Слизеринцы

И вместо тех, кто был с тобой, лишь пустота бездонных дыр, но жизнь идет, отступит боль, ведь так устроен этот мир, Все заживет, оставив шрамы, в сердце шрамы на память…*

Занимался рассвет. Сложно сказать, который был час, ведь из-за густой растительности и мрачности дома солнечный свет поздно проникал в его окно. Поначалу проблем со сном не было, он проваливался в него мгновенно и надолго, словно пахал на магловской фабрике по двенадцать часов. Ни кошмары, ни приятные сновидения его не посещали. Будто его организм, его мозг отказывались служить. Они восполняли то, в чем им было отказано в Темные времена. То ли дело сейчас. Спустя год стало тяжелее, чем в первые недели после того кошмара, что пришлось пережить. После всех судебных тяжб, после липкого пота ужаса, что постоянно охватывал  его на заседаниях. После изматывающих допросов, которые чуть ли не каждый день устраивали сотрудники Министерства. — Назовите имена, фамилии, места, кто и кого убивал на Ваших глазах. Могли ли Вы противостоять преступлению? Почему ничего не предпринимали? Угрожал ли Вам лично или Вашим родителям Лорд Волан-де-Морт?.. Настало время начать все сначала, принять свои ошибки и забыть. Дать себе шанс быть счастливым, встречаться с друзьями, влюбляться. Одним словом, радоваться жизни. Как это делали выжившие: победители и побежденные. Но Драко Малфой не один из всех.

* * *

В спальне послышался легкий хлопок, и у кресла появился домовой эльф, трясущийся от страха. Каждый домочадец знал, что беспокоить Драко по утрам было не лучшей затеей, но ослушаться заведенных правил Малфой-мэнора никто не смел. — Хозяин? — тихонько позвал Тили, чьи уши, словно антенны, стояли высоко над головой, как бы пытаясь заранее уловить настроение юноши. Ответа не последовало. На дрожавших ногах эльф бесшумно подошел ближе к дивану, на котором лежал Драко, прикрыв лицо локтем. — Хозяин? — еще тише пропищал эльф. — Что такое? — устало буркнул Малфой. Он давно перестал швыряться в домовиков бутылками и орать на чем свет стоит, что каждому, кто побеспокоит его, достанется Круцио, но они помнили и жутко боялись. В такую рань никто из них не стал бы по своей воле появляться в этой части замка. Эльфы убирали его жилище, меняли постель и рубашки на свежие, пополняли бар — естественно, по личному приказу — только тогда, когда он совершал вылазки в увеселительные заведения. Что-то определенно нужно отцу, поэтому домовик здесь. — Тили пришел передать, что миссис Малфой просит Хозяина быть в Большом зале через полчаса за завтраком…ээээ…и еще она попросила Хозяина, — на этих словах у эльфа еще сильнее затряслись тонкие ножки, а большие уши обхватили голову, — «выглядеть достойно», у нас будут гости. Огромные глаза Тили наполнились страхом, ведь говорить такое своему хозяину было просто непростительно. Что он несет? Какой завтрак… Мать никак не может смириться… Стоп! Какие гости? Драко резко сел, в висках застучало, а перед взором заблестели звезды. Употребленный давеча магловский виски давал о себе знать. — Тили, какие еще гости?! Вопрос был задан резко, но не грубо, скорее удивленно, поэтому эльф рассказал, что к ужину прибудут важные гости и остановятся на некоторое время. Домовикам было приказано приготовить комнаты и заниматься праздничным столом, чему они несказанно рады, ведь постоянными «гостями» за последние два года были лишь Пожиратели, Темный Лорд, а потом мракоборцы. Драко знал точно, что отец больше не свяжется с выжившими Пожирателями. Он во многом теперь прислушивался, а местами и доверял исход всех дел супруге Нарциссе, и, как однажды услышал Драко, «хотел дожить своей век спокойно и без потрясений». Было бы неплохо, папа, но это вряд ли. — Ступай и передай матери, что принимать гостей я разучился больше года назад. Как впрочем, и завтракать. Послышался хлопок. Захватив с собой полупустую бутыль, младший Малфой поднялся с дивана, преодолевая внутренние вибрации в голове и ногах, добрался до кровати и спустя время провалился в хмельное забытье, где вновь видел адское пламя, черную змею на своей руке и грустного директора Дамблдора. Хоть раны и затянулись, но шрамы на сердце, шрамы на самой душе остались. Они никогда не исчезнут. Они всегда будут напоминанием.

