Спасая душу

Никто толком не знал, что делать с раненным другом. Знакомых медиков ни у кого не было, а соваться в больничку, все равно, что прийти в милицию с чистосердечным. Уже в машине мы с Филом кое-как смогли перевязать рану всеми имеющимися бинтами. И это хоть как-то помогло другу, кровь перестала вытекать из раны такими количествами. Космос колесил по утренней столице, всюду пробуждалась жизнь и, хотя люди в этой машине старались этого не замечать, жизнь нашего друга постепенно останавливалась. Белов, надо отдать ему должное, держался как боец, даже попытался пошутить пару раз, вышло хреново, конечно, но теперь у нас была уверенность, что Саша просто так не сдавался и боролся за свою жизнь до конца. Пока в машине мы пытались не дать Саше потерять сознание, в квартире Холмогоровых решалась судьба Белова. Юрий Ростиславович несмотря на позднюю ночь набирал номера телефонов своих друзей и влиятельных знакомых. Не всегда, конечно, был толк от этих звонков, мужчина нервно ходил по комнате: кофе-сигары-телефон и так раз за разом, пытаясь найти хоть какой-то выход из ситуации. Ночь медленно таяла, небо незаметно светлело, становясь грязно серым – наступал еще один день борьбы за жизнь. В тот момент, когда в дорого обставленной квартире Юрий Ростиславович подошел к пианино, картинно сыграл пару аккордов, и выдыхая произнес: «Все, отмазал», новая машина Космоса подъехала к смотровой площадке на Воробьевых. Утренний туман расстилался над городом, как большой и пушистый плед, окутывая еще сонную столицу. Почему Космос все-таки приехал сюда никто из нас толком не мог объяснить, но мы были здесь, а значит так было решено самой судьбой. Когда Фил подвел Сашу к парапету, я резко почувствовала себя неуютно. Я знала, что не должна была здесь быть, это только их место, их клятва и их тайна. — Саня, давай сюда, к парапету… И руку сильней прижимай, чтоб кровь не сочилась - Фил, пристроив Белова, повернулся к Космосу. — Кос, делай что хочешь, но надо искать больничку. - Какая больничка, ты что? Концы везде паленые - с мрачным видом жевал губы Космос. - Надо как то разруливать, - парень задумался на долю секунды, а потом совсем безрадостно произнес, - Блин, я не знаю, что делать. – Всегда спокойный и уравновешенный Фил вспылил: - Ты же у нас всю жизнь все знаешь! - Да пошел ты! – огрызнулся Кос, и морща лицо, отвернулся от друга. - Сваливать надо, сваливать… - пробормотал Пчела, суя сигарету Сашке в зубы, - за уральский хребет. Слезы нещадно щипали глаза, мир вокруг плыл. Сначала мне казалось, что это все из-за пережитых эмоций, и аккуратно подойдя к парапету, я подняла глаза в небо. Догадка ядовитой стрелой пронеслась в моей голове, но я быстро отмела от себя дурные мысли. - Женя, - ко мне подошел Пчела, - ты себя плохо чувствуешь? – Я отрицательно помотала головой. - Не хочу вам мешать, я вас в машине подожду. – Отпустив руки от перил мир снова качнулся в моих глазах. На шатающихся ногах я двинулась к машине, как вдруг тихая, но уверенная просьба Саши остановила меня. - Жень, я хочу, чтобы ты рядом была. – От этих слов мурашки пробежали по спине. Он хочет, чтобы я была рядом. В моей, затуманенной голове, это просьба прозвучала как установка, достичь которую надо любой ценой. - Братья, - начал Белов и посмотрел на меня так, будто у меня выросла щетина или еще что по круче, я усмехнулась, и Белов продолжил, - спасибо вам, - Сашка вдохнул поглубже, - я… я вас никогда не забуду. Клянусь, что никогда и никого из вас я не оставлю в беде. Клянусь всем, что у меня осталось… - Братуха, перестань! - Ты что, Сань, помирать собрался? – ухмыляясь, спрашивали парни. Я молчала, казалось, что весь мир молчит вместе со мной. Белов не обращал внимание на эти слова, он был