Глава 3.
26 августа 2014 г., 20:57
Бежать. Куда именно - просто формальность. Нужно только бежать, увернуться, улизнуть, скрыться… и, желательно, больше никогда не пересекаться с этим странным ребенком!
И у Тсуны это, к счастью, получается. Годы “тренировок” по побегам от самого опасного в Намимори сделали свое дело.
Савада забегает за угол, чувствуя свист пули в паре миллиметров от виска, и кое-как перепрыгивает через забор вокруг соседского домика. Он вжимается в угол между ним и собачьей будкой, стараясь утихомирить свое биение сердца, потому что его, кажется, было слышно даже в школе.
Парень кусает губы, прислушиваясь и надеясь, что теперь он хоть в какой-то безопасности. Его ожидания оправдываются.
Ребенок еще две минуты оглядывается, после чего лишь хмыкает.
Неудивительно, он же знает о способности Тсуны и не намерен тратить свое время попусту. Гораздо лучше в эти минуты придумать, как “обойти” странность ученика. Правда все попытки обречены на провал. Савада не один десяток раз пытался это сделать.
Шатен сидит в укрытии еще десять минут, обдумывая то, что произошло сегодня. Кажется, его - великолепные в своей однообразности - деньки закончились. И ох, и ах, но теперь ничего не вернуть.
Узнать бы, хотя бы, за какие грехи ему сначала послали эту недо-способность, которая в детстве заставляла комплексовать, а после, когда все только-только устаканилось - проклятье в виде этого ребенка. Тсуна, конечно, не был идеальным подростком, но и такого, вроде бы, не заслужил. Или не запомнил, чем заслужил… а это еще хуже!
Однако, самобичеванием можно заниматься бесконечно долго, Савада знал это на своем опыте.
Осторожно, чтобы не сделать ничего, что может выдать его местонахождение, условно называя это “становлением невидимкой”, Тсунаеши выбирается на основную дорогу, с досадой замечая, что выронил подарок Киоко во время побега.
Но на том же месте свертка не было. Значит, Реборн его подобрал.
Почему-то, парню ужасно не нравился этот факт. Интуиция легкой дымкой клубилась под диафрагмой, щекоча нервишки и намекая на то, что эта рассеянность еще аукнется глупому подростку.
Но сейчас ему было, честно сказать, абсолютно плевать на то, что будет в будущем. Он решал самую важную задачу для себя: стоит ли идти в школу?
Взвесив все “за” и “против”, Тсунаеши остановился на том, что не хочет наткнуться на Реборна или маму. Даже, если они его не заметят. Поэтому следует просто вернутся в класс и отсидеть там уроки. А, если его еще и не увидят одноклассники, будет вообще идеально.
Именно об этом думал Савада, уже двигаясь по дороге, уже свернув в переулок, чтобы срезать путь.
Знаете, что страшно? Когда ты идешь по узкому переулку, абсолютно уверенный, что никого тут нет, а после - эффектно врезаешься в чье-то плечо, вскрикивая аки раненая птица и отпружинивая в противоположную сторону на расстояние пары шагов.
К слову, хозяин этого злополучного плеча тоже, как минимум удивлен.
Хотя, судя по его расширенным серым глазенкам, тут остается очень малое расстояние до шока. Настоящего такого, приправленного расшалившимися нервишками и сулящего посещение врача - так и до нервного тика или паранойи недалеко.
- И-извините. - Мямлит шатен, потирая ушибленный нос и часть лба. Черт, почему к невидимости не прилагалось равновесие и ловкость? Было бы кстати.
- Смотри, куда идешь. - Огрызнулся подросток. Савада, наконец, поднял глаза и еще раз пожалел о том, что завернул в этот переулок. - Откуда ты вообще взялся? Я уверен, что тебя здесь не было еще секунду назад.
На Тсуну смотрел парень едва ли старше его самого, но определенно не японец. Черты лица другие, а пепельные волосы - и вовсе редкость здесь. Проблема была лишь в том, что на нем была форма. Форма школы Намимори.
- Невнимательно, значит, смотрел. - Хмыкнул шатен, вздернув носик. Еще он будет оправдываться и объясняться перед каким-то иностранцем. - Почему ты не на уроке?
Переводить тему было сейчас лучшим выходом. Только об одном Савада не успел подумать.
Новый знакомый окинул взглядом его одежду.
- Могу задать такой же вопрос. - Прищурившись, заявил он, выпытывающе смотря на низкорослого ровесника. Словно на его лбу должно высветиться полное досье, если продолжать прожигать взглядом.
- Хм, хорошо-хорошо. - Кивнул шатен, довольно усмехнувшись. Ему всегда нравились те, кто могут быстро адаптироваться под ситуацию и не резко реагировать на подколы. - Вопрос снят. - Он протянул руку. - Буду рад знакомству. Меня зовут Савада Тсунаеши.
На секунду лицо собеседника приняло странную эмоцию. Для себя Тсуна окрестил ее, как “понимание”, хотя на деле это было самое настоящее удивление.
- Гокудера Хаято. - Он как-то плотоядно усмехнулся. - Не особо приятно познакомиться, претендент на место Десятого босса Вонголы. - Как-то слишком чопорно отчеканил. - Готовься, я убью тебя и займу твое место.
- Ч-что?! - Савада нервно поддался назад, пораженно хлопая глазами, не сумев переварить весь поток незнакомой ему информации.
Ответа не следует, а все развивается в темпе какого-нибудь боевика: в руках у Хаято появляются продолговатые динамиты, тут же поджигающиеся странным прикуривателем в виде сигареты, а Тсуна резко разворачивается, со всех ног несясь в сторону школы.
