Не отрекаются, любя

Под аплодисменты и свист из зала мне вручают статуэтку и призы лучшего студента. Сердце радостно колотится в груди. Пусть это мелочь, но так приятно. Я чего-то добился сам. У меня есть друзья и девушка. Наверное, я могу точно сказать, что я счастлив. Хоть бы речь не забыть, которую я готовил полночи (благо, отработал в клубе свою программу быстро). Меня еще дурманит успех после песни, которую пел, потому стою, улыбаюсь, слушая ведущих и ректора. Мой взгляд в который раз за сегодняшний вечер останавливается на Алексе. Что с ним происходит? Неужели он так страдает из-за того, что не стоит сейчас на моем месте? Ну что за детский сад? Лишь бы не плакал. Ха-ха. Сидит с такой моськой — вот-вот разразится плачем. Странный мальчик... Когда я пел, он тоже странно себя вел: все время ерзал, закрывал лицо и так смотрел... Прямо в глаза... Я и сам начал на него потом пялиться... Мда, клиника на выезде. Из раздумий выводит мелодия знакомой песни, под которую я делаю шоу в клубе. Меня аж передернуло. Что дальше, помню смутно, как в тумане все... На огромном экране большими буквами, которые постепенно исчезают, написано: «Лучший студент». Дальше танец... Мой танец... Мой голый зад... Потом возле клуба человек дает мне деньги, и мы о чем-то говорим (звука нет, только музыка из шоу). Большими буквами слово «Проституция?», потом сводки новостей, где говорится, что Игорь Михайлович Огульский был арестован по подозрению в контрабанде оружия и торговле людьми. Потом фото мое и отца вместе из какой-то статьи, где сказано, что новый ресторан принадлежит сыну олигарха Игоря Огульского. Сын — Ян Игоревич Огульский. Дальше фото отца и мамы. Под фото подпись: «Игорь Огульский с женой Еленой Огульской, в девичестве Месяц». Дальше голос в видео говорит о лжеце, о морали, о моем низком падении. Надпись в конце видео остается долго: «Лучший студент». В зале гробовая тишина... Ведущие пытаются выйти из щекотливой ситуации и начинают шутить и всех зазывать в зал для фуршета. Я все еще на сцене со статуэткой в руке... Мне как будто дали под дых и выбили весь воздух из легких. Как больно! В голове вихрь сумасшедших мыслей: скорее уйти, уехать, убежать... Я как во сне... Ставлю статуэтку на пол рядом с ведущими и ровным шагом спускаюсь в зал. Все молчат, отворачивают глаза, если я смотрю... Ну что ж, теперь я знаю, как это — пройти сквозь строй, шпицрутен. Только вместо розг взгляды и перешептывания. Это больнее... Где Лена ? Вот стоит... Глаза опустила... Все ясно без слов. Иду... Иду... Вот, наконец, воздух. До машины бегу, нет, лечу... Там спасение... Скорее домой... Скорее прочь отсюда. Положил голову на руль и хочу заплакать, чтобы легче стало, чтобы отпустила боль в груди, железной рукой сдавливающая мое сердце. Но слез нет. А они так нужны! Невыносимо больно. Сколько так просидел, не знаю. Очнулся от стука в окно с моей стороны. Поднимаю глаза — Маша. — Ян, пусти в машину, — я послушно открываю, не хочу оставаться один сейчас. Пусть хоть дьявол сидит рядом, лишь бы не одному. — Ян, давай напьемся. Поехали ко мне или к тебе. Неважно. — Зачем ты здесь? — не понимая, смотрю на эту избалованную принцессу. — Тебе нужен друг, — улыбается хитро. — Мне нужен яд, Маш, — горько улыбаюсь в ответ. — Ну тогда отравимся вместе. Поговорим. Кстати, есть уже мысли, кто это сделал? — Я не думал. Мне все равно. — Зря... Я бы уничтожила тварь, сделавшую мне что-то подобное. — Маш, поехали напьемся. Все-таки есть повод. Я — лучший студент, — ненормальный хохот переходит в истерику и долгожданные слезы. Чувствую Машкины руки на голове, обнимает, укачивает, молчит... Хорошо, что она рядом. Я знаю, что мужчина должен быть сильным, но сегодня я наревусь на десять лет вперед. Со слезами уйдет тупая боль в сердце и такие наивные мечты, что все будет хорошо. Нечего ожидать от жизни подарков, она их уже не даст. Моя легенда продержалась почти полгода, а сейчас