг навстречу, Хиёри хочется броситься вперёд, обнять до хруста рёбер, шептать что-то непонятное, задохнуться в родном запахе... В голове она сотни, миллионы раз прокручивала их встречу, слова, которые так и не сорвутся с губ, потому что они будут говорить глазами. Вот только... Хиёри так и не сдвинется с места, а Ято не попытается сократить расстояние.        - Ты изменилась, - произносит надломленно и хрипло, глядя прямо в глаза.       - Ты тоже, Ятогами.       Она уже готова увидеть обиду с синих глазах, готова раскаяться и прижать парня к себе, прося прощения - ведь она никогда не называла его так. Слишком официально и отстранённо, слишком для них. Но бог не меняется в лице, продолжая изучать её с холодным интересом. И от этого девушку пробирает дрожь. Это действительно больше не её Ято.       - Почему ты вернулся? - Ей хочется говорить уверенно и надменно, не показывая своей боли, а вместо этого голос срывается на жалкий писк. Она кашляет, изо всех сил сдерживая слёзы. Не слёзы даже, а чувства. Не хватает даже всего самообладания, что копилось в ней на протяжении десяти лет. Что ты делаешь со мной, Ято?..       - Хотел убедиться, что ты жива.       - Ожидал чего-то другого? - Она скривляет губы в ухмылке. Вся её радость, грусть, сожаление и неуверенность - всё это медленно перерастает в ярость.       - В нашу последнюю встречу ты говорила совсем другие вещи.       Как, КАК, чёрт возьми, можно оставаться бесстрастным в такой ситуации?! Они не виделись грёбанных десять лет, вообще исчезли друг для друга, а теперь происходит какая-то околесица! Он появляется в окне её квартиры, невесть откуда узнав адрес, несёт какой-то бред и смеет выглядеть зажравшейся, бездушной тварью. Хиёри это выводит из себя, окончательно снося все оковы с ранее сдерживаемых чувств.       - Знаешь, я сама удивляюсь, как могла нести такой бред. Из-за тебя так убиваться... Я не верю больше себе, Ято.       И что-то дрогнуло в его глазах от этих слов. Хиёри не успеет удивиться, а бог уже до боли сожмёт руки в кулаки и выдавит болезненную, судорожную улыбку.       - Значит... Не зря мы тогда ушли, а?       И хочется ответить гордо, показать ему, что потерял, уходя. Не зря. Мне больше не пришлось тратить своё время на тебя. Это ведь было так бессмысленно. Вместо этого... Вместо этого Хиёри низко опускает голову и тихо шепчет:       - Зря, Ято. Ты превратил это время в Ад. Я уснуть не могла, до того больно было. Не знаю, как ты, а я будто дышать разучилась...       Повисает вязкая, горькая тишина. И кажется, если высунуть кончик языка - почувствуешь её затхлый, омерзительный вкус.       - Вот как...       Хиёри не замечает его опущенной головы и шокированных глаз. Вместо этого перед взором пляшут алые точки, а злость накрывает с головой, топя в себе здравомыслие, заставляя захлёбываться в себе от ужаса тех слов, что скоро сорвутся с языка... Хиёри сдается и позволяет себе погрузится на дно.       - Значит... Это всё, что ты можешь сказать, да? За эти годы... За всё то, что я... Это единственные твои слова?!       - Не кричи, пожалуйста. Голова раскалывается, - просит он, чуть морщась.       - Пожалуйста, да? А когда я тебя просила, ты слушал? Хоть раз ты меня слушал, Ято? Так почему я должна?       Он выглядит потерянным, холодная маска слетела, открыв запутавшегося, несчастного мальчишку, со всем не уверенного больше в том, что спас чью-то душу. А Хиёри от бешенства уже больше ничего не видит, не понимает. Крышу будто сорвало, попутно выдрав из стены пару кирпичей.       - Знаешь, как я ждала? Думала, ты одумаешься... Я за все эти десять лет так и не зажила нормальной жизнью, Ято! И когда родители разбились на машине, я знаешь о чём думала? О тебе, чёрт подери! Мои родители лежали в закрытом гробу, а я вспоминала тебя и верила, что ты-то точно что-нибудь смог бы придумать! Скажи, нормально это?!       