Зависимые

«Интернат имени Рэйчел Свифт – бывший медицинский центр, где раньше проводились ужасные опыты над людьми. В 1989 году полиция Соединенных Штатов арестовала всех деятелей бывшей лаборатории. Они были приговорены к пожизненному заключению в колонии строгого режима. Позднее это здание было переделано под интернат для наркозависимых подростков. В настоящее время учреждение процветает. Врачам удалось спасти от психотропной зависимости не одну сотню тинэйджеров». - Мам, ты серьезно?! – Я швырнул газету на журнальный столик и кинул матери недоумевающий взгляд. - Да, серьезно. Это не шутки, Джерард. Я не намерена таскаться с тобой по больницам, в надежде избавить тебя от зависимости, - она повысила тон голоса на последнем слове. - Нет у меня никакой зависимости! Я принимал всего пару-тройку раз! – Я не заметил, как перешел на крик. А ведь у меня и правда не было привязанности к препаратам. Да, согласен, бывало, в компаниях употреблял, но я не был зависим. Я не испытывал так называемое чувство «ломки». - Ты помнишь, что случилось с Рэем? Я не хочу, чтобы с тобой произошло то же, что с этим чертовым наркоманом! - Не смей трогать Рэя! Никогда не поднимай эту тему, слышишь? – Я произнес это гораздо тише, чем предыдущие фразы. К горлу подошел ком. Ненавижу свою мать! Последние дня три я старался не думать об этом, а она снова упомянула его. Она будто надавила на место, которое еще кровоточит. Нет… не просто надавила. Она повредила его еще больше. Тыльной стороной ладони я вытер слезу и продолжил: - Рэй не был наркоманом, ты об этом знаешь. - После того, что мне стало известно, я и не знаю, чему верить, - она замолчала на мгновение, - едем. Это не обсуждается. Твой чемодан уже у выхода. Отлично, она уже и вещи мои собрала, браво! Мы вышли из дома. Я сел на заднее сидение такси и громко хлопнул дверью. - Слышь, поаккуратнее, не холодильник закрываешь! – Таксист недовольно покосился на меня. В ответ я лишь фыркнул. Я надел наушники и включил первую попавшуюся песню. Bring Me The Horizon – Hospital For Souls. Твою мать… Именно эту песню мне скинул Рэй в последний день. Это случилось ровно неделю назад. Заброшенный овощной склад, дурная компания. Я втянул в это Рэя. Он знал, что я иногда баловался препаратами, поэтому всегда находился рядом со мной. Он по-настоящему за меня переживал, ведь был моим лучшим другом детства. Сам Рэй ни разу не пробовал наркотики. Но именно в тот день, я пришел позже обычного. Рэй уже был там. Помещение, в котором мы всегда сидели было достаточно большим. Издалека я увидел, как мой друг вводит себе препарат. Я закричал настолько громко, что все с удивлением обернулись в мою сторону. Я не хотел, чтобы он стал одним из них. Я не хотел, чтобы он стал таким, как я. Внезапно Рэй покраснел, через мгновение стал задыхаться. Я стал кричать, чтобы вызвали скорую, но кто меня мог услышать в заброшенном здании, кроме тех наркоманов? Они ничего не стали делать, просто смылись с места происшествия. Вскоре приехала скорая. Но они не успели… Мой лучший друг умер у меня на глазах, задыхаясь. А я ничего не смог сделать. До того, как провели медицинскую экспертизу, я думал, что он умер от передозировки. Да и все так думали. Но в дальнейшем оказалось, что это был анафилактический шок. У Рэя, видимо, была аллергия на какой-то компонент введенного вещества. Меня таскали по всевозможным полицейским участкам, а затем какой-то прокурор предложил проверить меня на наркоту. Все и раскрылось. Но никого же в наше время не убедишь, что я не зависим. Если попробовал, значит - наркоман. Именно поэтому я сейчас еду в интернат для наркозависимых, и проведу там, по словам моей маменьки, как минимум один учебный год. Казалось, что мы ехали