Even If I Could

- Все готово? – Тсунаеши интересуется полушепотом, все время бросая взгляд на дверь и, то и дело, стараясь спрятать свое лицо под полами шляпы. Тоже своеобразный юмор: приехать в гости, но при этом прятаться по углам, скрываясь не от варийцев или даже своих Хранителей, а от того, с кем прожил последние годы бок-о-бок. Еще страха прибавляло то, что напротив стоял раздраженный до чертиков Супербиа, а он-то точно не сдерживал свой пыл никогда. - Врой! Что за вопрос?! Конечно! – Савада поморщился от громкого звука, едва не пошатнувшись, потому что в голове в тот же момент будто бы прогремел ядерный взрыв. Мозгу впервые было тесно в черепе, но отнюдь не из-за своего размера, а из-за бесконечной пульсации. – Осталось загнать мелкий мусор в комнату, и наша часть договора будет исполнена! - Д-да-да, будет. – Тихо мямлит шатен, раздражаясь не меньше от боли и громкого голоса. Его же сейчас найдут! Впрочем, он и не особо надеялся остаться на свободе под конец этого разговора. Уже даже придумал тираду, которую будет горланить по пути обратно, в комнату. – Всё должно пройти гладко. Отправь Бела к моим «друзьям», чтобы тот позвал их на ужин. Сам проследи за тем, чтобы двери заперлись, когда они будут внутри. Я, скорее всего, подойду чуть позднее. – Хмуро прикинул, учитывая, что ему недолго осталось до встречи с хищником. Не стоило, конечно, сбегать, но без этого никуда – они итак целый день потеряли на «постельный режим для больного»! Скуало более-менее успокаивается, но все еще нетерпеливо оглядывается. Ему хочется, чтобы все произошло как можно скорее, и его нельзя в этом винить. Все здесь этого хотят. - Я просил не приказывать мне, Савада. – Гортанно рычит он. – Можешь вообще не приходить на шоу, если боишься смотреть на мучения своих любимых друзей. – Криво усмехается, зная, как это раздражает Дечимо. - О, нет, я обязательно на это посмотрю! – заметно повышает голос тот. – Не только же вам веселиться! Смех ненадолго глушит все остальные звуки в комнате, пока её обитатели на время забывают о том, что нужно скрываться, иначе недолго и самим в той комнате оказаться. Когда они успокаиваются, Тсуна жмурится сильнее от озноба, прошибающего тело. Он вздыхает, разворачиваясь к двери, и плавно туда двигается. - Слушай, Савада, а твоего «хищника» тоже туда загнать? – абсолютно серьезно, если бы не полуулыбка, интересуется капитан Варии. – Думаю, ему будет полезен такой «душ», как у остальных. – Супербиа кивает, имея в виду пошатывающуюся походку шатена и, очевидно, причисляя это к заслугам Кёи, чем вызывает смех парня. - Нет, это лишь проклятье вашей базы и температура под сорок градусов. Пока он такой чести, как Хранители, не заслужил. – Продолжив свой путь к двери, ответил он. Ноги передвигались еле-еле, будто приклеивались к полу с каждым шагом, а потому Тсунаеши чуть инфаркт в дополнение не схлопотал, когда дверь раскрылась, едва он оказался подле нее. Нетрудно было угадать, кто его там ждал. - Я, вроде, приказывал оставаться в постели, разве нет? – громко произносит Хибари, заставляя шатена зажмуриться от головной боли и вдарить несильно ему оплеуху. - Тише! – шипит тот и обходит его, чтобы направится в свою комнату. Выбора, как такового, все равно нет. – Я не могу оставаться в кровати, когда всё готово для исполнения плана. Все-таки, это моя месть, и я не могу не участвовать! К слову, привыкнуть к излишкам в декоре особняка Савада смог. Через какое-то время, но смог. Просто ему больше ничего не оставалось, как разглядывать интерьер своей комнаты часами весь убитый на «постельный режим» день. Занятие не самое веселое, благородное или увлекательное, однако, он нашел свою изящность во всем этом. Хоть что-то радует. - Какая разница? Ты же решил скинуть убийство на других – так не говори, что делаешь это сам. – С недовольством парирует хищник, следуя рядом. Как и всегда – рядом. - Это моя месть, ясно? – резко поднимает на него взгляд Тсуна. Как же бесит своим вечным презрением! – Ты можешь даже не приходить туда. Мы справимся сами, а твое присутствие погоды не сделает. Дальше по пути до комнаты рядом царила мертвая тишина, и он чувствовал, что ляпнул что-то лишнее.