Последнее у него, кстати, получается.
За спиной взрываются чертовски шумные динамиты, но Савада боится обернуться. Он останавливается только тогда, когда забегает в двери школы.
Все еще идет первый урок, и он уже не сомневается, что попадется Дисциплинарному Комитету, если продолжит так шумно выдыхать через полуприкрытые губы и топать, словно его “на цыпочках” стало аналогично бегу слона.
Идти в класс уже не хочется. К тому же, где-то через пять минут в школу так же возвращается Гокудера, от которого Тсуна шарахается, пусть и знает, что его не видят.
Хочется посидеть в спокойствии, но из этого здания пока выходить не следует.
Где же тут самое спокойное место? Казалось бы - крыша, но дверь на нее с недавних пор наглухо заперта. Возможно, самое безлюдное место - женский туалет на третьем этаже, о котором ходят страшные легенды о Ханако-сан, созданные чтобы пугать младшеклассниц. Идти туда не хотелось, хотя бы потому что Савада - парень.
Оставалось лишь одно помещение, зайти в которое просто боялись.
Пожалуй, даже сам Тсуна побаивался туда заходить без спроса. А спрашивать, конечно, не было смысла. Но сейчас, когда сложилась такая безвыходная ситуация, так хотелось отдохнуть в тишине и покое, обдумать все.
Решение, с трудом, но было принято.
Савада отправился в самый пугающий кабинет школы - кабинет Дисциплинарного Комитета.
Надоело ли Тсуне жить? Пожалуй, нет, хотя изредка он сомневался в этом, когда в очередной раз решал позариться на покой самого опасного человека в Намимори. Впрочем, после того, что произошло утром, он уже ничего не боялся, и тонфа Хибари казались ему просто мягкими подушками.
Открывать дверь самому было нельзя, а она была, словно специально, заперта.
Пришлось ждать девять минут, спустя которые оттуда вышли члены Комитета и Тсуна смог проюркнуть мимо них внутрь.
В кабинете было прохладно. Это первое и главное, что привлекло внимание Савады. Наверно, только ради этого он теперь готов сюда приходить по-чаще, рискуя собственной шкурой. Из-за того, что он расслабился, шатен не сразу заметил, что на него направлен спокойный, выжидающий взгляд.
Даже, казалось бы от таких обычных эмоций ледяных глаз, по спине пробежался холодок.
Тсунаеши не сразу сообразил, что Кёя просто провожал своих подчиненных, после чего сразу же опустил взгляд на лежащие перед ним бумаги. Савада облегченно выдохнул, отходя в сторону. На диван садиться шумно и заметно. Поэтому он выбрал - безусловно уютный и ни капельки не холодный - угол возле окна, рядом с растениями.
Увы, этот угол был одним из двух, располагающихся ближе всего ко столу Хибари. Страшно - мягко сказано.
Однако, желание того, чтобы просто отдохнуть, победило.
Какие-то пять минут медленных передвижений по кабинету на цыпочках - и Тсунаеши, все-таки, занял заветное место. Наверно, он присел слишком громко, потому что взгляд “хищника” поднялся и забегал по комнате, словно стараясь зацепиться за любые изменения в состоянии воздуха.
Судя по тому, что он лишь хмыкнул, таковых не нашлось.
Шатен откинул голову назад, уткнувшись побаливающим затылком в холодную стену и закрыв глаза. Его не покидало ощущение, что именно сейчас на него посмотрят, узнав месторасположение.
Интуиции он верил, но сейчас просто не хотел этого делать. Больно неприятно будет, если его действительно поймают.
Собственно, зачем он сюда пришел - нужно было проанализировать происходящее.
Сейчас больше всего Тсуну волновала фраза Гокудеры Хаято про “претендента на место Десятого босса Вонголы”. Это его обращение он абсолютно точно не понял, но хотел это сделать, потому что любопытство - это одно, а не знать что-то о себе - другое.
Шатен подтянул к себе ноги, обхватив их руками.
Итак, что бы то ни было, сейчас ему известны два человека, которые выглядят опасно и пытаются вмешаться в его жизнь. Гокудера Хаято и этот малыш, Реборн. С первым говорить не получится, да и просто не хочется. Больно он дерзкий.
А вот с этим недо-репетитором поговорить будет нужно. Обязательно. Когда вернется.
Тсуна поздно почувствовал, что его начинает клонить в сон. Да, за какое-то утро он сильно устал. А еще в кабинете была мертвенная тишина, разрывающаяся лишь звуком скребущей по бумаге ручки. Интересно, этот Глава Дисциплинарного Комитета всегда работает? Почему-то Саваде казалось, что он должен заниматься чем-то более веселым, чтобы занять место самого опасного человека в Намимори.
С другой стороны, Хибари не был похож на такого уж хулигана, которого можно легко представить на подобном месте. Скорее это место мог занять Гокудера Хаято.
Но, тем не менее, он занимает этот “титул”, и никто не смеет сомневаться в нем.
Савада зевнул, поздно сообразив, что проваливается в сладкую дрему. Что ж, он еще никогда не проверял, что будет, если заснуть рядом с кем-то… интересно, его “способность” перестанет работать?
***
Или способность не перестает работать, или Хибари Кёя внезапно по-добрел и решил не убивать того, кто доводил его до нервного срыва уже почти пять лет, когда научился использовать это себе “на руку”. Однако, Тсуна смог спокойно покинуть кабинет, прошмыгнув в этот раз вновь, когда открыли дверь. На этот раз Кусакабе заходил проведать Главу. Осталось лишь отправиться домой. А потом - найти и поговорить с Реборном. Уж больно странным вышел этот пресловутый день рождения…