* * *

Здесь он мог забыться. В магловском клубе Драко Люциус Малфой мог не думать о ярлыке неблагонадежности, который прочно закрепился за ним в его мире. Много алкоголя, доступные ласки, легкие друзья… Вошло в привычку прожигать и без того прожженную жизнь. Влив в себя очередную порцию коньяка и распрощавшись с группой тех, кто назывались его «друзьями», Малфой вышел на свежий ночной воздух, который приятно холодил разгоряченную кожу. Каминов поблизости отродясь не было, а до Косого переулка идти пешком слишком далеко. Да и не горел желанием Драко видеть людей своего круга, где каждый знал его семью. Поэтому он трансгрессировал в мэнор. Конечно, перемещения такого рода небезопасно делать во хмелю, но риск — это все, что у него осталось. Правда, он все-таки немного не рассчитал. «Зато с головой», — усмехнулся про себя Малфой, оказавшись возле парадного входа. Медленно бредя вдоль поместья к своему крылу, он отметил затушенные свечи и тишину родительского дома. Где-то справа послышался легкий свист и хлопанье крыльев, а мгновение спустя Драко увидел пролетающую белоснежную сову, нагруженную письмом. Незнакомую сову. — Что за новости?! Язык заплетался, ноги уже не слушались. Хотелось принять горизонтальное положение и уснуть. Лишь погружаясь в сон без сновидений, он медленно осознал, что кто-то из его дома посылает почту. Возникшие вопросы остались без ответа, а мир погрузился в забытье.