Ято молча пятиться, но за спиной лишь открытое окно. Бог шумно дышит, будто из комнаты внезапно выкачали весь кислород. И в глазах, отчего-то мутных, блестят виноватые слёзы. Девушка подходит ближе, с силой толкает в грудь, заставляя наполовину вывалиться из окна. Придерживая Ято за ворот майки, Хиёри приближает своё лицо вплотную к его и рычит гневно:       - Молчишь? Сказать нечего, Ято? Ты мою жизнь раскрошил в пыль, понимаешь... Ты когда уходил, наверное и не думал совсем. Ты в самом деле бог несчастий. Не верю я, что тебе удалось принести кому-то счастье...       Её слёзы капают на его щёки, но Ято отчего сравнивает это с прикосновением аякаши - настолько больно понимать, что он является причиной её боли. И уже хочется, чтобы девушка отпустила его, позволила полететь головой вниз туда, на улицу. Он бы не стал группироваться, падать на ноги, как кошка. Сейчас Ято молча молит о том, чтобы его разбило, вмазало в асфальт, без возрождений. Он не хочет больше жить совсем.       - А ты ведь улыбался, когда уходил. Помнишь, Ято? Мать его, ты улыбался тогда! Что сейчас мешает? Тоже болит? Неужели твоя душонка ещё способна что-то чувствовать?       - Как видишь, - отвечает глухо, отводя глаза.       Она отпускает его, наконец. Поджимает губы и отходит к противоположной стене, пряча за спину руки. Малышка Хиёри не может поверить, что только что причинила кому-то боль. Не смотря на то, что Ято был последней сволочью, он не заслуживал всех этих слов. Совершенно. Сам Ято медленно отлипает от подоконника и, повернувшись, с тоской смотрит вниз. Он считает, что было бы справедливо, толкни его Хиёри чуть сильнее, не удержи она его на этой грани.       Между ними повисает тишина. Плотная, колючая и такая давящая, что впору взвыть. Она, подобно стене, отдаляет бога и девушку друг от друга, укутывает плотным коконом и дарует каждому свою боль. Хиёри чувствует, как изодранная в клочья душа мечется в горячке, царапает коготками сердце и жалобно плачет. И всё из-за одной лишь тишины, вновь оставившей наедине со старыми кошмарами. У Ято по венам несётся жидкий огонь, выпаривает кровь, обжигает холодом внутренности. Его маленькая Хиёри давно уже не малышка, давно уже не его, и от этого боль в висках лишь растёт, дробя все мысли. Тишина - искуснейший мастер пыток.       - Скажи... Это действительно было так необходимо? - устало спрашивает Хиёри, разбивая повисшее молчание.       - Тогда я был уверен, что да. Хотел для тебя нормальной жизни, - бросает Ято, сползая по стене вниз. Девушка ни разу не видела у него таких обречённых, почерневших глаз. Привычная синева теперь впитала в себя пепел.       - И ты был настолько уверен, что даже не хотел меня слушать? Сознательно пошёл на весь этот Ад? - усмехается девушка.       - С чего ты взяла, что для меня это был Ад? - приподнимает бровь Ято.       Он хочет сказать, что в сравнении с Преисподней, всё было гораздо хуже. Но Хиёри снова не слушает, снова выходит из себя. Это он виноват, что она стала такой.       - Значит, ты чувствовал себя хорошо, да? Верно, у тебя же Юкине был. Как я могла забыть?! - она начинает смеяться нервно, хрипло, заламывая руки.       Все слова, брошенные сгоряча, все взгляды, полные ненависти... Ято вскакивает, кричит в ответ что-то грубое, хлёсткое, чтобы до слёз. И теперь уже все недомолвки, копившиеся за годы обиды, всё это выходит наружу. До хрипов в груди, до молчаливой истерики в глазах, до разбитой посуды и звонких пощёчин. Весь холод, страх, боль и непонимание - всё перерастает в одну жуткую, гноящуюся рану. И каждое слово - ещё один гвоздь в обнажённую, воспалённую плоть. И самим только хуже от всего этого ужаса, до жути неправильного, но такого реального. Когда вновь приходит здравый смысл, становится слишком поздно. Поздно для всего - извинений, слёз и признаний.       - Ты бесчувственная тварь, Ято! Ты и тогда ушёл поэтому, и сейчас даже не понимаешь, что сделал! Совершенно бесчувственный!       - Заткнись сейчас же! Заткнись!       - А Юкине? Он тоже ушёл? Или ты сам его бросил?!       - Юкине погиб! Я потерял этого мальчишку год назад, Хиёри! Довольна теперь?!       Она застывает. Молча смотрит на Ято, спрятавшего лицо в ладонях, на его дрожащие плечи. Юкине... умер?..

