Испытай меня

Вся ярость ушла, адреналин схлынул. Она просто маленькая девчонка по сравнению с ним. И все же... - Доктор? - тихо зовет она. Он молчит, стоит, отвернувшись. - Доктор, пожалуйста? - голос дрожит - да она вся дрожит, что уж тут скажешь! Он медленно поворачивается и смотрит на нее. На этот раз не отвлекаясь на соблазнительные изгибы тела - смотрит в глаза. - Клара, зачем? - грустно и как-то мягко спрашивает он, - тогда, я видел, для тебя это был эксперимент. А сейчас - зачем? Она стоит и не знает, что ответить. Говорить о любви? Чушь. О желании? Ну уж нет, она точно не сможет сказать такое Доктору. Отчаянно хочет снова его обнять. Он же - море, в его объятиях тонешь. Он же солнце - теплом опаляет. Она протягивает руки и шепчет: - Потому что с тобой мне хорошо. Он ловит хрупкую девушку в объятия и только тут понимает, как она замерзла, растирает плечи - маленькая грудь чуть елозит по его груди, но он упорно старается на обращать на это внимание. Пока он занят, согревая Клару, она потихоньку приходит в себя. Она может сейчас улыбнуться, уйти, одеться - и все будет в порядке. Ловит понимающий взгляд Доктора - да, девочка, ты можешь идти. Во взгляде прибавляется горечи со следующей мыслью - можешь не заставлять себя, девочка. Клара вспыхивает. - Если кто и способен флиртовать с горным хребтом, то это та, кого ты видишь перед собой! - заявляет она ему в лицо. - Что? - ошарашенный Доктор непонимающе уставился на нее, но Клара, пользуясь тем, что он нагнулся, чтобы ее согреть, привстает на цыпочки и целует его губы. Так же, как недавно гладила его лицо - осторожно, исследуя... проникновенно. Чуть отстраняется и Доктор видит, что ее глаза уже слегка затуманились. Она чуть откидывается в его руках - он держит крепко, не дает упасть - и она шепчет: - С тобой спокойно... как бы ты ни вел себя, мне кажется, что с тобой я в безопасности. Руки гладят его по бокам под рубашкой, которую он так и не снял. Спускаются на бедра, Доктор выпрямляется, собирая в кулак остатки самообладания и она, не в силах дотянуться до губ, целует ключицу. Доктор откидывает голову, снова прикрывает глаза, его пальцы начинают скользить по ее спине, поглаживают, растирают. "Очень умелые пальцы, надо сказать", - замечает про себя Клара и выгибается под приятными прикосновениями. Двенадцатый разворачивает ее спиной к себе и прижимает крепче. Ее поясницы касается уже почти возбужденный член, одна его рука гладит ее бедро, другая нежно сжимает грудь, пальцы скользят вокруг соска и она невольно елозит, отстраняя их - это не слишком-то приятно. Он отводит ее волосы на правую сторону и проникновенно шепчет в левое ухо: - Ты уверена, что хочешь этого, Клара? Это не будет, как с твоим маленьким бойфрендом тогда, это будет совсем, совсем иначе, - поцелуй в шею, медленный, тягучей волной отзывающийся в теле, заставляющий покрываться мурашками, собирающимися на затылке, - мне больше двух тысяч лет, Клара, и если ты сейчас не уйдешь... Он переводит дыхание и собирается с силами. - Если ты останешься, то уже не сможешь сбежать в любой момент. Я не могу быть уверен, но, кажется, я не даю сбежать девушкам посреди самого интересного. Его рука ложится Кларе между ног, пальцы аккуратно поглаживают, нажимают, прижимают. Теперь ее очередь судорожно вздыхать, но она пытается оценить обстановку, ответить на его вопрос. Он продолжает целовать ее шею, уже настойчивее сжимая бедро и добираясь-таки пальцами второй руки до клитора, и ответ становится очевиден. - Я не хочу никуда уходить, - а у нее голос тоже хриплый, ух ты, прямо как в книжке! - я хочу тебя трогать. И мне... - вздох, - нравится, что ты... как ты... трогаешь меня. Пальцы Доктора начинают кружить вокруг входа, распаляя, Клара ерзает в его руках, пытаясь заставить его пойти дальше, но он лишь тихо, хрипло, возбужденно смеется ей на ухо. Она хочет возмутиться, потом вдруг ловит себя на мысли, что в этом смехе уже нет горечи, только искренняя радость, желание и немножко - нервы, и молчит. Ненадолго. Внезапно с бедра рука Доктора скользит выше и сильно сжимает ее грудь. Она вскрикивает, пальцы его второй руки перескакивают на клитор и вскрик переходит в стон. Она вырывается, поворачивается к нему лицом и надавливает языком на сосок, ощущая, как резко вздымается его член, упираясь в нее. Руки Доктора теперь у нее на плечах, она поднимает голову и смотрит в его расширенные глаза и не может отказать себе в удовольствии - опускается ниже, придерживая его руки на своих плечах, и снова касается губами его