настроен решительно. А если Саша что-то решил, он разобьется в лепешку, но решения своего не поменяет. Теперь его голос стал звучат намного увереннее, тверже: - Клянусь, что никогда не пожалею о том, в чем сейчас клянусь и никогда не откажусь от своих слов! – От этих слов дрожал даже воздух вокруг нас. Я до крови закусывала губы, лишь бы не дать слезам взять надо мной верх. – Клянусь! – Саша протянул ладонь, Фил отреагировал сразу, накрыв своей широкой рукой руку друга. - Клянусь! – Без тени сомнения произнес он. - Клянусь! – Сверху легла ладонь Пчелы. Мое сердце билось со скоростью реактивного двигателя, я думала, еще чуть-чуть и я потеряю сознание. В голове, словно мухи, роились воспоминания: мертвый Космос, Витя, с перерезанным горлом, окровавленный нож. Я пошатнулась, Космос свободной рукой схватил меня за предплечье. - Клянусь, - твердо сказал парень, опустив свободную руку сверху. - Клянусь, - я думала, мой голос будет звучать увереннее, но он предательски дрожал, -что ваши жизни всегда будут для меня превыше, чем собственная, - моя маленькая ладошка весьма комично смотрелась на фоне широких ладоней парней. Саша посмотрел мне в глаза, наверное, пытаясь понять смысл моей фразы, а затем опустил поверх скрещенных рук свою вторую, густо перепачканную собственной кровью, руку. Я чувствовала, как силы, оставившие меня сегодня ночью, восполняются через это крепкое сплетение ладоней. Никто из нас был не в силах убрать руку, и только когда Белов подался всем телом вперед, хватаясь за воздух, Пчела схватил друга за плечо, тем самым разорвав сплетение наших рук, но уже никто был не в силах разорвать ту связь, что образовалась между нами, благодаря этой ночи. На Сашином запястье тикали часы, отсчитывая начало новой жизни для всей Бригады и каждого из нас в отдельности. Саша потерял сознание, а это значило только одно – медлить дальше было просто опасно, жизнь покидала нашего друга. - Кос, - крикнула я, - к Парамону поехали. - Мелкая, да нас за такое, - парень картинно провел большим пальцем по шее. - На мне вся ответственность будет, поехали! – И машина, оставив черные полосы на асфальте, сорвался с места. - Вы понимаете, что вы творите? – часом позже спрашивал нас Парамон. В машине я сказала Космосу, куда надо ехать, благо адрес «базы» банды Кабана после того раза, я запомнила на всю жизнь. Пока мы ехали я рассказала парням откуда знаю про этот дом, на что они только покачали головой, а Валера и вовсе отвернулся к окну. Но на кону стояла жизнь Саши, у меня не было времени на моральные устои. - Не гони, - попыталась я успокоить парня. Конечно, он был не очень рад нас видеть. – Ты же знаешь, если бы ситуация не была такой патовой, хрен бы мы сюда явились. – Я шагами мерила комнату. Белов вот уже полчаса был в руках двух врачей Парамона, которых тот вызвал сразу после ночного дежурства из какой-то городской больницы. И пока они вытаскивали друга буквально с того света, Парамон распинался перед нами в истерике. - Да ты даже не представляешь, какой опасности подвергаешь всех нас, - парень развел руки, показывая масштабы бедствия. – Ладно ты баба, а вы все дуры, - я чуть не задохнулась от такой наглости. Да, чтобы меня наконец приняли пришлось еще не раз выслушать подобные язвительные комментарии. Девушка в таких делах была явлением редким, если не сказать исключительным. – Но, мужики, - он обратился к парням, - вы то, о чем думали? - Выбирая между жизнью нашего друга и безопасностью – мы выбрали друга. - Просто ответил Валера, и презрительно посмотрев на старшака, вышел из дома. На самом деле Парамон был прав, привезти в дом человека, чье лицо украшало все столбы и заборы, было отвратительной идеей. Поэтому принять беглеца – означало не только возможный