* * *

За длинным праздничным столом сидели две чистокровные семьи, чьи интересы и взгляды на жизнь во многом совпадали. Кроме одного. Гринграсс никогда не поддерживали Темного Лорда. Они проживали в относительно безопасной Европе последние пять лет и лишь иногда посещали Британию, чтобы навестить старшую дочку в Хогвартсе. Элегантная миссис Гринграсс с длинными черными, как смоль, волосами, уложенными по последней моде, и худощавый мистер Гринграсс, чье спокойствие и уверенность поражали, представляли старинный магический род, в котором этой семье удавалось жить в гармонии и любви друг с другом. — Ваше присутствие за нашим столом — большая честь для меня и моей семьи, — Люциус слегка нервничал, но это видела лишь Нарцисса. — Люциус, дорогой мой друг, мы с супругой знаем, как нелегко вам сейчас. Поэтому я бы хотел, с твоего позволения, конечно, обойти все церемониальные речи и просто поговорить. Малфой-старший бросил вопросительный взгляд в сторону супруги, на что Нарцисса слегка кивнула головой и, подняв бокал с шампанским, произнесла: «Мы с мужем вам очень благодарны…» Астория не стала слушать продолжение разговора родителей с Малфоями. Она вышла в сад, где собиралась ждать ответного письма. Британия была страной с довольно прохладным климатом, но вряд ли сырость и туманы сравнятся с суровыми условиями северной Норвегии, где она провела последние шесть лет. Хотя летом природа преображалась. Поля покрывались густой насыщенной травой и желтыми цветами. Казалось, что нет места прекраснее на земле. К тому же, в сердце юной Гринграсс томились чувства к ласковому норвежцу из ЙорКуля, знаменитой на всю Скандинавию школы волшебства и магии. Так сложилось, что старшая сестра уехала учиться в Хогвартс, который в свое время окончил их отец. А когда пришло ее время, мать настояла на ЙорКуле, где сама когда-то была одной из лучших учениц. Что ждало ее дальше, здесь, в одновременно родной, но уже забытой Англии? Драко стоял на балконе и курил магловские сигареты. Видела бы его сейчас мама! Оплеухи было бы не избежать. От такой мысли он даже усмехнулся. Взглядом Малфой отметил приближающуюся белую точку. Это была сова. И он ее где-то уже видел, но где… Мозг лихорадочно пытался вспомнить. Так… думай Драко… ммммм… ночь… сад… А, вспомнил! Птица гостей. Неожиданно сова спилотировала прямо к нему на балкон, а в жилистые ладони упал маленький сверток с неизвестным гербом. «Для А. Гринграсс». Это еще кто? Мамаша Дафны? Захватив сверток, Малфой покинул свою спальню. Можно, конечно, было и трансгрессировать, но эти неприятные ощущения и похмелье, нет, уж лучше пешком. Продвигаясь по дорожке вальяжным шагом, Драко увидел в любимой отцовской беседке то, чему даже удивился. Незнакомая юная особа что-то старательно писала в толстой тетради, рядом лежала стопка книг и «Ежедневный Пророк». В тонкой серой водолазке и белой меховой жилетке, длинные золотые волосы просто заплетены в свободную косу. Сидела девушка боком, поэтому Драко смог различить длинные ноги. Смахивала на журналистку, отчего внутри поднялся гнев. Сколько можно вот так появляться в их доме и выуживать, а потом поливать его семью грязью налево и направо?! Конечно, после снятия аврорами защитного заклинания сюда без проблем являлись все, кому не лень. — Милейшая, могу я узнать, по какому праву вы находитесь на территории поместья моей семьи? — эти слова он практически выплюнул, столько агрессии было в голосе. — Вам недостаточно того моря лживых статей, что Вы уже накатали?! Возвышаясь над незнакомкой, он буравил ее стальным взглядом своих холодных глаз. Зрачки Астории расширились, от удивления она даже потеряла дар речи. — Или Вам указать на Ваше место? — он схватил девушку за локоть и рывком поднял с лавки, при этом она больно задела коленкой край стола. Сильные пальцы впивались в ее нежную кожу, а дыхание обжигало. Тори не могла отвести взгляд от злых серых глаз, но все же невербальным заклинанием призвала свою палочку в свободную руку. Драко не ожидал от бульварной писаки такой прыти и тем более был раздосадован, когда почувствовал упирающуюся в него палочку. — Отпусти ее, Драко! Сейчас же. Это была его мать. Малфой-младший медленно разжал клешню и немного отступил, но девчонка не опустила свою палочку. — Астория, милая, не обращай внимания на моего вспыльчивого сына, он не признал тебя, правда, Драко?! — ох