члена - уже более уверенно, проводит по нему языком, захватывает губами в плен, скользит. Доктор так тихо стонет, что почти скулит от удовольствия, его пальцы забираются в волосы Клары, и минута-другая проходит в этом взаимном упоении. Потом Доктор берет ее за руку, странно, скомкано улыбается и ведет ее по лестнице, к своему креслу-шезлонгу, садится в него и сажает ее к себе на колени. Тут значительно теплее, чем внизу, и уже почти горячие пальцы Доктора, гладящие ее по плечам, спине, бедрам, тоже не дают замерзнуть. Клара обнаруживает все прелести этой позы, устраивается у Доктора на бедрах и целует его шею, подбородок, плечи, грудь, живот... Добирается до члена, но Доктор не дает ей продолжить, поднимая ее голову за подбородок и внимательно смотря в глаза. - Клара, мне очень приятно, но так провести всю ночь - не лучшая затея. Ты боишься? Она мотает головой, убеждая скорее себя, и прижимается к нему всем телом. Он крепко ее обхватывает и встает с кресла, кладет на кресло и нависает сверху. Головка члена трется об ее вход, это и приятно, и пугает. Он, как будто поняв ее терзания, или же просто подражая ей, целует ее кожу, спускаясь все ниже и, наконец, щекочет языком клитор. Клара тихо стонет, выгибает спину, он берет ее руку и кладет себе на затылок, чувствуя, что ему нравится такой, локальный и декоративный контроль, нравится подчиняться движениям ее руки, когда она чуть толкает его голову влево, потом немного прижимает ближе, намекая на то, что можно бы и посильнее... и тут он скользит языком к ее входу, дразнящими движениями обводя, вылизывая, засовывая кончик языка внутрь, и Клара начинает извиваться на его языке, постанывая, впиваясь пальцами в волосы... Когда он приподнимается и снова вместо языка прижимается головкой члена, она уже не боится - ей некогда. Он с горящими по-мальчишески глазами рассматривает ее распаленное лицо, пока она обвивает ногами его бедра, толкает ближе к себе, в себя, царапает короткими ногтями плечи и Доктор чувствует, что сейчас она видит его, что сейчас ей плевать, какое у него лицо, какое тело - даже не так, она хочет его в этом теле. Он тихо стонет от осознания этого и, не задумавшись, толкается бедрами. Она меняется в лице, прикусывает губу. Он следит за ее глазами, хмурится, тихо спрашивает: - Больно? - Немного, - так же, шепотом, отвечает она, - больше... странно... не останавливайся, ладно? Он уже аккуратнее, более плавно, двигается, постепенно входя до конца. Наклоняется, целует ее - нос опять задевает за щеку и от этого чуть-чуть щекотно и как-то очень умилительно. Он аккуратно обнимает ее - и Клара наконец расслабляется, позволяя со следующими несколькими толчками вместо неудобства почувствовать удовольствие наполненности, принадлежности. Он целует ее грудь - сильно, но почему-то от этого уже не больно. "Он все делает очень по-мужски", - проскальзывает мысль у той части Клары, которая всегда пытается анализировать происходящее, - "и это пугает и возбуждает одновременно". - Хватит думать, - раздраженно произносит он, и после шепота это уже почти громко, она вскидывает на него глаза и внезапно замечает складку между бровей, закушенную губу, напряженный взгляд и чувствует невероятную, невозможную нежность. "Ему хочется быстрее. И безумнее. Он жалеет меня". Но тут Доктор обнимает ее крепче, берет в плен, тесный, горячий, жаркий плен своих рук, в которых так уютно, и не надо ни о чем думать, и убыстряет темп, и уже никаких мыслей, просто... хорошо. - Не надо, - все-таки шепчет она, пока ее пальцы выписывают танец по его спине, пытаясь обнять, но все время желая погладить везде одновременно, - не надо... не сдерживайся... Он глухо стонет ей в плечо и начинает вколачиваться в нее быстрее, и теперь уже то, что при каждом движении задевалось отдельными нотами, сливается в целое, монотонное, невозможное, выворачивающее все тело... И Клара бьется в руках Доктора, бьется в этом ощущении, задыхаясь, шепча бездумно - "мой хороший... да... быстрее... ох, так сладко..." и у Доктора, кажется, сейчас кровь вскипит от этого всего. Он желанный. Ей хорошо. Ох... да, ей так хорошо... Он забывает уже, о чем думал, только и имеет значение - двигаться, чувствовать себя в ней, чувствовать, как она дрожит, как выгибается тело, чувствовать сладкую агонию оргазма, накрывающую ее с головой... Он замедляется, когда она резко затихает, потом останавливается - внутри нее - совсем. Внимательно смотрит. Клара лежит в его руках, глаза расширены, в глазах - слезы. Он сначала пугается, потом аккуратно, на