конфликт с правоохранительными органами, но и с люберецкой братвой. А последние были уверены, что именно Белов убил их главаря, и теперь словно собаки-ищейки шли по следу. Они хотели крови, мести и уже пару раз наши старшаки встречались с пострадавшей стороной. Люберецкие требовали выдать Сашу, чтобы вопрос был решен раз и навсегда. Фома, приспешник Мухи, громче всех орал, что вырвет Белому сердце за убийство, но его угрозы никто не воспринимал в серьез. - Что за шум? – в комнату вошел Хмурый, который сегодня был как никогда весел. Парадокс, блять. Увидев более-менее знакомого человека, я просияла. – Здравствуй, Женек, - Мужчина обнял меня за плечи, и подошел к Космосу с Витей, чтобы пожать им руки. - Да эти придурки, притащили сюда этого отморозка, который Муху грохнул! – Парамон пытался вывести Хмурого из равновесия своими пылкими речами, но последний был спокоен. Он улыбался каким-то своим мыслям и кажется, совсем не слышал, что ему говорят. - Ну, так это отлично! – Он развел руками. – Конфликт с этими уродами назревал давно, а тут отличный шанс поставить их на место. – С этим было трудно спорить. В последнее, видимо почувствовав свою безнаказанность, люберецкие стали слишком много на себя брать. Споры возникали постоянно из-за каких-то общих точек и сфер влияния. И если после смерти Волка, Кабан хоть как-то удерживал ситуацию, то с его отъездом все влияние некогда могущественной банды Москвы таяло на глазах. Сейчас у руля стоял Виталий Сергеевич, так звали мужчину, невысокого роста, с залысинами, лет пятидесяти. Мужчина был не самого спортивного телосложения, да и в целом казался не таким страшным и авторитетным, как Волк, но стоило ему посмотреть кому-то в глаза весь мир вокруг сужался до точки. Сергеич обладал невероятно тяжелым, пронзительным взглядом. Его черные, словно смоль глаза, смотрели в самую душу. Под таким взглядом хотелось сразу залезть под стол, как в детстве, поджать ноги и плакать. Со слов Максима, Виталий Сергеевич был самым проверенным из ближайших сподвижников Юлия, именно поэтому Кабан попросил именно его приглядеть за всем, во время своего отсутствия. – Думаю, Сергеич будет не против помочь хорошему бойцу, - подвел черту Хмурый. – Я знаю, что у вас сегодня была не простая ночь, ребят. Так что идите отдыхайте. Жень, а ты зайди ко мне на пару минут. – Ребята сказали, что будут ждать в машине и вышли из дома. Хмурый посмотрел на меня и улыбнулся. – Непривычно видеть в этом доме девушку. – Я пожала плечами. - Меня тут пару минут назад дурой назвали, - как бы между прочим сказала я. На что парень только хмыкнул. - Смирись, должно пройти много времени, чтобы к тебе привыкли. – Я соглашаясь, кивнула. – Но позвал я тебя сюда не за этим. Ты прекрасно знаешь, что все летит к чертям собачьи, ситуация крайне нестабильная. Сначала Волк умирает, потом Кабан уезжать. Сергеич, конечно, крутой, но новая метла по-новому метет, а Макс настоятельно просил меня, чтобы тебя от дел ни в коем случае не отстраняли. В общем, я подумал и решил, клуб, который так мечтал открыть Макс, для элитного общества, откроешь ты. – Скажу честно, я охренела от такого поворота событий. – Ты хорошо была знакома с Кабаном, с его идеями. – Я вопросительно взглянула на парня. – Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что между вами происходило. Слушай и запоминай, у тебя здесь много друзей, но врагов у тебя еще больше. Пока Кабан был тут, ты была под защитой, теперь же твое положение крайне шаткое, и тебе как никогда надо найти способ как закрепиться здесь. – Парень подошел ко мне ближе, - Ты знаешь, я безоговорочно тебе верю, иначе бы не стал вытаскивать тебя из того дома, но я тоже человек маленький. Так что будь аккуратна. – Я посмотрела в серые глаза