уж этот красноречивый взгляд Нарциссы. Юноша ничего не ответил, лишь отрывисто кивнул головой и перевел взгляд на девчонку, которая медленно опускала свое оружие. Так значит, Астория Гринграсс. Сестренка Дафны. Забавное знакомство, ничего не скажешь. — Ты в порядке, милая? — Нарцисса действительно волновалась. — Все в порядке, спасибо. Девушка собрала свою разбросанную канцелярию и посмотрела на дикаря, который стоял напротив нее со скучающим видом. И это после того, как чуть не сломал ей руку! — Драко, объясни, что ты здесь делаешь? — видимо, мать хотела перевести тему. — Да вот нес письмо, — при этом он протянул злосчастный сверток Гринграсс, которая нерешительно приняла его, — нужно было лучше воспитывать свою сову. На этих словах он развернулся и пошел в сторону своей спальни. В камине трещал огонь, а в бокале из толстого стекла плескался алкоголь. Приятное тепло разливалось по телу и уже делало свою работу: все невзгоды отступали, невидимые тучи рассеивались, а на душе становилось легче. Краем сознания Драко понимал, что попросту спивается. Как самый мерзкий магл. Но что ему оставалось? Его мир рухнул, как и все, во что он верил. В дверь негромко постучали. Через мгновение, шурша юбками, вошла Нарцисса. Пожалуй, мать была единственной, в ком он не разочаровался, кому доверял и кого любил. — Драко? Я хочу поговорить с тобой, это важно, — Нарцисса присела в кресло напротив сына. — Если ты о том, что произошло в саду…. — Нет, не об этом неприятнейшем инциденте, хотя стоило бы, — миссис Малфой выдохнула и выдержала многозначительную паузу. — Как ты понял, у нас гостит семейство Гринграсс. С Асторией ты уже успел познакомиться, так сказать… Драко хмыкнул, но тут же пожалел об этом, заметив на себе стальной взгляд. — Это совсем не смешно, Драко! Я очень надеюсь, что она не расскажет своей матери о твоем грубом поведении, иначе мы можем потерять наших союзников! Не мне тебе объяснять, как нам важна поддержка такой влиятельной и добропочтенной семьи. — Мама, давай ближе к делу, — Нарцисса заходила уж очень издалека. — Ближе к делу так ближе к делу. Юная Гринграсс в этом году собирается поступать в Британский Магический Университет. Как ты знаешь, для этого требуется серьезная подготовка. Им нужны одаренные студенты. — Меня абсолютно не волнует, кто и куда собирается поступать! — Малфой резко повысил тон, давая понять, что ему плевать на этот разговор, к тому же принятый на душу алкоголь содействовал агрессивному настроению. — Ты не понял меня, Драко. С завтрашнего дня это будет твоя основная забота. На твои плечи ложится подготовка Астории. — Что?! Что за чушь?!! — Во-первых, это не чушь, а во-вторых, выбирай тон, когда разговариваешь с матерью, — голос отца, бесшумно вошедшего в его гостиную, был суров. — Люциус, позволь мне, — Нарцисса спокойно взглянула на мужа. — Мы понимаем, что это немного неожиданно, но у тебя всегда была высокая успеваемость, так что это будет нетрудно. — Это смешно. Я даже говорить ничего не буду, — Драко откинулся на спинку дивана, давая понять, что разговор окончен. — Сын, ты не понял, — Люциус стоял возле окна и выглядел так, словно выносит приговор. К тому же, обращение «сын» увеличивало важность его речи. — Я не буду говорить высокопарных слов. Ты поможешь девчонке, это решено. После чего покинул комнату, давая понять, что больше здесь говорить не о чем. — Мама, что все это значит?! Мне делать больше нечего, как только заниматься с малявкой Гринграсс! — он весь кипел от злобы и противоречий. — Драко! — Нарцисса практически никогда не повышала тон. — Мы с отцом делаем все возможное, чтобы общество забыло нашу роль в восстании Темного Лорда, а ты в это время падаешь все ниже и ниже. Это недостойно рода Малфоев. Несмотря ни на что, мы вернем свое имя и свою репутацию. Поэтому я прошу, нет, я требую, чтобы с завтрашнего дня ты сдерживал свои порывы к бренному времяпрепровождению и предложил помощь Гринграсс. Не мне тебе рассказывать, как родители воспринимают хорошее отношение к их детям. Это какой-то сумасшедший дом. Он пытался вычеркнуть из памяти все, что связано с Хогвартсом. Все, что напоминало ему о пережитом, о времени страха и беспомощности. И вот сейчас они хотят, чтобы он заново в них окунался. Бред! Хотя почему же… Если они так этого хотят, то, пожалуй, я могу проявить участие. Посмотрим, что они на это скажут.