все рухнуло, как карточный домик. Теперь все все знают, и моя жизнь снова превратилась в ад. Сначала смерть мамы, потом загулы отца, его арест и убийство в камере СИЗО (органы сказали, что несчастный случай. Три ха-ха. Семь ножевых ранений, и все смертельные — конечно же, налицо « несчастный случай»). Денег нет, чтобы уехать из города... Надо оставаться здесь, учиться, попытаться выжить среди чужих людей. Только теперь никаких иллюзий насчет друзей и девушки. Где они, эти друзья и любимая? Где, блядь?! Все, как один, отвернулись. Ну конечно же! Все честные, из приличных семей, никто никогда не совершал ошибок, все в их жизни правильно и свято. Чертовы лицемеры! Я простил отца, и не им его судить. Вина не доказана судом. Я и не заметил, что все это в голос говорил. Я благодарен Маше за то, что молчит. — А теперь едем напиваться! — почти весело говорю девушке. Открываю сначала один глаз и пытаюсь сообразить, что было вчера. Таааак. Посмотрим: сплю одетый (на диване), в квартире бардак. Пил, вчера много пил... Где Маша? Надеюсь, мы не переспали. Звонит где-то телефон. Мда, с такой головной болью даже глаз открыть не могу. Пусть звонит. Потом найду. В душ. После душа я чувствую себя гораздо лучше. Машка тоже проснулась, варит кофе и пытается навести порядок. После такого количества выпитого мы похожи на китайских тушканчиков. — Привет, друг. Как голова? — Машка явно прикалывается с меня. — Оооо!!! Подруга, мне полегчает только после кофе. Я что-то не все помню из наших похождений... — Неудивительно, Янчик. Мы вчера выпили годовую дозу спиртного среднестатистического человека. — Ммм... Ээээ. — Нет, милый, секса не было, если ты об этом. Может, я и дура, но быть нелюбимой я не собираюсь. Ты четко объяснил, что шансов добиться от тебя чувств — ноль. Потому предлагаю только дружбу, — она реально может быть классной чувихой. — Спасибо, Маш. — Ты, кстати, помнишь, тебе вчера ребята с вашей группы звонили. Ты отвечать не хотел. Может, все-таки не нужно всех прогонять от себя? Вчера на концерте все в шоке были, потому и повели себя по-идиотски. — Они все отворачивались от меня... — Ян, не будь как Алекс. Мы вчера это обсуждали уже. — Ладно, позже наберу. — Мне домой надо... Ты тут не балуйся... — ее фразу прервал звонок в дверь. Мы переглянулись. Кто это может быть? На пороге стояли три человека, мои одногруппники, переминаясь с ноги на ногу. — Ты это... Ян... Как ты? — начал Серега что-то под нос мычать. — Ты вчера не отвечал на звонки, пропал куда-то , — это Дима, он более шустрый. — Да и вообще... Не грузись. Мы с тобой дружили не за то, кто ты, а за то, какой ты. А ты офигенный пацан! Так что мы пришли... Это... Как сказать... Посидеть у тебя... — двинул речь Стас и, не дождавшись ответа, протиснулся в квартиру. — Машка!!! Ну привет! — Так, идиоты! Не надо так пялиться на меня. Мы не спим. Просто дружим. Со вчерашнего дня, — раздраженно кинула Маша и пошла дальше убирать. Ребята пришли не с пустыми руками: два ящика пива и куча вкусняшек к нему. Понеслась душа в рай. А я хотел трезвый образ жизни вести. Ха-ха. — Вы что, тоже пары сегодня прогуляли? — начинаю я. Надо же о чем-то говорить. — Да что там делать? Половины универа нет. Ты вчера пропустил грандиозную попойку. Все ужрались до потери пульса. — Вообще-то, мы по делу, Ян, — вдруг серьезно произнес Стас. — Мы знаем, кто вчера это западло тебе сделал... Уже весь универ знает. Это Алекс Милославский. — Хм, почему именно он? То, что мы ссорились иногда, еще не говорит о том, что он сделал это. — Информация точняк. Моя мать работает в доме у мэра. Она вчера все слышала и видела. Там еще полдома прислуги свидетелями всего произошедшего были... Так что инфа сто процентов правдивая. — Свидетели? Прислуга? Что произошло? — мы с Машкой ошарашенно переводили глаза с одного парня на другого. — Давай сначала выпьем, а потом и рассказ услышишь. Это стоит слышать, — лукаво улыбнулся Димка.