целую вечность. Ну а на что я рассчитывал? Это же бывшая секретная лаборатория. Спустя полчаса мы были на месте. Заведение находилось за городом. Это было довольно громоздкое здание из темно-коричневого кирпича. Территория была огорожена высоким железным забором с колючей проволокой. Тюрьма, ей-богу. Такси остановилось на КПП. Я вопросительно посмотрел на мать. - На территорию разрешен въезд только служебному транспорту, - ответила она на не заданный вопрос. Расплатившись с таксистом, мы вышли из машины. Она что-то сказала охраннику, и нас пропустили. До входа в здание было примерно метров двести. Я осмотрелся. Вокруг учреждения росли высокие деревья, я бы даже назвал это лесом. Небольшие скамейки стояли буквально через десять метров. - Я так понимаю, за ворота здесь не выпускают? - Только во время каникул. И то, если тебя заберут родители, - холодно ответила мама. - Откуда ты столько знаешь про этот чертов интернат? - Я заезжала сюда вчера подать твои документы, - непринужденно ответила она. - Что ты сказала отцу? Мне и правда было интересно, что она ему сказала. Ведь зная нашего папу, он будет рвать и метать, узнав, что его сын «наркоман». В данное время он находился в двухнедельной командировке в Канаде. Отец – знаменитый бизнесмен, и если пресса узнает о похождениях его сына, ему крупно не повезет. - Он сам предложил отправить тебя сюда. - Я и не сомневался. Мы вошли в здание. На меня сразу же налетел охранник с собакой. Мужчина дал команду овчарке обнюхать мои вещи (я так понимаю, на наличие наркотиков), а сам принялся ощупывать меня. Как же мерзко я себя чувствовал сейчас. Проверка была окончена. - Он чист, - произнес охранник. НЕТ, БЛЯТЬ, Я ВАГОН ГЕРОИНА С СОБОЙ ПРИВОЛОК! Пока мама что-то решала у коменданта, я рассматривал план интерната. На территории было три корпуса: медицинский центр, жилой корпус и что-то вроде учебного заведения. Как я понял, сейчас мы находились в жилом корпусе. - Джерард Уэй, комната номер восемнадцать, - монотонным голосом произнес комендант, - я провожу тебя. - Пока, Джи, я заеду через неделю, - сказала мама и обняла меня. Я изобразил натянутую улыбку и пошел за комендантом. - Эх, кожа бледная, мешки под глазами. Но не переживай, тут тебя вылечат, - сказала женщина. - Да не зависим я! - Все так говорят. Посмотрим на тебя через дня три, - усмехнулась она, - занятия начнутся через неделю, а пока можешь заниматься своими делами. Но сразу предупреждаю: народ тут не очень дружелюбный. Я не был удивлен вышесказанному. Наркоманы либо жестокие ублюдки, либо пафосные идиоты. Пока мы шли по коридору, на меня оглядывались подростки, стоявшие около дверей. Были слышны перешептывания. Подойдя к комнате, женщина постучалась. Я что, еще и не один живу? Замечательно. - Айеро, открывай! – крикнула она. Спустя несколько секунд она сама открыла дверь ключом. Мы зашли внутрь. На одной из двух кроватей лежал парень примерно моего возраста. Его руки и шея были покрыты татуировками, в губе и носу был пирсинг. Как только мы вошли, он присел на своей кровати и вопросительно наблюдал за нашими действиями. - Айеро, когда ты успел оглохнуть? – строгим голосом спросила она. - Какого черта? – непринужденно спросил он. - Не выражайся! Это Джерард Уэй, твой сосед. - Ну я и спрашиваю, какого черта его подселили ко мне? – Он повысил тон. - Так распределился директор, - холодно ответила женщина. - А разве не он в прошлом учебном году распорядился, чтобы ко мне никого не подселяли? - Фрэнк Айеро, если от Джерарда поступит жалоба на тебя, сладко тут тебе не придется! Надеюсь, ты понял, что я имею ввиду. Приятного знакомства! – Комендант удалилась, хлопнув дверью и оставив меня наедине с этим психом. Чувствую, хорошего в этом немного.