* * *

На старинных фамильных часах было без четверти девять. Значит, менее чем через полчаса в Малом Голубом Зале будет накрыт завтрак. Драко хотел проснуться пораньше и как следует принарядиться к своему «выходу в свет». Но Мэрлин либо обделил его желанием, либо вчерашнее разгульное посещение кабака в Косом переулке повлияло на столь сильное хмельное забытье, что Малфой-младший с трудом разлепил опухшие веки. Несмотря на гудящую боль в голове, Драко поднялся с кровати, твердо решив присутствовать на трапезе. Вчера за порцией огневиски он долго размышлял, как избежать идиотской родительской затеи. Меньше всего ему хотелось не то, что помогать, таким как он вообще не свойственна благородная инициатива, даже разговаривать с младшей Гринграсс не было желания. Решение пришло само собой. К тому же особо усердствовать не придется: Драко умел «располагать» к себе людей как никто другой. — Тили! Живо появись!! Послышался легкий хлопок. — Подготовь мне чистую белую рубашку, жилетку и выглаженные брюки. — Слушаюсь. Сэр желает еще что-нибудь? — эльф был явно удивлен. — И прикажи своим, чтобы поставили еще один прибор на стол, — Драко развернулся и пошел в ванную, чтобы принять душ и привести волосы в порядок. Глаза Тили расширились от услышанного, но тот лишь щелкнул пальцами и исчез выполнять приказ. Спустя пятнадцать минут Драко Малфой покинул свою комнату и направился через все поместье на завтрак. Выглядел он отлично, как в старые добрые времена, когда Хогвартс еще не был разрушен, любимый факультет не ассоциировался у большинства с поддержкой Темного Лорда, а сам бывший слизеринец имел успех у прекрасной половины магического мира и авторитет своего имени. — Нарцисса, милая, твои эльфы вчера за ужином просто творили чудеса! — Гринграсс расхваливала стряпню домовиков и делала это от чистого сердца. — Да-да, — вторил ей супруг, — просто шедевры кулинарии. — Доброе утро, — в зал вошла Астория и заняла свое место возле матери. Это было третье утро пребывания ее семьи в поместье Малфоев. Нарцисса показалась ей довольно сдержанной, но приятной аристократкой, Люциус был немного надменным, хотя держался учтиво. — Милая, ты хорошо отдохнула? — миссис Малфой проявляла к ней видимое участие. — Да, спасибо, — Тори не знала, что еще можно было ответить хозяйке дома. В зал вошел Люциус Малфой и, как полагается, занял место во главе стола. — Всем доброе утро, думаю, мы можем приступить к завтраку, — сказал Малфой и хлопнул два раза в ладони. На столе появились ароматный чай и черный кофе, блинчики с джемом, овсяная каша с сухофруктами, 3 вида сыра, свежий хлеб, фрукты, дымящийся омлет, жареный бекон и многое другое. Стрелка на фамильных часах щелкнула и сдвинулась ровно на девять. Послышался первый бой из девяти. В этот момент в зале для завтраков появился Драко. Его появление вышло эффектным. Блестящие белые волосы были аккуратно уложены, туфли начищены до блеска, кристально белая рубашка просто кричала своей пафосностью, но добротная английская жилетка делала вид младшего Малфоя более семейным и расслабленным. Юноша подметил все: как дернулась вверх бровь отца, как мать крепче сжала столовый прибор в руке и с ожиданием взглянула на него, как вздрогнула девчонка, а чета Гринграсс удивленно вскинула на него свои голубые — у всех троих одинаковые — глаза. — Всем доброго утра. Сэр, — Драко подошел к старшему Гринграсс и подал свою руку, — позвольте представиться, Драко Люциус Малфой. — Рад знакомству, молодой человек, — тот в ответ поднялся. На какой-то момент Драко почудилось, что взгляд этого человека проникает прямо в сердце. Малфой перевел взгляд на его супругу. — Миссис Гринграсс, позвольте поцеловать Вашу руку. В ее взгляде он прочел сначала удивление, а потом одобрение. Видимо, уже давно никто не проявлял к ней такого участия.  После бывший слизеринец бросил свой взгляд на девушку, которая настороженно смотрела на парня. Драко поцеловал мать в щеку, чего не делал очень давно, возможно с младших курсов, и сел напротив Астории, заняв единственное свободное место за небольшим овальным столом. — Отец, — с почтением произнес Драко и посмотрел в глаза старшему Малфою, где увидел смесь удивления и непонимания. Да, он слишком хорошо знал своего сына, чтобы поверить в его столь быструю капитуляции. Но делать было нечего, хорошо хоть покинул свое убежище. — Я слышал, Астория, могу я Вас так называть, что Вы планируете поступать в этом году в Высший Магический Университет Британии? — тон Драко был любезным, но взгляд оставался холодным. — Да, Драко, ведь я тоже могу Вас так называть? — Серьезное решение, — выдал свое мнение Люциус. — Мой племянник, сын старшего брата, учится там на четвертом курсе, — вступила в разговор миссис Гринграсс, — говорил, что большое внимание при зачислении уделяют зельеварению и ботанике. Как раз те предметы, надо признать, которые Астория не жалует, да и в магической Скандинавии этому уделяют третьестепенную роль. — Да? А вот в Хогвартсе, насколько я знаю, зельеварение уважали. Правда, Драко? — Нарцисса не преминула и воспользовалась закинутой удочкой сына. — Безусловно. Это был один из моих любимых предметов. К тому же, его преподавал декан факультета Слизерин. Астория, если необходима помощь, буду только рад Вам ее оказать. Вот и все, наживка заброшена, выхода у девчонки нет. — Спасибо, Драко, — от звука своего имени слизеринец незаметно дернулся, — но в этом нет необходимости… — Дочка, милая, это то, что нужно. Сын Люциуса, как и я, закончил Хогвартс, старинное учебное заведение и, поверь моему опыту, там хорошо преподают зельеварение. — Скажем, завтра в пять часов в Малой гостиной? — Драко был настойчив, он видел, что девушке неприятна сама мысль о совместном общении. Раньше надо было думать, прежде чем приезжать в мэнор. — Да, вполне. Это так благородно с Вашей стороны. Ему показалось, или он уловил едва различимые нотки сарказма в ее голосе? Очень, очень глупо. Никто и никогда не смеет язвить и подкалывать Драко Малфоя. Это мой и только мой конек. С другой стороны, отлично, так будет легче вывести ее из себя, достать, заставить бояться и ненавидеть, а значит, одной проблемой будет меньше. Что вы на это скажете, родители?