пробу, целует ее в щеку. Она притягивает его ближе и нежно, почти целомудренно целует в губы, и Доктор понимает - ей хватит на сегодня. Осторожно выскальзывает из нее, обнимает, переворачивает, крепко держа, снова сажает на колени, укачивает, как маленького ребенка. Она поднимает на него глаза, близко-близко и нерешительно спрашивает: - Это всегда... так? Доктор слишком занят, пытаясь успокоиться, поэтому вопрос застает его врасплох, и он честно отвечает: - Не всегда, а главное, не со всеми. - Ты сейчас про себя? - лукаво спрашивает уже почти пришедшая в себя Клара. - Тебе что-то не понравилось? - отвечает ей вопросом на вопрос Доктор, чуть морщась, когда она сползает ниже и задевает бедром еще крепко стоящий член. Кларины глаза, кажется, становятся еще больше. - Ты... ты не... - Клара, не волнуйся, я не мальчик-подросток, я могу справиться с такой мелочью, - он старается улыбнуться по-доброму, старается выглядеть надежным и умудренным, но она грозит ему пальцем, снова чуть испуганная, но от этого не менее решительная, и он может только сказать, - Клара, я немножко знаю женскую анатомию, и тебе на сегодня хватит. - Я приму к сведению, - фыркает девушка, одним движением сползая почти в ноги таймлорду и касаясь его члена языком. Доктор, уже почти внушивший себе, что сегодня уже точно ничего больше не будет, тихо вскрикивает от внезапных ощущений, перевозбужденный член снова наливается на полную, и Доктор смотрит на Клару умоляющим взглядом, сам не зная, о чем он умоляет - то ли перестать, то ли не останавливаться. Клара хихикает и толкает член кончиками пальцев, заставляя его качнуться в сторону и вернуться обратно. Доктор шипит сквозь стиснутые зубы и заливается краской. - Даже и не думай сбежать от меня, - грозит ему Клара, прежде чем захватить член в плен своих губ. - Я... даже... и... не... думал... - с трудом выговаривает таймлорд, откидываясь на спинку кресла и утопая в ощущениях. У Клары неумелые губы и весь энтузиазм вселенной на кончике языка. Когда она интуитивно находит уздечку и щекочет ее языком, Доктор ощущает сладкую пульсирующую слабость во всем теле и стонет, все громче и громче. У Клары нетерпеливые пальцы. Она то помогает ими там, куда не дотягиваются губы, то мнет его бедра, то переплетает с его пальцами, и он крепко сжимает ее руку. У Клары никаких мыслей, она наслаждается. Она двигается губами почти по всей длине, все быстрее, и Доктор стонет уже на всю консоль, и вскрикивает, когда особенно глубоко. Доктор толкается бедрами, ругается на неизвестном языке, хватает ртом воздух, и, наконец, сжимая ее плечи, выгибается в судороге. Клара ощущает, как член напрягается у нее во рту, делает пару финальных движений, и сперма заполняет ее рот. Она, ошарашенная, вскакивает и уносится в ванную. Доктор, тяжело дыша, честит себя на все корки. Знал же, что не надо, но слишком возбудился, слишком распалился... Он поколебался и решил не идти сейчас за Кларой. Может, она вообще не захочет сейчас его видеть. "Старый дурак! - ругал он себя мысленно, - напугал девочку, забылся, как мальчишка...". Он неторопливо вытерся, оделся и уселся в кресло, еще хранящее их тепло. В этот момент в консольную неуверенно вошла уже одетая в домашние вещи Клара, и он снова вскочил на ноги. - Клара, - начал он, но она приложила палец к губам, подошла ближе, толкнула его обратно на кушетку. Он беспрекословно подчинился, она устроилась у него на коленях, положила голову на плечо, зевнула, чмокнула в губы и объявила: - А теперь я буду спать! - Есть, мэм, - тихо прошептал он ей на ухо, обнимая. *** Он все-таки отнес Клару в ее комнату через пару часов, и с утра она была этому рада. Мысли путались, вчерашняя ночь представлялась сладким, неудобным сном. У нее заалели щеки. Она... и Доктор. И она сама на все это напросилась. Но ведь ей понравилось. А теперь что? Она оделась и осторожно вышла в консольную. На панели стояли две чашки с горячим кофе. Доктор - растерянный, метающийся по консоли - совсем мальчишка! - уставился на нее безумным взглядом. - Я не был уверен, захочешь ли ты картошки. Но кофе тут. - Кофе - это хорошо, - кивнула Клара, - а куда мы летим? - Я пока еще не уверен, - пробегая мимо, он мимоходом поцеловал ее в щеку, отчего по всему ее телу пронеслась толпа мурашек, - но мы скоро узнаем. Но сначала - кофе. - Да, - кивнула успокоившаяся и развеселившаяся девушка, ухватив свою кружку, - сначала - кофе. Между ног немного ныло, язык плохо ее слушался, но она точно знала, что будет настаивать на повторении эксперимента.