парня и улыбнулась. Просто так. Просто потому что не так часто, мне давали вот такие советы. Я была уверена, Хмурый не врал и говорил все это от чистого сердца. - Спасибо тебе большое, - я обняла парня за плечи. – А что теперь с Сашкой будет? – спросила я, уже выходя из кабинета. - Для начала залатаем вашего бандита, а потом отправим куда подальше. Главное, вы не дергайтесь. Все будет хорошо. Поначалу даже вы не будете знать, где он. – Поймав мой выразительный взгляд, парень тут же поспешил объяснить смысл таких мер, - это для вашей же безопасности. Я обещаю, все будет хорошо, веришь? – Я кивнула. У меня не было оснований не верить ему, ведь он спас меня, проявив настоящую храбрость. - Надеюсь, скоро увидимся. – Сказала я, держась за дверную ручку. Парень сделал шаг ко мне на встречу - Конечно, - и он резким движением не то клюнул меня, не то поцеловал в щеку. От наплыва такой нежности я опешила и сделала шаг назад. Парень смутился и опустил взгляд. Что-то нехорошее заскреблось где-то внутри, поспешно попрощавшись я запрыгнула в Линкольн. Первые три недели мы, действительно, не знали, где находится Саша. Сначала Кос очень бушевал, пытаясь выяснить местообитания друга, а потом осознав тщетность этих поисков, успокоился. А я была вся в работе. Этот клуб свалился на меня как снег на голову. На какое-то время я совсем забыла про сон и отдых, пытаясь разгрести эту тучу дел. Тем пасмурным утром все и случилось. Я чувствовала себя очень плохо: у меня кружилась голова и меня тошнило. Я была уверена, что это из-за переутомления, поэтому для начала попыталась поесть, но не тут-то было. Разогрев курицу, я с остервенением впилась зубами в ножку. Но стоило мне проглотить первый кусок, как мой желудок свело в ужасном спазме. Согнувшись перед унитазом, я пыталась понять, что со мной происходит. И тут эта простая истинна просто пригвоздила меня к полу в ванной. Вытерев рот тыльной стороной ладони, я подбежала к календарю, который висел на стене. Все сходилось. Отгоняя от себя дурные мысли, я стала собираться в больницу, чтобы подтвердить или опровергнуть свои опасения. Да, я боялась этого. Несколькими часами позднее… Космос гнал машину за город. Нужно было нанести визит одному скупщику ценных и редких товаров и приобрести у него некоторые предметы интерьера. Основная часть мебели были заказана во Франции и Италии, но именно вазы, картины и прочую милейшую лабуду купить можно было только у Шимона, старого еврея, широкого известного в узких кругах. И именно туда-то мы и направлялись. Дорога была тяжелой, у меня то и дело кружилась голова. Космос рассказывал о недавнем случае на Рижском рынке: - И ты прикинь, этот урод лезет в карман, я-то думал он за деньгами, - Кос ударил по рулю, - а он пушку достает. Я охуел, а че сказать не знаю, ну страшно же. – Я плохо слышала эту историю, в ушах стоял отвратительный шум, а в глазах помутнело. Невидящим взором я смотрела куда-т вдаль, пытаясь разглядеть хоть что-то в серых пятнах. – Ты меня вообще слушаешь? – обиженно спросил друг. - А? Что? – я кое-как сфокусировала свой взгляд на Холмогорове. - Жень, - друг выглядел очень испуганным, - ты вообще, как себя чувствуешь? Вся какая-то серо-зеленая. – Я закрыла глаза, откидывая голову. - Останови машину, пожалуйста. – Кос резко нажал на тормоз, отчего я грудью подалась вперед. Такая тряска не прошла незамеченной, и пулей вылетев из машины, я забежала за какие-то кусты. Космос нерешительно мялся возле своей «ласточки». Боже, как же было отвратительно стоять здесь пока твой и без того пустой желудок само опустошался. - Что с тобой? – парень подхватил меня под руки, когда я наконец-то смогла выйти к нему. - Космос, я беременна, - поникшем голосом сказала я, глядя в серый асфальт.