***

Чего Тсунаеши точно не ожидал – так этого того, что ему не придется сидеть под надзором в своей комнате. За ним вообще не следили. Он даже до двери не дошел, когда Кёя свернул куда-то к лестнице, так и не сказав ни слова. Это, конечно, нервировало, но так же «развязывало руки», что не могло не радовать. Правда, жаропонижающих и прочих лекарств он все же выпил, дабы совсем не свалиться прямо во время действа. Время неумолимо шло к семи часам после полудня, а руки еще слегка дрожали. Седьмое пекло, что за неуверенность, будто первый раз этим занимается?! Савада покинул комнату за полчаса до «ужина»; ноги сами несли его к соседним. Он заведомо не пошел к сильным Хранителям, которые всегда могли дать отпор или поменять свои планы, заметив, что босс болен. Гораздо больше ему нравилась прерогатива встречи с девушками за какие-то считанные минуты до их гибели. Дверь в комнату поддалась без проблем, ибо была не заперта. На удивление, в помещении не было М.М. – лишь иллюзионистка стояла около большого окна, смотря на обширный внутренний двор. - Хром? Можно войти? – уважительно остановился на пороге Дечимо, не позволяя себе пройти дальше. Это было бы неправильно по отношению к девушке. Та быстро обернулась, улыбнувшись, и принялась немедленно растирать слезы слабо сжатыми кулаками. На её правом глазу не было повязки и, более того, он был цел и невредим. - Конечно, босс. Проходите. – Тихо пролепетала Докуро. Только через секунду она почувствовала любопытный взгляд. – Это иллюзия, как и внутренние органы. Вот только, если потеряю контроль, то отсутствие органов видно не будет, а глаза – еще как. Повязка позволяет не волноваться об этом. В помещении было прохладно из-за открытого окна. Савада спокойно дошел до одной из кроватей, присев на её край. Он получил ответ на то, что хотел, и больше разговаривать на этот счет не собирался. Но иллюзионистка все равно подняла с комода повязку и закрыла – когда-то бывшую пустой – глазницу. - Ты меня ненавидишь? – спокойно интересуется парень, не вкладывая ни доли раздражения в слова. Такой эмоции в нем действительно не было. Лишь румянец покрывал щеки из-за сильного жара, который, впрочем, начинал спадать из-за лекарств. Девушка встрепенулась, удивленно распахивая глаз. - Ч-что?.. нет; нет, совсем нет! – быстро протараторила она. Уже через пару секунд она оказалась рядом с кроватью, присев так, что они касались плечами. – С чего вы это взяли, босс? - Я убил Мукуро. Убил твоего прошлого босса. А теперь еще и притащил в обитель других убийц, таких же, как я сам. – Криво усмехается Тсунаеши, явно не особо наслаждаясь этими словами. – Ты должна меня ненавидеть, Хром. И должна бояться того, где оказалась. Девчушка побледнела, неуверенно поджимая губы, и нахмурилась. - Но я не ненавижу вас. Честно, босс. – Тихо бормочет она. – Да и люди тут не такие уж страшные. Сегодня Луссурия-сан учил меня готовить на кухне, хотя и не должен был. А Супербиа-сан довел до комнаты, когда я заблудилась на этажах. Они не такие уж и… - Не верь этому, Хром. – Отрезает Савада, усмехнувшись. Он поднимается с места, потому что на часах уже совсем не остается времени. Скоро сюда придет один из «палачей» дабы проводить до «места казни». – Люди в нашем мире делают вид и лгут так откровенно, что могут ввести тебя в заблуждение, но не верь этому, милая Наги. Докуро удивленно замирает с непривычки такого обращения, и Тсунаеши пользуется этим, чтобы покинуть её комнату, пролепетав что-то о том, чтобы она не забывала про ужин. Всё, три минуты до назначенного срока. Больше отступать нельзя.

