Главное - не вдумываться в происходящее

-А-а-а, чёрт! Это фраза, с которой начинается каждый мой идиотский рабочий день. -Так, Кип, идёшь в правый корпус. Выводи оставшихся. Лари, идёшь наверх. Ты знаешь, что делать. Винс, дуй к колонкам. Посмотри, что там и можно ли проводить шланг. Я иду в левый корпус. -Ты с дуба рухнула, Бет?! С какого дьявола ты собралась в левое?! Там всё на соплях висит! Мы с Винсом в левое, а ты дуй к колонкам! - Я всё сказала! Времени мало, а мы тут разглагольствуем! Мы не офисные, чтобы всё словами перетирать! Быстро все на точки! После этих слов, я рванула в левое крыло офисного здания на окраине Брентвуда. Далеко лихая нас занесла на этот раз. Всё здание горело. Где-то ещё раздавались крики офисных, которые остались внутри. Хорошо, Кип не стал спорить и поспешил выводить живых. В левом всё действительно сейчас на соплях держится. Как раз там и вспыхнул этот грёбаный электрический щиток. Из чего эту дрянь собирают только? Из картона?! Ладно, не время сейчас думать о китайской лабуде. Срочно. Срочно нужно найти и потушить эту чёртову технику. Прямо надо мной рушатся потолки. Сверху падает оплавленный пластик и куски бетона. Так, вот он – виновник торжества. От щитка не осталось почти ничего. Надо тушить. Срочно тушить. Кое-как приведя в действие огнетушитель в этом адовом пекле, я управилась с щитком. Возилась я долго. Техника – главный враг пожарного. Пламя чуть успокоилось, но второй этаж тоже горит. Надо возвращаться. Я тут пробыла по меньшей мере минут пятнадцать. Главное, чтобы наши уже не начали бить тревогу. Знаю я их. Истерички. Хотя, это даже приятно. Я уже начала было выбираться из комнаты, как услышала тихие стоны где-то чуть дальше по коридору. Странно. Если мне не показалось и это человек, то от него, по идее, уже ничего бы не осталось в этом аде. Если живой - надо вытаскивать. Пробравшись через остатки кресел, диванов и остального месива из обгоревшей мебели и обрушенного потолка, я увидела в углу лежащего человека. Он стонал и тяжело дышал. Ну, хоть дышит. Это уже радует. Берём, и тащим. Я подошла поближе. Уф, здоровые нынче мужики пошли. -Давай, парень. Хватайся за плечо. Идти сам сможешь? Он ничего не сказал, но кивнул. Я достала из сумки платок и протянула ему. -Закрой рот и нос. Дыши через платок, а то дыма ещё больше нахлебаешься. Слава богу, он его принял и сделал всё, как сказано. А то и другие личности бывают. Я помогла ему подняться и опереться о моё плечо. Он был достаточно тяжёлым, но шёл сам, лишь немного опираясь на меня. Сильный парень. Мало кому удаётся выжить в таком воздуховом кипятильнике. Самое страшное было, когда перед нами упал огромный кусок бетона. Я не знала, как буду протаскивать этого везунчика через это, внезапно свалившееся, препятствие. Но, на моё удивление, паренёк сам отпустил моё плечо и полез через бетон. Я полезла следом. Я-то была хотя бы в экипировке, а он в какой-то рубашке и джинсах, от которых уже почти ничего не осталось. Кожа у него тоже начала потихоньку обгорать, на что он реагировал тихим стоном, но продолжал двигаться дальше. -Айй! – вскрикнула я. Что-то обожгло мою щёку. Странно, но очень сильно больно. Ладно, потом разберёмся. Путь до выхода казался нереально длинным. После куска бетона паренёк всё же снова оперся на мои плечи и шёл дальше только в таком положении. Устал, бедняга. Да и я уже выбивалась из сил. Наконец-то мы дошли до выхода. Редко бывает, чтобы его чем-нибудь не завалило, но сегодня фортуна явно мне улыбалась. Из здания мы вышли совершенно спокойно. После этого к нам подбежали все наши вместе с врачами. Тоже уже успели подъехать? Быстро они сегодня. -Бет! С какого дьявола?! С какого дьявола ты там так долго отсиживалась?! Ещё бы две минуты и на тебя бы всё левое свалилось! Наших уже туда не пускали! Пока Лари отчитывал меня за все мои грехи, паренька уже успели увести. Хотя, это оказался не совсем паренёк. Лет двадцать пять ему точно есть. -Лари, спокойно. Жива же. Я потушила щиток, – говорила я уже совершенно спокойно. У меня уже не было сил, чтобы придавать моим словам хоть какие-то эмоции. -Да это смысла уже не имеет. Какой-то идиот пролил на втором этаже канистру бензина и там всё к чертям выгорело. Скоро всё провалится. -Чёрт… Потрясно… Всё мои старания покатились колбаской… -Что? -Да забудь. Ну, хоть того паренька вытащила. Чудом живой остался. На этих словах я поднялась с земли, на которую успешно плюхнулась, как только с меня сняли этого «паренька», и пошла переодеваться. К дьяволу всё. Сил нет. Да и щека обгорела. Надо экипировку менять. -Кип, позвони на мою заправку. Скажи им, чтобы мне байк прислали. - На кой чёрт тебе байк сейчас? Ты на ногах то стоишь еле-еле! А что с щекой?! – Кип внимательно оглядел щёку – Да тебе ещё и шлем щёку опалил! Сколько сотен лет твоей экипировке?! -Кип, спокойно. Всё нормально. Байк пришли мне. Покататься хочу. На самом деле с щекой ничерта всё не нормально. Жжёт, зараза. Но Кипу об этом знать не обязательно. А то панику поднимет ещё. -Какой покататься?! В больницу тебе надо! Щека опалённая у тебя, дура! -Ну и в больницу сгоняю заодно. Кип, ну пожалуйста, пришли байк. -Ай, чёрт с тобой. Винс! Подтащи мне мобильник! Он в заднем кармане в штанах! Винс быстро сбегал в машину и притащил Кипу сотовый. -Спасибо, брат, – сказал Кип Винсу, – Но если узнаю, что ты даже на метр к больнице не подъехала – пеняй на себя, Бет. Ты меня знаешь. -Да знаю, знаю, Годзилла. Звони давай, а я пойду дух переведу.