* * *

Камин вспыхнул ярко-зеленым пламенем, и в нише Малой гостиной появился смуглокожий молодой человек. На нем были черные джинсы и зеленый джемпер, выгодно подчеркивающие отличное телосложение парня. — Я уж было подумал, ты не явишься, — Драко поднялся и крепко обнял Блейза Забини. Похоже, это единственный друг со времен восстания. Фамилию Забини тоже изрядно потрепали за последний год, но это были цветочки в сравнении с Малфоями. Он не был бывшим пожирателем, как и его мать. Ни судов, ни допросов, ни потерянного авторитета. Через год-два никто ничего и не вспомнит, будет просто Блейз Забини, чистокровный волшебник, окончил Хогвартс, поступил в Магическую Военную Академию и тому подобное. И если честно, то Малфой был рад за друга, в глубине души он не завидовал такому раскладу. — Разве я мог отклонить такое приглашение? — усмехнулся Забини, садясь в кресло напротив друга. — Ну не знаю… Вдруг очередная рыжеволосая бестия вскружила твою черную голову, и ты отдался ее умелым ласкам? — подтрунивать друг над другом входило в обязательную программу. — Во-первых, моя нынешняя — шатенка, — отсалютировав Драко, Блейз отхлебнул из квадратного бокала, — а во-вторых, я ведь могу и совмещать приятное с полезным. — Дай я пожму твою мужественную руку! — ухмыльнулся Малфой. Это было приятно, сидеть вот так с Забини, пить огневиски, острить по любому поводу. Будто и не было войны, глупой бессмысленной войны. Будто они год назад просто выпустились из Хогвартса и стояли на пороге великих открытий… — Что слышно от Панси? — спросил Малфой, надеясь, что Блейз знает хоть что-нибудь. В последнее время их общая подруга Паркинсон перестала появляться на их совместных сборах, единственными новостями от нее стали заметки в «Пророке». Драко был осведомлен, что отца Паркинсон осудили на 3 года, он уже находился в Азкабане. Вопрос о матери пока оставался нерешенным, так как она не состояла в рядах Пожирателей, но по-прежнему была женой одного из них и однозначно являлась сторонницей Того-кого-нельзя-называть. Что касается Панси, то ее участь во всей этой истории была и того менее приглядной.