***

Несмотря на подходящее время, до столовой Савада шел через главный зал, где свернул в коридор, ведущий к кабинету Занзаса. Там он задержался лишь на пару минут, вкратце оповестив, что капитан сейчас занят и начинается исполнение плана, на что получил лишь раздраженный взгляд и тонны нелестных высказываний о себе и своих ближайших родственников до седьмого колена. Конечно, он опаздывал на шоу, но ведь он предупреждал об этом, поэтому ничего не меняется. Зато вот по своей глупости он умудрился дернуть на себя ручку двери столовой, только потом вспомнив, что там сейчас опасная зона и все замки заперты руками Скуало. Комнатушка для «зрителей» была найдена за соседней дверью. Она была гораздо меньше, чем зал столовой, но, учитывая распыленный там иприт в воздушно-капельной форме, лучше тесниться в маленькой коморке! Через большой дисплей передавалось всё, что там происходит. Небольшая панель с кучей разных кнопок находилась прямо рядом с ним. А у другой стены стояли, сидели или же ходили туда-сюда остальные участники веселья, то бишь – варийцы. Как и предполагалось, Кёя не пришел. Еще бы - он не одобряет такого метода. Считает его бесчестным и нелепым. Через стены, защищенные от химических ядов, все равно были слышны крики Хранителей, требующих выпустить их оттуда. Отдельное слово стоит выделить Хаято, который приятно удивил, не горланя, как может, а спокойно, жестами, объясняя остальным, что дышать этим веществом нельзя. Правда, паника не особо позволяла действовать так же равномерно. - Ты опоздал на начало шоу, - прошипел Потрошитель, как-то гадко смеясь вошедшему Дечимо. Тот нахмурился, не замечая каких-либо признаков драки на дисплее. - Я что-то пропустил? – недоверчиво поинтересовался он, на что услышал еще более громкий смех. Это было хорошим ответом. – И что же? Не особо разговорчивый Принц лишь покрутил в руке окровавленный стилет, а Леви швырнул Тсунаеши какой-то сверток. Ткань была насквозь пропитана кровью, но это ведь никогда не останавливало его. Страхи уже нипочем. В нос ударил запах соли и ржавчины. Внутри были сложены семь колец. Правда, некоторые были до сих пор надеты на обрубки пальцев. - Мы решили, что кольца могут пострадать во время, поэтому забрали их раньше. – Пояснил капитан, не отрывая взгляд от экрана. Хранители еще не чувствовали влияния веществ, хотя те уже начинали разрушать их легкие. – Однако, некоторые из твоих доблестных «друзей» не хотели нам их отдавать по-хорошему. Пришлось забрать силой. Савада фыркает, откладывая сверток в сторону и вытирая об собственные штаны кровь на руках. - Пусть так. – Меланхолично произносит он. – Мы можем закончить быстрее? Не хочу торчать тут целый час. - И что, даже не дадим им помучиться? – недовольно бурчит Бельфегор. В комнате довольно душно, что изрядно раздражает. Блин, убивать псевдо-Дечимо было веселее, чем Хранителей. Скучные они – даже не пытаются выломать дверь! Впрочем, это было бы бесполезно, но попытаться-то они должны! - Они достаточно намучаются. – Шатен останавливается возле панели с кнопками, ища на ней нужную. – Смерть будет долгой и мучительной. – Наконец, маленькая синяя кнопка находится. – Веселитесь же. – Он плавно на нее нажимает, ухмыльнувшись. На потолке столовой установлены опрыскиватели, множество опрыскивателей, а на этаж выше – кучи бочек с различными веществами, которые было не так уж и сложно достать для мафиози. Все они по-своему прекрасны, но что может быть прекраснее, чем разъедающая вещи и плоть плавиковая кислота?.. Наконец, крики становятся истошнее. Все уже на полу, ибо стоять у них не выходит. Руки, что держали ткань у носа, дабы не надышаться ипритом, стремительно покрывались химическими ожогами. Кислоты было так много, что она не успевала впитываться в кожу и стекала, капая на пол. Везде, где она проходится, остается какой-либо след. Ребята стараются опускать лица, чтобы не пострадали глаза, но не у всех удалось сделать это быстро. - Они реально думают, что, если будут громче орать, то им помогут? – скептически произносит Лусс, но ответить не удается, потому что он бы все равно ничего не услышал за таким хором. Все в помещении такие счастливые. А Саваде тошно. Да, там умирают те, кого он обещал уничтожить. Да, все идет по плану. Но в горле встает ком, голова разрывается на части и хочется проблеваться. Отвратительное ощущение. Он на ватных ногах идет к двери, забрав сверток с кольцами. Там – жестами объясняет Супербиа, чтобы через несколько минут отключили подачу кислоты и добили тех, кто еще дышит. Тот только и рад помочь. Дверь поддается Тсунаеши со второй попытки, потому что сил уже почти нет. Совсем плохо стало. Но нужно еще добраться до этажа выше и закончить своё дело.

***

В комнате с различными ядохимикатами отвратно пахнет – с чего бы это? –, и Тсуна морщит нос, стараясь на всякий случай не дышать, хотя тут и должна быть полная защищенность от всей этой дряни. Руки до сих пор дрожат, что б их, пока он натягивает слишком большие и тяжелые для него перчатки. Зато снимает крышку со специального сосуда он легко. В фильмах подобные вещества всегда ядовито-зеленого цвета, а тут – бесцветная жидкость. Странное дело. Савада не вдыхает воздух, а просто швыряет весь сверток туда. Тот быстро падает на дно сосуда, разворачиваясь и начиная разъедаться кислотой. Но парень этого уже не видит, закрывая сосуд обратно, дабы не отравиться, снимая перчатки и покидая быстро помещение. Делает первый вдох он только за стеной, будучи в коридоре. На этаж ниже уже не слышно криков, а значит всё идет гладко. Слишком гладко. Кольца уничтожены, Хранители – тоже. Даже воля Первого Поколения, что заключалась в кольцах, - и та канула в лету. Всё закончено. Вонгола уничтожена. Эта мысль как-то резко ударяет по больному организму, и Савада начинает истерично смеяться, двигаясь к своей спальне. Вонгола уничтожена. План воплощен. Всё закончилось. Всё, что длилось эти долгие годы, со дня, когда Реборн прогнал Тсунаеши из семьи. Вон-го-ла-у-ни-что-же-на. А где же то обещанное счастье по свершению мести?..