Три портрета в спальне омеги

Сказать, что омега волновался перед свадьбой - значит ничего не сказать. Винсент на самой церемонии чуть не испачкал слезами фрак жениха. Омега и сам не знал, что на него тогда нашло… Дэвид вывел его на свежий воздух, вытер слезы своего молодого супруга сложенным вчетверо платком, сказал пару успокаивающих фраз, которые, впрочем, не слишком помогли. 

Винсент чувствовал себя неуютно. И хотя в объятиях альфы сердце билось сильнее, ему не нравились все эти гости, жадные, почти плотоядные взгляды дальних родственников и прочих «близких семье» людей, каждый из которых в худшем случае кровожадно выжидал, когда за новоиспеченными супругами закроется дверь в спальню, в лучшем - хотел напиться или облить словесной грязью чью-нибудь шляпку. Но наряды молодых были безупречны, кудряшки омеги - до невозможности милы, а родители - богаты, поэтому на их долю почти не досталось ни сплетен, ни клеветы. Майкл тоже был среди приглашенных. Этот альфа в жемчужно-сером костюме среди разодетой толпы казался растрепанным, хотя каштановые волосы лежали гораздо более ровно, чем в прошлый раз. Пожалуй, только этот человек, сладости и поцелуй мужа вызвали у омеги искреннюю улыбку за весь вечер. Обменявшись парой фраз с женихом, Майкл опустошил бокал шампанского за здоровье и счастье молодых, а потом чмокнул омегу в макушку, сделав шаг вперед и склонившись над ним словно в танце. Омежка захихикал, встал на носочки и поцеловал альфу в щеку как старого друга. Он заметил, что в глазах Майкла промелькнула какая-то неясная грусть. 
«Ты же совсем ребенок». Правда, поговорить нормально им не удалось - подошел теперь уже законный муж омеги, который увел альфу в неизвестном направлении, разговаривая с ним. Дэвид - абсолютно спокойный, с идеальной осанкой, уверенный в себе и происходящем, Майкл - с активной жестикуляцией и улыбчивый, напоминающий безумного ученого. Две фигуры, абсолютно непохожие друг на друга, скоро растворились в толпе, и омежка тихо вздохнул. Они оба очень нравились Винсу, но почему-то юноша не хотел, чтобы они оба стали его мужьями, и в этом иррациональном страхе, как оказалось позже, была разумная доля. *** Омежка лежал на боку, около своего еще спящего мужа. Солнце уже вовсю светило, пробиваясь через тонкую ткань штор мягким рассеянным светом и ударяя ярким ножом в щель у самого пола и между двумя полотнами. Теперь Винсент мог наконец-то рассмотреть тело мужа при дневном свете. Все еще неуверенно, проводя тонким пальчиком по острым скулам, шее, плечам… Дэвид только бессознательно хмурился, когда ему становилось щекотно. Винсент абсолютно не знал, что делать и что говорить утром. Признаться ли, что все тело болит? Предложить приготовить завтрак? Или, может, сразу накинуться с поцелуями на новоиспеченного мужа? Последний вариант омега отмел почти мгновенно - это наверняка послужит знаком для того, чтобы продолжить ночь, а это тело омежки вряд ли выдержит. Зато Винсент решил, что поцелуй в щеку или в висок будет вполне приемлем. Повертевшись, чтобы лечь поудобнее, Винсент прижался к спящему альфе, закрывая глаза. 

Он непременно полюбит этого человека, ведь невозможно не полюбить того, у кого такие красивые скулы. *** Примерно две недели спустя, когда Винсент уже начал постепенно привыкать к замужней жизни, и симпатия к Дэвиду стала расти с каждым днем, пока омега видел его заботу, чувствовал на себе поцелуи и объятия. Почти сразу Винсент начал проявлять инициативу, подходить к занятому своими бумагами Дэвиду, обнимать со спины и целовать. Альфа оказался не таким уж и холодным, когда юноша узнал его поближе. Первая течка была уже позади. Хотя не удалось подгадать так, чтобы она пришлась именно на день свадьбы, почти что на следующий день у Винса и Дэвида начался короткий «медовый месяц». Первую неделю омежка был занят обустройством теперь их общего с мужем дома. Вешал свои любимые акварельные пейзажи, расставлял книги, разбирал привезенную из родительского дома одежду и покупал новую. Пару раз наносил визиты родителям и своим друзьям-омегам. Теперь Винс старался казаться серьезнее, но от некоторых детских привычек не отказался. И Дэвид против не был, ему это даже нравилось. В общем-то, Винсент был доволен такой жизнью. И одним солнечным утром Дэвид, читая газету, отложил ее и посмотрел на омегу в полурасстегнутой белой рубашке мужа непривычно серьезно. Винс не сразу заметил это и оторвался от круассана. Но все же дожевав, вопросительно посмотрел на мужа. И тогда альфа тихо выдохнул: - У тебя скоро будет второй муж. Омежка, если честно, ожидал услышать имя Майка. Ему не слишком хотелось, чтобы Дэвид с кем-то делил его, но надо - значит надо, верно? По крайней мере, если это будет Майкл, то все будет гораздо проще. Но Дэвид не оправдал ожиданий мужа. - Его зовут Алан, и мы вместе воевали. Он не раз спасал мне жизнь.