* * *

— Послушай, зачем ты так говоришь? Мы же не чужие люди, — было видно, как он напряжен, как ему нелегко переносить разговор. — А какие, Блейз?! Не чужие, говоришь… Тебе вообще нельзя со мной общаться сейчас. Еще не хватало совместного фото в Пророке. Черные волосы, обычно аккуратно уложенные, оказались взлохмачены, бледные губы не были накрашены и слегка подрагивали. — Мы не в Хогвартсе, мы уже не дети. Между нами пропасть. Мать почти сошла с ума, ищет мне «подходящую партию». Понимаешь, о чем я говорю?! — она перешла на крик, и, видимо, пытаясь сдержать рвавшиеся наружу эмоции, отвернулась и отошла к окну. Он сразу понял, о какой партии идет речь. Это был распространенный прием. Но никогда на свете Забини не мог и представить, что эта участь постигнет Панси Паркинсон, чистокровную и умную слизеринку, его давнюю подругу. Вдруг он услышал тихий всхлип и замер. Он видел Панси разную: агрессивную, надменную, бунтарскую, даже жестокую, но чтобы она плакала — никогда. И это за 6 лет общения. В тот момент решение пришло моментально. — Пэнс, выходи за меня. — Что? Что ты сказал?! — на лице брюнетки читался шок. — Конечно, я не добропочтенный гриффиндорец и не могу похвастать заслугами Мэрлина, но тоже вполне приличный вариант… — Убирайся. — Что? — ему показалось, что он ослышался. — Убирайся из моего дома, Блейз! — Паркинсон кричала, на глазах стояли слезы. — Мне не нужны подачки от благородного дома Забини! — Да за кого ты меня принимаешь?! — теперь пришла очередь молодого человека выходить из себя. — Я хочу помочь тебе, мне не безразлична твоя судьба! — Это ты за кого меня принимаешь?! Думаешь, я воспользуюсь твоим «щедрым» предложением, думаешь, я не знаю, что магические браки нельзя расторгнуть? Или ты думаешь, мне будет приятно знать, как ты меняешь шлюх каждую неделю? Полоснула ниже пояса, ниже его гордости. Блейз резко поднялся, послышался хлопок. Он ушел.