***

      Тишина сводит с ума. Бьёт невыносимо по ушам, с улыбкой выкручивает из сердца целые куски мяса, грубо проводит ножом по натянутым струнам нервов. Бог и девушка сидят в кромешной темноте спина к спине, не решаясь заговорить. И пусть каждому из них больно, никто не пытается сказать что-либо, остановить это безумие. Перед ними - десять лет. Ничтожный срок для бога, не слишком значительный для Хиёри. Вот только их десять лет растянулись в бесконечную пытку одиночеством и болью. Ято действительно умудрился превратить их в Ад. Сам того не желая.       - Сможешь ли ты простить меня, Хиёри? - тихо спрашивает Ято.       Девушка спиной чувствует его дрожь и колеблется. Сможет ли? Да. Давно простила. Вот только... У них ведь уже ничего не будет, как прежде. Ни радости, ни слёз, ни привычных слов и шуток. Она сама не сможет, как раньше. Стена, с ненавистью взращиваемая в течении этих десяти лет, наконец ощетинилась копьями. Их медленно убивает тишина, но они не способны справиться с ней, как прежде. Все слова застревают в горле, у каждого будто свой собственный вакуум.       - Я давно простила тебя, Ятогами. Вот только... Пыль ведь не склеишь?       Он понимает. И принимает. В этот раз справедливо будет доверить их судьбу ей, ведь в прошлый раз Ято додумался до всего самостоятельно, тем самым разрушив всё. И Хиёри сейчас собирается допустить ту же ошибку, но он молчит. Всё честно.       Они не видят друг друга, но трепещущие крылья едва живых душ ещё соприкасаются, чувствуют. Хиёри действительно не видит в Ято бога. Лишь напуганного своим выбором, давно сломленного мальчишку. Он ушёл сам, через годы расплатившись своим одиночеством - Юкине принял навсегда пустоту. Сама Хиёри просто устала. Ято чувствует вину, наблюдая за тем, как её душа постепенно пеплом осыпается в никуда. Искалеченные, отравленные друг другом и жизнью - Хиёри и Ято попросту сгорают, находясь рядом.       - Ты же понимаешь, как будет лучше, верно? - с горечью шепчет Хиёри. Бог опускает голову, закусывая губу. Понимает. И под грузом осознания крылья ломаются, безвольно обвисают вдоль израненной спины.       - Да... - хрипло и отрывисто. Он жмурится до вспышек красного перед глазами, не желая принимать правду. И всё-таки встает, пошатываясь. Осторожно касается волос девушки кончиками пальцев, грустно улыбаясь. И в этой кромешной тьме Хиёри видит его глаза поразительно ясно. Окончательно почерневшие, пепельные, они потухли совсем. Но она различает столько нежности, такой ятовской, что лёгкие сжимаются от острой боли. Он молча молит о прощении, пятясь к окну.       - Прощай, Ики Хиёри, - кидает в ночь, распахивая окно. Девушка внезапно осознает, что происходит. Вытягивает руку вперёд, в немом крике раскрыв рот, но Ято уже спиной падает в пустоту за окном. Она кидается вперёд, будто пытаясь ухватить за хвост ускользающий мираж. Падает грудью на подоконник, беззвучно сотрясаясь от рыданий. Ушёл.       Сердце, внезапно ожившее, бьётся в груди раненой птицей. Тишина ухмыляется как-то бешено, с наслаждением вспарывая птице глотку. Их тишина странная. Кровожадная. И даже на том расстоянии, что разделяет бога и смертную девушку, она безошибочно находит своих жертв.