* * *

— Ничего хорошего. Был у нее с утра. — Драко заметил, как заходили желваки на скулах друга. — Надо признать, имел малоприятный разговор. Панси сейчас не расположена к дружеским беседам. — Не покажешь? — Малфой кивнул в сторону сосуда, похожего на аквариум. Этот Омут памяти ему подарил на 15-летие отец. — Да там нечего показывать, — отмахнулся Забини, — скажу, что мать хочет выдать ее замуж и скрасить тем самым репутацию неблагонадежной семьи. Паркинсон в ярости. Драко присвистнул от удивления. Вот оно, единственное различие между ним и Пэнс. Да, его репутация была сломана и брошена в камин, да, он сам был сломлен. Но у него были деньги, он был наследником мужского пола и никто не мог заставить его жениться. Блейз залпом выпил очередную порцию виски и откинулся на спинку кресла. Алкоголь не помогал расслабиться, лишь делал эмоции более яркими. Почему-то он не хотел, чтобы Малфой узнал о его легкомысленном предложении и о ее реакции. Это было глупо. Как будто предложение ей сделал не он, Блейз Забини, а какой-нибудь тролль. «Вот куда я иду? Зачем мне это нужно? Набросится на меня еще, как в беседке. Псих», — размышляла Астория, идя по незнакомому коридору. Но она дала согласие, что придет, а слово Гринграсс не пустой звук. Еще подумает, что испугалась. Вдруг перед ней возник домовой эльф. — Эээээ, мисс, Тили может Вам чем-нибудь помочь? — хоть слуги Малфоев были вежливы. — Да, наверное, — Астория облегченно вздохнула, ей не придется идти одной по этому жуткому месту, — проводи меня, пожалуйста, в гостиную Малфоя-младшего. Глаза домовика округлились от удивления. Юная леди направляется в комнату молодого хозяина, а там… — Конечно, мисс. Следуйте за Тили, — эльф двинулся вперед по коридору. — Забини, ты опять промазал! Как, в принципе, и я, — Драко плюхнулся в кресло, еле удержав равновесие. — Это потому что я пьян, как и ты, — Блейз умел констатировать факты, ничего не скажешь. Рядом с Драко послышался легкий хлопок и появился эльф. Вид у него был растерянный. — Эй, Тили, ты как раз вовремя! Принеси-ка нам еще бутылочку да сыра захвати, Забини не накормить. — Хозяин, тут это… У Вас сейчас будет гость, вернее, гостья. Тили пришел предупредить, — и тут же исчез. Блейз удивленно посмотрел на Драко, который в свою очередь все еще смутно всматривался туда, где стоял домовик. В этот момент в дверь постучали. Но тот, кто это был, не стал дожидаться приглашения. Двери распахнулись, и на пороге появилась Астория. Брови Забини поползли вверх. Малфой поднялся. — Какая честь, мисс Гринграсс! Позвольте представить моего друга, истинного джентльмена, Блейза Забини. Блейз, Астория Гринграсс, — церемониальности в тоне было хоть отбавляй. — Драко, как ты посмел скрывать от меня такую красоту! Мисс Гринграсс, позвольте поцеловать Вашу руку, — Блейз припал губами к руке ошарашенной девушки. — Кажется, я не вовремя. Лучше отложить… — Девушка повернулась обратно к двери. — Ну нет, почему же, очень даже вовремя. — Драко медленно подошел к Астории. — Думаю, у нас найдется время для парочки заклинаний для столь юной леди. Я прав, Блейз? — стальные глаза без стеснения изучали ее. Тори почувствовала запах виски от них обоих, краем глаза отметила полупустые бокалы. Да уж, попала. Как знала, что не нужно было приходить. — Парочка заклинаний? О чем ты говоришь, мой друг? — Дело в том, что милая леди планирует поступить в Британский Магический Университет, если не ошибаюсь, — в тоне отчетливо слышались нотки сарказма, — и ей почему-то кажется, что я буду помогать. Ты не знаешь, откуда такая уверенность? Или наивность? — вопрос адресовался скорее девушке, хотя якобы был задан Блейзу. Взгляд Малфоя прошелся по Астории, подмечая длинные стройные ноги, строгое черное платье, подчеркивающее фигуру, золотистые локоны, убранные в высокий конский хвост. Она выглядела юной и серьезной. Девушка выдержала его пронизывающий взгляд, но оставаться и выслушивать эти поддевки не собиралась. — Всего доброго, мистер Забини, мистер Малфой. Желаю приятного вечера, — девушка резко развернулась и покинула гостиную. Громко хлопнула дверь. — А она ничего, да? — проговорил Блейз. — Что? — непонимающе переспросил Малфой, наливая другу очередную порцию. — Я говорю, девочка симпатичная. Ты уже положил на нее свой малфоевский взгляд? — Что за бред, Забини, — спокойно парировал Драко, — ты же знаешь, я не связываюсь с папенькиными дочками. Потом хлопот не оберешься. Блейз немного помолчал. Да, Драко прав, эта Гринграсс не была похожа на всех их трофеи, вместе взятые. Чувствовалось что-то такое, что не купишь за деньги. — Устроишь нам приватную встречу? Малфой лишь удивленно присвистнул. Ему было все равно. — Думаю, завтра-послезавтра. Будь готов, Ромео, — легкая усмешка скривила губы блондина. — Кто? — недоуменно спросил Забини. — Так, никто, — отмахнулся Драко. Он и сам точно не знал, просто слышал это выражение у маглов. Спустя несколько часов Драко полулежал на диване в пьяном бреду и смотрел на огонь. Блейз. Я слишком долго тебя знаю. Я помню, как ты впервые набрался, как тебе сломали челюсть немагическим способом, даже помню имя девчонки, которая тебя отшила. Что-то ты темнишь. Порывистый ветер бил в лицо, ночная прохлада проникала в самое сердце. Она слишком устала от этого места и от тягостной атмосферы. Мерзкий Малфой со своим противным характером и холодными серыми глазами. Всё здесь было чужим. Там, в ЙорКуле, рядом были друзья и Томас. Они так давно не виделись, что в душе образовалась пустота и эмоциональный дефицит. Но он написал, что скоро приедет в Лондон на несколько дней. А сейчас ей нужно было лишь одно — раствориться в глуши мрачного леса, раскинувшегося за поместьем, почувствовать красоту и спокойствие окружающей природы, почувствовать равновесие земли. Это успокаивало Гринграсс….